Страница 2 из 6
– Похоже, что ларчик открывался просто, – пробормотал Егор, – нужна была кровь Лазарева.
– И мы что будем сейчас Димку на каждой преграде резать? – азартно спросила Ванда. Вот маньячка! Я даже дар речи ненадолго потерял.
– Не дождётесь, – наконец, смог ответить этим добрым людям и шагнул в темноту.
По всей видимости, это просторное помещение тоже было оборудовано датчиками движения, потому что стоило мне сделать пару шагов, как загорелся мягкий свет.
Это действительно был бункер, или большой контейнер, который попросту зарыли в землю. Ну, или ещё что-то, очень сильно похожее на огромную металлическую коробку. Пол, стены, потолок – всё было сделано из того же металла, что и дверь. А ещё бункер был пуст. Лишь у дальней стены прямо на полу стояла шкатулка, которую я даже сразу не заметил. На шкатулке было выгравировано изображение волка, вставшего на задние лапы.
– Должно быть это именно то, что мы ищем, – я поднял шкатулку и подошёл к друзьям, зашедшим в бункер за мной следом. Они топтались возле входа, не решаясь пройти дальше.
– А может быть, не будем открывать? – напряжённо спросила Ванда. – Как-то мы очень легко сюда зашли. А такого просто не может быть.
– Ты это называешь легко? – вскинулся было я, но потом задумался. – Да, ты права, – я задумчиво вертел в руках довольно тяжёлую шкатулку. – Лазаревы не были бы Лазаревыми, если бы какую-нибудь пакость не придумали даже для своих. Но как нам убедиться в том, что мы нашли именно то, что искали?
– Надо открывать, – вздохнув, сказал решающее слово Егор. – Пятьдесят на пятьдесят.
Я ещё несколько минут постоял, не решаясь открыть крышку. Нужно уже что-то делать, потому что гуляем мы по подземельям довольно долго, и нам ещё возвращаться в школу. Поэтому, отбросив сомнения, щёлкнул защёлкой, и крышка открылась сама. И резать себя не пришлось. В выемке на красном бархате лежал невзрачный предмет, виде шара, сплюснутого с двух сторон.
Внезапно все лампочки в помещении поменяли цвет на красный, и приятный женский голос сообщил:
– Таймер активирован.
Лампочки мигнули ещё пару раз, нагоняя приступ паники, а потом свет принял приятный жёлтый оттенок.
– Это нам так намекнули о том, что пора отсюда сваливать? – как-то слишком жизнерадостно спросила Ванда.
– Не исключено. Но давайте сначала посмотрим, ради чего мы так рисковали? – мы все вместе принялись разглядывать этот странный предмет. Ванда осторожно, кончиком пальца тронула его, и когда ничего не произошло, вытащила из шкатулки. – Что это такое?
– Кто бы знал, – я аккуратно поставил шкатулку на пол и принялся разглядывать артефакт. – Только вот, эта штука совсем не похожа на поделки Лазаревых.
– Почему ты так думаешь? – Егор последовал примеру Ванды и потрогал артефакт.
– В нём нет присущего Лазаревым изящества, от которого просто несёт опасностью, – я достаточно нагляделся на предметы, вышедшие из рук Лазаревых и в лаборатории, и дома, чтобы понять – на этот раз я не ошибаюсь. – Ладно, что бы это ни было, но нам пора возвращаться в школу.
Но стоило нам сделать шаг в сторону выхода, как проявилась склонность Лазаревых к смертельно-опасным шуточкам. Не было тех варварских банальных ловушек из коридора. Прямо на нас медленно двигалась переливающаяся и словно искажающая пространство стена. Её невозможно было ни обойти, ни проползти под ней. Словно кусок кривого зеркала двигался прямо на нас, и мы ничего не могли сделать, только медленно отступали, прекрасно понимая: скоро отступать будет некуда.
Именно сейчас мы перепугались так, что начали заикаться. От этого двигающегося на нас нечта веяло какой-то необъяснимой жутью. Ухватившись друг за друга, мы двигались назад, шаг за шагом приближаясь к стене.
– Осталось десять минут, – снова сообщил женский голос. Цвет лампочек снова поменялся на красный и перестал мигать.
Ванда закричала и швырнула в марево то, что держала в это время в руках – артефакт, предположительно называющийся «Разум волка». Артефакт столкнулся с этой странной стеной, пролетел сквозь неё и упал сзади смятой кучкой никуда не годного железа.
И вот тогда мы заорали все трое:
– А-а-а!
Белая тень появилась на периферии зрения, и я с ужасом увидел, как белоснежный волк прыгнул прямо в центр этого жуткого зеркала.
– Гвэйн! – заорал я и закрыл глаза, чтобы тут же распахнуть их, услышав отборный мат, произносимый красивым баритоном.
