– Замковая Башня, – печально выдохнул Арди. – Это Замковая Башня.
– Она самая, – подтвердил Милар. – И вот скажи мне, напарник, призраков точно не существует? Потому что мы с тобой вроде как собираемся наведаться в замок. В клятый замок. А знаешь, кого полным полном в старых, доимперских замках? Сраных привидений! И прочей нечисти.
– Предрассудки, – отмахнулся, но не очень уверенно, Арди. – Тем более это не старый замок. Тем более ее построили не так давно.
– Ага… но кто знает, что там эти богатеи натворили за пятнадцать-то лет.
Замковая Башня – известное на всю Метрополию сооружение, целиком и полностью принадлежащее барону Тарику Ле’мрити, одному из крупнейших владельцев угольных шахт на восточном побережье. Выходец из семьи простых шахтеров, он сколотил состояние на буме паровых котлов, запатентовав попутно один из тех, что использовался для обогрева домов. Титул же получил после того, как сперва отдал дочь на общий факультет Большого, а затем выдал ее замуж за престарелого отставного офицера. Разумеется – с наследным титулом. Разумеется, тот помер от старости уже через пару лет после женитьбы.
Ле’мрити, если верить газетам библиотеки Анорских, любил старину и, в частности, эпоху Рождения Империи и даже свой небоскреб построил так, чтобы водрузить на него реплику замка древности, где и жил вместе со своей семьей.
– Ты взял в отделе снабжения все, что я просил? – не сводя взгляда с небоскреба и, в частности, его «крыши», спросил Арди.
– Саквояж в багажнике. – Милар, смотрящий в ту же сторону, помахал рукой за спиной. – В процессе Дагдаг из меня чуть душу не вытянул. Или как ты там ее по-научному назвал… Так что сам будешь перед ним отчитываться, если что-то испортишь.
Где-то вдалеке длинной, кривой, ломаной лентой протянулась белоснежная молния, а затем грянул гром, волной прокатившись по низкому, черному небу.
– Надеюсь, ты уверен в своих словах, – икнул Милар.
Спящие Духи… Арди тоже хотел бы быть в этом уверен.
– Идем. – Юноша открыл дверь и первым вышел под мелкую дробь первых капель дождя.
Неделя гроз все еще продолжалась, но на сей раз Ардан был к ней готов. Бальеро и Лорлова его многому научили.
Во всяком случае – он так думал…
Глава 96
Ардан открыл багажник и вытащил саквояж. Из потертой, трескающейся кожи и с латунными, местами почерневшими скобами с двумя такими маленькими рожками, смыкавшимися в тесных, щелкающих объятьях.
Арди пришлось постараться, чтобы разомкнуть их тесный союз. Внутри он обнаружил две пары очков, немного напоминающих те, что носил Ригланов. Одни надел сам, другие передал Милару. Тот подумал немного, после чего снял шляпу и нацепил окуляры. Две массивные линзы, заключенные внутрь скоб из все той же латуни. Выпирающие примерно на пять сантиметров от оправы, а вместо душек – плотный ремешок с закрепленным на нем накопителем в коробочке, от которого отходил тонкий кабель в оплетке, крепящийся к оправе.
– И что это? – Милар поворачивал головой из стороны в сторону, осматривая улицу, на которой все еще жужжали автомобили.
– Пока ты проверял адрес, я решил навестить библиотеку.
– Смешно, господин маг… ты оттуда вообще не вылезаешь, так что не пытайся себя выгородить. – Капитан махал ладонью перед глазами и поочередно то снимал, то надевал очки обратно. – Я чего-то не понимаю или…
– Посмотри на фонарный столб.
Капитан пару мгновений сомневался, но все же повернулся и…
– Да чтоб тебя! – Он резко отвернулся, сорвал с себя очки и начал тереть глаза пальцами.
– Ой, извини.
– Ард, ты издеваешься? – Милар все тер и тер глаза. – Я тебя как обидел-то?
– Там реле есть, подкрути почти до упора влево. – Арди с этими словами взял собственные очки и поспешил выкрутить небольшую шестеренку на переносице оправы едва ли не на самый минимум. – Это инженерные очки для настройки лей-оборудования.
