Нам приносят еду. Осторожно пробую. В принципе, съедобно.
– А почему ты Шаман?
– Из-за увлечений эзотерикой и всяким практиками, – делится он. – Мне нравится мистика еще с интерната.
– Вы же с Максом в одном интернате были, да?
Шаман согласно кивает.
– От него родители избавились, а ты почему? – Мне интересно про него все, но я не уверена, что могу задавать любые вопросы.
– Мои родители погибли, – говорит Шаман с горечью. – Тетка осталась единственным родственником. Но у нее проблемы со здоровьем, и она физически не справлялась со мной.
– Значит, от тебя тоже избавились? – невесело ухмыляюсь.
– Нет. Тетка меня очень любит, просто так бывает. – Он пожимает плечами, но в голосе слышится теплота. – В любом случае я ни о чем не жалею и все понимаю.
– А я нет. Как можно отдать ребенка?
– Это же не детдом, а интернат, – терпеливо поясняет мне и улыбается так, что у меня в груди оживают бабочки. – Я приезжал к ней на каникулы. Это было круто, и впечатлений хватало надолго.
– С Максом?
– Бывало и с ним. Ладно, ты доела уже, – внезапно меняется он. – Пойдем в купе.
– Ну давай еще посидим, – прошу я, умоляюще заглядываю в глаза и хлопаю ресницами. – Пожалуйста…
– Там же Буся один, – напоминает Шаман.
– Так и скажи, что устал от меня, – складываю руки на груди и обиженно отворачиваюсь к окну.
– Маш, я не от тебя устал, а просто устал, – вздыхает мой «жених». – Пойдем уже, а?
Отчего-то жалко становится его. Может, я и правда перегибаю. Но мне так хочется его внимания.
– Да пошли-пошли, – тяну обреченно и поднимаюсь на ноги.
Плетусь в сторону нашего вагона, ощущая, как Шаман идет следом. Не справляюсь с одной из дверей и резко останавливаюсь, а он врезается в меня сзади и на доли секунды прижимается всем телом.
Меня обдает жаркой волной, а щеки предательски вспыхивают. Резко разворачиваюсь и оказываюсь в тесных объятиях.
Глава 8. Шаман
Посылая Максу проклятие бесконечной икоты и отсутствие эрекции на пару дней, да простит меня Ива, делаю шаг от Машки. Она разворачивается ко мне, облизывается, глядя из-под пушистых ресниц. Невинно взмахивает ими, щеки покрываются румянцем, а яркие веснушки соблазняют нарушить все чертовы правила и коснуться их, пересчитать, обрисовать каждую. Но нет, я не собираюсь поддаваться. Возраст, когда член главнее мозгов, давно прошел, а потому кивком указываю Маше на дверь, вспоминая, что попутчику нашему поесть не взяли.
Возвращаемся в ресторан. Беру морячку картофельное пюре с котлетой, овощной салат с говорящим названием «Летний» и несколько кусочков ржаного хлеба.
Вторая попытка дойти до купе оказывается успешной. Отдаю соседу его ужин, сам забираюсь на верхнюю полку и, устроившись на животе, смотрю в окно, слушая, как внизу копошатся Машка с Бусей.
Прикрыв глаза, подвисаю на ее голосе и усмехаюсь. Дурак же. Так угораздило вляпаться. Баб мне мало, что ли? Сколько их было? Вспомнить бы хоть одну, а Трофимову захочешь не забудешь. Яркий тому пример – наше столкновение в поезде. Вероятность подобной случайности колеблется в районе нуля, но Машка ломает статистику и вполне реально тискает своего рыжего уродца, удобно устроившись на нижней полке.
Тянусь к бутылке с водой, стоящей на столике. Замечаю, как девушка трется щекой о подушку. Залипаю на этом, забыв, зачем я, собственно, наклонился.
За водой. Точно!
Делаю несколько больших глотков и оставляю бутылку у себя, но то и дело поглядываю за сестренкой друга. Зная Машу, уверен: она и тут умудрится влипнуть в неприятности. Но девочка засыпает, и меня отрубает под монотонный стук колес да тихое похрапывание морячка.
Утром нас будит проводница. Уперев руку в полку напротив, напрягаю мышцы и спрыгиваю вниз.
