– Допустим, – буркнул я и, потянувшись к пачке, тоже закурил.
– Ваша маменька меня аж на неделю отпустила. Сказала, всё равно особо делать нечего, а потом… – стряхнув столбик пепла, Олег оглянулся на притихших ребят и, пожав плечами, дополнил: – Они вот лучше знают.
– Что именно?! – рявкнул я, а охрана шарахнулась в стороны, странно переглядываясь.
– Мне позвонили и сказали, что в моих услугах больше не нуждаются, – глядя в упор, проговорил Олег, а я буквально затаил дыхание, не веря в то, что он говорил: – Выплатили на карту крупную компенсацию. Сам не ожидал…
– Чем объяснили увольнение? – выдавил я, начиная понимать, что Олег всего лишь пешка в чьей-то грязной игре.
– Так сказали, что ты в Эмиратах остаёшься, минимум на полгода. Я чуть больше месяца отдохнул, родню навестил, да назад рванул. Работу искать, а тут это… Поймали, скрутили, избили, – кивнув на охранников, завершил он свой рассказ.
– Кто звонил? – пророкотал я, краем глаза отмечая охранника, попятившегося к выходу.
– Так, Ахмед это был, – хмыкнул Олег, а названный им парень молча рванул к двери.
ГЛАВА 8
Амир
Селим приехал через час, когда допрос почти был закончен. Решительным шагом прошёл вглубь кабинета и, глянув на жалобно скулящую крысу, распорядился:
– Уберите его, – потом свёл брови на переносице и добавил: – Только не бить. Рожа должна быть целой, иначе догадаются.
– Хочешь отпустить? – поинтересовался я и, прекрасно зная методы его работы, усмехнулся: – Проболтается же.
– Конечно, проболтается, – кивнул Селим и, подавшись вперёд, чуть тише добавил: – А мы понаблюдаем. Врагов надо держать поближе.
– Давно ты знаешь? – дождавшись, когда Ахмеда выведут из кабинета, уточнил я и, нахмурившись, дополнил свой вопрос: – В курсе же, что он у матери на побегушках?
– С самого начала, – не стал отпираться он и, пожав плечами, вздохнул: – Плохого он не делал, всего лишь выполнял распоряжения хозяйки. Ну да, за вознаграждение. И да, в обход твоих интересов, но…
– Ника – мои интересы?! – взревел я, мысленно содрогнувшись от возможных вариантов устранения неугодной невестки.
– Не реви!.. – попробовал осадить меня Селим, но я сорвался окончательно.
– Где гарантия, что её не убили?! Кто поручится, что её не сплавили в какой-нибудь гарем?! Ты понимаешь, что своими экспериментами ты проебал мою жену?! И что ты от меня теперь ждёшь?! Понимания?! Прощения?!
– Наорался? Полегчало? – спокойно поинтересовался невозмутимый безопасник и, резко меняя тему, указал на притихшего Олега. – С этим что?
– Тему не меняй, – пророкотал я непримиримо и, отойдя к окну, потребовал: – Что выяснили? Неужели никаких зацепок?
– Мы прочёсали всю Москву, но… Её паспорт нигде не светился. Ни на транспорте, ни в криминале, ни при трудоустройстве, ни в больнице…
– В больнице? – насторожился я, но Селим лишь развёл руками.
– А ты как хотел? Даже морги и притоны прошерстили.
– Но? – поторопил я, чувствуя, что он пытается подвести к главной новости.
– Мне нужно уехать в Питер, – сдержанно улыбнувшись, продолжил Селим и, глянув на Олега, пробормотал: – И с собой кого-то из своих, но не засвеченных.
– Питер? При чём здесь Питер? – я повернулся к нему лицом и, нахмурившись, впился сканирующим взглядом.
– Мы не искали в том направлении, но на днях… – мужчина хмыкнул и, снова оглянувшись на Олега, поинтересовался: – Можем мы поговорить наедине?
– Не-а, – внезапно вмешался пострадавший парень и, помаячив повреждённой рукой, сбивчиво потребовал: – Я как бы ни за что словил возмездие. Требую, ой… то есть прошу взять меня на работу. Кем угодно. Я не подведу.