– И на кой они нам… – Милар осекся и, проморгавшись, повернулся к небоскребу. – А… они помогут увидеть нам лей-следы?
– Лей-излучение, – машинально поправил Арди. – Но да, ты прав.
– А разве ты не можешь там, – Милар помахал в воздухе рукой, при этом так и не оборачиваясь к собеседнику, – своей Эан’Ханевской ерундой все это увидеть?
Арди покачал головой и, надев очки, посмотрел на фонарь. Он видел все то же самое, что и прежде, только теперь внутри металлического столба проглядывалась тонкая вереница искорок, ползущих изнутри земли, затем все выше и выше, пока не закручивались спиралью внутри кристаллической структуры лампы. И если проследить за искрами дальше, то вся земля под ногами пестрила ими, сливаясь в сложных узорах волшебной паутины.
В Новом Городе лей-кабели буквально насквозь пронизывали город. Под землей и…
Арди вскинул голову выше, и там, под самыми небесами искры тоже бегали, но уже между крышами.
– В городе тяжело смотреть на изнанку мира, – выдохнул юноша. – Здесь все… очень пестрое. У меня не получится быстро отсечь лишнее.
– Я опять ничего не понял, но будем считать, что согласился, – все еще недовольно буркнул Милар. – Хотя бы вижу, что ты в Большом не только сопли по казенному имуществу размазываешь.
Следом Арди достал две пары перчаток из необычной, очень странной на вид, зеленовато-синеватой кожи. С такими мелкими-мелкими прожилками, змейками убегавшими куда-то под уплотненные складки и швы, пронизанные капроновыми нитками.
Из шкуры волшебного зверя (по-научному – аномалии искусственного происхождения), известной в народе как Мантикора. Химера, созданная искусством Эан’Хане в эпоху Рождения Империи. С головой человека, телом росомахи и хвостом змеи. Создавалась Первородными из пленных воинов Галеса и… тех несчастных, что не успели покинуть деревни и города до того, как их захватили армии Первородных.
Но это все история. Причем давняя.
Реальность же такова, что Мантикора обладала высокой устойчивостью к Лей воздействию, так как создавалась для охоты в первую очередь на Звездных Магов, ну и всех людей в целом.
В мире Мантикор осталось не так уж и много. Полторы, может, две тысячи особей. Так что амуниция из их кожи ценилась весьма и весьма высоко.
– Без перчаток ничего не трогай. – Арди протянул Милару вторую пару, после чего достал из саквояжа специальные стельки, также из кожи Мантикоры, и нацепил те на туфли.
Капитан поступил так же.
Следом из саквояжа на свет показались: небольшой серебряный жезл, зеркало в медной оправе, две колбочки с алой, вязкой жидкостью, флакон, напоминающий флакон с духами, но только вместо парфюма внутри хрустальной емкости плескалось нечто мерцающее, напоминающее блеск столового серебра, а также…
– А где сушеные Грибо-Водоросли? – спросил Арди, пошарив в практически опустевшем саквояже.
– Дагдаг сказал, что закончились еще в прошлом квартале, – развел руками Милар.
Капитан, видимо привыкнув к очкам, крутил реле, переводя взгляд с одного объекта на другой.
– Они, я так понимаю, не дешевые. Дагдаг сказал, что вряд ли до получения годового бюджета в месяце Солнца сделает заказ на новую партию.
– Были бы дешевые, сам бы купил… – выдохнул Арди, забирая очень аккуратно последнюю вещь.
Небольшой стеклянный шарик, заполненный зеленоватым туманом. Испарения кислоты Маранжа с добавлением некоторых ингредиентов, для удержания пара в инертном состоянии. Иначе бы его невозможно было хранить и транспортировать.
– А сколько, если не секрет?
– Девяносто два экса за грамм, – ответил Арди, распределяя содержимое саквояжа по карманам. – Это если свежие. Сушеные на десяток дешевле.
Милар так резко повернулся к Арди, что даже отсюда юноша услышал хруст позвонков и суставов капитана.
