Перейти к содержанию

Звёздная Кровь. Изгой V — книга №5 серии «Звёздная Кровь. Изгой»

Автор:

4,8 260+ оценок читателей Рунета
Категория
Боевая фантастика
Серия
Звёздная Кровь. Изгой · книга №5
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Путь привёл меня через опасности Единства в Поднебесный Аркадон. Здесь мне пришлось столкнуться с войной, предательством и собственными страхами. Я сражался с коварными врагами и преодолевал трудности, стал Восходящим, пережил заговоры и многих врагов. Вот только моя главная цель всё ещё остаётся недостигнутой, а каждый шаг вперёд открывает всё новые и новые препятствия. Теперь над Поднебесным Аркадоном нависла новая угроза, которая может уничтожить всё и всех. Передо мной снова стоит нелёгкий выбор. Получится ли сохранить себя в мире предательства и насилия, где важна только Звёздная Кровь?

Читать «Звёздная Кровь. Изгой V» — Алексей Елисеев онлайн

Страница 25 из 30

Ночь мы провели в просторной и сухой гостевой-пещере. Пол и стены тут были ровными. Камень выровняли, а свод пещеры словно и не тронули. Местные постели представляли собой выдолбленные ниши в стене. И если Ами легко поместилась в одной из них, то мне пришлось довольствоваться спальным мешком, чем я, в общем-то, не был опечален. Усталость и мысли усыпили меня практически сразу. Хоть чувство опасности помалкивало, мы закрыли надёжную дверь из толстых досок на тяжёлый засов. Призвал из Руны Колчака, так как Руна с Ухом была в откате. Маблан свернулся у двери. Только после всех этих предосторожностей мы позволили себе расслабиться и уснуть.

Наутро за мной и Ами пожаловала делегация из нескольких худых подростков-зоргхов, которых глава рода выделил чтобы они были нашими сопровождающими. Во вчерашнем пиршественном зале я принялся врачевать домашних семьи Комач, занимаясь до обеда только ими. Нельзя сказать, что здесь было что-то сверхсложное. Ничего, с чем не справилась бы Звёздная Кровь. Старческие болячки и отклонения развития у детей я всё ещё не мог врачевать.

Закончив с одной семьёй, подростки повели нас с Ами по поселению из «дома» в «дом». И повсюду нас встречали раненые, больные, недомогающие, бледные, покрытые язвами или серыми опухолями. При виде такого количества несчастных в груди всё сжалось: они ведь и правда хотят, чтобы я всех исцелил... Однако это было не в моих силах. Но помочь получалось очень многим.

Старик Грох рассказал, что он уже выслал группу воинов за Медовым Деревом.

— Эти болезные не могут ждать. Так что давай, Восходящий, твори свои чудеса. И скажи, что хочешь сверх плодов, чтобы меня не жрал червь алчности.

Я уже хотел сказать, что исцеление — дорогое удовольствие и за исцеление каждого я плачу собственной Звёздной Кровью, но не помочь в Единстве тем, кто нас мирно принял было бы невежливым и неправильным. Однако и садиться себе на голову я не хотел.

Мы — я и Ами — заранее обсудили этот вопрос после того, как проснулись. По её словам зоргхи были непревзойдёнными стрелками и охотниками, хорошо маскировались и тихо ходили, прекрасно готовили, но эти все сильные качества компенсировались их вороватостью, которую они иначе как «хозяйственностью» и не называли.

Поэтому я ответил Гроху:

— Больных много. Если пересчитывать на уны хотя бы только себестоимость, выйдет очень дорого, — глядя, как лицо старика потемнело, продолжил. — Но мы можем договориться.

— Не тяни, Восходящий Кир...

— Мне нужен верный проводник. Чор, вроде не очень нужен вашему роду, а мне бы он стал хорошим помощником, он умеет скрываться, стрелять. У него дар невидимости...

