Усмехаясь, Зануда бросил мне короткий шест, и в этот раз я даже смогла его нормально поймать.
– А теперь признавайся, что ты знаешь о контактном бое? – спросил строго, спрятав улыбку.
– Базу, – расплывчато ответила я. Встряхнув, расправила оружие до полной длины и даже изобразила оборонительную стойку.
– Насколько большую базу?
– Базовую базу.
Зануда вновь окинул меня скептическим взглядом, а потом… совершенно без предупреждения с разворота попытался ударить. Машинально я успела выставить блок, отбивая довольно сильную атаку – в руку удар отдался.
– Сносно, – удовлетворительно кивнул парень. И почти сразу ушел вниз, пропадая с глаз. Я даже моргнуть не успела, как по ногам пришелся сильный удар, и я, вскрикнув, повалилась в песок.
– А вот это уже хуже, – скептически заметил возвышающийся надо мной капитан.
– Предупреждать надо, – буркнула, приподнимаясь на локтях.
Перед глазами возникла широкая ладонь с мозолями – Зануда соизволил протянуть мне руку помощи, а я и не стала отказываться. На ноги меня вздернули быстро и продолжили скептический осмотр.
– Пожалуй, смысла обучать тебя нападению нет – сил все равно не хватит на нормальный удар. Для атаки оставим магию. А в контактном бое пока обойдемся уворотами и защитой, – заключил капитан. – Запомни, если перешла в контактный бой, держи шест двумя руками: ты слабая, один сильный удар – и у тебя его выбьют из рук. Одна рука хороша для сложных прокруток, чтобы набрать инерцию для удара, но тебе это не светит.
Я тут же перехватила шест и второй ладонью.
– Тогда как я буду колдовать?
– Если враг подобрался так близко – уже никак. Твоя задача – отбить атаку и разорвать дистанцию на длину шеста, чтобы начать контратаку магией. Судя по тренировочной игре, реакция у тебя вроде хорошая, так что с уворотами должно быть неплохо. Но ты совершенно не следишь за ногами. А ведь если тебя собьют, считай, игра закончена, – строго заметил парень. – Так что будем исправлять. За месяц ты должна научиться сносно отбивать удар и подпрыгивать в нужный момент.
– Хорошо, – выдохнула я безрадостно. Уже предвкушаю ворох синяков на ногах, попе, да и вообще на всей себе.
– Ладно, с физикой понятно, что все совсем плохо, разве что убегать и можешь. Давай разберемся с магией. Какой у тебя уровень?
– Шестерка.
– Слабовато, но сойдет, – немного подумав, кивнул Зануда.
Ну да, учитывая, что в игре заклинания выше четвертого порядка и нельзя использовать, чтобы игроки не убились на поле, моей средненькой шестерки должно хватать с головой.
– Так, с какими стихиями ты дружишь? – продолжил расспросы Зануда.
– Тоже база – земля, вода, воздух, огонь. С последним в меньшей степени дружу. А вот со льдом у меня хорошо складывается.
– Самые отработанные заклинания?
А вот тут начинаются сложности…
– Земляной голем, водяная тюрьма, воздушный вал и ледяная крепость.
Между нами повисла тяжелая тишина.
– Погоди, но это же заклинания, приближенные к высшим. Пятый уровень и дальше. На кой ты их учила? – недоуменно глядел на меня парень.
Признаваться не хотелось, вот прямо совсем. Так что я открыла лишь частичную правду.
– Не сказать, чтобы я специально учила. Просто делала расчеты и разбор матрицы заклинаний, чтобы упростить их для понимания. И как-то так получилось… что и сама их отработала. Там, в общем-то, главная сложность в правильном вливании потоков в матрицу, ну и в самой сетке заклинания, а у меня как раз с этим хорошо.
– Но зачем ты их разбирала? Ты же на боевке не училась. Эти заклинания проходят только на последнем курсе основной специальности.
– Другу помогала, – помрачнела я. – Он готовился к выпускным экзаменам и поступлению в магистратуру, а я его натаскивала по сложно-структурным заклинаниям.
Зануда прищурился, глядя на меня с подозрением, но продолжать расспросы не стал.
– Хорошо, а как у тебя с заклинаниями попроще? До четвертого уровня? – уточнил он, как-то нервно взъерошив волосы.
Я лишь развела руками в ответ – да никак.
– Ты же шутишь? – явственно слышалась надежда в его голосе. – Хотя бы самые простые? Каменная крошка? Огненный шар, или водяной, или ледяной?
Мне оставалось лишь покачать головой – ну вот не сложилось у меня. Да и необходимости не было.
