Страница 13 из 15
Расфыркавшись, я покинула его кабинет и у поворота коридора почти нос к носу столкнулась с Эриком.
– Грифон в хорошем настроении? – предположил он.
С такого расстояния от него были заметны мелкие шрамы на его подбородке, словно оставшиеся послу удара дробью или осколками.
– Да, в отличном, – смутившись от собственных мыслей, я поспешила сделать шаг назад. – Поздравляю тебя, Эрик.
– Меня берут? – обрадовался он.
– Да. Но имей в виду. Если я почувствую угрозу для задания или своей репутации, потребую тебя уволить, – сообщила сухо. – Мы сослуживцы, не более.
– Даже не друзья? – нахмурился он, а в голубых глазах мне почудился проблеск боли.
– Не друзья, это было бы лишним, – кивнула я. – Ещё раз поздравляю.
– Спасибо, майор Сэнфордэску, – он мне внезапно весело отсалютовал.
Необычное для него обращение покоробило и вызвало странную тревогу. Чудилось, он бросает мне вызов.
– Вольно, Вега, – закатила я глаза и двинулась прочь.
Показалось, он не собирается прислушиваться к моему предупреждению. Но постараюсь верить в лучшее. Мне ничего и не остаётся, в конце концов, я блефовала и не смогу ему навредить.
Глава 6
/Кэссиди Сэнфордэску/
Марко устроил мне скандал. Настоящий! С криками, раскидыванием вещей, бешенством в глазах и упрёками. Я настолько удивилась, что не смогла даже отбиться, только пыталась вовремя удерживать стремящуюся к полу челюсть.
– Что? Нечего сказать? – тяжело дыша после своей пылкой речи, Марко приблизился ко мне.
А я решила, что раз меня обвиняют в неподобающем поведении, буду истеричкой.
– Ты так ничего и не понял? – я скрестила руки на груди, глядя на него с вызовом и злостью.
– Что я должен был понять? – раздражённо уточнил он.
– Дурак, – припечатала я и для пущего эффекта залепила ему пощёчину, после чего ушла.
А он остался стоять в недоумении с краснеющей от удара щекой. Объяснять или оправдываться не собиралась. Ночь выдалась тяжёлой, потому нам обоим для начала стоило отдохнуть. Это не первая наша ссора, так что я не сомневалась, скоро мы обнимемся и извинимся друг перед другом за чрезмерное проявление эмоций.
Так и вышло на следующий день, когда мы встретились в гнезде уже выспавшимися и успевшими обдумать произошедшую ссору.
– Я просто волнуюсь, – признался Марко. – Мама угрожала Санде. А теперь есть риск прибавить к нашему треугольнику ещё один угол.
– Это же Вега, – закатила я глаза.
– Да, успешный военный и привлекательный внешне мужчина. Действительно, чего мне переживать? – вопросил он театрально, и я захихикала, уткнувшись носом в его грудь.
– Это Вега, он не может меня заинтересовать.
– То же самое мне говорила Санда, – пробормотал он. – Кажется, с этого всё и началось…
Его слова вызвали лёгкую тревогу, но та тут же рассеялась, когда Марко погладил меня по голове.
– Ты говорила с тётей?
К сожалению, король не смог нам помочь, и надежда была только на неё.
– Она в путешествии, должна была приехать в столицу вчера, но задержалась. Встретимся сегодня вечером. Только… я боюсь этого разговора, – призналась тихо. – Вдруг она перевернёт моё представление о маме.
– Ты любишь её. Даже я люблю свою мать, какая бы она ни была. Но я ведь помню твоих родителей. Они любили друг друга и обожали тебя.
– Да, ты прав, мне нечего бояться.
Его слова принесли успокоение.
– Слушайте, вы ведь занимаете раздевалку! – раздался откуда-то издалека голос Кастэля. – Здесь очередь у входа!
Как-то мы слишком забылись, когда жених утащил меня в раздевалку на пару слов…
– Ой, – я оторвалась от Марко и побежала к двери.
В коридоре действительно собралась небольшая толпа мужчин. Видимо, все деликатно ждали, пока мы намилуемся, либо что менее провокационное…
– Простите, мы просто разговаривали, – повинилась я, но многозначительно поиграла бровями, глянув на Вегу.
Для него мы с женихом общались весьма страстно.
Продолжая извиняться, я побежала к полигону. Сегодня Грифон попросил нас расслабиться на тренировке. Как эти два понятия связаны он не уточнил. По какой-то неизвестной причине Женевра поставила меня в пару с Вегой. И он был сама деликатность, разве что каждый раз слегка подмигивал или улыбался, когда приходилось меня касаться или держаться за руки. В итоге получил по челюсти от Марко, и обоих мужчин после завершения тренировки вызвал на ковёр Грифон. А я убежала на встречу с тётей.
