Это один из тех, кто был в моём особом персональном списке вместе с Ювелиром и Маньяком с Правого Берега, как его называли газетёнки. Но маньяк, как я помню, ещё не приехал, и его я жду, а вот этот встретился мне как по заказу.
Импозантный усатый дядька в костюме и с кожаным портфельчиком в руках неспеша переходил дорогу. На лице тёмные очки, он что-то насвистывал, довольный жизнью. И даже не видит угрозы рядом с собой.
Захотелось давануть на газ и сбить засранца прямо в центре города у всех на глазах, чтобы аж подлетел в воздух.
Но это не наш метод. Нет уж, режиссёр, так легко ты от меня не отделаешься.
– Знаешь его? – спросил я.
– Ага, – закивал Глеб. – Роман Давыдыч, в детдоме раньше работал. Хороший мужик.
В памяти сразу пронеслась фраза этого Романа Давыдыча, когда он сидел на допросе и заламывал руки: «Ну я же никого не обманул, не ограбил, не обижал! Все при деле были. Я так-то всегда по совести поступаю, всем всегда платил».
Хороший мужик? Нет, просто ещё не попался. Но свой последний фильм он точно отснял…
И интересно… можно же два этих дела связать между собой? Митяя и режиссёра? Заодно привлечь заинтересованное лицо, нам как раз нужен человек, который сможет собирать нам важные данные.
Мыслей много, возможностей тоже, главное – их не упустить. Тогда, как я и говорил вчера: те, кто решил, что отвечать за свои проступки не придётся – за них ответят.
* * *
Высадил Глеба, поехал за адвокатом, мы с ним уже созванивались. Адвокат надёжный, проверенный, знал его по прошлой жизни, он на таких сделках собаку съел, вот и оформил всё быстро.
Ну, собаку нам есть не надо, а вот шашлычки под оформление контракта не помешают. Да и кабинет у Чернова тесный, все туда не влезем. Вот на подписании и сидели в ресторане, кстати, в той самой «Сибири», где я был недавно.
Время – день, мы втроём в костюмах, на столе водка стынет, ждём, когда поставим закорючки, и можно будет отметить.
Чернов прочитал всё на два раза, потом внимательно посмотрел на меня. Всё равно у него опасения, но он, бывший следак, в людях разбирается, так что мне поверит, да и проблемки у его конторы есть, часть из которых я уже решил.
– Поехали, – сказал Чернов и поставил мелкую подпись, больше похожую на крестик.
– Погнали, – я кивнул и размашисто расписался сам.
Теперь я не просто Лёха Коршунов, безработный парень, а Алексей Матвеевич, совладелец охранного бизнеса. Заплатил за долю не очень много, но зато доля – блокирующая, так что на некоторые вопросы я влиять смогу.
И не просто заплатил, а ещё поучаствовал в решении других вопросов.
– Петрович вернулся, – Чернов похлопал по кожаному портфелю.
Я пока не знал, какая история с этим связана, но все сотрудники старой фирмы «Громов и Компаньоны» называли их единственный пистолет модели ИЖ-71 ласково – Петровичем.
У них, вообще-то, раньше было два ИЖ, но один оказался бракованный, они его вернули, а взамен им ничего не предоставили. Вообще, на текущий момент ЧОП может иметь в собственности ружья и покупать новые, хоть и по разрешению, само собой, но пистолеты ИЖ обязаны арендовать в МВД, хотя там не особо дорого.
Ну, при расширении штата и договорах с клиентурой число пистолетов должно быть увеличено, но об этом голова будет болеть у Чернова, мне его арсенал неинтересен. У нас будет свой, да и в нём уже было много чего интересного.
Пока же Чернов и остальные в фирме не знали, что на самом деле будет происходить под их вывеской. Может узнают, а может и нет. Но на текущий момент информация крайне секретная.
Отметив подписание, сразу приступили к рабочим вопросам. На текущий момент я по факту спонсор. Тогда не особо заморачивались со всякими должностями, типа директор по развитию и прочей непонятной чертовщине, но что-то подобное я буду выполнять.
