Тёмный маг. Книга 4. Выбор пути

Под ноги я не смотрел. Злые слёзы делали дорогу еле видимой. Толчки становились всё чаще и сильнее. Они сбивали с ног, но я упорно бежал вперёд. И даже не понял, как ушёл под воду с головой. Из-за частого дыхания, которое никак не мог выровнять, я быстро наглотался воды, и ещё даже не понимая, что элементарно тону, потерял сознание.

Глава 4

– М-да. Лазаревы такие Лазаревы. Никого не жалеют, ни себя, ни других, – раздался скрипучий голос неподалёку. Я открыл глаза и увидел морду своего старого знакомого Хмыря. Он нависал надо мной, с любопытством рассматривая.

– О, очухался. И часа не прошло. А вы говорили, что не оклемается, – он повернул голову направо, видимо, с кем-то разговаривая. Я сделал то же самое и увидел Эдуарда, пившего что-то горячее, совсем не по-аристократически прихлёбывая из небольшой чаши.

– Ну, дерьмо обычно не тонет, – философски отметил этот хам. Никогда бы не подумал, что один из реальных Великих Князей опустится до такого вульгаризма. Я было вскинулся, но вспомнил о своих друзьях, которых оставил умирать в этом коридоре. Лицо свело судорогой, и я закрыл глаза.

– Если ты переживаешь из-за своих приятелей, то не нужно этого делать, их я вытащил первыми. Молодые они ещё, чтобы по глупости в топи сгинуть. Тем более студенты. Да и пополнения много в последнее время, не до них.

Как только услышанная информация дошла до моего мозга, я быстро вскочил, мельком отмечая, что совершенно голый, укрытый лишь небольшим покрывалом.

– Где мы? – я обвёл взглядом помещение, в котором оказался. Никакой мебели не было. Пол, потолок и стены этой небольшой комнаты были сделаны из камня, похожего на мрамор, мягко светившегося зеленоватым светом. Комната была небольшая, оформленная полукругом. Эд, одетый в какую-то мешковину, сидел прямо на полу и с интересом рассматривал меня. Хмырь вздохнул и, обведя пространство вокруг себя, ответил:

– Это наш дом, Дмитрий Лазарев. Или ты думал, мы живём на дне?

– Хм. – Я решил не отвечать, потому что именно так и думал. – А почему здесь можно дышать?

– Потому что это территория для переговоров с людьми. Не все могут дышать под водой, не правда ли? – и эти двое засмеялись, искоса поглядывая в мою сторону. Ну допустим, я никогда не интересовался политическими и экономическими отношениями между людьми и болотниками, но это не повод, чтобы так открыто смеяться.

– Ладно, допустим. Где мои друзья? – спросил я сквозь зубы.

– Ждут, пока ты оклемаешься, – Эд поднялся и, взяв какую-то тряпку у себя за спиной, кинул её в мою сторону. – Одевайся. Нам надо спешить.

Я поднял тряпку, оказавшуюся смутно похожей на монашескую рясу, и быстро натянул её на себя. Ткань была жёсткой и страшно колючей, но, по крайней мере, она была сухая и тёплая. Оглядев меня этот… Великий Князь кивнул болотнику, и, мы вышли из комнаты. Коридор был очень странным. По обе стороны я отметил такие же проходы в комнаты, а сам пол был покрыт тиной.

Войдя за Эдуардом в очередной проём, мы оказались в неприметной комнате, где я сразу увидел друзей, весело разговаривающих с русалкой. Это было очень неожиданно. Я никогда не верил в единорогов и русалок. Девушка мне подмигнула и, вильнув хвостом, нырнула в небольшую яму с водой, расположенную рядом с противоположной стеной. Как только я вошёл, Ванда взвизгнула и бросилась ко мне, Егор же только кивнул в знак приветствия.

– О Боги, Дима, я так рада, что мы все живы! – она уткнулась мне в плечо и зарыдала. – Когда нас завалило камнями, мы не думали, что сможем выбраться. А потом мы снова провалились под пол и оказались здесь. Спасибо жителям болота, что не дали погибнуть.

