Читать «Развод. Твоя бывшая» — Саша Ветрова онлайн
Страница 3 из 5
Глава 5
Сегодня важный день. Мой день. Открывается выставка, которую я так долго готовила, а я не могу думать ни о чем, кроме Олега.
Цепочка событий – измена парня Нади, «случайный» поцелуй моего мужа с незнакомкой, чужие духи на нем и появление его бывшей в галерее – по капле высасывает из меня радость и вдохновение. И в какой-то момент мне кажется, что я начинаю сходить с ума.
– Прекрасно выглядишь, золотко, – это Олег обнимает меня за талию и целует в висок, пока я стою перед зеркалом, внося последние штрихи в макияж. – Я в душ и быстро соберусь. Готова покорять этот мир?
Покорять мир? Я даже не заметила как он пришел…
– Я думала, ты не успеваешь на открытие, – говорю тихо, потому что муж предупреждал, что из-за сложных погодных условий его команда пропустила два дня съемок и теперь нагоняет отставание от графика.
– Неужели ты думала, что я пропущу триумф своей красавицы-жены? – Олег наклоняет голову и улыбается той самой улыбкой, от которой у меня всегда сладко екает сердце. – Конечно, я буду рядом с тобой на открытии.
– Это не мой триумф, – слабо протестую я. – Я всего лишь оформитель, мои работы не выставляются.
– Пока не выставляются, но, уверен, обязательно, будут.
Он еще раз целует меня, на этот раз в губы, углубляя поцелуй, наплевав на то, что портит мой макияж, заставляя мое сердце учащенно биться, а потом уходит в душ. А я еще минуту стою, прижав руку к груди, думая о том, что когда Олег рядом, так легко ему верить. И так легко представить, что мои переживания – это лишь плод моего разыгравшегося воображения…
Выставка имеет оглушительный успех. В галерее яблоку негде упасть: все журналисты, которых мы звали, пришли на открытие, арт-блогеры, рядовые ценители искусства, коллекционеры, светская публика…
– Это фурор, Злата! – шепчет Надя, обнимая меня после официальной части. – Я знала, что будет круто, но реальность превзошла даже мои ожидания!
– Спасибо тебе, Надь. За поддержку, за то, что доверила мне проект и за то, что была рядом.
– Это тебе спасибо. С тобой работать одно удовольствие. Да и мне нужно было чем-то занять себя, чтобы не думать, – ее выразительное лицо мрачнеет, а я порывисто сжимаю ее ладонь в знак поддержки.
– Ты красивая, умная и талантливая женщина. В твоей жизни обязательно появится мужчина, которому ты сможешь доверять. И который будет любить тебя и всегда ставить на первое место, – говорю с чувством, сожалея, что Наде приходится проходить через измену и болезненный разрыв с человеком, которого она считала идеалом.
– Как у тебя, – говорит она.
– Как у меня… – повторяю я, находя глазами статную фигуру Олега, который в этот самый момент недалеко от зала скульптур разговаривает с модным арт-критиком – привлекательной женщиной чуть старше меня, которая игриво отбрасывает волосы и смеется над, видимо, очень смешными шутками моего мужа.
В этой тусовке, среди камер, богато одетых людей, взрывов смеха и брызг шампанского, Олег явно ощущает себя как рыба в воде. Он в своей стихии. Его узнают. Его ценят. Его хотят. С ним жаждут общаться. Когда бы я ни ловила его в поле зрения этим вечером, он всегда был в компании, всегда нарасхват…
Женщины всегда уделяли ему повышенное внимание. И я всегда воспринимала этот факт как данность, с которой нужно жить. Да что уж, я гордилась, что у меня такой талантливый муж, но сегодня, в этот день, когда я должна была бы упиваться своим успехом, я думаю лишь о том, мог он мне изменить или нет… Потому что возможностей у него могло быть предостаточно.
Словно почувствовал на себе мой взгляд, Олег поворачивает голову и посылает мне ленивую улыбку. Он что-то быстро говорит своей собеседнице и, не разрывая зрительный контакт со мной, через толпу идет мне навстречу.
– Освободилась? – спрашивает он, обнимая меня за плечи и притягивая к себе. – Ты была звездой этого вечера. А я не хотел тебе мешать.
– Да, – отвечаю просто, наслаждаясь теплом и мощью его крепкого тела, расслабляясь в его объятиях.
– Хорошая работа, золотко, – произносит Олег, целуя меня в макушку. – Во всем чувствуется твоя талантливая рука. Подбор объектов потрясающий. И оформление, и упаковка всего этого просто на высшем уровне. Не скажешь, что это твой первый столь масштабный проект.
– Спасибо, – говорю я, расплываясь в улыбке.
– Я пять минут назад разговаривал с Марьей Коваленко, она сказала, что посвятит этой выставке разворот в журнале, – продолжает муж. – А ты знаешь, она подобное делает только на коммерческой основе. Так что ты должна собой гордиться.