Я же не халявщик, и поработать могу на совесть, а фирму стоит развивать и в легальном плане. Это пригодится.
– Слушай, посмотрел твоих людей, – Чернов, как и раньше, сильно окал. – Да, мы говорили, что ты порекомендуешь кого-то… но поверь опыту, взять стоит только абхаза. Он подходит.
– Нет, надо брать всех, – настаивал я.
Чернов тоже будет меня испытывать, всячески показывать, что директор он. Он так привык, да и много кто будет проверить меня на зубок – все же думают, что мне двадцать три, и меня якобы легко прогнуть.
Но не дождутся, я за своё готов держаться до конца, и гнуться не буду.
Так что возьмём всех.
– И кстати, Алибек – осетин, это прозвище – Абхаз.
– А, – он с хрустом почесал лысину. – Ну, он-то вроде крепкий, а тот деревенский какой-то простой совсем. Ну и тот пацан, которого ты рекомендовал…
– Ты смотри, – я наклонился к нему. – Толик, про которого ты говоришь «простой» – парень отличный, надёжный, а ещё он ветеран боевых действий.
– Ну-у… я просто не знал, документы его не видел, просто говорил с ним.
– А надо было. Участник войны в Чечне, и Алибек. Валера – в таком не участвовал, но вот за него я ручаюсь лично. Подбор остального персонала – на тебе, но знаешь, если так и будешь брать только бывших ментов – выйдет так себе, все переругаются и разбегутся, а кто останется – будет интриги строить и бухать до потери пульса. В первый раз с ментами работаешь?
– Ну, – он наморщил лоб.
Правоту мою признавать не хочет, но сам же знает, что я прав.
– По отдельности – мужики хорошие, но как вместе соберутся… сам знаешь, что будет. А ты – следак, ты не из их компашки, поэтому они всегда себе на уме будут.
– Ну… так-то да, – наконец поддался он. – У нас вообще мужики-то все компайнейские… – проговорил он. – Хотя, конечно, полаяться любят… ну, кто-то может и уйдёт. Привыкли, что я их не гоняю, некогда всё, в бумаги зарылся, а её сейчас больше стало, чем в прокуратуре у меня было. Так-то бы надо некоторых приструнить.
– Займёмся, я же реально пришёл по делу сюда, а не пинать всякие органы. Разберёмся. Я никого не гоню. Но если хотим тот контракт взять – работать надо, Андрюха. В***ть! – с чувством произнёс я. – Чтобы никто из конкурентов перехватить контракт не смог. И к нам люди потянутся.
Чернов пока у меня на удочке из-за контракта, ему надоело охранять дальнобоев, ему хочется развернуться на полную. Явно мечтает получить под контроль большую территорию, чтобы там планировать маршруты, ставить посты а заодно – искать тех недобросовестных работников заказчика, кто ворует. Хоть он и привык в основном искать убийц, но и здесь справится.
В общем, первые разногласия мы решили сразу, он уступил и оформил всех троих. Толика и Алибека я знаю, но пока они побудут обычными охранниками, а вот Валера уже повязан с нами, и его ждёт особая работа. Всех ждёт обучение на частного охранника, чтобы получили лицензии. Мне тоже может пригодиться такая корочка.
Уже вечерело, когда я вернулся домой. Чуть позже поеду за Юлькой, сегодня она будет у меня, а пока же сидел за столом, разглядывал ключи от ячеек и едва заметную гравировку на них.
Надо, короче, принимать на работу сыщика, чтобы он дал мне расклад по этим ключам, откуда они и что открывают…
На балконе раздался шум, в стекло заглянула кошка, ожидая ужина. У меня уже всё подготовлено, отдал ей сразу, но тут запиликал пейджер. Это Ярик просит встречи.
