– Ты хотя бы поинтересовалась, хочу ли я идти с ними на свидание, – буркнула я, понимая, что невозможно исправить за день того, кого баловали всю жизнь. Очень ловко она устроилась. Пакеты тащили ее, а расплачиваться за это должна я. Вернее, в том числе я.
– Не могла же я пойти гулять с ними одна, – она так беззащитно хлопала ресницами, что я почувствовала себя сварливой бабкой. Напала на бедную овечку. – Мне нужна была подруга в пару. А кроме тебя, других подруг у меня здесь нет.
Логика Корри была непробиваемой. Мне осталось только скрипеть зубами. Если и дальше будет подобное повторяться, я подумаю над тем, не съехать ли мне на пустующий этаж.
Эта маленькая ссора была забыта, когда мы принялись распаковывать наши покупки. То, что купила принцесса, я видела, поэтому она быстро развесила свои вещи по местам и явилась ко мне. Ее душило любопытство.
Корри замерла на пороге, увидев меня в синем платье и в туфельках под стать.
– Какое красивое платье! – изумилась она. Шагнув потрогала жемчужный хвостик птички, провела пальцем по серебряному канту. – Какое простое по крою и вместе с тем изысканное. Подруга, а ведь я подумала, что у тебя совсем нет вкуса! А тут такая чудесная покупка. И как идет тебе!
Я зарделась. Конечно, вся похвала должна была достаться тому черноволосому парню, подсказавшему леди Шантай, что мне может подойти, но лучше я откушу себе язык, чем признаюсь, кто проявил вкус.
Я быстро разделась и вытащила следующий наряд – черный костюм с золотыми пуговицами. Юбка и белая строгая рубашка смотрелись в паре идеально. На мой взгляд. Корри сморщила носик.
– Под юбку колоколом подошла бы более женственная блузка. С пышными кружевными рукавами и объемным жабо. Я видела такие. Нужно было спросить, прежде чем покупать мужскую рубашку.
Я закусила губу. Посмотрела на себя в зеркало с одной стороны, потом с другой. Отцепив от синего платья серебристую птичку, прицепила ее на рубашку.
– Теперь более женственный образ? – я задрала нос. – В нем пойду на свидание.
Я не собиралась надевать теплый жакет с золотыми пуговицами, поэтому серебристые туфельки очень мило сочетались с брошкой–птичкой.
Я отвлеклась на рассматривание себя в зеркале и не заметила, что Корри села на мою кровать и взяла в руки жакет от костюма.
– Ты влезла в долги? – спросила она задумчиво.
– Нет, зачем? – я повернулась к подруге. Та ноготком терла выпуклый рисунок на золотой пуговице, напоминающий эмблему. – У меня даже остались деньги.
– Не может быть. Это герб королевского двора. А на простом железе герб не ставится. Это настоящее золото. У тебя денег хватило бы только на эти пуговицы, – она бросила жакет на кровать и подошла ко мне. Отстегнула от рубашки птичку. – И брошка слишком дорога для простой лавки. Жемчуг натуральный. Ты своровала все эти вещи?
Она прямо посмотрела мне в глаза. От такого страшного предположения у меня вспыхнуло лицо. Что принцесса думает обо мне? Если я одета не так, как принято одеваться в высшем обществе, явилась из окраинных земель, воспитывалась ведьмой, то уже изначально порочна?
– Завтра же я отведу тебя в ту лавку, где купила все это, и познакомлю с ее хозяйкой. Спросишь, пропадали ли у нее вещи. Я посмотрю, как глупо ты будешь выглядеть, когда получишь правдивый ответ.
– Очень надо ходить по всяким там лавкам, – Корри дернула плечом. – Я поверю тебе на слово.
– Вот и хорошо, – кивнула я, снимая с себя рубашку. Порывшись в шкафу вытащила юбку, которую мне сшила наставница – широкую, с воланами, как принято у ведьм. К зеленым цветам, идущим по подолу, подобрала вязанную кофточку. Надела свои же грубые башмаки и с вызовом произнесла: – Все, я готова идти на свидание.
– Но ты же хотела надеть все новое, – она все еще вертела мою брошку в пальцах.
– Приберегу для более торжественного случая, – ответила я, вздергивая нос. – Когда ты пообещала боевикам свидание со мной, ты же еще не знала, что у меня есть такие замечательные вещи, правда? Наверное, так и думала, что с тобой пойдет подруга, у которой совсем нет вкуса?
Я устыдила принцессу. Она вернула мне птичку и, поджав губы, вышла из комнаты.
Уже стоя на пороге, я позвала:
– Корри, мы идем на обед или тебе достаточно того, что ты съела в кондитерской?
