Сегодня утром, потрясённая ультиматумам отца, я выплеснула на Водзинского всю горечь и обиду.
С порога дала понять, насколько мне его предложение поперёк горла.
А на его лице ни один мускул не дрогнул. Ему нет дела до моих чувств.
Надеюсь, про детей отец не всерьёз сказал. И спать с ним сразу будет необязательно. Я ж ему не нравлюсь.
В договорном браке может вообще не быть ничего настоящего – ни дружбы, ни секса, ни, тем более, любви.
Виктор большую часть дня провёл с отцом. О чём они там говорили, не знаю.
Но в ту же ночь мой жених вернулся в Москву.
Он дал мне неделю, чтобы завершить все дела в Белоярске. Потом я должна прилететь к нему, и время до свадьбы мы проведём вместе.
На мой резонный вопрос – а зачем, собственно, мне лететь заранее к Виктору, пока он еще мне не муж, отец вдохновенно заявил:
– Веселей, Мира! Побудете наедине, узнаете друг друга поближе.
"Узнаете друг друга поближе"??? Я едва овсянкой не подавилась.
Вот, значит, как… Мой ответ на вопрос, были ли мы с Дубравиным близки, он ждал не дыша. А с Водзинским, значит, можно грешить до свадьбы? Одобряет?
Думаю о Стасе, и так становится тоскливо…
Последний разговор наш состоялся снова у него в машине. Я объяснила наш внезапный разрыв тем, что перевожусь в Сеченовский и переезжаю в столицу насовсем.
– Я люблю тебя. Мне показалось, это взаимно, нет?
Он обнял меня так отчаянно, так крепко прижал к себе… Я не выдержала и разревелась.
– Хочешь жить и учиться в Москве? Ладно. Это же всего в трёх часах лёту. Малыш, не молчи!
А я не знала, что сказать. Надо бы правду… но духу не хватает.
Мы целовались в последний раз. Он заметно взвинчен. Стал шарить руками по моему телу, яростно впиваясь в губы.
Раньше было нет так.
– Стас… – я попробовала вырваться. – Стас!
Мне нельзя такое ему позволять. Я обманываю их обоих, получается.
Дубравин разжал руки, я тут же открыла дверь и выскочила из машины.
– Мира! – он тоже вышел, рванулся за мной.
– Не надо, пожалуйста! Я всё уже решила!
Я быстрым шагом двинула к дому.
– Мирослава! – он громко крикнул мне в спину. – Я не понимаю… Ты это точно сама решила?
Стасу хорошо известно, как властный отец меня оберегает. И он совершенно справедливо предположил, что решение о переезде приняли за меня.
Я не стала ничего отвечать. Ушла, не оборачиваясь.
Весь вечер стараюсь игнорировать его звонки и сообщения. Но всё-таки читаю несколько и снова плачу.
Никогда столько не плакала, не было повода. А тут…
Нужно готовиться к свадьбе. Мы договорились, что она будет скромной, только для своих. Но у меня нет никакого желания заниматься подготовкой.
Открываю ноутбук и быстро нахожу компанию по организации торжеств. Оставляю заявку и больше о церемонии не думаю.
А вот о будущем муже…
Делаю то, что обещала себе не делать больше никогда. Нахожу его профиль в инсте.
Вот, так ведь и знала!
На многих фото мелькает одна и та же красивая шатенка.
Тау у Водзинского, оказывается, постоянная девушка есть! И он всё равно решительно настроен жениться на мне. Это уже не просто странно. В этом логики нет никакой.
Продолжаю изучать его страницу. Хотя лучше бы её закрыть.
Всё очень прилично, никаких поцелуев напоказ и фото в интимной обстановке. Но меня несёт на всех парах. Перехожу в её профиль.
Ну а там уже всего в избытке – роскошные букеты, всякие разные подарки, фотки из ресторанов… И мой будущий муж у неё помечен, как "любимый мужчина".
А до Шатенки он "любимым мужчиной" был еще у трёх девушек. И фото с бывшими он не счёл нужным удалить, они так и висят там у него.
Дошла до той его "невесты" Алины, которой он чуть не изменил со мной в мой восемнадцатый день рождения.
Получается, все его отношения с женщинами не длятся дольше нескольких месяцев.
Злость и ревность на мгновение затапливают всё – и обиду на родителей, и тоску по Стасу, и печаль из-за расставания с друзьями и преподами.
Я вдруг возвращаюсь мыслями на полтора года в прошлое. Как наивна и доверчива я была!
Водзинскому не нужны любовь и близость. Он к женщинам относится потребительски, и не привязывается вообще, раз рвёт так быстро и меняет на новую.
Бедное моё сердце. Если впущу Виктора в него снова, он разобьёт его ещё раз.
А от меня ещё требуется родить детей?
С таким разнообразием доступных женщин, зачем ему спать с нелюбимой женой?
Попробую договориться с ним. И тогда у нас появится шанс ужиться вместе.
Но нужно начать принимать контрацептивы, на всякий случай.