– Да ладно вам, совсем меня в краску загоните, – отмахнулся Хмырь. – Но старший Лазарев прав, вам пора спешить. Поговорим потом.

Ванда отодвинулась от меня, ещё раз всхлипнула и быстро вытерла слёзы.

– Проход ещё существует? – уточнил Эдуард, обращаясь к болотнику.

Хмырь кивнул и потупился. Вот так, ни тебе ни спасибо, ни, пожалуйста… Да Эдуарда Лазарева болотник уважает гораздо больше меня. Внезапно кольнул червячок ревности. Ну, ничего. Я тоже стану сильным. И про меня тоже книги будут писать.

Эд крутанулся на месте и снова превратился в Гвэйна. Он еле заметно наклонил голову, прощаясь таким образом с Хмырём. Болотник аж расцвёл от этого признания Великим Князем Эдуардом его заслуг. Сам же князь бодро побежал куда-то вглубь пещеры. Нам ничего не оставалось, кроме как следовать за ним.

Коридор с комнатами заканчивался высокой винтовой лестницей, ведущей куда-то ну очень высоко вверх. Мы вздохнули и начали неспешно подниматься. Сил уже практически не осталось, но и деваться было некуда.

Пока поднимались, я погрузился в собственные мысли. А ведь мне было о чём подумать. Слишком много событий произошло за такой небольшой промежуток времени.

Прежде всего, странный феномен – дядя Эд. Никогда не слышал об оборотнях, которые могли выбирать, в какой ипостаси им находиться. Но думаю, что как-нибудь попозже мы сумеем в этом разобраться. К тому же, похоже, что сам Эдуард прекрасно знает, что делает.

А ещё я никак не мог понять, где мы потеряли целую неделю. Видимо, просто не заметили действия какой-то ловушки, ориентированной на время. Нас запросто могло оглушить с потерей памяти об этом происшествии.

Думать об этом вообще не хотелось. Как не хотелось думать о том, что возможно полковник Рокотов сдержал своё слово и приехал, но, не застав меня, укатил обратно к своим «Волкам».

Шли мы молча. Разговаривать было некогда, потому что все силы тратились на то, чтобы удержаться на ногах. Когда лестница, наконец-то, закончилась, мы ступили в очень знакомый коридор. Практически такой же, как тот, по которому шли к бункеру.

Выйдя в просторное помещение, из которого брали начало пять таких же коридоров, мы остановились, увидев, что, нас ждал Григорий. Оглядев нас с ног до головы и бросив неприязненный взгляд на белого волка, смирно сидящего возле него, Лазарев бросил:

– Следуйте за мной.

Переглянувшись, мы молча без каких-либо возражений пошли за призраком. Пройдя очередной коридор, я понял, что мы шли в лабораторию. Ворота со стоящими на задних лапах волками произвели на моих друзей сильное впечатление. Ванда с Егором шли молча и выглядели немного пришибленными. Не дойдя до основных помещений, Гриша повернулся к Егору.

– Дубов? – Егор неуверенно кивнул. – Ты похож на Константина. Я навёл справки: то, что произошло с твоей семьёй… Это было необязательно. Эрили тоже могут ошибаться. К тому же там было семьдесят шесть процентов, что Семья не сможет защитить твой Род. Поэтому Фёдор Лазарев оставил, так сказать, лазейку – этакий откатный механизм. Но вот что именно он сделал, этот… мой потомок поведать отказался. Сказал только, что завязал снятие блока с источника Дубовых на определённый предмет и на определённый Род. Но вот каким именно способом и на какой конкретно Род – это вам придётся выяснять самим.

Мы остановились, уставившись на Гришку широко распахнутыми глазами, не обращая внимания на то, что на нас начала сыпаться штукатурка. Меня передёрнуло, когда я понял, что всё ещё впереди. А Гриша между тем продолжал говорить:

– В школу вернётесь через портал. Там уже всё разрушено, поэтому относительно безопасно. Эдуард, – Лазарев резко развернулся к волку и поморщился. – Прими уже нормальный вид. – Волк неуверенно покосился на меня, очень по-человечески вздохнул, и с пола поднялся дядя Эд. – Прикройся, что за склонность к эксгибиционизму? – Григорий молча ждал, пока Эдуард суетливо приведёт себя в относительный порядок, затем продолжил: – Мы налагаем на тебя ответственность за воспитание и обучение Дмитрия Лазарева.

