– Это вы мне?
– Разве это не ваше имя? – Тон Харрисона стал строже. – Где ваш бейдж, мистер Киплинг?
– Где-то здесь! – Кип похлопал себя по карманам. – И можете звать меня Кип.
– Это три буквы. – Эш подцепил шнурок, свисавший из заднего кармана, и протянул Кипу. – К, И, П – Кип. Легко и приятно.
Продемонстрировав свой бейдж с фотографией, Кип продолжил:
– Я никогда не ношу галстук-бабочку, но у меня всегда рыжие волосы. Я Кип, уборщик с рыжими волосами.
Эш ответил:
– У меня нет рыжих волос, и я никогда не ношу галстук-бабочку, но мне нравится забираться наверх. На шведскую стенку, на горку, на верхние ряды трибун.
Кип поднес ладонь ко рту, словно собираясь поделиться секретом:
– Я вообще нашел его на дереве. Странно, правда?
Снова раздался смех. Дети расслабились, и им было весело.
Харрисон спросил:
– Как думаете, будете ли вы вспоминать Эша и Кипа как членов своей семьи в начальной школе Лэндмарк? – Все с энтузиазмом согласились. – Вижу, директор Риверсон тоже здесь.
Харрисон поманил Тами к себе.
Она вышла вперед и осмотрелась, разглядывая незнакомые лица, на которых читалось любопытство.
– Добро пожаловать в начальную школу Лэндмарк. Мы очень рады, что в этом году вы будете учиться у нас. – Следуя примеру, она подняла шнурок с бейджем. – Я не ношу галстук-бабочку, и волосы у меня не рыжие. Известно, что я иногда лазаю по деревьям, потому что у моей семьи есть яблоневый сад. Но я думаю, что вы все-таки сумеете отличить меня от Эша.
– Она ниже ростом, – сказал Кип. – И девочка.
Тами сделала реверанс:
– У меня есть одна вещь, с которой я не расстаюсь.
Она вытянула из-под воротника своего делового костюма – второго по качеству в ее гардеробе – нить с тяжелыми камнями разных оттенков, от темно-фиолетового до лавандового. Должно быть, все подумали, что это настоящее сокровище. Насколько Тами знала, ее аметисты действительно представляли собой сокровище. Она ни разу не носила их к оценщику.
Кип присел на корточки, разглядывая ее ожерелье с неприкрытым восхищением.
– Директор Риверсон, вы на самом деле принцесса? – спросил он благоговейно.
Она рассмеялась:
– Не думаю. Это ожерелье – семейная реликвия. Особенная вещь, очень старинная. Я никогда его не снимаю.
– Даже когда спите? – спросил Кип.
– Да.
– Даже когда моете голову?
– Да. – Тами слегка пожала плечами. – Оно не снимается.
Тут вмешался Харрисон:
– Вы все узнаете принцессу… я хотел сказать, директора Риверсон, когда увидите ее снова?
Дети хором пообещали, что да, конечно узнают. Кип наконец выпрямился и предложил Тами руку.
Провожая ее до двери, он спросил:
– Тами, ты давно носишь это ожерелье?
– Сколько себя помню, – ответила она, прикоснувшись к знакомой тяжести на груди. – Мы с братом кое-что унаследовали от прадедушки и прабабушки.
Кип открыл рот, закрыл, а затем торжественно спросил:
– Он тоже из королевской семьи?
Тами улыбнулась:
– Принц среди людей.
Глава 11
Истина
Мелисса подозревала, что с ее стороны будет слишком смело прийти в кофейню «У основателей» еще до восхода, но внутри горел свет, а дверь была не заперта. Она посмотрела, не висит ли у входа расписание работы, и обнаружила неприметную бронзовую табличку с короткой надписью: «ОТКРЫТО ВСЕГДА».
Внутри уже сидели ранние пташки – тут собрались преподаватели, а там, по всей видимости, группа мужчин изучала Библию. Она почти не сомневалась, что в разгар семестра помещение будет забито студентами, которые сидят над книгами всю ночь напролет.
За стойкой был только Рук. При виде Мелиссы он улыбнулся еще шире:
– О, надеюсь, ты всегда встаешь так рано. На эту смену труднее всего найти работников.
– Моя мама всегда начинала наши тренировки до рассвета. – Мелисса продемонстрировала несколько первых движений разминки бойца. – А члены семьи, у которой я живу, уже возятся с цыплятами.