– Возьмёшь его с собой, – распорядился я, тут же возвращая Селима к главной теме: – Так что ты выяснил? Зачем в Питер едешь?
– Ваша матушка… – помявшись, начал он.
– Она мне не мать, – перебив рявкнул я, а мужчина вскинул на меня шокированный взгляд.
– Рассказал, значит, всё-таки, – пробормотал он едва слышно, а я, не видя смысла скрывать, подтвердил.
– Да, почти перед смертью. Вот только руки у меня связаны. Я пообещал ему, что…
Недоговорив, я поджал губы и прерывисто выдохнул. Несмотря на данное отцу обещание, обида не отпускала. Столько лет он молчал, а я мучился предположениями, почему мать интересы младших брата и сестры ставит во главу всего. Всегда чувствовал себя бракованным щенком в помёте породистых псов, а причин не понимал.
Видя моё состояние, Селим выдержал паузу и только потом вкрадчиво посоветовал:
– Не рассказывай ей, что всё знаешь. По крайней мере, пока что.
– Притворяться и улыбаться? – усмехнулся я криво, а он снова кивнул.
– От тебя не убудет, а я успею выяснить её планы и всех заинтересованных лиц. Щупальца твоей мачехи расползлись по всем владениям семьи Хамасин.
– Я постараюсь, – пообещал я и после недолгого молчания обратился к Олегу: – Иди приведи себя в порядок. Пусть осмотрят и окажут помощь. Скажи, я так велел.
– А потом? – спросил он, не скрывая ноток надежды в голосе.
– Вот теперь твой начальник, – пояснил я, указав на Селима. Проводил воодушевившегося страдальца внимательным взглядом и, повернувшись к безопаснику, попросил: – Рассказывай.
– Сядь, – буркнул он, а я невольно нахмурился.
Возвращаясь домой, не представлял, как сдержаться и не придушить эту гадюку. Был уверен, что Селим рассказал лишь часть того, что она успела натворить, но помня о его просьбе, всё же настроился на обычный вечер.
Всего один звонок, в котором мелькнуло упоминание о Нике, а сколько яда… Они встретились в Питере, причём абсолютно случайно, но мачеха по возвращении не сказала мне ни слова. Мало того… Приставила к моей пропавшей жене слежку, и чем всё это могло закончиться оставалось только гадать.
Карима встретила чуть ли не на пороге. Либо прознала про разборки в офисе, либо хочет что-то выпросить для младшеньких. Первое исключать не торопился, так как понимал, что Ахмед не мог быть единственным наёмником. Второе тоже, ведь сестра и брат жили и учились в Эмиратах.
В основном по настоянию отца, но я же помнил, как Карима умела на него влиять. Капала изо дня в день, постепенно внушая ему, что идея и принятые впоследствии решения принадлежат ему. Раньше я этого не понимал, потом заметил и сильно удивился, потом просто тихо наблюдал и делал выводы. Выводы, которые отец не принимал. Злился, а чаще просто отмахивался.
– Сынок, что тебя так задержало? – заворковала та, кого я всю жизнь считал матерью.
– Дела, – сдержанно улыбнулся я и, пройдя в гостиную, уточнил: – Уже поужинали? Я голоден.
– Сейчас родной, – засуетилась Карима и, рявкнув на прислужницу, вытирающую пыль с бесполезных статуэток на камине, добавила: – Давно поужинали, но я составлю тебе компанию.
– Не стоит, – выдохнул, ослабляя петлю галстука. Стянул ненавистную удавку и, отшвырнув на спинку кресла, пробормотал намеренно громко: – Дел ещё много. Поем и поработаю в кабинете.
– Совсем себя не бережёшь, – прицыкнула она языком и, помявшись, мечтательно вздохнула: – Жену тебе надо толковую. Чтоб ухаживала, заботилась, лаской баловала.
– Угу, – буркнул, стараясь сдержать эмоции, но Карима восприняла это как условное одобрение поднятой темы.
– У семейства Халик дочка подросла. Самия… Помнишь? Они ещё на юбилее отца были.