– Р-р-р, – скалится Буся.
– Я тебе порычу сейчас, – показываю ему кулак.
– Р-р-р. – Рыжая гадость снова показывает мне зубы.
– Сам хозяйку поднимешь? – хмыкаю, осторожно толкнув Машку в плечо. – Вставай, девочка-катастрофа.
– М-м-м, – получаю в ответ.
– Какие вы с утра общительные. Ладно, еще пять минут у вас.
Успеваю умыться, почистить зубы и вернуться в купе, а тут ничего не изменилось, разве что сосед собрался и лениво проходится по подбородку аккумуляторной бритвой, а Буся, навострив уши, внимательно следит за его рукой.
Не вцепился бы. Он может. Кому как не мне об этом знать?
Машка трогательно сопит, подложив ладони под щеку. Волнистые волосы рассыпались по подушке, а губы едва приоткрыты. Ангел во плоти.
– Маш, – трясу ее за плечо.
– Р-р-р, – раздается уже откуда-то снизу. Чудовище опять выбралось из переноски.
– Машк, вставай, а то обратно в столицу уедешь, – посмеиваюсь я. – Вста-вай, – дергаю ее за локон с колечком на конце. – Маш, – прохожусь пальцами по ребрам. Она вздрагивает, открывает глаза. Щекочу ее. Заливисто хохочет, дергая ногами и пытаясь прикрыться.
Простыня сбивается книзу, а футболка, наоборот, грозит в любую секунду соскочить с груди, уже оголив плоский животик и каплю пупка. Расстегнутые штаны сползли. Над поясом торчит полоска трусиков.
– Ша-а-ам, – хохочет Машка, кулачками вытирая выступившие слезы. – Не могу больше, – тяжело дышит она, будто мы только что трахались, а не невинно бесились.
– Р-р-р, – снова выдает Буся.
– Отвали, – огрызаюсь на собаку. – Ай, мля! – дергаю ногой. Эта сволочь снова решила вцепиться мне в ногу. Причем в то же самое место. Собачьим кормом ему, что ли, там намазано?
– Прости, прости, прости его, пожалуйста, – увидев мое недоброе лицо, тут же подскакивает Маша, хватает своего друга и прижимает к себе. – Он больше так не будет.
– Я ему намордник куплю, – обещаю на полном серьезе. – И сниму, только когда Макс приедет.
– Шам, ну он же просто думал, что ты меня обижаешь, – куксится девочка.
На разборки у нас совсем не остается времени. Мы быстро собираем свои вещи. Машка хватает переноску, я сумки. Прощаемся с соседом и первыми выходим из купе.
Перебрасываюсь парой слов с проводницей. Выхожу на перрон и ловлю Машку за шкирку, дергая ближе к себе. Проходим через здание вокзала. Притормаживаем на автобусной остановке, но Машку я решаю все же прокатить на такси. Ей и без общественного транспорта хватит впечатлений.
К бордюру подъезжает смутно знакомая тачка. Сигналит. Присматриваюсь и через лобовое узнаю Вику, фельдшера из теткиного поселка с выдающимся размером груди.
– Пойдем, – оглядываюсь на Машу, а ее уже нет. – Да что ж такое! Две минуты.
Шарю взглядом по привокзальной площади. Моя Заноза стоит у киоска с мороженым и отсчитывает мелочь. Улыбнувшись мне, протягивает деньги в окошко, забирает два стаканчика и, довольная собой, топает обратно.
– Держи, – протягивает мне шоколадное, а сама распаковывает клубничное и, невинно глядя на меня, проходится по шарику языком.
– Кхм… За нами приехали, – прокашлявшись, показываю ей на машину.
На автомате забираю мороженое, открываю и откусываю. Приятно холодит.
– Я думала, мы такси дольше будем ждать.
– Это не такси, Маш. Знакомая. Идем.
Вика выходит из машины. Приветливо мне улыбается.
– Ярик, – раскрывает руки для объятий, – привет. Как давно мы не виделись, – целует меня в щеку, а я слышу, как Машка скрипит зубками у меня за спиной. – Ты из зала не вылезаешь, что ли? – Вика ощупывает мои плечи и руки. – Что за очаровательный ребеночек с тобой? – косится на Трофимову.