Лицо Гроха ещё больше потемнело.

— Мне бы пригодился, следопыт, снайпер и охотник. Однако попросить его на неделю — бесполезно. Не успеем мы до болот дойти, как он уже вернётся к себе. Мне нужен он на год.

Старик надолго замолчал, даже не моргая, будто переваривая это моё предложение. Потом ткнул костяной тростью в Чора, который стоял за его стулом, всем видом показывая, что хотел бы провалиться сквозь землю:

— Приемлемо, — проскрипел он наконец. — Забирай этого дармоеда. Пусть послужит тебе, уму-разуму научится, а контрабандист из него плохой. Год — слышал? Год! Если сбежишь, жди, что не приму тебя обратно...

Лицо Чора исказилось то ли от обиды, то ли от страха, и на миг мне стало жаль его. Но сейчас были все основания принять это предложение: он ведь и правда ловок, меток, а в болоте нам без проводника никак.

Подошёл к нему, протянул ладонь:

— Год. Что скажешь, Чор? Справишься?

Он не ответил сразу, лишь бросил злобный взгляд на своего деда. И, выдохнув, сжал мою руку:

— Ладно... Только не помыкай мною, как рабом... И пушечным мясом я не буду.

— Не в моих интересах терять союзника, — ответил я ухмыльнувшись. — Тогда сделка?

— Сделка, — протянул без особого энтузиазма наш проводник.

— Мой внук ещё бестолковый, — проворчал старейшина, словно решая судьбу куска мяса, — Даже в сбыте контрабанды не преуспел. А может, с тобой, Восходящий, поумнеет. Год... Так тому и быть. Заодно он посмотрит на мир, и себя покажет.

Ами чуть заметно улыбнулась, приподняв уголки губ. Я прочитал в её взгляде облегчение.

— Чор, — снова заговорил Грох, постукивая узловатыми пальцами по посоху, — Слышал, что говорит твой новый старший?

Зоргх опустил глаза, прижав ладони к груди:

— Да, дед... Слышу. Буду служить. Год... если выживу.

Старейшина лишь ухмыльнулся в ответ.

246.

Наш путь снова лежал по древним тоннелям камнеедов, часть из которых была настолько велика, что мы могли спокойно ехать верхом. Внутри подвывал ветер, наполняя пространство под сводами причудливыми звуками. Это было и плохо, и хорошо.

Очевидным плюсом было то, что скорость наша значительно возросла. Когда можно было двигаться верхом, я брал Чора на спину своего тауро, и мы двигались рысью. Могучий Буян, казалось, даже не замечал добавившихся шестьдесят килограмм веса. Чору ездить верхом не нравилось. Он откровенно тауро побаивался, в седле его укачивало. Неудивительно, что такого ускоренного способа передвижения он не оценил. Но и позволить коротконогому зоргху бежать за нами на своих двоих, я не мог. Пешком бы он нас слишком тормозил.

Минусами старых тоннелей было то, что их успела заселить всевозможная живность. Основными представителями которой являлись всевозможные насекомые. Они роились и при каждом удобном случае начинали нас грызть. Мои улучшения кожи позволяли переносить эти атаки мелких вредителей относительно спокойно. Насекомые-паразиты попросту не прокусывали мою кожу, но изобильно набивались в глаза, рот, нос, уши и ползали по коже в поисках уязвимого места.

Их было настолько много, что я вспомнил про соамово средство от ночницы, которое он мне дал почти сразу после нашего знакомства. Репеллентом от насекомых мы воспользовались сами и защитили наших животных.

Довольно сильное движение воздуха свидетельствовало о том, что здесь есть выходы. Представителей животного мира крупней, чем многочисленные мелкие вредители нам, пока не встречалось, но если верить Чору имелись и такие. Гигантские насекомые и ночные твари водились и здесь. Успокаивало только то, что про Червей и Имаго местные жители ничего не слышали. С кем-кем, а с ними встречаться без соответствующей предварительной подготовки не хотелось бы. Потому как нам придётся драпать.