Мы уже условились о разных сигналах, что и где…
Встретились с ним у старой заправки на дальней стороне Острова. Брат всё так и ездил на машине Кости. Я подъехал, он вышел из машины, держа зажжённую сигаретку, и сунул руку вперёд, как делают бывшие зеки и им подражающие.
– Ты как блатной стал краба тянуть, – я перехватил его руку и пожал правильно, как положено.
– Привык, блин, – отозвался Ярик с усмешкой. – Надо отвыкать.
– Тут сегодня с Глебом встречались, насчёт тебя порешал, как договорились.
– Ну и зашибись. Кстати, братуха, – он заулыбался. – У тебя же днюха была в начале мая, а я тебя не поздравил тогда. Не позвонил.
– Забей.
– Но подарочек приготовил.
А я ещё думаю, что за сумка лежит на заднем сиденье "Нивы". Подошёл, открыл дверь, расстегнул молнию замка. Почему-то так и думал, что увижу это. Осторожно осмотрел АКС-74 со складным прикладом, но не доставал из салона, а то мало ли, проезжающая мимо машина увидит.
Так только, в руках подержал, проверил магазин, затвор. Советский автомат, не Китай.
– Благодарю, – произнёс я. – Но подарок надо спрятать.
– Да вот, тачилу продавал свою, и вышел на одного дельца, – Ярик закурил. – Тема одна есть, тебе понравится, отвечаю.
– Ладно, давай рассказывай, что там у тебя. Посмотрим, – я убрал автомат назад в сумку. – И у меня тоже одна тема есть, для тебя в самый раз будет…
Глава 3
Брат явно без дела не сидел, раздумывал над нашим делом и уже загорелся чем-то. Чуть ли не пританцовывал от желания рассказать, в чём суть.
Но мне что-то вдруг подумалось, что идейка у него своеобразная.
Так и вышло.
– Короче, – Ярик огляделся, – знаю, как бабла можно поднять перед большим шухером. Есть точка одна, куда привозят дурь, целый чемодан белого, на пару кило будет. Бабла стоит – немерено, его ещё бодяжат, в два раза больше выходит.
– И что предлагаешь? – спросил я, хотя уже догадался.
– Так чё, маску на голову, автомат в руки, – брат показал на сумку, – налетаем на этого курьера, там всё равно лох какой-то без пушки, и забираем всё себе.
– И дальше?
– Так чё, толкнём каким-нибудь торчкам убогим, – он начал загибать пальцы, – поднимем деньги, стволов возьмём, в бригаду пацанов примем побольше и будем точки отрабатывать у братвы, ещё больше лавэ наберём. Но суть-то, братан, в другом – можно натянуть на кукан крупную партию, и выйти на тех, кто покруче, чем мент тот с Пирожком… тьфу ты, с Беляшом был. Вот выйдем на них и натянем всех, нахрен! Всех! И сами к тому времени мощной бригадой станем, всех под себя подомнём…
Ну, Ярик привык решать вопросы так, напрямую, грубо, силой, с наскока, размахивая шашкой. Если подумать, он просто не видит другой подход, поэтому и предлагает прямолинейно, и я это учитывал.
У Коршуна всё просто – этого замочить, это продать, этих подмять под себя силой. Ему всего двадцать один, но уже успел побывать в аду, и для него вопросы иначе не решаются.
Ну а риски его плана понятны любому. Если план пойдёт в дело, сразу можно будет забыть про хрупкий союз с Некрасовым, и тем более с Ивановым, чекист вообще станет врагом, как только сообразит, что случилось. Явно отвалятся Глеб и многие другие. Ну и торговля дурью, из-за которой мы замочили Зиновьева? Не, так не пойдёт, мы пролетим по всем фронтам.
Но это я так, прокрутил в голове понятные выводы, сам-то я таким заниматься не собираюсь и план не одобрю.
Ярик предлагает грубый налёт, хочет начать с этого. Но хорошо, что он сказал это мне сразу, вот сразу и разберёмся. Он предлагает, а не делает, значит, хочет услышать моё мнение… или даже одобрение, ведь я всё равно старший брат же, он и в детстве за мной хвостиком ходил. Это потом поругались, не сошлись во взглядах, но всё равно где-то в голове у него засело, что надо получить моё одобрение.