– Но я разбираюсь в магии проклятий. Даже дополнительный курс заканчивала.
– А толку от этого! – раздраженно махнул рукой Зануда. – Проклятья хороши лишь вкупе с развитыми навыками боя. Они отвлекают и ослабляют противника, но даже их не хватит, чтобы ты смогла защититься. Вот же… Как вообще такое может быть, чтобы ты могла создать заклинания высшего порядка, а с базой не справлялась? Ты же вроде гений, какого…
– Да не гений я! – вспылила я в ответ. – Как же вы мне надоели с этим «гением»! Если бы я была гением, то поступила бы сюда без игровой стипендии и занималась бы своими расчетами, а не валялась в пыли на поле! Я обыкновенная, понимаешь? Даже не отличница!
– Тогда как же…
– Это, блин, обычный опыт! Скажи, если бы ты начал изучать какой-то предмет в пять лет, а остальные только в пятнадцать, к двадцати с лишним у вас разве был бы одинаковый уровень? Вся моя гениальность заключается в том, что мои родители преподаватели. Отец преподает начертательную магию, а мама – естественные науки. То, что нормальные люди изучают лишь на первом курсе, в меня вбили еще в средних классах. Вот и вся моя гениальность.
И это же причина того, почему я скрываю свое лицо в игре. Мои родители, серьезные ученые, всегда презирали то, как эта игра превратила боевую магию в развлекательное шоу. Они и на мою игру в академической команде фыркали с недовольством. А уж если бы узнали, что я попала в Риотский университет, чтобы продолжать заниматься этими глупостями, а не посвятить себя науке…
Зануда молчал, рассматривал меня и явно о чем-то сосредоточенно размышлял. Наверное, в тысячный раз проклинал проректора за то, что притащил им такую бесполезную защитницу, заточенную под одно умение. Но ведь я и с ним отлично справлялась на поле! Зачем мне другая магия, если пентаграммы всегда выручали меня. Вот только капитан явно считал иначе и вполне мог выкинуть меня из команды вовсе, если я не докажу свою полезность. Нет уж, не позволю выставить себя, даже не попробовав. И, пожалуй, у меня есть еще козырь, который я могу предложить.
– Я могу понизить уровень заклинаний.
– Что?
– Я могу перерассчитать матрицы земляного голема и прочих заклинаний для четвертого и третьего уровня. Они, конечно, будут слабее и менее эффективны, но их можно будет применять во время игры.
Мне показалось или взгляд капитана и правда стал заинтересованным?
– Уверена?
– Да. Это весьма распространенная практика – создание более низкоуровневых аналогов. У меня отец иногда такие заказы брал. Но он только расчетами занимался, а я такое и на практике пробовала.
Для Зейна. Специально горбатилась, хотела помочь паршивцу, ведь у него тоже довольно слабый уровень для боевика, а метил он выше некуда. И ведь помогла, а что получила взамен?
– Это очень сложно? – немного подумав, уточнил Зануда. – Ты можешь это только для отработанных заклинаний сделать?
– В принципе не то чтобы слишком, – пожала я плечами. – Ледяную крепость я разобрала и упростила где-то за неделю, с нуля. Со знакомыми заклинаниями справлюсь и за день.
– Значит, незнакомое тоже сможешь разобрать? А объяснить другому, как использовать упрощенную матрицу?
– Зависит от степени тупости этого другого.
Капитан пару мгновений сверлил меня странным взглядом, а потом расплылся в неожиданно хищной улыбке, мгновенно превратившись из Зануды в Темного пластилина.
– Коротышка, да ты, оказывается, кладезь талантов. На их фоне даже твои недостатки не так пугают. Думаю, ты сможешь помочь нам с некоторыми заклинаниями, и тогда даже твои куцые познания в боевой магии не будут проблемой.
С одной стороны, похвалил вроде, а с другой, оплевал, считай. Даже не знаю, как на это реагировать. Впрочем, моя главная задача – быть хорошей защитой и поддержкой, и если в итоге мы выиграем, какая тогда разница, насколько хороша я в остальной магии?
Но для капитана разница явно была.
– Хорошо, в ситуации немного разобрались, но тренировки это не отменяет, – заявил он и, раскрутив шест в руке, встал в стойку. – Готовься отбиваться, Коротышка.
– А это обязательно? – скривилась я, но шест все же двумя руками перехватила.
– Обязательно. Не хотелось бы, чтобы тебя на поле покалечили. Следи внимательно, я буду чередовать удары в корпус и по ногам. Твоя задача – отбить первые и увернуться от вторых. Все понятно?
