Страница 3 из 5
– Я возьму, – неожиданно раздался голос Райана Шеридана.
В артефактчики часто идут люди, у которых очень маленький резерв. Таким стихийную магию не освоить, да и предрасположенности нет. А это значит низкие баллы у группы, что обязательно скажется на зарплате. Но для рода Шеридан это мелочи, они вполне обеспечены. Конкретно этот преподаватель еще и проблемный, с тяжелым характером. Но его отцу в личных просьбах не отказывают.
– Хорошо, – быстро согласился я, обрадовавшись.
После чего Шеридан встал и молча удалился.
– Чего это он? – зашептались остальные.
– Никогда не берет неудобные часы. А тут у него будет двухчасовой разрыв между парами.
– Чего ты копаешься в его мотивах? Взял – и отлично.
– Коллеги, – прервал я начало пересудов. Мне было все равно, почему Шеридан взял себе артефактчиков. Группа из плана, ректору легче. Начинают тут. – У нас еще шесть групп не определены по расписанию по разным предметам. До лекций уже меньше часа. Не расслабляемся, берем пример с мистера Шеридана и разбираем группы!
Народ тут же недовольно загалдел, но уже по совершенно другому вопросу. А я устало прикрыл глаза. Мне определенно недоплачивают на этой должности!
* * *
Ола Веланди
Первый урок у первого курса артефактчиков был по артефактике. Работал с нашей группой сам декан Сантору. Про него в академии ходили легенды. Невысокий, коренастый, с бородой и чугунным, неподъемным характером. С ним было сложно, если не уделять внимание предмету. Если подумать, даже уделяя, все равно было сложно.
Свинцовым взглядом он осмотрел аудиторию, в которой ежились от его ауры двадцать четыре студента. Столько в этом году оказалось магов, которые смогли набрать проходной балл на факультет и изъявили желание поступить.
– Приветствую будущих магов, готовых грызть гранит науки. Сегодня первый день занятий, и нам нужно познакомиться. Я, Аристер Сантору, ваш декан и преподаватель артефактики на ближайшие три года. По любым вопросам обращайтесь ко мне, по любым проблемам – тоже ко мне. Ясно?
Мы все закивали. Что тут непонятного? Сантору теперь наш источник знаний и наша последняя инстанция. Вот только с его характером эта инстанция точно может стать последней. Но я не боюсь. Учившись здесь, я-то знаю, что преподаватели дают магическую клятву и не могут вредить студентам напрямую, так… только пакостить в рамках своего предмета. А тут я еще посмотрю, кто кого. Программа академии довольно ограничена.
– Ну и, конечно, если кто-то желает ходить на факультатив по артефактике, то я совершенно не против и буду рад видеть вас у себя, – ухмыльнулся Сантору.
Зверский мужик.
Профессор медленно прошелся вдоль рядов, его тяжелые шаги отдавались в тишине аудитории, словно удары молота по наковальне. Каждый студент, на котором останавливался его взгляд, невольно съеживался, стараясь стать как можно менее заметным. Казалось, он видел не только наши лица, но и самые сокровенные мысли, страхи и сомнения.
– Артефактика, – начал он, и его голос, низкий и резкий, был словно железом по стеклу, – это не просто наука. Это искусство, которое требует от вас не только знаний, но и дисциплины, терпения и… уважения. Уважения к силе, которую вы будете способны приручить, если хоть немного пошевелите извилинами.
Он остановился у первого ряда, где сидела я, одна, прямо на первой парте. Снисходительно на меня посмотрев, Сантору снова перевел взгляд на аудиторию. Данный преподаватель не считал, что девушка в артефактике может добиться чего-то значимого. Сексист, как он есть.
– Вы думаете, что артефакты – это просто инструменты? – спросил он, и в его голосе явно слышалось презрение. – Вы ошибаетесь. Артефакты словно живые существа, каждое из которых обладает своей волей, своим характером. И если вы не сможете понять их, они уничтожат вас.
Декан усмехнулся, но в его глазах не было ни капли веселья.
– Первое правило артефактики, – продолжил он, подходя к доске и беря мел записал, – никогда не недооценивайте то, с чем работаете. Второе правило – если вы не уверены в своих силах, не беритесь за артефакт. Потому что ценой ошибки может быть ваша жизнь.
Он сделал паузу, давая своим словам осесть в сознании студентов. Затем подошел к столу, на котором лежал небольшой деревянный ящик, покрытый сложными узорами.
– Сегодня, – сказал он, открывая ящик, – вы познакомитесь с вашим первым артефактом.
Он достал небольшой камень, который на первый взгляд казался ничем не примечательным. Но когда декан провел над ним рукой, камень засветился тусклым голубоватым светом.
