Страница 6 из 7
Луксур Таэр молчал, замолчала и я. Говорили наши взгляды – взбешенный, горящий гневом взгляд темного мага и мой – прямой и честный, который сообщал: «Я хочу помочь. Разрешите мне это сделать!»
– Давайте я вас привяжу, – доброжелательно предложила я. – Тогда вы мне точно не навредите, пока я беседую с духом.
Луксур Таэр накрыл лицо затянутой в черную кожу ладонью и покачал головой, что одновременно означало: «Как же ты меня допекла!» и «Ладно, попробуем, ты ведь не отвяжешься!»
Глава 13
– Так не слишком давит?
Я поправила узел на груди преподавателя. Темный маг сидел, оплетенный жгутами из скрученных простыней: крепких веревок в жутком домище не нашлось, удивительно! Хорошо, что отыскался крепкий стул. Луксур Таэр заставил меня притащить из кладовки несколько самых надежных на вид, а потом безжалостно трясти их и стучать ножками по полу, проверяя на прочность. Мы остановили свой выбор на основательном, чем-то напоминающем трон стуле с резными дубовыми подлокотниками и широкой спинкой, обтянутой потертым бархатом.
– Не слишком, – коротко бросил маг в ответ на вопрос. – Я бы еще затянул.
– Уверены?
– Я вообще ни в чем не уверен!
Я послушно затянула узел посильнее. Хорошо, что нас никто не видит! Муза, простынями привязывающая к стулу хозяина дома, – зрелище не для слабонервных. Да и я, признаюсь, не представляла, какое испытание меня ожидает, когда предложила план! Пока луксур Таэр неподвижно сидел на стуле с непроницаемым лицом, мне приходилось касаться то его рук, то ног, то груди. Мы постоянно оказывались нос к носу. Щеки начали гореть от смущения. Когда я нагибалась к груди темного мага, я чувствовала на волосах его дыхание и еще ощущала легкий, подвыветрившийся аромат мужских духов от его рубашки и галстука: бергамот, шалфей и нотка пряной гвоздики. О чем думал луксур Таэр во время моих осторожных прикосновений, понять было невозможно: ни один мускул не дрогнул ни на его лице, ни на теле. Взгляд, уставившийся в пространство, остекленел. Как бы маг не ушел раньше времени в транс!
– Все, – сообщила я, отступая на шаг.
Показалось или темный маг тоже с облегчением выдохнул и сделался не таким напряженным?
На столике ожидали своего часа две мензурки: одна с остатками морса из теневиктуса, другая наполненная темно-коричневой жидкостью – эликсиром из гробовника. Луксур Таэр сумел-таки сварить лекарство из того праха, который я насобирала под окном. Здесь же лежала флейта, вынутая из футляра, – как только маг сделает глоток морса, я, не дожидаясь вселения призрака, начну играть успокаивающую мелодию. Знать бы еще, какие мелодии утихомиривают неприкаянные души, а какие, наоборот, бодрят!
– Если что-то пойдет не по плану, – в десятый раз за последний час повторил луксур Таэр, – беги на кухню. Ты ведь поставила воду, как я велел? Она уже должна вскипеть.
– Не поставила, – призналась я: самое время сказать правду, теперь, когда темный маг крепко связан и никуда, голубчик, не денется. – Я не стану вам вредить! Мало вам, что руки обожжены? Все будет хорошо, доверьтесь мне.
Я взяла мензурку с розовой жидкостью.
– Так! Стоп! – рявкнул луксур Таэр. – Немедленно развяжи меня! Чем я только думал? Довериться студентке! И даже не студентке факультета некромантии, а музе! Это была плохая идея.
Я бочком придвинулась на пару шагов. Темный маг, спеленатый по рукам и ногам, мог вертеть только головой, он поворачивал ее следом за моими перемещениями, подозрительно сузив глаза.
– Пробирку на стол! – приказал он преподавательским тоном, от которого у его студентов, несомненно, волосы вставали дыбом, и те немедленно бросались выполнять распоряжения.
– Простите! – взмолилась я, заранее представляя, какая разразится гроза, когда все закончится и луксур Таэр придет в себя.
Я стремительно приблизилась и поднесла мензурку к губам темного мага, одной рукой приподнимая его голову за подбородок, чтобы ему удобнее было глотать. Жидкость полилась по сомкнутым губам, по шее, по галстуку.