Марево исчезло, а с пола поднимался совершенно голый Великий Князь Эдуард.
Глава 3
– Что вас сюда понесло, недоумки малолетние, – заорал всегда сдержанный Эдуард, делая шаг в мою сторону, сжав при этом руки в кулаки.
– Ой, – пискнула Ванда, а до меня окончательно дошло: Эдуард голый, а среди нас девушка.
Я быстро поднял руку и прикрыл глаза Ванде, после чего решил прояснить ситуацию.
– Я тебя спасал. Прихвостни Клещёва подобрались к артефакту слишком близко, а ты, между прочим, оборотень! Хотя я сейчас уже в этом не уверен. Сегодня же не полнолуние?
– От чего ты хотел меня спасти?! – продолжал орать Эд.
– От этого артефакта, который «Разум волка» когда-то назывался! Это хотя бы он был? – я кивнул на непонятный кусок металла.
– Да, он, – Эдуард, похоже, взял себя в руки и начал успокаиваться. – Но ответь мне, Дима, почему ты пытался меня защитить от этой игрушки? Она даже не наша семейная?
– Потому что она может поработить разум оборотня! – меня затрясло. Неужели прыжок через то марево, спасший нас, как-то повлиял на разум Эдуарда без всяких артефактов.
– Дима, я Лазарев! Я сам могу влиять на разум оборотней, и мне не нужен для этого никакой артефакт! Каким образом вот это, – он ткнул пальцем в сторону того, что осталось от артефакта, – может повлиять на меня?
– А я откуда знаю? – меня начала бить мелкая дрожь. Неужели всё это было зря? – Ты же неадекватно отреагировал, когда Штейн про него говорил первый раз.
– Я тогда отреагировал на самого Штейна! Этот тип мне не нравится. И мне не понравилась сама идея, что здесь будет болтаться кто-то посторонний. Я потом хоть раз намекнул, что тебе нужно найти этот хренов артефакт? – Всё-таки Эдуарду было сложно взять себя в руки, потому что он периодически срывался на рык.
– Ты вообще со мной не разговаривал в последнее время. Только книжки свои читал! И если он такой безопасный, почему его так спрятали, да ещё и так защитили? – А вот сейчас мне стало обидно.
– Потому что он не безопасный, во всяком случае для других оборотней. А спрятали его, чтобы он в руки кого-нибудь типа Клещёва не попал, – запал прошёл, и в голосе Эдуарда прозвучала усталость.
– И ты дал мне карту, – продолжал буровить я своего дядюшку взглядом.
– Потому что ты зациклился на этом болоте, – вздохнув, ответил Эд. – И здесь не только этот бункер расположен, если ты, конечно, заметил. Например, недалеко отсюда есть склад, где можно найти очень много полезных семейных реликвий.
И тут я почувствовал, что Ванда зашевелилась и попыталась выглянуть из-за моей руки. Ей хотелось, как следует разглядеть самого красивого мужчину, которого она когда-либо видела в жизни, включая тех, что были изображены на обложках её любимых романов.
– Эд, ты бы прикрылся, что ли, – я попытался запихать активно сопротивляющуюся Ванду к себе за спину. Ко мне на помощь пришёл Егор, с любопытством разглядывающий Эдуарда, но не вмешивающийся в наш семейный междоусобчик.
– Осталось пять минут, – на этот голос уже никто не обратил внимание. Все были поглощены изучением внезапно появившегося мужчины.
– О, Прекраснейшая! – Эдуард словно только что осознал, что он уже не волк, а человек. – Странный эффект. – Произнёс он задумчиво. – Но я чувствую волка, он всё ещё здесь, – мужчина поднёс руку к обнажённой груди и задумался. Затем закрыл глаза, и на его лице отобразилась предельная сосредоточенность.
Мгновение, и на том месте, где только что стоял красавец-блондин, уже переминается с лапы на лапу белоснежный волк. Волк наклонил голову набок, и спустя несколько секунд с пола поднялся голый Эд.
– И что это значит? – я ошалело хлопал глазами, опустив руку, а Ванда, воспользовавшись общей растерянностью, выглянула из-за моей спины, разглядывая Эдуарда.
– Я прыгнул в отражающую сущность, потому что для оборотней она теоретически не опасна, но…
– Но ты неудачник, – закончил я за него.
– Я бы не назвал то, что со мной произошло неудачей, – Эдуард покачал головой. – Я внезапно приобрёл все свойства и умения истинных оборотней, то есть, я перестал зависеть от луны и могу менять ипостаси по своему желанию.
– Это круто, на самом деле круто, но не мог бы ты всё-таки некоторое время в течение дня проводить в образе волка? Ну так, на всякий случай, – я прикинул, куда бы его отправить, чтобы он мой дом не спалил ненароком.