– Они что такое делают за почти сотню эксов?!
– На некоторое время, от пятнадцати минут до часа, позволяют твоему телу не зависеть от окислительного фосфорилирования.
Милар пару раз моргнул, что, учитывая свойства линз лей-окуляров, выглядело несколько забавно. Половину лица капитана в данный момент занимали выпученные, удивленные глаза. Прямо как у рыбы.
– А можно на галесском?
– Можно не дышать.
– А как тогда…
– В твоем организме присутствует Лей, – перебил Арди, не желая зачитывать лекцию, которую им однажды прочел профессор Ковертский. – Сушеные Грибо-Водоросли ненадолго заставляют мембрану митохондрий окислять не восстановленный эквивал… – Ардан споткнулся на полуслове, едва сдерживая смех из-за рыбьих глаз капитана. – Твои клетки начинают дышать не воздухом, а накопленной в теле Лей.
– Почти понял, – кивнул Милар и ткнул пальцем в Арди. – Ты там не зубоскаль, у тебя сейчас глазища не меньше моих.
Ардан пожал плечами.
– И зачем нам эти драгоценные грибочки?
Арди вспомнил дом на Пятой улице Бальеро.
– В прошлый раз галлюцинации, распространяющиеся на все органы чувств, были созданы лей-флорой, – пояснил Ардан, попутно прикидывая, чем можно заменить Грибо-Водоросли. – Спорами плесени, если быть совсем точным. Избежать их воздействия без…
– Ард, – перебил Милар.
– Что?
– Я понимаю, что ты жутко умный и, вообще, подающий надежды светоч Звездной науки, но… Вечные Ангелы, иногда ты все слишком усложняешь.
Милар подошел ближе, отодвинул юношу плечом в сторону, затем порылся немного в багажнике, отодвигая ящички, жестяные канистры и несколько запертых на замок железных коробок, после чего вытащил на свет два… противогаза.
Две кожаные маски, подбитые резиновыми подкладками. С точно такими же линзами, как на их окулярах. А ниже, вместо отверстия для рта, довольно увесистая коробка фильтра, крепящаяся за тканевые ремешки прямо на шею.
– С этим, – Арди постучал пальцем по окулярам, – будет не очень удобно. И тем более я не уверен, что фильтр справится с…
– Держи. – Милар хлопнул Арди противогазом по груди. – Закрепи на пояс. Если поймешь, что нам надо будет надеть, скажи. И… ты же поймешь заранее?
Ардан не был особо уверен в том, что сможет распознать влияние галлюциногенной лей-флоры до того, как начнет чувствовать ее прямое воздействие.
С другой стороны, он не был уверен, что в «замке» в принципе окажется нечто подобное, как на Бальеро.
– Наверное.
– Наверное, да? – протянул Милар все с тем же комичным (из-за окуляров) громадным, рыбьим прищуром. – Я уже начинаю привыкать к твоей вечной, господин маг, лингвистической вертлявости.
– Прости, – искренне извинился Арди, – старая привычка. Я не знаю, понадобится ли нам вообще что-либо из того, что я попросил взять.
– То есть я зря Дагдага два часа потрошил и гонял по складу? – начал было возмущаться Милар.
– Ну не с пустыми же руками туда идти! – в тон напарнику всплеснул руками Арди, из-за чего чуть было не задел Милара посохом. – Извини.
Они посверлили друг друга взглядами, едва было не засмеялись из-за того, как нелепо выглядели, а затем едва ли не синхронно обернулись к небоскребу.
Все это время мимо сновали прохожие, бросавшие на парочку быстрые, неприятные взгляды, как на сбежавших из госпиталя для душевнобольных. Смотрели искоса, тайком и, радуясь и благодаря Вечных Ангелов, что их происходящее не касается, спешили по своим чрезвычайно важным, неотложным делам.
– Ладно, тогда…
– Чего ладно-то? – одернул Милар и, еще немного пошарив в багажнике, протянул Арди легко узнаваемый казенный черный револьвер и кобуру с гербом империи. – Куда без железа?