– Я бы нанял тебя дважды, если бы мог. От Джимини по утрам никакого толку. – Рук осмотрел комнату и жестом пригласил ее присоединиться к нему за стойкой. – Я помню, что обещал познакомить тебя с Истиной сегодня утром, но ночью кое-что произошло.
– Что-нибудь плохое?
Рук понизил голос:
– В новостях снова говорят об оборотнях. Пропала девочка. Дело дрянь. Двое мальчиков, которые были с ней, не выжили.
– Где это произошло?
Рук оскалил зубы:
– Настолько близко, что у нас будет жить отряд следопытов. Помнишь дорогу ко мне?
– Да.
– Хорошо. Иди туда. Ищи широкую белую дверь. В убежище Истины гости, и я предупредил их, что ты заглянешь. Торлу вполне способен представить вас друг другу.
Мелисса направилась в приватную часть анклава. Барьер Джимини пропустил ее, дав ощутить забавную вспышку радости, как будто коридор был рад новой встрече.
Гадая, какая комбинация символов могла создать такой эффект, она разыскала вход в убежище Собратьев и, вежливо постучавшись, вошла.
Тут же послышалось низкое рычание, и из центральной ниши на нее уставился большой черный зверь с серебряными глазами и вздыбленной шерстью.
– Истина! – предостерегающе воскликнул молодой голос. – Так гостей не приветствуют.
Волчица опустила голову на лапы и угрюмо промолчала.
Мелисса немедленно приняла почтительную позу:
– Мне уйти?
– Нет. Тебя ждут. Могу я вас познакомить?
Мелисса уселась на тюк золотистой соломы прямо у двери и протянула руки одному из самых молодых амарантов, которых когда-либо встречала. На вид ему было не больше одиннадцати-двенадцати лет, голос даже не начал ломаться, а большеглазое лицо еще не утратило детскую мягкость черт.
Тем не менее он обратился к ней с достоинством опытного дипломата:
– Я Торлу-декс Элдербау.
Мелисса пригляделась внимательнее:
– Ты из стаи Адуны-со?
Собеседник выпрямился:
– Я ее сын.
Адуна-со Элдербау была одной из Пятерых – лидеров Открытия, которые представили миру амарантийские кланы. Мелисса заметила сходство. У мальчика тоже была темная кожа и темно-каштановые волосы. Но глаза у него оказались небесно-голубыми. Порывшись в памяти, она поняла, что ничего не слышала о соратнике Адуны-со.
– Могу я узнать, что означает твое имя? – спросила она так же серьезно.
– На языке моего народа мое имя означает «луна лепестков», потому что из логова моего отца открывается вид на луг с цветами. Я родился, когда на лугу все цвело.
– Очень красивое имя.
Торлу покраснел и пробормотал:
– Звучит по-девчачьи.
Мелисса взяла его руки в свои:
– Ты придаешь силу имени, которое выбрал для тебя отец, когда гордишься им.
Торлу застенчиво улыбнулся – на щеках появились две ямочки – и наклонился, чтобы поцеловать ее в лоб.
– Могу я узнать твое имя?
– Мелисса Армстронг, новая сотрудница кофейни «У основателей». Рук предложил мне быть в распоряжении Истины, если ей понадобится забота.
– Это будет кстати. – Он повернулся к черной волчице. – Ты знаешь, это тебя успокоит.
Истина демонстративно закрыла глаза.
– Может, ты начнешь с Собратьев моего брата? – предложил Торлу. – Они устали от погони.
Пара темно-коричневых волков подняла головы, навострив уши и покачивая хвостами. Мелисса невольно улыбнулась, поскольку они не выказывали никаких признаков усталости.
Торлу согнул пальцы:
– Риск и Отвага – спутники моего брата. – Он гордо задрал подбородок. – Я путешествовал с Нару-со, и он попросил меня присмотреть за ними.
Это имя Мелисса знала. Нару-со Элдербау был первенцем Адуны и главой следопытов клана Элдербау.
– Брат сказал, что это ради их безопасности, но я думаю, что, скорее, ради моей. – Торлу поджал кончик хвоста. – Он считает, что я слишком молод, чтобы бежать по этому следу.
– Он не хочет, чтобы ты видел место преступления? – предположила Мелисса.
Торлу вздохнул:
– Брат осторожен, и не зря. Мне предстоит многому научиться, прежде чем я смогу быть ему полезен.
– Ты можешь быть полезен мне. – По опыту Мелиссы, амаранты особенно хорошо понимали симпатии и антипатии Собратьев из своего клана. – Поможешь мне понять, чего хочет Истина?
Молодой волк поколебался.