– Но, ваше величество… – пытался что-то возразить Эд, но Гришка его сразу же заткнул.

– Ты действительно думал, что мы не выясним причины появления в виварии столь уникального белого волка? – мне было очень дико и непривычно слышать императорское «мы».

Почему-то Гриша выбрал именно эту манеру разговора с Эдом. Знать бы ещё почему. И что это значит? Эдуард будет меня обучать? А сам Григорий? Я открыл уже было рот, чтобы что-то булькнуть, явно не в тему, но Гриша меня остановил взмахом руки и продолжил говорить:

– Не перебивай. У нас очень мало времени. Уже очень скоро здесь всё начнёт рушиться. Эдуард, быстро собери всё самое ценное, из того, что находится в этой лаборатории. Возьми себе в помощь Дубова и очаровательную юную леди, – Ванда при этих словах покраснела и потупилась. А Эдуард только кивнул Егору, предлагая следовать за ним. Когда они ушли, Григорий посмотрел на меня и покачал головой. – Дима, я не могу остаться, прости. Но с тобой остаётся не самый глупый и не самый слабый представитель Семьи.

– Что произошло с Эдом? – тихо спросил я, сглатывая застрявший в горле комок.

– То, что Эдуард принял решение разрядить на себя отражающую сущность, чтобы спасти вам жизнь, достойно похвалы. Он не знал, что приобретёт свойства истинного оборотня, не мог знать. Он не знал даже, что это безопасно, не знал, что не погибнет при этом. История знает много примеров самопожертвования, и очень часто они заканчивались плохо. Эдуарду повезло. Возможно, Судьба решила отметить этот смелый поступок Тёмного мага. Ведь он, как и все Тёмные – довольно эгоистичен. Не могу сказать, что именно его ожидает, но некоторую часть своего просто космического невезения он утратил, по крайней мере, я не хотел бы в этом ошибаться. – Ответил Лазарев, а я постарался не думать о том, что Гвэйн действительно мог погибнуть.

– То есть теперь он не сожжёт мой дом? – я невесело усмехнулся.

– Не факт, но вероятно, всё обойдётся без катастрофических последствий.

– Что случилось, почему всё рушится? – решил я задать вопрос, чтобы уточнить, а не перешла ли эта утраченная Эдом часть его невезения на меня.

– Когда Лазаревы начали работать с оборотнями, у нас не было цели как-то их использовать. Как бы это ни звучало странно, но таким образом мы пытались лечить безнадёжно больных. Звериная сущность в момент перехода из одной формы в другую избавляла человека от большинства смертельных заболеваний. – Ответил Гриша.

– А, ну да. Эдуард говорил, что его лечить так пытались, – перебил я его и сразу же заткнулся под пристальным взглядом призрака. Григорий тем временем продолжал.

– К сожалению, мы зашли в тупик. Никому из нас не пришло в голову швырнуть оборотня в изменяющую сущность, чтобы завершить преобразование. Но суть не в этом. Суть в том, что, создавая этих уникальных созданий, мы не порабощали их, Семье это было не нужно. А завязка на подчинение Лазаревым была вставлена в оборотней только для безопасности. Мы таким образом защищали как члена Семьи, работающего в данный момент над решением этой проблемы, так и самого оборотня. И вот однажды один из этих вечно чем-то недовольных Клещёвых, изобрёл эту дрянь, способную реально поработить сознание оборотней. Создал он её случайно, потому что повторить не смог.

– Ага, и Семья немножко сильно разозлилась, – пробормотал я. Мне не очень верится в бескорыстие Лазаревых, но что-то мне подсказывает, что сейчас император говорит правду. Ни в одной исторической хронике ни разу не упоминалось, что Семье служили оборотни.