– Да, это обычный световой камень, – объяснил он. – Один из самых простых артефактов. Но даже он может быть опасен, если использовать его неправильно.
Профессор положил камень на стол и жестом пригласил первого студента подойти.
– Ваша задача – активировать его. Но помните, – добавил он, – если вы ошибетесь, последствия будут… неприятными.
Удар током. На первом уроке я была в числе тех, кто получил его. Из-за невнимательности. Мне потребовался не один год, чтобы побороть этот недостаток.
Вот один из одногруппников нерешительно подошел к столу. В аудитории воцарилась напряженная тишина. Декан Сантору наблюдал за каждым движением студента, его взгляд был холоден и беспощаден. Но в глубине его глаз можно было разглядеть что-то, что напоминало… интерес. Интерес к тому, кто из этих двадцати четырех сможет стать настоящим мастером артефактики.
А мы, в свою очередь, понимали, что этот урок станет для нас началом долгого и трудного пути. Пути, на котором нас ждут не только знания, но и испытания, которые потребуют от нас всего, на что мы способны.
Интересный преподаватель. С экзамена у него студенты выходили, как будто их допрашивали несколько часов в тайной канцелярии палачи. Может, хоть он разбавит мои студенческие будни, привнеся в них что-то интересное.
Артефакт смогла активировать вся группа, кроме одного парня. Некоторые сделали это без проблем, некоторые получили удар током. Один не смог совсем. После своей ошибки он скривился и поджал губы. Декан молчал, а потом, сверившись со списком, припечатал:
– Студент Айториус, вы можете собрать вещи и быть свободны. Эта лекция для вас завершена.
Группа тревожно и недоуменно перешептывалась, пока парень собирал вещи. Остальные еще не знали, но больше мы его на своих занятиях не увидим. Айториус напишет заявление о переводе в другую академию.
Мало кто понимал, что к любой профессии должна быть предрасположенность, особенно к технической. Если ты не прошел на стихийника, это совершенно не значит, что можешь стать артефактчиком. И хорошо, если до тебя это донесут на первом курсе, плохо, если понимаешь это, уже работая по профессии.
Когда первый этап естественного отбора прошел и слабое звено покинуло аудиторию, профессор продолжил лекцию. И когда прозвенел звонок, я отправилась к преподавательскому столу и, прямо посмотрев в глаза Сантору, твердо сказала:
– Хочу заниматься у вас дополнительно.
Мужчина обалдел. К нему ребята идти не хотели, а тут я, такая вся самоуверенная. Одногруппники посмотрели на меня, как на сумасшедшую, и постарались побыстрее улизнуть из аудитории.
– Ола Веланди? – вскинул Сантору брови. – А вы уверены в своем решении? У меня заниматься непросто. Да и нужно ли это вам?
– Очень нужно, – честно ответила я.
Иначе я рехнусь в этой академии от скуки.
– Что ж, тогда ответьте на один мой вопрос. Ответите правильно, и я беру вас на факультатив, – улыбнулся мне профессор.
Лучше бы не улыбался. Не всем это дано.
– Ну, например, янтарь. Какой состав нужно добавить в воду, чтобы очистить камень?
Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Видимо, девушек он считал совсем деревянными, раз задал такой вопрос.
– Янтарь плохо переносит воду. Этот камень нельзя мыть, – ответила я, выразительно посмотрев на профессора.
Тот пристально меня рассматривал и в итоге изрек:
– Что ж, жду вас по понедельникам и средам после четырех. Возможно, будет интересно. А теперь поспешите, а то опоздаете на следующее занятие.
Широко улыбнувшись, я поблагодарила Сантору и в радостном настроении отправилась прочь. Следом у меня шла физическая подготовка.
Глава 4
С Габриэлем мы познакомились в первый день занятий. Ухаживать он начал позже, но само знакомство произошло на физической подготовке. Тогда, поддавшись порыву, я выбрала преподавателя, который тренировал стихийников. Это считалось престижным. Там мы и встретились. Вообще в нашей академии можно было выбирать из нескольких преподавателей.
Вот сегодня в зал с расписанием собрали семь групп первого и второго курсов и предложили выбрать из пяти преподавателей, которые вели разные направления физической подготовки. Впрочем, «разные» – это громко сказано. Трое тренировали стихийников, и их программы отличались незначительно, а еще из двоих предстояло выбрать: «Древние техники жизни» и «Познай свое тело». Сложный выбор. Насколько я помнила, познавать свое тело предстояло тренировками мышц. Это могло подойти и мужчине. Стоит ли рисковать?