Все эти байки Чор начал травить, естественно, после того, как наш небольшой отряд углубился в тоннели на несколько десятков километров. Прошли мы их довольно легко, так как пол оказался ровным. Под ногами тихо похрустывали чешуйки чего-то органического, напоминавшие древесную кору.

По пути нам попадались довольно просторные пещеры, служившие перекрёстками практически одинаковых тоннелей. Эти почти идеально круглые пещеры были признаком тоннелей камнеедов. Насколько я понял, при первом посещении подобных тоннелей, пещеры эти служат червям, грызущим камни чем-то вроде лёжек.

В таких «уютных» пещерках мы и останавливались передохнуть, перекусить и размяться. Эти залы имели в диаметре от тридцати до шестидесяти метров, с обязательным водоёмом в центре на дне зала, круглым словно блюдце. Естественно, в этих старых тоннелях никаких камнеедов уже не было.

Мы покинули деревню зоргхов на рассвете. Воздух был довольно влажным, пропитанным запахом затхлой сырости и дыма тлеющих костров. Чор шёл впереди, его низкая и плотная фигура в пончо сливалась с тусклым светом, пробивавшимся через расселины в скалах. Ами ехала следом, её карабин наготове, и вела она себя настороженно, всё ещё не веря ни Чору, в частности, ни зоргхам в целом.

Я замыкал наше шествие, размышляя о том, о сём, поглядывая назад, но скорей для порядка, чем из необходимости. Рядом со мной расслабленно семенил Колчак, то и дело, становясь столбиком и шевеля вибриссами.

Тауро также довольно топали, их тяжёлые копыта глухо отдавались в узком тоннеле. Насколько я понимал животных, они застоялись в деревне и теперь радовались возможности брести и бежать куда угодно, лишь бы не торчать на одном месте. Мы провели в подземном поселении зоргхов четыре древодня, занимаясь в основном тем, что накладывали заклинания исцеления.

В основном этим занималась Ам’Нир’Юн. Её заклинание было ниже рангом, но в большинстве случаев его хватало. Я же занимался более сложными случаями: неправильно сросшимися переломами, тяжёлыми травмами и другими серьёзными болезнями. Пришлось провести даже несколько операций. Сломав одному мальчишке ногу и заново поставив кости на свои места, за ним на операционный стол лёг охотник с неправильно сросшейся ключицей. Было и ещё несколько случаев.

Никогда в той прошлой жизни я бы не взялся за медицину, да ещё и операции. Слишком мало я знал в этой области. Но единственное, что чётко понимал — кроме меня никто этим покалеченным зоргхам не поможет. Не дождались бы они настоящего врача или сколько-нибудь квалифицированного лекаря.

На третий день в нашу с Ами гостевую комнату принесли плоды Медового Дерева. И их... Их было много. Целая гора. Я рассудил, что больше не меньше, и не откладывая в долгий ящик, мы запаковали в Руну деревянного ранга всё, что нам принесли. Получилось четыре Руны в общей сложности. Одну я сразу отдал Ам’Нир’Юн, в качестве благодарности за это совместное приключение. Три других собирался отдать Лис, после возвращения в Небесную Аптеку.

Фонарь Чора бросал жёлтый свет на стены, и я заметил, что они местами покрыты странными узорами — то ли рунами, то ли следами когтей. Воздух был густым, пахнущим плесенью и чем-то кислым. Мы двигались в полной тишине, лишь изредка слышалось капанье воды, да скрежет камня и чешуек под ногами тауро.

— Примерно через час мы подойдём к Грибнице, — негромко сообщил Чор не оборачиваясь. — Мои предки её развели, даже в самые мрачные времена она спасала нас от голода.

— Угу, — кивнул я, не влипая в дальнейшие разговоры.