– Доверьтесь… – тихо произнесла я, глядя в глаза луксура Таэра, его удивительные, темно-синие, пронзительные глаза.
Он чуть заметно кивнул, все-таки разжал губы и сделал глоток морса.
Теперь нужно как можно скорее добраться до флейты. Я преодолела полтора метра, отделяющих меня от столика, за пару мгновений, но и этого времени хватило, чтобы дух вселился в тело темного мага, будто только и ждал возможности. За моей спиной раздался грохот, я обернулась: преподаватель вращал желтыми глазищами, скрежетал зубами и подпрыгивал вместе со стулом. Мы выбрали самый крепкий стул, но даже он уже жалобно кряхтел, собираясь отбросить ножки: еще немного – и развалится, тогда призраку, занявшему место луксура Таэра, будет несложно освободиться от пут.
– Се-е-ерьги! – провыл пленник.
Ага, старый знакомый пожаловал, давно не виделись! Сейчас мы тебя обо всем расспросим. Я приложила флейту к губам, пальцы тряслись и не закрывали нужные отверстия, но не зря я посвящала репетициям три часа в день – хотя я была вне себя от ужаса, мышечная память не подвела. Руки сами вспомнили позиции, легкие набрали воздух, и полилась мелодия – нежная, чистая, теплая, будто мамина ладошка под моей щекой. Я играла колыбельную. «Утешься, утешься и слезы не лей, – ласково пела флейта. – Не бойся, не злись, ни о чем не жалей…»
Призрак замер, прислушался, наклонив голову набок. Стул с облегчением крякнул, встав на разъезжающихся ножках. Я продолжала играть и осторожно приближалась. Сейчас главное – не пропустить момент, когда дух достаточно успокоится, чтобы отвечать на вопросы, но успокоится ли? Не представляю, как я стану спаивать ему эликсир гробовника, но думать об этом пока рано.
Призрак сидел неподвижно, и я решилась – отвела флейту от губ. Незваный гость, вернее, гостья в теле темного мага шевельнулась и уставилась на меня немигающим взглядом.
– Они не могут найти мои серьги, – тоненьким голосом прохныкал темный маг.
Глава 14
– Кто не может найти серьги? – конечно же, спросила я.
Гостья в теле мага закатила глаза к потолку, и луксур Таэр сразу сделался похож на капризную богатенькую дамочку. В совокупности с черной щетиной это выглядело крайне забавно, я сцепила губы, задавливая хихиканье. Еще не хватало, чтобы неприкаянная душа разобиделась и снова принялась буянить.
– Они! – исчерпывающе пояснила дамочка, видимо, и при жизни не отличавшаяся сообразительностью. – Мои серьги должны быть в ушах, между прочим! А они не в ушах!
– Ясно, понятно. В ушах, конечно, где же им еще быть!
Вероятно, незнакомку похоронили без серег, вот она и бесится. Как же некоторые любят привязываться к вещам, просто удивительно!
– Мы вернем ваши серьги, – клятвенно пообещала я. – Вы только расскажите, где искать ваши уши!
Без точного адреса или хотя бы имени гостьи поиски затянутся на месяцы. Хотя я вовсе не была уверена, что луксур Таэр захочет тратить драгоценное время на мелочные страстишки богатенькой новопреставленной.
– Как где? – обиженно выпятил нижнюю губу суровый темный маг. – Там же, где и всегда. На королевской аллее, в особняке семьи Гранд.
Королевская аллея! Ничего себе! Я оказалась права по поводу богатства некоей луксурии Гранд: бедные люди на королевской аллее никогда не селились.
– Мы их найдем! Уши. И серьги! – Я слегка подзапуталась в обещаниях, но изо всех сил старалась, чтобы они прозвучали искренне: может, несчастную душу попустит и она перестанет преследовать моего работодателя.
Гостья действительно улыбнулась, кокетливо постреливая глазками из-под ресниц. Луксур Таэр, вы такой милашка, когда жеманничаете!
– Спасибо, милочка. Эти серьги обязательно, просто обязательно должны оказаться на своем месте. Меня послали, чтобы…
Темный маг заморгал, и цвет глаз сменился с желтого на темно-синий, а потом снова на желтый. Похоже, контакт с успокоившимся духом может продолжаться, как и говорил луксур Таэр, не дольше трех минут и время подходит к концу. Именно сейчас, когда началось самое интересное!