– Помню, – наблюдая, как на стол выставляют блюда с едой, отозвался я и, не желая продолжать опасную тему, поделился: – На днях в Питер еду. Филиал там открываем, надо всё проверить.
– В Питер? – женщина побледнела и, протяжно вздохнув, запричитала: – Зачем в Питер? Отправь кого-нибудь? Ещё и полгода не прошло, а ты перекраиваешь бизнес отца, а о семье совсем не думаешь. Амир, сынок, я всего лишь…
– Теперь это мой бизнес, – перебив, напомнил я сухо и, посмотрев на мачеху исподлобья, дополнил: – И именно ради семьи я им занимаюсь. Пока отец был болен, многое развалилось. Не время расслабляться, матушка.
– Так, время-то идёт, – осторожно намекнула она и, отведя взгляд, вкрадчиво добавила: – Тебе уже двадцать восемь. Я внуков хочу и…
– Обсудим после моего возвращения, – терпеливо, но не очень приветливо процедил я. Достав из кармана завибрировавший телефон, глянул на имя звонившего и нахмурился.
– Да, – ответил сразу же, понимая, что Селим просто так не позвонил бы. В Питер он собирался ехать завтра, но мог звонить ещё и по работе.
– Нашли, – коротко оповестил он.
– Как? Где? – затаив дыхание, выпалил я и, подняв взгляд, заметил, как Карима подобралась и прислушалась.
– В одной из частных клиник её паспорт засветился.
– Что с ней? – похолодев, прорычал я и, боясь услышать страшное, стиснул зубы.
– Не переживай Амир. С ними всё в порядке.
– С ними? – не понимая, о чём он, выдавил я, а Карима охнула и запричитала, заламывая руки.
ГЛАВА 9
Вероника
Несмотря на непривычно отяжелевшее тело, я буквально порхала. Визит в клинику прошёл хорошо и даже весело. Особенно на УЗИ, куда Марат пошёл, потому что обещал, а Алинка пошла, потому что пошёл Марат. Подруга быстро трансформировалась в мою сестру, а Марат в жениха, и на процедуру их пустили без лишних слов.
Я впервые видела своего малыша, слышала стук его сердца, следила за робкими движениями маленького человечка и осознавала, что скоро стану мамой. Такое распирающее чувство счастья испытывала, пожалуй, впервые. Даже прослезилась…
– Всё в пределах нормы, плод развивается нормально, – будничным голосом сообщила доктор и, обратившись к медсестре, начала диктовать какие-то непонятные мне параметры.
А я жадно следила за движениями на сером экране и, закусив губу, прерывисто вздыхала, чтобы не разреветься. Царапнула мысль, что рядом со мной должен был быть Амир. Держать за руку, смотреть растерянным, но счастливым взглядом на большой монитор, сжимать мои дрожащие пальцы и… непременно радоваться, что скоро нас станет трое.
Но любимый находился далеко, и я была ему не нужна. Как и малыш, но… я знала. Стоит Амиру узнать о ребёнке, его тут же у меня отнимут. Сразу же после рождения, а меня вышвырнут. Ведь так у них принято, так положено и так правильно. Неважно, что малыша будут растить няньки и не особо любящая родня.
Я была благодарна друзьям за помощь, но тайком откладывала деньги, чтобы уехать. Не верила, что Марат сможет защитить, а Алинка тем более. Они оба могли пострадать, причём ни за что.
Пока я мысленно строила планы и размышляла о будущем, мои самозванные сестра и жених тихо сидели рядом и, перешёптываясь, улыбались.
– А кто там? – не сдержавшись, уточнила Алина таинственным полушёпотом.
– Спорим мальчик, – едва слышно проговорил Марат, но Алинка пихнула его локтем вбок и показала язык.
– Девочка, – предположила подруга, а я хихикнула и повернулась к врачу, ожидая вердикт.
– Пока не видно, – улыбнулась женщина и, сместив датчик чуть ниже, проворковала: – Боком лежит и ножки скрестил. Стесняется малыш ваш.