Ардан скептически посмотрел на огнестрел, но спорить не стал. Проверил барабан на предмет патронов, а затем закрепил кобуру на поясе, аккурат рядом с накопителями Лей.
Сам же капитан, как и всегда, защелкнул замки на ножнах сабли, и та повисла на коротких кожаных ремешках. Слегка покачивалась и при каждом шаге била о ногу, издавая характерный, немного хлопающий звук.
Милар поравнялся с Арданом и, придерживая шляпу рукой, до хруста шейных позвонков закинул голову назад и тоже посмотрел на замок. Стальные шпили сияли и отливали белесыми искрами в свете змеящихся молний, рассекавших небо, которое вот-вот рухнет на головы жителей столицы.
– Как думаешь, господин маг, что нас там ждет? – с придыханием спросил Милар, попутно доставая очередную сигарету.
Курил капитан столько, что, наверное, в одиночку мог держать на плаву небольшую табачную лавку. Неудивительно, что Эльвира, жена Пнева, пыталась заставить мужа бросить данную привычку. Вопрос даже не в здоровье легких (впрочем, вред курения все еще не был достоверно научно доказан, так что Арди воздерживался от спекуляций), а в семейном бюджете.
– Не знаю, – напрямую, без привычных попыток уклониться от ответа, признал Арди. – Но надеюсь, мы сюда не зря приехали.
– А могли бы скататься в «Бри-и-Мэн», – протянул Милар. Они все так же стояли около входа в здание, игнорируя недоумевающе-раздраженные взгляды работников в теплых кителях, замерших у громадных стеклянных дверей небоскреба. – Их будто Вечные Ангелы или эти твои… Спящие Духи берегут, чтобы мы к ним не приехали.
Арди вспомнил Аллу Тантову, помощницу Тревора Мэна, и… немного поежился. Если честно, выбирая между странным замком, застывшим где-то у подножия облаков, и крупнейшей частной компанией на планете, он предпочел бы замок. Даже, пожалуй, два. Просто что-то ему подсказывало, что там, наверху, среди того, что люди ошибочно принимали за «призраков и приведения», куда безопасней, чем среди людей, в чьих карманах денег едва ли меньше, чем у самой короны.
Милар достал еще одну сигарету и протянул Арди.
– Будешь? – не поворачивая головы, спросил капитан.
– Ты же знаешь, что я не курю.
Милар пожал плечами.
– Все равно ведь закуришь, напарник. – Капитан заткнул сигарету за ухо и поправил шляпу. – Вопрос времени… на нашей работе все курят. Алиса вон тоже сперва воздерживалась… Ладно, пойдем. Постреляем немного в несуществующих призраков ради предполагаемой зацепки по весьма реальному делу, которое, если не раскроем, станет нашим последним. А для тебя и вовсе – первым и последним.
Закончив говорить, Милар что-то еще неразборчиво пробормотал. Как старик, сетующий на быстро меняющийся мир. И, кажется, он продолжил бормотать себе под нос вплоть до момента, как они поравнялись с работниками.
Несмотря на гремящую громом и дышащую теплыми ветрами весну, те кутались едва ли не как в зимние месяцы. Но оно и неудивительно. Новый Город, из-за того что находился выше уровня моря, продувался ветрами буквально насквозь. А широченные проспекты и кварталы, построенные таким образом, что у них не имелось внутренних дворов, где ветер мог бы задержаться и полюбоваться убранством, лишь ухудшали и без того печальную, весьма прохладную ситуацию.
– Добрый вечер, – поздоровался ближайший к ним служащий и любезно открыл дверь, впуская внутрь.
– Я бы не был в этом так уверен, – проворчал Милар.
Насколько за прошедшие месяцы Арди успел разобраться в характере капитана Пнева, тот, когда нервничал, терял свой извечный оптимизм, превращаясь в угрюмого, сварливого и весьма разговорчивого дознавателя, не скупящегося на физические и свинцовые аргументы.
Лицо обдул теплый поток воздуха, рвущегося из специальных технических отверстий. Видимо, отводили излишки жара от генераторов и тепловых магистралей, создавая таким образом тепловую завесу в тамбуре, защищая холл от холодного воздуха внешнего мира.