– Не то слово, – хмыкнул Гриша. – Артефакт не уничтожили сразу именно для того, чтобы примерно наказать того неудачника, который постарается им завладеть. И если бы это кому-то, кроме Лазарева, удалось, то в наказание приплюсовывалась бы ещё и месть: кровь Лазарева никто не имеет права проливать безнаказанно, кроме самих Лазаревых.

– А я придурок, открыл шкатулку. – Захотелось побиться головой об стенку. – Но я же не знал!

– Ты многого не знаешь. И тебе многому придётся научиться. Надеюсь, это происшествие послужит хорошим уроком и стимулом к занятиям. Но я тебя не виню. Семья тоже не знала, что на этом месте однажды возникнет школа. – Он замолчал, к чему-то прислушиваясь. – Всё, время практически истекло. Уходи.

– Гриша, я… – я закусил губу, чувствуя, что глаза всё же защипало.

– Иди, Дима, – Лазарев мягко улыбнулся. – Что бы ты себе ни воображал, но я беспокоюсь о тебе, да и Прекраснейшая присматривает за тобой. Хотя постой, – он задумался, затем подплыл к неприметной двери. – Зайди. – Я осторожно потянул за ручку, и в этот момент помещение так тряхнуло, что я влетел в приоткрывшуюся дверь. В небольшой уютной комнате стояли пара диванчиков и несколько кресел. Стояли они полукругом, а посредине был расположен журнальный столик. На столике лежал кинжал: простая ручка, обтянутая кожаными лентами, не позволяющими руке соскользнуть, узкое четырёхгранное обоюдоострое лезвие примерно сорока сантиметров, гарда была простой, без каких-либо наворотов, так же, как и навершие.

– За основу ритуальных кинжалов Семья, после длительных экспериментов взяла всё же баселард. Возьми его. Ножен, к сожалению, нет, придётся заказывать дополнительно. Зато сейчас, чтобы добыть свою кровь, тебе не нужно будет со всей дури головой обо что-то биться.

– Спасибо, – я поднял кинжал. Он лёг в руку так, словно был сделан специально для меня.

– Никому не передавай его, это изобретение Лазаревых, и оно не потерпит чужих рук.

– Но…

– Иди, здесь становится небезопасно, – я обернулся и посмотрел на него. – Я бы обнял тебя, если бы мог. Дима, запомни, я не бросаю тебя, просто не могу с тобой остаться.

– Я это запомню, – и я быстрым шагом направился к двери. – Прощайте, ваше величество. – Не удержавшись, отвесил Григорию поклон, – а он в очередной раз грустно усмехнулся и сделал прощальный жест призрачной рукой.

Глава 5

Больше не оглядываясь, я побежал прочь из лабораторий. Стены начали рушиться, а пол шатался так, что я с трудом удерживался на ногах. Когда подбежал к знакомому коридорчику, то увидел, что друзья ждут меня возле портала. При этом они были увешаны разными свёртками, сумками и скрутками так, что их покачивало, и практически не было видно тел под всеми этими «необходимыми вещами».

Эдуард пребывал в виде волка. Подозреваю, это было сделано затем, чтобы вытащить побольше разного добра. На него чего только не навьючили… На глаз вес всех баулов приближался к тонне. Это не волк, это хомяк какой-то. Увидев меня, Эдуард кивнул и первым нырнул в портал. Правильно: на той стороне могло быть опасно, поэтому более сильный и опытный обязан всё разведать. Вскоре он снова появился и, указав головой на портал, снова исчез в нём.

Следующим пошёл Егор, за ним Ванда, я со своим кинжалом шёл замыкающим.

Выскочив на территории Второго факультета, мы замерли, разглядывая царившую вокруг разруху. Вокруг валялись обломки камней: то, что раньше было стенами, казалось бы, незыблемой Столичной Магической Школы, превратилось в бесформенную груду мусора.

Переглянувшись, мы осторожно двинулись к комнатам Второго. Однако попасть на территорию факультета нам не удалось: он был полностью разрушен. Тогда мы поспешили к Первому. Здесь нам повезло больше: пробившись сквозь завалы, в которые превратилась некогда дорого обставленная гостиная, мы смогли пройти к спальням.