Меня ждали в гости в городской квартире, что расположилась недалеко от порта. Запах соли с моря невольно напомнил о недавнем небольшом путешествии. Надо бы повторить, только на этот раз без Эрика.
Тётя Ионела встретила меня лично. Она вообще была простой и весёлой женщиной. Впрочем, на неё никогда и не давили ни обязанности перед родом, ни наследие алхимиков. Её сосуд, к сожалению, так и не наполнился силой.
– Моя дорогая племянница! Как я рада! – она со свойственной ей открытостью крепко обняла меня и расцеловала в щёки.
– Привет, прости за такой вид, – повинилась я, вдыхая цветочный аромат её волос.
У неё и мамы были разные матери, потому внешне сёстры отличались. Ионела могла похвастаться роскошными каштановыми волосами и серыми глазами, когда мы с мамой уродились жгучими синеглазыми брюнетками.
На самом деле, это довольно романтическая история. После смерти первой жены во время родов дедушка, путешествуя по другим странам, без памяти влюбился в девушку из Кириуса, привёз её в Стоудор и, вопреки протестам семьи, женился на ней. В роду Лазо долгое время не рождались высшие алхимики, но кровь чужой страны вернула былое благословение. Мама стала сильнейшим за последние сто лет алхимиком в семье. Что и позволило ей войти в род Сэнфордэску.
И пусть бабушка была слабым человеческим магом, мне приятно думать, что в моих жилах течёт немного драконьей крови. По этой причине мама и я получили типичные для Кириуса имена. Хотелось бы продолжить эту традицию, но не факт, что позволит королева. Мне придётся войти в род Снегур с довольно большим капиталом в качестве приданого, а роль главы рода Сэнфордэску перейдёт старшему сыну среднего брата моего отца. Он достойный мужчина и успешный высший алхимик. Уверена, он преумножит славу рода. Вот только мне бы больше хотелось остаться на своём месте и решать за себя само́й.
– Небось опять на задании пропадала, – тётя отстранила меня от себя за плечи и внимательно оглядела. – С каждым годом ты всё больше похожа на мать. Становишься всё красивее, Кэссиди.
– Спасибо. Я скучаю по маме.
– И я скучаю, – её глаза наполнились печалью. – Мы были так дружны.
– Знаю. Поэтому и хотела поговорить с тобой.
– Ты говорила, что разговор серьёзный, – кивнула она, нахмурившись. – Что же такого ты не рискнула спрашивать через алофон?
Мы перебрались в гостиную, где я окружила нас антизвуковым полем и приступила к расспросам.
– Это давняя история, – показалось, тётя постарела лет на десять, когда поднялась столь сложная тема. – Вивиан вдруг просто исчезла из своей комнаты. Осталась только записка о тайном романе и её желании сбежать с любимым.
– Мама была влюблена в другого мужчину? – удивилась я.
– В том-то и дело, что нет! – возразила она встревоженно, схватившись за мою руку. – Мы с твоей матерью делились всем на свете. И папа нас не неволил, позволил относительно самим выбрать будущих мужей. Григор, твой отец, был так обаятелен и настолько хорошо ухаживал, что она не устояла и быстро дала согласие на брак. Они любили друг друга и предвкушали свадьбу. Я убеждала в этом родителей так горячо, что в них не осталось сомнений. Именно поэтому они принялись за поиски. Но репутация сестры могла пострадать, потому действовать им приходилось осторожно.
– Они нашли?
– Твоя бабушка вложила много магии, чтобы встать на след дочери. Они её нашли, но обессилевшей после родов и совершенно без памяти.
– Она не помнила, кто это с ней сделал? – просипела я.
Горло сдавило от нахлынувших эмоций.
– Лишь образы, – покачала головой тётя. – Но… пусть и не помнила, но она поделилась с твоим отцом своей бедой. И он не стал отказываться от любимой. Я не видела никого счастливее них двоих после свадьбы. А уж когда появилась ты… – и она улыбнулась, смаргивая слёзы с глаз.
– Значит, бабушка с дедушкой не выяснили, кто это сделал с мамой?
– Нет. А восстанавливать ей память не стали. Решили, что счастье в неведении. Мы до сих пор не знаем, выжил ли её ребёнок, и что с ним.
– Больше бабушка с дедушкой ничего не говорили? Может, запомнились какие-то детали? Где её держали?
– К сожалению, со мной особо не делились. А потом отец погиб при столкновении с заветами. Твоя бабушка без него стала тенью себя прежней. И совершенно потеряла волю к жизни со смертью Вивиан.