– Я тебя понимаю, думаю, ты прав. – Задумчиво проговорил Эд.
– А я думаю, что вам не помешало бы прямо сейчас обернуться волком, а то наша Ванда скоро шею себе свернёт, пытаясь вас разглядеть, – Встрял Егор в наш диалог.
Эдуард оглядел себя и снова выругался. Затем он сделал резкий жест рукой и бросил короткое слово. Его бёдра словно обвила тёмная непрозрачная ткань, которая, тем не менее, была нематериальна.
– Три минуты. – Женский голос звучал довольно равнодушно.
– Что это значит? – я указал на красные лампочки.
– Не знаю, – пожал плечами Эд. – Но я могу с твёрдой уверенностью сказать, что здесь никакой опасности нет, а бункер был просто бункером, до того момента, пока Семья не заполучила этот артефакт, сводящий все наши труды на нет.
– Как ты нас нашёл? – тихо спросил я.
– Вас ищет вся школа. Все преподаватели и учащиеся бродят по болоту строем, пытаясь найти или вас, или ваши останки. Я же вспомнил твой интерес к этой области и побежал сразу сюда. – Ответил Эдуард.
– А чего нас искать-то? – мы удивлённо переглянулись.
– Потому что вы отсутствуете уже больше недели. – Губы Эдуарда исказила усмешка.
– Сколько? Это что ещё какая-то ловушка? – я уставился не него, не понимая, что дядюшка имеет в виду.
– Дошло, наконец, что вам пока не стоит лезть в подобные места в одиночку, да ещё и не поставив никого в известность? – насмешливо спросил Эд, глядя на наши ошарашенные лица. – А теперь шагом марш, обратно в школу.
– Две минуты, – к голосу присоединился громкий звук сирены, от воя которой хотелось зажать уши руками и спрятаться где-нибудь подальше.
И в этот момент пол под нашими ногами довольно ощутимо вздрогнул. Мы удивлённо начали переглядываться, когда почувствовали ещё один толчок.
– Это, случайно, не из серии: два раза спалить собственный дом? – спросил я у Эда, стараясь перекричать сирену.
– А это точно бункер, а не большая ловушка? – робко спросила Ванда, продолжающая разглядывать Эдуарда.
Тот не опустился до ответа и только покачал головой. Третий толчок сбил нас с ног, и мы повалились на пол прямо под ноги удержавшегося на месте Эда.
– Что-то происходит, и это что-то мне совсем не нравится, – нахмурившись, сообщил нам Эдуард. – Возвращаемся. Я впереди, – и он, обернувшись волком, рванул в проход, из которого мы сюда пришли.
Я поднялся на ноги и помог подняться Ванде. Егор встал сам.
– Кто это? – спросила девушка, когда мы направились вслед за Эдом быстрым шагом.
– Великий князь Эдуард. Да-да, тот самый. Я потом всё расскажу, ладно? А теперь давайте поторопимся. – Ответил я, прибавляя шаг.
– Осталась одна минута, – любезно сообщил женский голос. – И пусть добра к вам будет Прекраснейшая.
Возвращались назад мы гораздо быстрее, чем шли к бункеру. Небывалую ранее скорость придал нам начавшийся разрушаться коридор. Кирпичная кладка, обрушающаяся вместе со стенами и потолком, делали дорогу еле видимой из-за поднявшейся пыли. Из-за стоящего вокруг грохота не было слышно ничего, кроме гула, в ушах и в голове. Надеюсь, мы оглохли временно.
Пол под ногами начал проваливаться, а сам коридор наклонялся вниз, и нам приходилось бежать в гору, но не отставал никто. После очередного толчка, пол покрылся глубокими трещинами, и оттуда начала очень активно просачиваться зелёная жижа. Если мы не поторопимся, то просто утонем в затопленном коридоре, болотнику на радость. Осознавали это все, ещё немного ускорившись.
Где-то в середине пути вернулся Гвэйн. Волк носился вокруг нас, подгоняя грозным рычанием, а то и чувствительными ударами тяжёлой лапой. Мне доставалось меньше всех, потому что бежал я довольно уверенно и быстро. Полковник Рокотов мог бы мною гордиться. Дышать становилось всё тяжелее. Воздуха не хватало из-за быстрого бега, а лёгкие были насквозь пропитаны этой вековой пылью, поднимавшейся от рушившихся стен.
Первой сдалась Ванда. Оступившись, она упала в новый только что образовавшийся разлом, успев ухватиться за ногу впереди бегущего Егора. Первым среагировал Эдуард. Быстро обернувшись в свой истинный человеческий облик, он вскинул руки вверх, произнеся скороговоркой какое-то зубодробительное заклятье. Из его рук вылетели два синих щупа, которые метнулись к практически ушедшим под воду ребятам. Я не видел, как эти щупы оплели моих друзей, но через мгновение Эд сделал движение рукой, как будто натягивал канат на себя и вытащил Егора и Ванду обратно к нам на импровизированную сушу.