– Кто вас послал?
Я наклонилась, взяла преподавателя за плечи, заглянула в лицо, будто могла на нем прочесть ответ.
– Послала… – пробормотали губы. – Послала, чтобы сказать…
– Ну же, продолжайте! – взмолилась я, стоя нос к носу с почившей луксурией Гранд.
– Что продолжать? – хрипло и нервно осведомился вернувшийся из небытия маг. – Я так понимаю, ничего не вышло?
– Это почему? – немного обиделась я. – Потому что вы по-прежнему привязаны, не разломали мебель и не покусали меня в очередной раз?
– Я попросил прощения за произошедший инцидент! – встрепенулся маг.
– Да-да, забыли! Дело прошлое. Однако я ведь говорила, что все получится! У меня для вас две хорошие новости. Во-первых, эликсир гробовника не понадобился, так как дух, успокоившись, через пару минут сам убрался восвояси, а во-вторых…
Я как можно подробнее пересказала разговор с луксурией Гранд, если, конечно, ее звали именно так. Я говорила и постепенно развязывала узлы и распутывала жгуты, освобождая мага. Вот он поднялся на ноги, сразу став выше меня на голову, повел плечами и покрутил запястьями, разминаясь.
– Мы теперь поедем на Королевскую аллею? – оживилась я.
– Конечно, нет, – последовал холодный ответ. – Я кандидат темных наук, преподаватель и маг-призыватель. Призыватель, а не дознаватель. Ладно бы дело касалось убийства, но поиск пропавших украшений немного… хм… не моя специализация.
– Но я обещала!
Луксур Таэр снисходительно поглядел на меня, как на беззаботную пичугу, случайно запорхнувшую в мрачный склеп и впервые познавшую тайну смерти.
– Если ты обещала – ты и займись.
– Но!..
Творец, с кем я пытаюсь спорить! Как там про него говорил куратор? Несговорчивый, упертый, а я бы еще добавила – неуживчивый, жесткий, сумасбродный!.. Надо остановиться, иначе я стану бесконечно подбирать эпитеты: по риторике у меня тоже стоит высший балл.
– Если мы исполним ее последнее желание, одной неприкаянной душой в мире станет меньше, – продолжала убеждать я.
Темный маг покачал головой, устремив на меня скучающий взгляд: не проняло.
– Без меня.
Хоть бы добавил: «Извини, Шайни!»
– Душа сказала: меня послали, – вкрадчиво напомнила я. – Разве вам не интересно, кто ее послал? Вдруг это напрямую связано с проклятием.
Луксур Таэр качнулся с носков на пятки, прикусил краешек губы: мыслительный процесс налицо, то есть на лице.
– Я никогда не слышал ни о чем подобном. Не читал в трудах магов-призывателей, а я, поверь, изучил их достаточно. Ты уверена, что правильно расслышала?
– На уши пока не жалуюсь! – возмутилась я. – С моими ушами, слава Творцу, все в порядке. А вот уши несчастной луксурии Гранд…
– Мы уже ничем не сможем помочь ушам луксурии Гранд! – отрезал маг. – Однако… В своем роде это может быть уникальный случай.
Я так и видела, что ученый внутри луксура Таэра ожил и готов бежать за бумагой и пером: материала-то хватит не на одну кандидатскую.
– Так ведь и ваш случай уникальный! Разве вы отыскали в книгах хотя бы одно упоминание о чем-то похожем?
«И не говорите, что не перелистывали снова и снова пыльные столетние фолианты в поисках ответа!» – мысленно добавила я.
– Только представьте! – взмолилась я. – Любящие дети, возможно, внуки, безутешный вдовец мечтали бы исполнить последнюю волю умершей, но даже не знают о ней! Если бы кто-то, безвременно покинувший вас…
Лицо темного мага исказилось. Мне, как любому, кто терял близких, было хорошо знакомо это выражение – смесь невыносимой боли и обжигающего чувства вины. Я замолчала на полуслове, чтобы не бередить рану. Неужели Ларс тоже кого-то потерял?
Не Ларс, не Ларс. Луксур Таэр. Мой работодатель и хозяин дома, где я живу.