Никого по дороге не обнаружили. Школа словно вымерла. В моей комнате мы разгрузили Эдуарда и Егора с Вандой. После этого Эд принял свой настоящий вид, сразу же магией прикрыв наготу. Без лишних разговоров он бросил на кровать мой чемодан и быстро его упаковал. Долго разглядывал мой кинжал. Я сунул ему кинжал, посчитав, что Великий Князь Эдуард, гораздо больше Лазарев, чем я, и с ним точно ничего противоестественного не случится, если он возьмёт его в руки. Наконец, Эд отмер и, пробормотав: «Однако», – засунул кинжал в мой чемодан. После этого увязал все принесённые вещи в один огромный тюк и сказал:

– Я буду ждать вас в поместье. Дима, найди директора и выясни, что происходит. Надеюсь, никто не пострадал. В любом случае всех учащихся уже эвакуировали, это ежу понятно. – И он взял с прикроватной тумбочки какой-то карандаш.

А порталы Эдуард делает быстрее и качественнее, чем я, промелькнула в голове совершенно идиотская мысль. Когда он исчез вместе со всеми вещами, Егор, наконец, заговорил:

– Я просто дурею с твоей семейки, Дим.

– Да я сам от неё просто в экстазе валяюсь, – я закатил глаза.

– Он действительно очень красивый, – раздался задумчивый голос Ванды. – Наверное, даже красивее, чем его описывают в книгах.

– Ванда, с этим могут быть проблемы? – тут же спросил я её, пристально разглядывая. Подозреваю, что Великий Князь Эдуард – это слишком сильный удар по неокрепшей девичьей психике.

– Нет, Дим, – она улыбнулась. – Он слишком красив. Какие с ним могут быть проблемы? Таким можно любоваться, но… Вот тот, которого Эдуард называл его величеством… Вот если бы он не был призраком, тогда да, тогда могли бы быть проблемы. – И Ванда нервно хихикнула.

– Уф, ну спасибо за откровенность. – Я выдохнул с облегчением. – Кстати, это был император Григорий. Так, учитывая твоё заявление, наверное, зря про него любовные романы не писали, как думаешь?

– Ой, – только и смогла сказать Ванда, поднося руки в горящим щекам.

– Вот тебе и «ой», – я покачал головой. – А сейчас пошли искать хоть кого-нибудь, кто сумеет нам что-нибудь рассказать.

– А если не найдём? – хмуро спросил Егор.

– Тогда я сделаю портал, – я пожал плечами. – Я умею их делать, и Эд это знает, поэтому унёсся со своими сокровищами, бросив нас здесь.

– Кстати, об Эде… – иногда они могли быть просто отвратительно синхронными.

– Давайте не сейчас. – я покачал головой. – У нас ещё будет время про нелёгкую судьбу Великого Князя Эдуарда поговорить. И его самого к обсуждению привлечём, чтобы не упустить деталей, – высказавшись, я направился к двери, но не успел взяться за ручку, как она распахнулась, и я столкнулся с крёстным.

– Хвала Прекраснейшей, вы нашлись, – Слава настолько забылся, что просто сгрёб меня в охапку, сильно обнимая. – Где вы были? И, может быть, чисто случайно, вы знаете, что произошло с моей школой?!

– Да, я бы тоже с удовольствием послушал, – голос раздался в тот самый момент, когда Слава меня на секунду отпустил. В комнату входил Громов, под удивлёнными взглядами Егора с Вандой.

– Сперва ответьте, кто-нибудь пострадал? – спросил я у крёстного.

– Нет. Мы все были на Болоте, когда школа начала рушиться. Пришлось задействовать большие силы и организовать порталы, отправившие детей временно по домам. Следующим шагом будет ведение непростых переговоров с другими школами, чтобы они взяли наших учеников на то время, пока Столичная Магическая Школа будет восстанавливаться, – крёстный тяжело опустился на мою кровать. Было видно, что он очень устал. – Вас троих это не касается. Для вас мы придумали кое-что другое, когда искали вас, надеясь, что вы всё-таки живы. Теперь рассказывайте.