– Кто ещё участвовал в поисках? Или, может, поведать о деталях?
– Сложно сказать. Прошло почти тридцать лет, – нахмурилась она. – Если задуматься, почти все участники тех событий… умерли. Мой супруг даже не в курсе деталей. До сих пор уверен, что Вивиан сбежала и вернулась, когда пришла в себя.
– Жаль, – вздохнула я расстроенно.
– Разве жаль? Твои родители были счастливы. Уверена, их бы обрадовало, что ты вырвалась из лап того чудовища. Но и опечалила бы твоя нынешняя жизнь.
– Я успешный военный, первый в мире боевой алхимик…
– Ты живёшь прошлым, Кэссиди, – покачала она головой. – И все твои успехи связаны с прошлым, с желанием докопаться до правды. Но так ли нужна эта правда, если ты положишь на её алтарь свою жизнь и обесценишь старания своих родителей?
– Тётя, я счастлива, поверь мне.
Почти не врала. На пути мести я обрела своё место в мире и верных друзей. Только этого всё же мало. Я по-прежнему хочу отыскать убийцу. Почти уверена, он связан с давним похищением мамы. Но эта ниточка оборвалась, и я снова в тупике.
/Эрик Вега/
Неделю спустя.
Нас отправляли на передовую. Внезапно. Я сопровождал бабушку на рынке, пока она выбирала рыбу на вечер, когда мне позвонили и сообщили о срочном выезде. Давался вечер на сборы, а рано утром предстояло прибыть на центральный вокзал.
Приказ есть приказ. Боясь в первый раз что-то напутать, я приехал пораньше, получил у ожидающего нас сопровождающего билет и прошёл в своё купе.
– С таким комфортом меня ещё не перебрасывали, – хмыкнул, проведя ладонью по алому бархату стен.
Странно, что нас не перевозят воздушным судном, учитывая значимость отряда.
Я убрал сумку и присел с книгой в ожидании остальных. Вскоре послышался нежный голос Кэссиди. Нос защекотал запах граната, когда она вошла в купе. На приятном лице девушки отпечаталось скучающее выражение.
– Нет, мне всё равно, каким будет сервиз, – ответила она, глядя на алофон в своих руках.
– Может, вы передумаете по поводу алых роз? Невеста должна демонстрировать невинность. Лучше розовые…
– Я отправила в могилу сотню человек, какая невинность? – закатила она глаза, и её собеседница замолкла. – Красные розы, красное платье, рубины. Остальное отдаю вам на откуп. И если продолжите меня беспокоить, вас заменят. Всё, – и захлопнула футляр алофона.
– Свадебные хлопоты? – подал я голос, откладывая книгу на столик.
– Вега? – Кэссиди хмуро осмотрела пустое купе и сверилась с билетом в руках. – Ты… кхм… не ошибся?
– Нет, всё верно, – я вытянул из нагрудного кармана свой билет и передал его ей.
– Странно. Видимо, ошибка.
– В чём дело?
– Ты мужчина. Обычно я путешествую с Белкой и Змеёй.
– Сегодня без зверинца, – предположил я.
Кэссиди фыркнула, повеселев лицом, но в синих глазах ещё блуждала задумчивость.
– Ладно, подождём, потом поменяемся, – она бросила свой рюкзак на соседнее сиденье и опустилась рядом с ним. – Кто из наших ещё здесь?
– Пока вижу только тебя. А Марко где? Вы же живёте вместе, почему прибыли по отдельности? Или его не отправляют?
– Он… проспал… – она запнулась, устремляя взгляд к окну. – Мне нужно было заехать в свою квартиру утром, я выехала раньше.
– Вы в ссоре? – предположил я.
Синие глаза сверкнули раздражением, но она лишь пожала плечами.
Эта неделя прошла в тренировках, на которых мы с Кэсс с приятной регулярностью оказывались в паре. Я не приставал к ней, вроде не делал ничего особенного, чтобы не злить Марко и по инерции Грифона, но три дня назад она устало обвинила меня в ссорах с женихом. Тогда мне не нашлось что ответить. Вроде получил своё свидание и заставлял себя сдерживаться, в конце концов, приготовления к свадьбе набирали обороты, но я не мог отказать себе в удовольствии полюбоваться Кэссиди или поддеть, чтобы вызвать хоть толику эмоций. В ином случае она максимально сдержанна, вежлива и профессиональна.
– Мне выйти? – предложил ей.
– Нет, конечно. Сиди, – махнула она рукой. – Как Алеста? Переживает, наверное? Я не успела связаться с ней вчера.