– Понятно. Погоди, – поспешила остановить, сразу отметив, как сжались его пальцы на шесте, готовясь атаковать, – последний вопрос, честно! А почему… меня ты тренируешь?
Я чуть скосила взгляд в сторону, где Бабник объяснял что-то Милашу, медленно прокручивая шест в руке.
– Тебя что-то не устраивает? – уточнил Зануда.
– Нет, нет, – поспешила откреститься я. – Просто немного удивилась, ведь играть я буду в связке с Баб… с Алексом. Нам ведь нужно еще привыкнуть и притереться друг к другу, поэтому думала, он этим займется…
– Успеете еще притереться, – фыркнул синеглазый с таким выражением лица, как будто имел в виду что-то неприличное. Гад гадский. – А тренирую тебя я, потому что именно я знаю особенности работы в позиции защитника.
– Ты же вроде атакующий?
– И что? Мы все имеем по две специализации, чтобы обеспечить взаимозаменяемость на поле и подстроиться под любые условия игры.
– То есть… – озарило меня неприятное открытие.
– То есть и тебе придется освоить что-то другое, – подтвердил мои опасения капитан. – Я буду натаскивать тебя и как защитника, и как атакующего.
– Но ты же сам сказал, что я слишком слабая! – тут же ощутила я неслабый вес ответственности на своих плечах. Все же атакующий – это главная сила команды, и это место меня вообще не прельщало.
– И что? Каждая команда выбирает свой стиль игры. Иногда самого сильного игрока ставят атакующим. И тут возможны две тактики: либо он сразу начинает выкашивать противников, либо как можно незаметнее пробирается в тыл и атакует защитника. А иногда команды выбирают позицию обороны и ставят самого сильного в защиту. В любом случае мы должны быть способны противостоять любому варианту.
Вот это я встряла. Неудивительно, что он так решительно настроен научить меня драться и использовать другие виды магии – с начертательной в атаку идти почти невозможно. Ох, если бы знать заранее, во что я ввязываюсь… Да кого я обманываю, ради места в Риотском университете я бы на все согласилась.
– Хватит разговоров, тактику еще успеем разобрать позже. Готова?
– Готова, – вяло кивнула я. И тут же едва не пропустила удар.
Следующий час слился в меня в бесконечное мелькание шеста перед глазами. Удар слева, подпрыгнуть, удар справа, снова подпрыгнуть. Причем в последние минут десять вредный Темный пластилин сменил очередность ударов, в результате чего я несколько раз повалялась в пыли и заработала себе больше синяков, чем за все предыдущее время. И если я наделась, что на этом мои мучения закончатся, то зря. Нет, с физическими упражнениями мы и правда разобрались. Зато перешли к магическим. Тут вот меня и передали на руки Бабнику, спихнув на окраину поля к мишеням.
Ситуацию с магией капитан своим подчиненным коротко обрисовал, и в восторге они явно не были. Точнее, Бабник выглядел каким-то обреченным (хотя понятно, почему, ведь если я не могу нормально обороняться, основная защита ляжет на его плечи), а Милаш – просто грустным (кажется, парни очень рассчитывают на победу в этом году). Но они быстро взяли себя в руки, и блондинчик весьма бодро взялся обучать меня базовым заклинаниям земли.
Это было даже хуже, чем отработка ударов и уклонений. Пресловутое «Представь…» в объяснениях структуры заклинаний меня всегда неимоверно бесило. Ну что значит «представь» или «пожелай», что за абстрактная дурь? Дайте мне четкую схему вливания потоков! А вот проблема в том, что у низших заклинаний ее практически и не было. Лишь сгусток энергии нужного типа магии, приправленный правильно сформированным желанием или намереньем. Но я так не могу! У меня и в академии преподаватели с ума от этого сходили, что я не могу воспринимать эту абстракцию – «выдумай то, не знаю что». А тут и вовсе…
– Проклятье, мелочь, у тебя что, вообще воображение отсутствует! – орал на меня блондин спустя двадцать минут бесполезных объяснений. – Девчонки же обычно, наоборот, хороши во всяких выдумках! Сами что-то надумают, сами обидятся…
– Не сомневаюсь в твоем богатом опыте решения надуманных женских проблем. Но я тут ни при чем! И, поверь, воображение у меня более чем богатое. Что я с тобой уже только не сотворила в своей голове благодаря нему! А будешь на меня кричать, я начну претворять эти фантазии в жизнь! Объясняй нормально!