А «Техники жизни» – это широкий спектр занятий, начиная с медитации и заканчивая обучением тому, как закинуть ногу за ухо. Где меньше всего шансов встретить Габриэля? Конечно, он занимался вместе с большинством стихийников, но что, если захочет взять факультатив? Их можно менять каждый год. Тренировать тело он еще мог бы пойти, но растяжки? Представив Габриэля на мате с закинутыми ногами, я даже мотнула головой, отгоняя столь сюрреалистичное зрелище.
И, прикоснувшись к имени преподавателя на доске, я добавила к нему слепок своей ауры. Через пару секунд имя мигнуло зеленым. Прекрасно, я зачислена. И отправилась в парк.
Академия практиковала занятия физической подготовкой на улице до определенной температуры. Мой преподаватель предпочитала парк. Все-таки отличный выбор я сделала. А другие девушки отправятся на полигон.
Многие студентки старались записаться к тем же тренерам, что и парни со стихийного факультета. Это был единственный шанс с ними пересечься, особенно если ты сама из другой группы или кафедры. Они считались завидными женихами, а так как пары часто складывались именно в академии и потом заключался брак, то это был хороший способ познакомиться и видеться.
Преподаватели злились, так как к ним толпами шли неподготовленные студенты. Они явно не тянули программу и мешали основному темпу занятий. Я была тому прямым примером.
Я в свое время пошла на занятия к тренеру стихийников не из-за парня, а чтобы стать физически сильнее и выносливее. Но от этого мне было не легче. Я потом каждый раз ненавидела эти уроки.
Добравшись до полянки, где уже собрались студенты, я увидела четырех девушек. То есть я была пятая? И это все? Но нет, следом за мной к группе примкнул Эдгар Шеридан. А он что тут делает? У меня было ощущение, что по мне где-то звонит колокол.
Я уже хотела наброситься на парня с расспросами, когда к нам присоединилась преподаватель.
– Добрый день, мои котятки. Меня зовут Илея Зофрик, и вы сделали один из лучших выборов в своей жизни, когда присоединились ко мне. А теперь давайте сделаем легкую разминку и помедитируем. Душевное равновесие – залог правильных приоритетов.
А мне уже нравится эта женщина! Но главное: с Габриэлем я не познакомилась, а значит, все идет по плану! Даже несмотря на часто появляющегося поблизости Эдгара.
* * *
В столовую после занятий я спешила со всех ног. Во-первых, хотелось есть, а самое вкусное из блюд разбирали сразу. Во-вторых, за мной увязался этот противный Эдгар – параноик и зануда, который подозревал меня во всех грехах.
– Почему ты отправилась к этому преподавателю?
– Не твое дело, – ответила я, даже не повернув головы.
– Слишком часто я на тебя натыкаюсь, – продолжил бубнить Эдгар.
Резко остановившись, я посмотрела на парня. Раньше я старалась ни с кем не ругаться: конфликт редко дает результат и обычно не приводит ни к чему, кроме испорченного настроения. А значит, нужно вовремя провести личные границы.
– Что тебе нужно? – решительно спросила я.
– Ничего, – нахмурился парень.
– Знай, я нахожу эту ситуацию подозрительной. Сначала ты подошел ко мне и начал выспрашивать о матримониальных планах. Потом мы встречаемся в группе, где пять девушек и один парень – ты. Единственный! А теперь ты идешь за мной и расспрашиваешь о личном. Я тебе нравлюсь? – уточнила я, прекрасно зная ответ.
– Нет! Еще чего!
– Мы даже не знакомы, а ты меня уже допек! Потрясающий талант. Заканчивай ходить за мной и лезть в мои дела!
– Пфф! Да я больше к тебе не подойду, даже если ты попросишь, – поджал губы парень.
– Вот и прекрасно.
И, развернувшись, я поспешила в столовую, но из-за этого противного Эдгара важные секунды были упущены. У раздачи образовалась огромная очередь, и, когда я доберусь до еды, там, скорее всего, останется три мосла и ложка бульона.
Но стоило мне рассмотреть мужчину, за кем я заняла очередь, как я забыла обо всем на свете. Милый Эдгар, какой ты молодец, что задержал меня! Парфюм, которым пользовался дракон, я ни с чем не смогла бы спутать, и он нравился мне настолько, что я постоянно принюхивалась и готова была уткнуться в спину мужчине. Не думаю, что он оценил бы.
Пока я мысленно восторженно трепыхалась и балдела от близости предмета своей любви, дракон развернулся и посмотрел прямо на меня. А я сразу утонула в расплавленном янтаре его глаз.