– Да, иди одна. Я еще не скоро захочу есть, – откликнулась она из своей комнаты. В ее голосе слышались извиняющиеся нотки. Что–то новое. – Прости, что не подумала о тебе. Ты ведь осталась голодной, а я даже не предложила тебе купить что-нибудь вкусненькое.
Я не стала отвечать. Пусть прочувствует, каково это жить в обществе, где не все происходит по твоему желанию.
В столовой я обратила внимание, что будущие жены занимают крайний правый угол. Островок дорогих платьев и изысканных причесок издалека походил на цветочную клумбу. Бытовички только для приличия взяли подносы, но к еде не притрагивались. Попивали морс.
Сразу сделалось понятно, что и здесь они нашли площадку для сплетен. Где, как не в столовой, куда приходит весь УПС, можно посмотреть на его обитателей и показать себя?
Глава 8
Когда я с подносом отошла от раздаточной, на минутку замешкалась. Никак не могла понять, в какую сторону податься. Были бы мы с Корри, она обязательно потащила бы меня к «своим», но сейчас я наиболее остро почувствовала, что совсем не своя будущим женам. Поэтому развернулась и пошла к первому попавшемуся свободному столу.
Я уже доедала, когда напротив меня бухнулся еще один поднос. Я подняла глаза на его хозяина и обомлела. На меня смотрел человек с темно–шоколадной кожей.
– Этот стол для изгоев? – спросил меня парень, чьи черные волосы от корней были заплетены в множество мелких косичек и собирались на затылке в длинную косу, перетянутую кожаным шнурком. Я разглядела ее, когда незнакомец забросил косу, съехавшую на грудь, за спину.
Но не только цвет кожи и эта необычная прическа привлекли мое внимание. Студент был пугающе красив. Я впервые в жизни видела представителя королевства Бравендор, хотя оно граничило с моей родной Федейрой. Слышала, что в нашем мире существуют чернокожие люди, но не могла даже представить такой необычный экземпляр.
Умные светлые, то ли серые, то ли голубые глаза, достаточно крупный нос и красивые, но неестественно большие и пухлые для мужчины губы. Вместе с тем он выглядел невероятно мужественно. Или это выразительно выгнутые брови и внимательный взгляд делали его лицо таким суровым? А может, оружие, висящее на поясе?
Не меньшее удивление вызывала и его одежда. Длинный до пят плащ из тончайшей кожи был перевит множеством ремней с золотыми пряжками. На плечах металлические защитные пластины, а на предплечьях опять–таки ремни. Узкие штаны заправлены в высокие мягкие сапоги. Обилие коричневого и золота делали незнакомца похожим на экзотическое животное. Оборотень?
Я напрягла голову, чтобы вспомнить, что говорили о Бравендоре. Закрытое недружелюбное государство, где власть держали черные пантеры. Вполне похоже. Помня о статусе УПС, где в основном учатся королевские сынки, можно было предположить, что передо мной находился один из них.
Экзотический вид незнакомца не сразу позволил мне говорить. На его вопрос я покивала в знак согласия, не понимая, что только что подтвердила, что являюсь изгоем.
– Будем дружить, – сказал парень, садясь на скамью.
– Изгои должны держаться вместе? – с улыбкой спросила я. Мне нравилась его уверенность. Он даже не поинтересовался, захочу ли я дружить с ним.
– Двоих труднее сломать, чем одного.
– А почему вы решили, что я изгой?
– А кто? – он окинул взглядом столовую.
Я невольно последовала за его глазами и отметила, как на нас смотрит компания будущих жен. Мы словно были магнитом, готовым притянуть к себе пару десятков гвоздей. Они еще не прилипли, но уже почувствовали силу и развернулись головками в нужную сторону. У студенток факультета Бытовой магии появился повод посплетничать. Наседки, как их назвал декан, с нескрываемым интересом следили за нашим столом.
– Вы не пошли к ведьмам, хотя ваша одежда свидетельствует о принадлежности к их братии, – продолжил свои умозаключения бравендорец. – И по этому же признаку никак не относитесь к будущим женам. Будущие артефакторы обвешаны амулетами. Они будто хотят отгородиться ими от остальных. Показать, что сделаны из особого теста. На вас же нет ни одного амулета. Остальные факультеты не беру в расчет. Там нет женщин. И кто вы, если не изгой, раз не примкнули ни к одной из перечисленных компаний?
– А по каким признакам вы причислили себя к изгоям? – мне было интересно, как такой экземпляр – уверенный в себе на все сто, мог быть изгоем. Я ожидала, что он сошлется на свой необычный вид, но ошиблась.
– Я не изгой. Я – защитник. И терпеть не могу, когда обижают слабых.
– Думаете, наша дружба повысит мой статус в глазах остальных? – в моем голосе слышалась ирония.
– Во всяком случае, вызовет интерес. Я учусь на Боевом на четвертом курсе, и многим станет любопытно, что я нашел в молоденькой ведьме.