– Да я тебе человеческим языком и объясняю, как меня самого учили…
– Тише, ребята, – вдруг возник между нашими злобно пыхтящими фигурами Милаш. – Давайте без драки обойдемся. В чем проблема?
С минимумом цензурных слов и жестов блондин объяснил другу всю степень моей «дурости». Я оказала ответную любезность, обойдясь более цивилизованным языком. А очкарик нас неожиданно понял и быстро нашел решение.
И снова пригодились шест и песочек под ногами. С их помощью Милаш умудрился схематично обрисовать, что именно нужно «представлять» и как вливать потоки в эту дурацкую земляную крошку. И у меня… получилось! Вот что значит дельный человек, умеющий объяснять! Из песка вынырнула мелкая крошка щебня и, повинуясь взмаху моей руки, пролетела прямо в мишень, с мелким стрекотом отскочив от нее. Я даже попала в саму мишень, хотя никогда не подозревала в себе особой меткости!
Но парней результат почему-то не слишком устроил. Оба смотрели на меня все с тем же скепсисом.
– Слабовато, – задумчиво заключил блондин. – Только внимание отвлечь. Так… а если… Эй, Мелкая, представь…
– Я сейчас очень отчетливо представляю, как душу тебя…
– Да не это, – совершенно не впечатленный, отмахнулся непривычно серьезный Бабник. – Представь на месте мишени самого ненавистного тебе человека. Можешь даже меня, а потом ударяй.
Честно говоря, я не слишком верила в то, что эмоции способны усиливать заклинания. Лишать контроля – запросто. Но в более-менее спокойном состоянии сделать что-то сильнее – наукой такое влияние не доказано. Но все же совету последовала – что я, собственно, теряю.
На месте мишени словно вживую возникло знакомое лицо: золотистые волосы, зеленые глаза, широкая улыбка – лицо человека, которого я ненавижу. Я резко взмахнула рукой, посылая каменную крошку вперед.
– Кхм…надеюсь, что ты все-таки не меня представляла, – заметил Бабник, глядя на продырявленную насквозь мишень.
– Не тебя, можешь выдохнуть, – пробормотала я, весьма удивленная силой собственной ненависти. А ведь казалось, остыло и утихло все, а нет, еще пылает в душе обида.
– Тогда еще живем. Слушай, Мелкая, а не все так плохо у тебя. Я понял, у тебя просто мозги как-то набекрень сделаны, не по-девчачьи, но это твое преимущество.
– Еще слово, и я тебе мозги набекрень сделаю. И не называя меня Мелкой!
Как-то незаметно, перебрасываясь руганью и серьезными рассуждениями, мы с парнями умудрились разобрать еще два базовых заклинания. Пусть не идеально, но теперь хоть чем-то и я могла атаковать. Кстати, весьма интересно было наблюдать за взаимодействием парней. Совершенно разные Милаш и Бабник удивительно хорошо понимали друг друга – вот что значит команда. У блондина, как оказалось, потрясающе развито интуитивное понимание магии. Он легко и играючи схватывал все, что я и Милаш пытались объяснить ему, но вот сам толком объяснять не умел, хотя хорошо подмечал какие-то нюансы и давал советы. А вот с Неем у нас было полное взаимопонимание в плане различных структур и расчетов. В целом за эти пару часов тренировки я к ним даже привыкла. И пикировки с Бабником скорее доставляли удовольствие, чем злили по-настоящему. Я настолько увлеклась всем, что даже забыла про капитана, а потому его оклик, что пора заканчивать, стал для нашей тройки неожиданностью.
– На сегодня все, ребята, – вмешался Зануда в очередную попытку разбора следующего заклинания. – Коротышка, ты же не хочешь завтра на занятиях носом клевать?
Стоило коварному синеглазику это заявить, как тут же дала знать о себе усталость. Заныли синяки на ногах, а руки свело от перенапряжения из-за магии.
– Да, пожалуй, для первого дня неплохо размялись, – согласно кивнул Бабник, свободно потянувшись, словно и не особо устал.
Похоже, из всех только я и норовлю свалиться от усталости. Несправедливость…
Обратный путь показался мне неимоверно длинным. Я даже не обратила внимания, следил ли кто за нами на этот раз или нет. Пока парни что-то бурно обсуждали, словно и не провели больше трех часов за тренировками, я, медленно переставляя ноги, тащилась за ними.
А оказавшись дома, поняла, что мечтаю только об одном – обжигающе горячей ванне, обязательно с какой-нибудь вкусной пеной. И благословенной тишине, конечно. Даже голод отступил на второе место, так хотелось смыть с себя пыль и песок, который все еще скрипел на зубах.