Я замерла, словно вкопанная, не в силах отвести взгляд. Его глаза, теплые и глубокие, как осенний лес, казалось, видели меня насквозь. Вокруг будто исчезли все звуки: гул голосов в столовой, звон посуды, шарканье ног – все растворилось, оставив только его. Мое сердце бешено заколотилось, а в горле пересохло так, что я едва смогла сглотнуть.
Он слегка наклонил голову, словно изучая меня, и уголок его губ дрогнул в едва уловимой улыбке. Мне показалось, что он вот-вот что-то скажет, но вместо этого он просто протянул руку к подносу, взял порцию еды и… шагнул в сторону, освобождая мне дорогу.
Я почувствовала, как кровь приливает к щекам. Боже, как же я, наверное, выгляжу! Стою, уставившись на него, как загипнотизированная, но он, кажется, не обратил на это внимания. Он просто продолжил двигаться дальше, оставив меня в легком замешательстве и с томительным чувством, что я упустила что-то важное.
Погодите, а как же очередь? Там же стояло… много человек. Или нет?
Видимо народ разбежался, уступая место преподавателю, и, чтобы не упустить шанс, я бросилась с подносом вперед и взяла себе порцию. Руки мои слегка дрожали, и я даже не посмотрела, что мне положили. Покосилась на дракона, надеюсь, незаметно. Тот уже сидел за столом спокойно и уверенно, и рассматривал меня. Не таясь. Что за мужчина!
Взяв поднос и стараясь не думать о том, что Райан, возможно, заметил мое смущение, я направилась к свободному столику. Но мысли о нем не отпускали. Этот аромат, его взгляд, его улыбка… Все это крутилось в голове, как навязчивая мелодия.
Едва ощущая вкус пищи, я решала эмоциональную дилемму: нужно ли мне что-то сделать или нет. Не могу же я просто сидеть и ждать, вдруг он исчезнет из моей жизни? Но что, если в этот раз он не полюбит меня? Я не переживу. А если…
– Здесь свободно?
Вскинув взгляд, я увидела Габриэля, и моя душа ушла в пятки от ужаса. Мы же не должны сегодня познакомиться! И не познакомимся!
– Свободно, – сухо ответила я, вставая и направляясь к кухне.
От своего обеда я съела примерно половину, значит, придется поголодать. Но сидеть за одним столом с младшим Шериданом я не намерена. Ведь я планировала жить тихо и мирно, не знакомясь со старым кругом общения, кроме преподавателей. Но нет…
Выходя из столовой, я не обернулась, но кожей чувствовала, как два брата смотрят мне в спину. Полцарства бы отдала, чтобы узнать, что они сейчас думают. Одно мне ясно точно: изменить прошлое оказалось не так легко, как я думала. План придется менять.
* * *
Сидя вечером на кровати, я доедала случайно завалявшиеся еще с прогулки по городу сухарики и повторяла стихийную магию. Завтра у меня первый урок по этому предмету, но я не могла сосредоточиться на учебнике. Все мои мысли занимал преподаватель.
Я знала, что драконы давно утратили способность превращаться в своих величественных предков, их кровь смешалась с человеческой, но магия… Магия осталась. И она была могущественной. Райан был живым доказательством этого.
Его магия льда и холода была настолько сильной, что даже в жаркий день аудитория, где он преподавал, казалась ледяной пещерой. Ему не нужна была драконья ипостась, чтобы внушать трепет. Его сила говорила сама за себя. Райан Шеридан был не просто преподавателем – он был наследником древнего рода ледяных драконов, и это чувствовалось в каждом его движении, в каждом слове, которое он произносил на лекциях.
Габриэль не обладал столь большим резервом, и его магия была обычной стихийной, какой владеют и человеческие маги. Может быть, это в том числе вбило клин между братьями?
Вздохнув, я посмотрела на книгу. Мысли о Райане Шеридане настолько поглотили меня, что я забыла обо всем. Я чувствовала, как мое сердце начинает биться чаще, а дыхание становится прерывистым. И так все время, стоит только подумать о нем.
А еще я скучала. Сейчас он больше не приходил ко мне в гости, мы не сидели в тишине, наслаждаясь обществом друг друга… Что, если в этот раз дракон не полюбит меня? Этот вопрос грыз меня снова и снова. Сводила с ума. Иногда мелькала малодушная мысль: может, лучше бы ничего не случилось, зато у меня были бы крохи внимания, вместо того чтобы лишиться его совсем.
Смахнув слезы, я призвала себя к порядку. Нельзя опускать руки. В любом случае удар молнии уже был, третьего шанса судьба мне точно не предоставит. Значит, варианта два: либо пойти по прежнему пути и теперь уже умереть навсегда, либо идти вперед и бороться. Даже если итог будет не таким, как мне хочется.