– И что же вы во мне нашли?
– Я вижу природную чистоту, – он взял меня за руку и погладил большим пальцем мои коротко обрезанные ногти. – Многие, несмотря на юность, ее уже утратили.
– Меня зовут Лана. Лана Светлячок. Приятно познакомиться, – я вывернула свою руку так, чтобы пожать ладонь чужестранца.
– Даже ваше имя сулит свет, – он улыбнулся, и я засмотрелась на его пухлые губы. – Меня зовут Бадрияр Бравен. И давай перейдем на «ты», если уж стали друзьями.
Не ожидая моего ответа, он принялся за еду. Если Бадрияр неторопливо, аккуратно. Я заметила, что костяшки его пальцев разбиты. Причем дрался он совсем недавно. Что уж говорить, Боевой факультет. Не удивлюсь, если его тело густо покрыто шрамами. Я слышала от охотников, окончивших УПС, какие страшные испытания ждут новичков на стрельбище университета. Именно рассказы об интересной жизни в университете подбили меня на учебу здесь.
Наставница сначала не соглашалась с моей мечтой, но настойчивость и скрупулезное откладывание денег, полученных за дополнительную работу, на учебу, сделали свое дело. Интересно, если бы я сейчас сидела в новом синем платье с жемчужной птичкой, Бадрияр подошел бы ко мне?
Скорее всего, нет. Посчитал бы за гордячку, которая не видит равных себе, поэтому одинока. Выходит, что благодаря вязанной кофте и юбке, сшитой наставницей, я обрела друга и защитника.
Я первая закончила есть, но подождала Бадрияра. Завершив трапезу, он подхватил и мой поднос, который было принято убирать вместе с грязной посудой.
– Понадобится помощь, зови, – сказал бравендорец, прощаясь со мной у выхода. – Не ищи меня в общежитии. Я снимаю номер над трактиром «Хромой рыцарь». Если придешь, спроси у хозяина. Он позовет. Обедаю обычно там же.
– А сегодня? – я оглянулась на столовую, где будущие жены, наконец, дали себе волю посплетничать. Они сбились в плотную кучку, словно пчелы, слетевшиеся на патоку и рвущиеся заполучить столь желанную сладкую каплю.
– Сегодня я заметил одинокую, но гордую девушку.
Я улыбнулась и, поблагодарив за компанию, отправилась в свое общежитие. Стоило немного привести себя в порядок перед вечерним свиданием.
Принцесса принимала ванну. Неспешно, напевая незамысловатый мотивчик. Наверняка собиралась нарядиться на свидание во все новое. Я тоже люблю так делать, но сегодня я вряд ли надену что–либо из своих покупок. Я помнила, что сказала хозяйка лавки про друга ее сына. Он будет в «Поросячьем пятаке». И возможно, если я не появлюсь в вещах, выбранных им, он меня не узнает. Я до сих пор краснела, стоило подумать, как я с ним обошлась.
Я постояла около двери, решая, постучаться сейчас и попросить Корри поторопиться или оставить затею до вечера. Выбор был сделан за меня. Судя по тому, что одна мелодия сменялась другой, а подруга не торопилась покинуть ванную комнату, ждала я напрасно. Я хотела ополоснуться и помыть голову, но поняла, что просто не успею высушить густую гриву.
Я не стала зря тратить время. Завалилась поверх покрывала и закрыла глаза. Вспомнилось, как перед расставанием наставница растопила баньку и сама вымыла меня. Волосы до сих пор пахли травяным отваром и блестели на солнце не хуже серебряка. Старые ведьмы умеют заговаривать воду, чтобы кожа была гладкой, локоны шелковистыми, а мысли чистыми.
Дорога до университета оказалась очень долгой. Из–за того, что горы находились на самом севере Федейры, пришлось пересечь родное королевство и большую часть Эндороля. Наставница позаботилась, чтобы меня сопроводили до столицы драконьего королевства. Один из старых приятелей ведьмы – заядлый охотник и наш постоянный клиент, как раз держал путь в Крессаж. Мы расстались у дверей постоялого двора.
Повертевшись с боку на бок и переходя от одного воспоминания к другому, я не заметила, как уснула. И приснился мне престранный сон: на поле с вытоптанной травой бились на мечах двое. Один – красавчик из лавки тетушки Шантай, второй – чернокожий оборотень из Бравендора. У обоих блестели от ярости глаза, а лица искажала судорога гнева.
– Она моя! – рычал Бадрияр, упираясь мечом в меч противника и не давая тому выйти тесного из захвата. С виска чернокожего сочился пот и, стекая по скуле, капал на ворот плаща. – Я стерегу ее с самого детства!
– Она предназначена мне! – парировал покрасневший от напряжения красавчик из лавки. – С богами нельзя спорить!