Коваленко – редактор самого крупного каталога об искусстве в стране. И то, что она без финансовых гарантий напишет о нас, это, несомненно, из области фантастики.
– Считаешь, должна гордиться? – спрашиваю, лукаво улыбаясь.
– Конечно, золотко.
Олег разбирается в искусстве. Он сам человек искусства. И он редко раздает похвалу, даже мне. Оттого неподдельное одобрение в его словах ложится бальзамом на мою мятущуюся душу.
– Можно фото? – это один из светских фотографов останавливается рядом с нами с камерой в руке.
– Конечно, – отзывается Олег.
Несколько секунд мы позируем для фотографа. Олег обнимает меня, не стесняясь демонстрировать миру нашу крепкую связь. А я…
Я крепче обнимаю его за талию, опускаю голову на его грудь.
Он мой муж. Он рядом со мной. Он изменил свои жесткие рабочие планы, чтобы в этот день быть со мной, а я… Я точно себя накручиваю.
Глава 6
На вечеринку в роскошный загородный дом отца мы с Олегом слегка опаздываем – муж задержался в студии, где они отсматривали отснятый материал, – но на подобные мероприятия и не принято приходить вовремя. Мы приехали далеко не последними.
Папа не поскромничал и закатил прием, вполне способный затмить церемонии уровня Оскара – лимузины, красная дорожка, соответствующий дресс-код и внушительный список гостей.
Он собрал всех – от самых ярких представителей шоу-бизнеса до знаковых политиков, – и, прибыв, мы с мужем сразу вливаемся в эту разношерстную, богато разодетую толпу.
Олег чувствует себя на таких приемах как рыба в воде, это его стихия, я тоже на них не новичок, и, пока мы пробираемся к виновнику торжества, несколько раз останавливаемся, чтобы поприветствовать знакомых.
Папа не один, его окружают коллеги-конкуренты, такие же успешные бизнесмены, и лучший друг, сенатор Кожевников. Не желая разбивать их компанию, прибиваюсь вместе с мужем к группе его коллег с телевидения.
Стоя рядом с Олегом и чувствуя его руку на моей талии, бросаю взгляд на отца – сегодня он особенно хорош собой и внушителен. Статный, с по-королевски прямой осанкой, шикарный костюм подчеркивает атлетичную фигуру, а излучаемая природная харизма и внутренняя сила притягивают взгляды.
Я не переживаю за него, знаю, что и в Штатах у него все будет прекрасно. Папа себя не потеряет. Но не потеряюсь ли я без него?..
– Злата, наконец-то вы здесь! – оттаскивают меня от мужа руки подошедшей сзади мачехи.
Обернувшись, обнимаю Оксану, которая тоже потрясает красотой и какой-то особенной радостью.
– Как ты, предвкушаешь поездку? – смотрю в ее счастливые глаза.
– Да! Не могу дождаться, когда мы полетим. На частном самолете, прикинь! Хочу попросить тебя, пока Рома не слышит, – серьезнеет она.
– О чем? – удивляюсь я, теряясь в догадках – вряд ли она попросит присмотреть за домом.
– Обещай, что будешь часто навещать его. Он будет безумно по тебе скучать. Ты же его любимая девочка.
– Теперь ты – его любимая девочка, – с улыбкой возражаю я.
– Я – другая девочка и при всем желании не смогу заменить ему тебя. Это невозможно. Ты обещаешь?
– Конечно, Оксан! Это… даже не обсуждается. Тем более я люблю Калифорнию и сёрфинг, – смеюсь тихо.
– И ты шикарна на доске, – находят меня вновь руки мужа, по-хозяйски обвивающие за талию. – Здравствуй, Оксана.
– Вы оба шикарны, и даже без доски, – успевает сказать мачеха, когда к ней подходит официант и что-то говорит.
Она, извинившись, убегает. Я поворачиваюсь к мужу и тоже скрещиваю руки за его спиной, прячу лицо на его груди – слова мачехи отозвались грустью в душе. Я тоже буду скучать.
– Всё в порядке? – спрашивает Олег, заметив мое состояние.
Подняв голову, встречаюсь с ним взглядом и заставляю себя улыбнуться.
– Да, всё хорошо. Просто разговор с Оксаной напомнил, что папин отъезд – реальность. Он уедет не когда-нибудь, а прямо сегодня. И мне уже тоскливо. Ты же знаешь, как мы привязаны друг к другу.
Кивнув, Олег перемещает руки с моей талии на плечи и нежно целует в висок.
– Знаю. И знаю, что он справится с этим, как и ты. Вы можете хоть каждый день общаться по видеосвязи, в итоге это может быть даже чаще, чем вы встречались с ним здесь. А если совсем затоскуешь, то всегда можешь навестить его в Силиконовой долине. Мы можем, – исправляется он.
– В Кремниевой, – исправляю его я, хоть и знаю, что он называет ее так специально, назло папе.