– Сестренка друга. Попросил присмотреть недельку.
– Понятно. Ну садитесь, Ярик и сестренка друга. Домой поедем. Тетя Неля уже заждалась.
Открывает багажник. Я гружу в него все наши сумки. Открываю Маше заднюю пассажирскую дверь и жду, когда они с Бусей устроятся. Сам же сажусь на переднее.
– А ты чего тут, Вик? Специально за нами? – открыв окно, с удовольствием закуриваю. Все утро было не до того, а сейчас можно хоть немного расслабиться.
– Решила совместить приятное с полезным. Мне по работе надо было в город заехать, ну и тебя заодно забрала. А ты против?
– Нет. Спасибо.
– Я соскучилась, – шепчет она гораздо тише.
– Ой! – раздается за нашими спинами.
– Что? – оглядываюсь на Машу.
Она обиженно смотрит мне в глаза, а потом показывает на шарик мороженого, лежащий на сиденье Викиной тачки. Буся уже рвется его сожрать, но девочка крепко держит собаку.
– Я не специально, – изображает саму честность, но я невооруженным взглядом вижу, что все с точностью наоборот.
– Доедем – выдам тебе ведро, моющее средство, щетку, почистишь, – спокойно говорит Вика.
– Я-я-я? – возмущается Маша.
– Ну не я же, – смеется местный фельдшер. – Кто испачкал, тот и убирает. У нас этому детей с детства учат.
– Я не ребенок, и меня учить уже поздно, – огрызается Заноза.
– Маш, Вика права, – в этот раз встаю на сторону давней знакомой. – За собой надо будет убрать.
– Вот еще! – обиженно фыркает и отворачивается к окну. – И нечего меня ребенком называть.
– Яр. – Вика толкает меня в бедро.
Оглядываюсь и улыбаюсь во все тридцать два зуба, увидев по-настоящему родной дом. Крепкий еще. Мужскую руку надо приложить, и будет конфетка. Я сделаю, что смогу, за этот месяц.
Покачиваясь на грунтовке, подъезжаем к калитке. Тетя Неля торопится встречать. Выхожу на улицу и крепко ее обнимаю.
– Мой мальчик приехал. – Она гладит меня по спине.
– Да не мальчик уже давно, теть Нель, – смеюсь я.
– Брось, – отмахивается она и снова тискает меня, целуя в щеки и наглаживая по голове. Скучала. И я по ней очень. – А кто это у тебя?
– Знакомься, это сестра Макса, Мария, – вывожу ее вперед и несильно сжимаю за плечи. – А это моя тетя Нелли.
– Здравствуйте. – Девочка-катастрофа магическим образом превращается в ангелочка. – Мне очень приятно.
– И мне приятно. – Тетка тянет ее за руку поближе. – Дай хоть посмотрю на тебя.
Отхожу немного и закуриваю. Вика сразу оказывается рядом. Обнимает за руку и кладет голову на плечо.
– Я скучала… – шепчет она, а у меня в голове сразу вспыхивают картинки любовных утех, и настроение значительно улучшается.
– Шам, – громким шепотом зовет Машка. – Шаман.
Тетя Неля моему прозвищу не удивляется. Она давно про него знает, и сама меня когда-то многому научила.
Подхожу к девчонке.
– Шам, а там что? – Она указывает пальцем на добротное деревянное строение.
– Туалет, – улыбаюсь ей.
– Ту-а-лет? – Темные брови Маши забавно ползут вверх.
– Ага, – щелкаю ее по носу. – Добро пожаловать в мое детство, – подмигиваю ей и забираю наши сумки, предчувствуя предстоящее веселье.
Глава 9. Мария
– А как же?.. – хочу спросить про ванную. Или хотя бы душ, но не успеваю.
Уже никого нет. Спохватываюсь и бегу за Шаманом, прижимая к себе переноску с собакой. Вот это я ввязалась в авантюру. Даже не представляла, что все настолько плохо.
Дом у тети Шамана небольшой, одноэтажный, но очень уютный. В нем витает какой-то запах типа эвкалипта. Шумно втягиваю его и улыбаюсь. Мне нравится.