Рассказывать пришлось мне. Егор и Ванда уступили мне эту почётную обязанность, как командиру нашей тройки. Я, вздохнув, начал говорить.

– Я случайно узнал, что существует артефакт, позволяющий управлять оборотнями, и этот артефакт активно ищет Клещёв, приближаясь к нему всё ближе и ближе. Пока я находился в карантине в доме Демидовых, мне удалось узнать подробности о том, где именно этот артефакт спрятан. Почему-то мне показалось, что времени практически не осталось, и что нужно как можно быстрее его найти. Это подтвердил Егор. Девяносто восемь процентов, – я даже не обернулся на возмущенный вздох. Ну, если рассказывать, то всю правду. Тем более, предсказание эриля – это очень важно для понимания истинного смысла вещей. – Вот мы и пошли искать.

– Никого не предупредив, – Слава потёр пальцами переносицу и посмотрел почему-то на Громова. – Андрей, ты ведь понимаешь, насколько будет сложно? – в ответ Громов только неопределённо покачал головой. А Слава посмотрел на меня. – Продолжай.

– В том месте было много ловушек. Одна из них, скорее всего, была связана со временем. Мы понятия не имели, сколько нас не было, но, так как вы нас искали, подозреваю, что пропали мы надолго, – я просто виртуозно обошёл момент появления Эдуарда и его ругань. – Нам удалось найти артефакт, но, как оказалось, это тоже была ловушка. Лазаревы установили какую-то фигню, – услышав это, Слава поморщился. Это ты ещё не слышал, как некоторые Великие князья выражаться умеют. Но крёстный больше не перебивал меня, продолжая внимательно слушать, поэтому я продолжил. – Это что-то вроде бомбы с обратным отсчётом времени. Они ведь не знали, что охотничий домик Семьи когда-нибудь станет школой. Нас спас Гвэйн. Мы бросились обратно, но вот, пришли уже к этому.

– И это хорошо, что всё получилось именно так, – внезапно проговорил Егор. – Если вы все не пошли нас искать, артефакт всё равно вытащили бы люди Клещёва, вот только без жертв бы не обошлось.

– Поэтому ты дал такой большой процент на то, чтобы мы обязательно пошли туда, – горячо добавила Ванда, глядя при этом на Егора.

– Что сталось с артефактом? – спросил Громов, о чём-то сосредоточенно размышляя.

– Я его случайно уничтожила, – виновато ответила Ванда. – Правда, случайно, я очень испугалась.

– Значит, артефакт уничтожен, – кивнул Громов, внимательно осматривая Ванду. – Это хорошо. Так теперь о вас. Я пока не могу дать оценку вашему поступку, мне нужно всё тщательно проанализировать. Но обучаться вы будете вместе, только не в другой школе, а по индивидуальной программе.

– Почему? – вырвалось у меня.

– Потому что от вас слишком много хлопот, Дмитрий Александрович, – и он жёстко усмехнулся. – Вы не отдадите ваш прекрасный дом под временное размещение в нём небольшой частной школы с тремя учениками?

– Да, конечно, – я моргнул, во все глаза глядя на него.

– Иван Михайлович Рокотов подтвердил своё участие в этом обучении. Кроме того, обучать он вас будет не один, а вместе со своими людьми. Не со всеми, конечно, но с несколькими избранными. Кроме этого вами будут заниматься преподаватели-маги.

– Э-э-э…– только и смог проблеять я.

– Теперь о вашей оплате. – Деловито произнёс Громов.

– Простите? – Я непонимающе смотрел на него.

– Вы же не думаете, что вас будут учить бесплатно? – мы все трое покачали головами. Вообще-то, я думал, что это обучение будет за мой счёт. – Иногда нашей стране необходимо при проведении некоторых операций присутствие подростков, иногда аристократов. Наумов попадает под категорию и тех и других. Если вы согласитесь, то подпишете договор, а также обязательства о неразглашении и соблюдении тайны на весь срок вашего обучения, то есть на ближайшие три года.

– То есть, вы будете привлекать нас к заданиям? – решил я уточнить то, что только что услышал.