– В любом случае, она на этой планете, и туда все еще летают самолеты.
– Да, я знаю. Ладно, пойду найду его.
– Я с тобой, – не отпускает он мою руку.
Папа рад нам обоим и кажется искренним. Охотно жмет руку Олега, дружески похлопывает по плечу, на полную отыгрывая радушного хозяина. Даже расспрашивает того о фильме, который муж сейчас снимает.
Олег тоже безупречен. Подчеркнуто вежлив и любезен, и как будто с удовольствием делится с папой своими делами и планами.
Я смотрю, как они стоят вместе, разговаривают, и не могу не радоваться тому, насколько хорошо они ладят сегодня.
Неужели официальное перемирие?..
– А твой отец умеет прятать клыки, когда хочет, – отмечает Олег, когда мы отходим.
– Он просто понял, что вам нечего делить. Я люблю вас обоих. Одинаково.
Олег останавливается и притягивает меня к себе. Наклонив голову, прижимается лбом к моему.
– Мы все равно не перестанем бороться за то, чтобы отвоевать чуть больше твоей любви, – и целует меня в край волос. – Но теперь будем делать это реже.
Я улыбаюсь.
Вечеринка в разгаре. Гости разбредаются по лужайке и первому этажу дома с колоннами – это не тот дом, где я выросла, поэтому здесь я тоже гостья, – смеются, обсуждают новости и светские сплетни, пьют шампанское. Я чувствую себя чужой на этом празднике – не могу радоваться тому, что папа уезжает.
Когда темнеет и начинается фейерверк, он находит меня.
– Чего грустишь, Златенок?
Я оборачиваюсь:
– Фейерверк – пап, серьезно? – спрашиваю, смеясь. – Салют в свою честь?
– Люди любят салюты, – пожимает Роман Львович плечами, – а я могу себе позволить сделать им приятное.
– А еще какие-то пафосные выпады будут?
– Вертолет считается?
– Вертолет?! Папа, ты еще такой мальчишка, – улыбаюсь ему и сразу убираю улыбку: – Я буду очень скучать. Очень.
– Ты еще можешь поехать со мной, – подмигивает он. – Я найду для тебя место в своем самолете. И в доме.
– Папочка, я уже выросла, чтобы жить вместе с тобой.
– И то верно. Ты выросла, и у тебя тут своя жизнь. А у меня теперь будет новая жизнь там, в Сан-Франциско. И моей девочке придётся больше полагаться на себя.
– Я справлюсь, папа, – отвечаю уверенно. – У меня есть Олег, моя работа. Всё будет хорошо. Правда.
Папа усмехается и, найдя глазами в толпе Олега, смотрит на него какое-то время, пока в черном небе над нами распускаются огненные цветы и шары.
– Ты же знаешь, я не фанат твоего выбора, но я вижу, что ты счастлива с ним. И в конце концов, это для меня важнее всего. Мне гораздо спокойнее, что не остаешься тут одна.
Он обнимает меня за плечи, и мы так и стоим, обнявшись. И никто не подходит, не зовет нас, позволяя нам попрощаться друг с другом. Пока ему не приходит время улетать.
Вертолет уже гудит на поляне позади дома, его лопасти раскручиваются, поднимая в воздух сухие листья и мелкий песок с дорожек. Отец с Оксаной медленно выходят из дома, спускаются по ступенькам и идут к вертолету, оглядываясь на гостей, которые стекаются к задней веранде отовсюду, чтобы проводить их.
Олег стоит чуть позади, обхватив меня руками и прикрывая собой от могучего ветра. Мне тепло и уютно в его объятиях, а вот глаза, чувствую, начинают слезиться – от нахлынувших чувств или того же ветра, – я отвожу их от вертолета в сторону. И вдруг натыкаюсь на что-то в толпе справа, из-за чего возвращаю взгляд обратно – понять, что меня привлекло.
Шаря глазами по провожающим, выхватываю фигуру девушки – высокая, с тёмными волосами, поднятыми в прическу. Я еще не понимаю, что с ней не так, но уже замираю, сердце на мгновение ускоряет ритм. Этого не может быть…
Вероника?
Снова она?!
Повернув голову, поднимаю вопросительные глаза на мужа.
– Что? – спрашивает он, и в его глазах искреннее непонимание.
Не мог же он пригласить свою бывшую, чью фотографию все еще хранит в ящике стола, на вечер отца… Это было бы чудовищно глупо. Но если ее позвал не он, то как она здесь оказалась?!
Глава 7
– Олег, скажи, на чем, по-твоему, строится удачный брак? – спрашиваю я однажды вечером, когда мы, утомленные и расслабленные, лежим в постели.
Я устроилась на его груди, слушая, как размеренно и сильно бьется его сердце, он поглаживает меня по волосам и обнаженным плечам.
– На доверии, – произносит он без толики сомнения. – И, конечно, на физической совместимости. Но у нас с тобой по всем фронтам полный порядок. А почему спрашиваешь?