– О, точно девочка, – выпалила Алинка и, указав рукой на монитор, со знанием дела добавила: – Я же говорила.
– Не-а, – хмыкнул Марат и, обведя затемнённую палату высокомерным взглядом, констатировал: – Пацан. Тут столько женщин собралось, вот он и прячет бубенчики.
Медсестра, делающая пометки в компьютере, прыснула от смеха, а Алинка пришпилила её подозрительным взглядом, а Марату снова ни за что саданула по рёбрам. Покачав головой, доктор убрала датчик и, протянув мне рулон бумажных полотенец, дала понять, что процедура закончена.
– Мы в коридоре подождём, – заворчала подруга, увлекая Марата к выходу.
Дождавшись, когда дверь за ними закроется, я приподнялась и начала вытираться. Со слов врачей со мной и ребёнком всё было абсолютно нормально, но я не жалела, что согласилась на обследование. Забрав у медсестры свою карту и снимки малыша, вышла в коридор, продолжая счастливо улыбаться.
– Ну вот, а ты не хотела, – поддразнил Марат и, хлопнув себя рукой по бедру, скомандовал: – Так, а теперь восполнять калории. Ника с утра ничего не ела.
Кафе мы выбрали недалеко от салона. Алина как хозяйка вполне могла опоздать и даже взять непредвиденный отгул без всяких объяснений, а вот мне было жутко стыдно перед коллегами. Прекрасно понимала, что в моё отсутствие администратору пришлось перекидывать записавшихся клиентов другим девушкам, нагружая их под завязку.
Сделав заказ, попросила официанта упаковать несколько пирожных навынос, чтобы хоть немного отблагодарить и задобрить девчонок салона. К тому же решила сообщить на перерыве о своей беременности и немного отпраздновать. Некоторые из коллег уже давно догадывались, но с расспросами не лезли, и на том спасибо.
Столик мы выбрали достаточно большой, к тому же расположенный у окна, где вместо стульев, стоял угловой диванчик. Места хватило бы ещё как минимум одному человеку, но в какой-то момент Марат придвинулся ближе и, приобняв меня за плечи, расплылся в улыбке.
– Ты чего? – почти одновременно мявкнули мы с Алиной. Я покраснела, а подруга прицыкнула языком и, криво усмехнувшись, поддразнила: – Хорошо в роль вошёл. Может женишься?
– Конечно. Пора бы дату назначать, – громче, чем требовалось, отозвался Марат и, глянув на меня подозрительно влюблённым взглядом, прошептал, едва шевеля губами: – Ну-ка быстро меня поцеловала, невестушка.
– Маратик, ты совсем уже?.. – ошалело выдавила Алинка и, похлопав ресницами, ойкнула и испуганно пролепетала: – За нами что, слежка?
– Ты ж моя догадливая, – с издёвкой процедил Марат и, не дожидаясь моей реакции, склонился и быстро чмокнул меня в губы. Потом сделал вид, что вытирает мою щеку от крошек и, натянув неестественную улыбку, прорычал: – Спалились ищейки всё-таки. А я всё думал, – показалось.
– И давно ты это знаешь? – скривив лицо в подобие улыбки, пробормотала я и, стараясь оглядеть зал не слишком дотошно, тихо добавила: – Почему сразу не сказал?
– Может, уйдём? – дрожащим голосом предложила Алина, но Марат покачал головой.
– Сиди, сбегать в открытую мы не будем, а вот прятаться… пару дней придётся побыть осторожней.
– Пару дней? – ошарашенно переспросила подруга, а я, наблюдая, как Марат отправляет кому-то сообщение, напряглась ещё больше.
– Да, – кивнул мужчина и, отложив телефон, тихо отчеканил: – Из дома на работу, и вечером назад. Больше никуда без сопровождения не шастать. Контакты своих подручных на всякий случай оставлю. Вернусь через два дня. Всё понятно?
– Понятно, – растерянно проблеяла Алинка и, сведя бровки на переносице, заворчала: – Вернее, непонятно. А ты-то куда уезжаешь?
– В областном филиале проверка нагрянула. Ничего страшного, но без меня никак…
ГЛАВА 10