В расстроенных чувствах ложусь в постель. Сон долго не приходит. А ещё, не смотря на поздний час, сыплются сообщения в наш девичий чат. Но я игнорирую. И Стасу тоже, так и не ответила.
Выключить телефон, что ли? Чтобы даже не мигал.
Вдруг замечаю сообщение с незнакомого номера.
"Мира, давай начнём заново? Я прошу прощения, что пытался давить."
Ага. Решил сделать первый шаг.
Не знаю, что писать в ответ. И не хочу.
"Ты очень красивая. Это первое, о чём я подумал, когда вошёл."
Читаю. И перечитываю несколько раз. Чувства – в кашу.
Глава 6
Мира
Самолёт начинает снижаться. Я отмечаю, что весна в столице уже вовсю буйствует – везде зелено, и от яркого солнышка слепит глаза.
И когда объявляют посадку, даже сомневаюсь – одеваться или убрать куртку в чемодан. Интересно, жених сам явится, или пришлёт за мной кого-нибудь?
Вижу Водзинского в толпе встречающих, и сердце заходится в сладкой истоме.
Не заметить такого мужчину сложно. Во-первых, он выше большинства людей на голову. Во-вторых, хоть и одет просто – в джинсы и кожаную куртку, всем своим видом излучает мужественную сексуальность. Красивый.
Кем лучше быть для него – временной любовницей, или постылой, терпящей измены женой?
Вот и я про то. Никем.
За несколько дней, прошедших с нашей последней встречи, я примирилась с замужеством. Изучила свой новый университет. И в самолёт садилась не без грусти, конечно, но уже воодушевлённая.
– Привет, Мира.
Виктор целует в щёку, преобнимая. Забирает чемодан и сумку, которую вешает себе на плечо, и берёт меня за руку. Ведет за собой, рассекая толпу. Мы – словно самая обычная пара.
Подходим к машине. И я жмурюсь, прикрывая глаза ладонью.
– Северное солнце не такое яркое? – улыбается.
– Такое же, наверное. Но в Белоярске пока пасмурно, только снег сошёл, ты же видел.
– Видел, – он соглашается, усаживая меня на пассажирское сидение.
Потом быстро обходит машину и устраивается за рулём.
Первые минут пятнадцать пути молчим. Я пишу своим в Белоярск, что долетела, меня встретили, всё в порядке.
Смотрю на мелькающие высотки за окном. Далеко впереди постепенно вырастает комплекс из нескольких башен. Сразу появляются ассоциации с Дубаем, такие они высоченные, даже футуристические.
– Это жилой комплекс, – Виктор кивает в ту сторону. – Я несколько лет назад купил там лофт.
– Впечатляет, – я замираю в восхищении. лофт – это что-то вроде большой студии? Без перегородок?
Виктор, кажется, считывает мои опасения. И улыбается.
– Поселить тебя в отдельной комнате не получится, да. Но кровать широкая, тесно не будет.
Вспыхиваю. Что, прямо сегодня мне с ним вместе спать? Вот так, сразу?!
– Мира, не паникуй. Я же понимаю, мы друг другу пока чужие.
Он же понимает. Ладно.
Поворачиваюсь и смотрю на будущего мужа. А он сосредоточен на дороге. Мы как раз въезжаем на подземный паркинг.
– Я – не озабоченный пацан. Вполне способен контролировать свои порывы. Не нужно меня бояться.
Заверил он, чем окончательно подтвердил мои опасения. Конечно, мне нечего бояться. Можно подумать, я последняя женщина на планете. Захочет развлечься, просто позвонит какой-нибудь своей подружке.
Настроение мгновенно портится. Не хочу демонстрировать эту унизительную ревность, и отворачиваюсь к окну.
Машина останавливается. Водзинский отстёгивает ремни безопасности. Свой, потом и мой. И помогает выйти.
– Сходим сегодня в гости к моим друзьям? – спрашивает, когда садимся в лифт. – Марк и Соня живут здесь же, но на самом верху. Она, кстати, почти твоя ровесница, чуть постарше.
– Хорошо.
Как я представляла себе лофт? Кирпичная кладка, торчащие из стен трубы, деревянные балки… Оправдали ожидания только высоченные потолки. В остальном – мимо.
Вместо ветхих деревяшек – деревянная обшивка с эффектом состаривания. Пара стеклянных перегородок. Цвета преобладают – белый, чёрный, коричневый, бежевый… В общем, везде – натуральное дерево, стекло и металл. Мягкий мебельный гарнитур и журнальный столик. Большая плазма на стене. Мне очень нравится.
Заглядываю в столовую. Там овальный обеденный стол и несколько стульев. А за ним – прекрасно оборудованная кухня. Неужели, сам готовит?
Виктор ставит мою сумку на диван. рядом пристраивает чемодан.
На второй этаж ведёт кованная лестница. Скольжу по ней взглядом, и вижу за металлическими перилами спальню.
– Ванная наверху, – кивает хозяин. – Поднимемся?
И не дожидаясь ответа, вновь подхватывает мои вещи и идёт наверх. Я – за ним.
Взгляд приковывает большая кровать, застеленная светлым покрывалом.