– Едем, – бросил он.
Глава 15
– У моей супруги не были проколоты уши, – заявил луксур Гранд, одетый в домашний халат.
Время близилось к обеду, но мы явно подняли хозяина дома из постели. Вид он имел недовольный и на страдающего вдовца никак не походил.
Луксур Таэр молча повернул голову и окинул меня таким ледяным, пробирающим от макушки до пяток взглядом, что я готова была провалиться сквозь землю. А ведь я ни слова не солгала, все пересказала в точности! Королевская аллея, особняк семьи Гранд. Вот же он, стоит как миленький. В чем же я ошиблась?
Настроение упало окончательно, а оно и так-то не фонтанировало восторгом. Кэб за нами прислали отвратительный: сквозь прохудившуюся обивку сиденья пробивались пружины, а колеса с расшатанными рессорами, пока мы добирались до места, пересчитали все камешки на дороге. Сдается мне, компания-перевозчик за что-то точит на луксура Таэра зуб.
– Запишите на мой счет, – бросил темный маг, легко спрыгнув с верхней ступеньки на землю.
Он не оборачиваясь отправился к воротам, зато от моего взгляда не ускользнуло кислое выражение, мелькнувшее на лице возницы. Судя по всему, луксур Таэр не в первый раз просил «записать», не расщедрившись на чаевые. Вот еще кое-что новенькое о моем работодателе. Неужели у него проблемы с деньгами?
Дворецкий оглядел ранних визитеров, то есть нас, с подозрением. Попросил представиться и надменно воззрился на луксура Таэра. Где ему тягаться в гляделки с темным магом? Облитый волной презрения, дворецкий слегка сник.
– Луксур Таэр и его помощница. – Помощница! Вот как: он уже не собирается от меня избавляться? – Просят аудиенции у луксура Гранда.
Нас проводили в гостиную, и теперь мы сидели на низкой софе, едва не толкая друг друга локтями. Мой темный маг как-то умудрялся сохранять хладнокровие даже в таких обстоятельствах, когда из-за высокого роста ему пришлось вытянуть длинные ноги, иначе колени неаристократично задирались вверх.
– Как не проколоты? – прошептала я. – Не может быть! Она ясно сказала: «Мои серьги должны быть в ушах!»
– Моя покойная жена? – на всякий случай уточнил хозяин дома.
Вид у него был слегка ошалевший, как у человека, который подозревает, что его разыгрывают, но мрачная физиономия темного мага как бы намекала, что сейчас не время для шуток.
Хоть одна приятная новость: покойная жена все же имелась в наличии! Однако я тут же устыдилась: чему я радуюсь? В семье горе!
– Давно она отошла к Творцу? – спросил луксур Таэр.
– Да уж две недели как…
Дверь в гостиную тихонько приоткрылась, в нее заглянула сонная девица в легком пеньюаре и позвала:
– Котик, ты куда пропал?
– Скройся с глаз! – шикнул на нее безутешный вдовец. – Служанка. Совсем распоясалась!
– Распоясалась, – иронично подтвердил луксур Таэр. – Мы видим. Так, значит, ваша жена…
– Моя бедняжка! – театрально воскликнул вдовец, неожиданно вспомнив о том, что он скорбит. – Такая молодая, полная сил и страсти, ушла во цвете лет!
Он сморщился, силясь выдавить слезу, но не преуспел, поэтому сделал вид, что у него зачесался нос.
– Так вот, уши у нее были не проколоты, – уже спокойным голосом, как ни в чем не бывало, продолжил хозяин дома. – Моя Матильда всю жизнь страдала от разного рода непереносимости: на еду, на пыльцу, на кошачий мех, всего и не припомню. Она и умерла-то, съев булочку с ореховым кремом – перепутала арахис с фундуком. Задохнулась за пару минут… Непереносимость, да. Вот и никакой металл не могла носить в ушах, даже благородный, такой как золото. Однако украшения она очень любила, постоянно покупала новые…
У луксура Гранда вдруг расширились глаза, и он придвинулся к краешку стула, на котором сидел.
– О! Так ведь она не просто так вас послала ко мне! Я понял! Моя дорогая Матильда хочет, чтобы вы помогли мне отыскать сейф, в котором хранились ее драгоценности!