У меня свело зубы от противного визга металла, когда парни развели мечи, чтобы вновь сойтись в схватке.
– Лана, что с тобой? Лана, проснись!
Я открыла глаза. Меня трясла за плечо Корри. Уже одетая и высушившая волосы.
– А, что? – я еще чувствовала запах смятой травы.
– Ты плакала и скрипела зубами.
Мое лицо и вправду было мокро от слез. Я поднялась с кровати и, стукаясь спросонок о косяки, направилась в ванную комнату. В ней еще стоял влажный воздух после купания Корри. Я включила холодную воду и, набрав полные ладони, опустила в них лицо.
Ко мне и раньше приходили сны, в которых меня рвали в разные стороны. Хватали за руки и тянули. Я чувствовала, как лопалась от напряжения кожа, как выходили из собственного ложа суставы. Я кричала от боли, но ни один из тех, кто терзал меня, не уступал другому.
Мне никогда не удавалось рассмотреть их лиц. Только руки, но и те были затянуты в железные перчатки. И впервые с тех пор, как меня начали пугать ночные кошмары, я разглядела смертельных соперников.
Я понимала, что лица во сне появились только потому, что и один, и второй произвели на меня сильное впечатление наяву, но как же мне было страшно! Изменился рисунок сна – они уже не мучили меня, а бились друг с другом! И не было рядом наставницы, которая отпоила бы сбором горных трав, помогающим отогнать пугающие видения.
– Что это было? – Корри была встревожена. Она ждала у выхода из ванной. Подала мне полотенце, чтобы я вытерла лицо.
– Кошмар приснился. Такое со мной случается, – мне не хотелось рассказывать подробности.
– И тебя тоже мучают страшные сны? – принцесса вдруг обняла меня. От ее чистых волос приятно пахло. – У меня есть один, повторяющийся из раза в раз. Я сижу в железной бочке, которая катится вниз и все больше и больше набирает скорость. Я кричу, меня тошнит от крови. Она всюду. У меня на руках, на лице, из–за чего я почти ничего не вижу. Но самое страшное, я кричу не одна. Еще один голос. Женский. «Спаси ее! Спаси мою малышку, умоляю!» – просит он.
Корри замолчала, переживая рассказанное.
Глава 9
Я успокаивающе похлопала подругу по спине. Так в минуты печали и горьких слез делала моя наставница.
– Тебе знаком этот голос? – я посмотрела в лицо принцессы. Она плакала. Красные глаза, красный нос. – Может быть, это мольба твоей мамы, просящей богов спасти тебя? Дети часто болеют, иногда очень серьезно. По себе знаю. Вот ты и запомнила то, что услышала в бреду.
Корри покачала головой.
– Нет. У мамы голос более глубокий, даже можно сказать грубоватый, а тот чистый и высокий. Если во сне я закрываю ладонями уши, то слышу, как долго звенит эхо. «Спаси, спаси, спаси!» Но в одном ты права. Я в детстве очень сильно болела. Была на грани смерти. Даже пришлось провести ритуал, чтобы вернуть меня к жизни.
– Что за ритуал?
– Как однажды обмолвился отец, он вызвал ангела.
– Но они же в нашем мире под строгим запретом! – я отшатнулась от подруги.
– На что только не пойдут родители, чтобы спасти своих детей. Даже на преступление. Так оправдывает себя мой отец. Говорит, что он сам за все ответит, когда боги призовут его на небеса.
– Он тебя очень сильно любит, – я сжала руку Корри.
– Да, мне повезло, что у меня такие папа с мамой. А кто твои родители?
Я опустила глаза в пол.
– Я сирота. И совершенно не помню их. Меня воспитали ведьмы. Я мечтала учиться на факультете Темной магии, чтобы быть как наставница и ее подруги, но… Мне и здесь не повезло. У меня нет дара.
– Скажу тебе по секрету, – Корри притянула меня к себе, чтобы прошептать на ухо, – у меня тоже нет дара. Был до той страшной болезни и… исчез.
– Но как же ты так быстро высушила волосы? В ванной еще не сошел пар, а твоя голова совершенно сухая! Я даже на такое простейшее заклинание не способна. Дома мне помогала наставница.
– Бытовые амулеты. У меня они на все случаи жизни. Если тебе вдруг понадобятся, только скажи, – Корри уже улыбалась. Стерлись с лица грусть и слезы. – Для дорогой подруги мне ничего не жалко.
Мы вновь обнялись. Но в этот раз наши объятия не несли в себе печаль или желание утешить. Они походили на сестринские.
Надо же! Достаточно было поговорить начистоту и поделиться секретами, чтобы накапливающиеся претензии стали выглядеть незначительными. И мне это очень нравилось.
По комнатам мы разошлись вполне умиротворенные. Я даже радовалась, что меня тоже пригласили на свидание. Хоть немного развеемся.