Эдуард убрал щупы и снова обратился в волка. Пол в очередной раз дрогнул, но Егор с Вандой были слишком испуганы. Кашляя и выплёвывая тину изо рта, они даже не пытались встать. Я побежал к ним, но рухнувший потолок полностью перекрыл мне доступ к друзьям. Я бился об него, как рыба об лёд, но он не желал двигаться даже на миллиметр.
Пол качало, на нём начали появляться трещины, потолок надо мной начал рушиться, осыпая штукатуркой и мелкими камнями. Меня встряхнули за плечи и повернули в противоположную от замурованных друзей сторону. Стоящий передо мной Эдуард влепил мне пощёчину.
– Ты что стоишь? – еле слышно сквозь шум донёсся до меня его голос. – Бежим!
– Я никуда не пойду, там мои друзья! – я попытался вырваться, но хватка у моего далёкого предка оказалась стальной.
– Им не помочь, по крайней мере, сейчас!
– Отпусти меня! – я, наконец, вырвался и от бессилия и накатывающего отчаянья бросил в чёртов камень приличный кусок силы. До камня выпущенная энергия не добралась, встретив перед собой преграду. Я злобно посмотрел на Эда и бросился на него с кулаками.
– Придурок! – Заорал Эд, просто спеленав меня неизвестно откуда взявшимися верёвками. – Этот грёбаный коридор держится только на этой балке. Если его разрушить, то всё пойдёт ко дну.
– Ну и пусть! – я трепыхался и не мог встать.
– Нет, не пусть. Я не дам тебе так бездарно погибнуть. Если мы не поспешим, то спасать уже точно будет некого и некому! Ты меня понял? Как только мы доберёмся до лаборатории, мы за ними вернёмся.
Поняв, что ничего противопоставить Эдуарду я не могу, просто кивнул. В лаборатории есть Григорий, и он должен нам помочь. Верёвки с меня слетели и я, поднявшись, быстрее обычного бросился по коридору. В голове набатом билась только одна мысль «лишь бы успеть».
Под ноги я не смотрел. Злые слёзы делали дорогу еле видимой. Толчки становились всё чаще и сильнее. Они сбивали с ног, но я упорно бежал вперёд. И даже не понял, как ушёл под воду с головой. Из-за частого дыхания, которое никак не мог выровнять, я быстро наглотался воды, и ещё даже не понимая, что элементарно тону, потерял сознание.
Глава 4
– М-да. Лазаревы такие Лазаревы. Никого не жалеют, ни себя, ни других, – раздался скрипучий голос неподалёку. Я открыл глаза и увидел морду своего старого знакомого Хмыря. Он нависал надо мной, с любопытством рассматривая.
– О, очухался. И часа не прошло. А вы говорили, что не оклемается, – он повернул голову направо, видимо, с кем-то разговаривая. Я сделал то же самое и увидел Эдуарда, пившего что-то горячее, совсем не по-аристократически прихлёбывая из небольшой чаши.
– Ну, дерьмо обычно не тонет, – философски отметил этот хам. Никогда бы не подумал, что один из реальных Великих Князей опустится до такого вульгаризма. Я было вскинулся, но вспомнил о своих друзьях, которых оставил умирать в этом коридоре. Лицо свело судорогой, и я закрыл глаза.
– Если ты переживаешь из-за своих приятелей, то не нужно этого делать, их я вытащил первыми. Молодые они ещё, чтобы по глупости в топи сгинуть. Тем более студенты. Да и пополнения много в последнее время, не до них.
Как только услышанная информация дошла до моего мозга, я быстро вскочил, мельком отмечая, что совершенно голый, укрытый лишь небольшим покрывалом.
– Где мы? – я обвёл взглядом помещение, в котором оказался. Никакой мебели не было. Пол, потолок и стены этой небольшой комнаты были сделаны из камня, похожего на мрамор, мягко светившегося зеленоватым светом. Комната была небольшая, оформленная полукругом. Эд, одетый в какую-то мешковину, сидел прямо на полу и с интересом рассматривал меня. Хмырь вздохнул и, обведя пространство вокруг себя, ответил:
– Это наш дом, Дмитрий Лазарев. Или ты думал, мы живём на дне?
– Хм. – Я решил не отвечать, потому что именно так и думал. – А почему здесь можно дышать?
– Потому что это территория для переговоров с людьми. Не все могут дышать под водой, не правда ли? – и эти двое засмеялись, искоса поглядывая в мою сторону. Ну допустим, я никогда не интересовался политическими и экономическими отношениями между людьми и болотниками, но это не повод, чтобы так открыто смеяться.