Сейчас это для него важно, он хочет внести свой вклад в общее дело, которое ему нравилось. Просто придумывает, как умеет, и действует, как привык. Не продумывает, сразу решил, что всё будет легко и просто – пришёл и ушёл, что никто не будет искать и привлекать к ответу.
А просто не будет, последствия проявятся сразу, с наскока такие дела не решаются. Зато можно использовать то, что он выяснил, в правильных целях, и показать, как можно действовать эффективно, не обнаруживая себя.
Поговорим, значит, подскажем, в какую сторону надо думать.
– Ствол-то где взял? – спросил я, заходя издалека.
– Да у вояки одного, как тачилу продал. За полтора косаря, он мне со скидкой продал.
– Контакт мне его нужен. Но смотри, ты же понимаешь, что если кто-то барыжит стволами, то он продаёт их всем подряд, от бандитов до чехов. Любому, кто к нему придёт.
– Ну, – он нахмурился.
– Можно будет заняться этим вопросом, прикинуть, откуда он берёт оружие, кому толкает, и как мы можем его взять. И что мы этим сможем добиться.
– Ну, – Ярик почесал затылок. – Не догоняю. Ты стволы предлагаешь у него отработать?
– Погоди. Вот подумай, как этот вопрос можно устряпать в нашу пользу. Вот есть гад, торгует оружием из военной части. Если опять начнутся бои в Чечне, то пушки, сам знаешь, кому пойдут: или боевикам напрямую, или братве, которая тоже не против их продавать на Кавказе. Ну или здесь используют для какого-нибудь мокрого дела, суть одна – нашим в бою она не достанется .
– И чё, мочить его предлагаешь? Не, так-то, конечно, гандон он тот ещё, – брат задумался. – Помню, пацану одному дали калаш бракованный, надо было затвор после каждого выстрела передёргивать. Брак, а вот нормальный калаш…
– У какого-то чеха был, – продолжил за него я мысль.
– Мочить, значит, гандона надо, – с каким-то злым азартом произнёс брат, – чтобы с чехами не связывался.
– Погоди, ещё подумай, – наседал я. – Вот смотри. Появится покупатель, будет искать, кто ему продаст много оружия. Пойдёт к военному. Прапор крупную партию продать не сможет. Но если прапор барыжит, то и его командир может быть замешан и иметь с этого долю, ведь без его ведома прапор долго не продержится.
– Ну, – подтвердил Ярик. – Предлагаешь и его…
– Погоди, мочить ты всех собрался. Вот, собрались, пытаются сделку заключить… Вот в этот момент нужно вмешаться. Но не стрелять.
– А как? – удивился он.
Я встал рядом и стал жестикулировать, показывая в темноту, а Ярик смотрел, будто там было какое-то кино.
– Прикинь, если не просто с масками налёт сделать, а устроить всё так, что покупателю вместо нормальных стволов придёт груз из неликвида, говна и палок, а продавцу – фальшивые баксы. У нас же есть такие. И что будет дальше?
– Хе, – он хмыкнул и отмахнулся от комара. – Ну чё, тут или покупатель барыгу замочит, или тот его. Решат, что кинули их. И кабздец котёнку.
– Вот, – я одобрительно кивнул. – Соображаешь. В итоге – нам бабки, а стволы кому?
– Тоже нам.
– Стволы пригодятся, а если нет – можно пацанам заслать, кто в Чечне будет опять воевать. Только не через прапора какого-нибудь вороватого, а создать нормальные каналы поставок.
– А как?
– Ну, возможностей много, – я усмехнулся. – Глядишь, группа наша и не только бандосами заниматься сможет, а кем-нибудь и другим, покрупнее. В будущем.
– Да ладно, как? – он оживился.
– Есть мысли, но пока не загадываем. Давай дальше.