Ами, бросила на меня взгляд, полный сомнений. Она тоже не доверяла проводнику, хотя сейчас у него вроде бы не было резона предавать нас.

Грибница оказалась огромной пещерой, стены которой были покрыты мясными грибами. Они росли в углублениях, их мясистые шляпки блестели в свете фонарей. Запах был резким, сладковатым, почти вызывающим тошноту. Чор остановился, указав рукой на самый большой нарост.

— Вот она, — сказал он. — Её называют Матерью всех грибов. Она кормила нас веками.

Я не стал расспрашивать. Мясные грибы я уже видел. Эти ничем не отличались от уже знакомых мне, разве что были больше и их тут было много.

— Двигаемся дальше, — я прервал затянувшуюся паузу.

— А как же... — растерянно заговорил наш проводник, — мы что не будем делать запас провизии в путь?

— У нас полно провизии, — спокойно возразил я. — Я не хочу нагружать наших тауро лишним грузом.

— Но вы же Восходящие! — горячо возразил Комач. — Давайте уберём грибы в Руну.

— Это только лишний расход Звёздной Крови, — возразила Ами.

— Но я умею готовить Мясной Гриб тремя сотнями различных способов. Пальчики оближете!

В общем, послушав перепалку Чора и Ам’Нир’Юн, я спрыгнул с тауро и в несколько ударов мечом, отделил от самого большого гриба солидный кус и запаковал в Руну и его. В конце концов, разнообразие пищевого рациона в походе, да и не только в походе благотворно действует на боевой дух.

Мы прошли ещё под сотню километров, когда я заметил неладное. Мой Атлас Восходящего показывал, что мы движемся не совсем в ту сторону, в какую должны. Я остановился, открывая интерфейс, и Ами поняла, что что-то не так.

— Чор, — позвал я, и проводник обернулся. — Мы идём не туда.

Он замер, его глаза стрельнули в сторону, но голос остался спокойным:

— Мы идём к «Стреле», приятель. Ты же хочешь найти Белый Лотос, верно?

— «Стрела»? — переспросила Ами, её голос был резким, почти угрожающим. — Что это за «Стрела»?

Чор ухмыльнулся:

— Устройство древних Кел. Оно сэкономит нам недели пути. Но если вы хотите идти через болота, пожалуйста, я вас провожу.

Я обменялся взглядом с Ами. Она медленно кивнула:

— Мой народ также пользовался «Стрелами», но про то, что одна из них есть здесь, я не знала...

Мы продолжили путь. Тоннель начал подниматься, воздух стал разреженным. Мы шли по спиральной галерее, стены которой были покрыты мхом, светившимся тусклым зелёным светом. Фонарь Чора казался ненужным, но он продолжал держать его в руке. Я чувствовал, как воздух становится всё холоднее.

247.

Пока мы шли рядом с Ами, ведя тауро, я спросил:

— Стрела... это что?

— Зоргх сказал всё верно. Это устройство Кел, которое перемещает на большое расстояние, — пожала плечами напарница. — Мой народ тоже пользовался подобными.

— Что-то вроде транслокатора, — решил я для себя.

Ами в ответ лишь ещё раз пожала плечами и вежливо улыбнулась. Из этой нехитрой пантомимы стало ясно, что она не понимает, о чём я говорю, и это не было удивительно, ведь последнее слово я неосознанно произнёс по-русски. Кроме того, я сильно сомневаюсь, что дочери клана кочевников известно, что такое транслокатор.

Мы продолжали подниматься по тоннелю, уже мало напоминавшему прогрызенную камнеедом дыру, так как изменилось всё: форма, размер, сечение. Теперь мы шли по остаткам древней коммуникационной галереи, закрученной в подобие серпантина. Чем дальше, тем понятней становилось — это остатки древней цивилизации, что-то вроде старой дороги, то и дело попадались остатки плит облицовочного декоративного материала, коим, вероятно, были отделаны стены. На самих стенах были видны следы потёкшего базальтом камня. Здесь поработали плазменными резаками, не иначе. А ещё здесь было нечто вроде остатков каких-то строений. Каких определить по кучам строительных блоков было невозможно.

Наконец, мы вышли на поверхность. Как и предупредил наш проводник, мы вышли на вершине горы, ветер срывал снег с ледника, но площадка перед нами была чистой.

— Пришли, приятель, — Чор указал рукой вперёд. — Давайте за мной.

Каблуки сапог отмечали каждый шаг по ровной каменной площадке. А затем я увидел, куда нас вёл Чор. Это был огромный треугольный уступ, висящий над пугающей пустотой пропасти. Зоргх бесстрашно двигался вперёд.

Я увидел просторную, пустую площадь, выложенную прекрасно сохранившимися плитами из лиора. Внутри снова проснулись опасения, со всех сторон — обрыв! И даже если мы перенесёмся куда-то, то куда? Можно ли доверять этому мелкому преступному элементу?

Когда копыта застучали по плитам, я различил на них фрагменты разноцветной мозаики, складывающиеся в стрелу. На каменной площадке был вырезан огромный круг с рунами, внутри которого был схематический наконечник стрелы, указывающий в пустоту.

Не сбавляя темпа, наш проводник пошёл прямо, пока не оказался в центре круга из Рун, и вдруг символы полыхнули серебристым сиянием. Фигура зоргха мгновенно исчезла. Словно воздух раскалился на мгновение, но через секунду я уже не был уверен, что это не привиделось.

Я заколебался, но Ами шагнула вперёд, держа кавалерийский карабин наготове. Она проделала половину пути и вернулась, заметив моё замешательство.

— Кир? — вскинула она брови.

— Что нас ждёт на той стороне?

— Я не знаю, — спокойно ответила напарница, — Никогда не ходила через эту стрелу, но на привале расспросила Чора. Он говорит, болота…

— Я не об этом...

Достав «Десницу», посмотрел, все ли каморы барабана заполнены патронами.

— А о чём?

— Это понятно, зоргх никогда бы первый не шагнул, если бы там было жерло вулкана или космическое пространство. Верно? Но вдруг на той стороне на нас ждёт засада? — оформил я, наконец невнятные опасения, вдруг начавшие терзать меня.

— Я говорила, что нам вдвоём спокойней будет, — насмешливо изогнула бровь Ами. — Понять не могу, чего ты нашёл в этом жуликоватом и мутном коротышке. Ему нельзя верить и на него не положиться в сложный момент. Мы прошли школу «Дохлых Единорогов», любой из наших был бы предпочтительней этого карлика с душой тенепода.

Я проверил карабин и меч.

— Чем разнообразней таланты членов команды, тем больше вариантов решения поставленных задач мы будем иметь на руках...

Она снова усмехнулась.

— Скажи лучше, что тебе понравилась его стряпня!

— Не без этого, — пожал я плечами, понимая, что все формальные отсрочки я уже испробовал, — Идём?

— Идём. Только...

— Что?

— Давай верхом преодолеем Стрелу. Если будет на той стороне опасность, дадим шпоры и сразу отступим, или будем кружить и засыпать врагов пулями и заклинаниями.

Я кивнул и вскочил в седло.

Мы последовали на площадку. Внезапно воздух вокруг нас сгустился, и я почувствовал, как земля уходит из-под ног, а потом мы просто оказались в другом месте.

Ветер, температура воздуха, запахи, свет, окружающий пейзаж — всё это оказалось другим. Вокруг больше не было горных пиков, ледников, снега и мороза. За спиной оказалась треугольная стрельчатая арка ворот из ниоткуда в никуда. Две огранённых каменных иглы, прихотливо изогнутые и переплетённые, почему-то вызывали в памяти ассоциации с величественной готикой.