И уйти в закат — книга №3 серии «Боб Кэррингтон»

– Ликвидация.

– Да какая разница? Я сомневаюсь, сэр, а сержант Бэйн говорит мне, что я должен отбросить свои сомнения.

– И он прав.

– Но вы же понимаете, как это непросто, – сказал Стив. – Я имею в виду, легко думать, что мы – хорошие ребята, пока дело не доходит вот до такого. Как бы я ни старался вам поверить, я вижу обычную сельскую общину. Ну, может быть, они и сектанты, но это же не преступление. Не помню, чтобы теневое правительство отстреливало каких-нибудь мормонов или кришнаитов просто потому, что они верят в какие-то другие странные вещи, нежели подавляющее большинство населения.

– Помнишь теракты в Токийском метро? – поинтересовался агент Джонсон. – Мы же не хотим, чтобы такое повторилось у нас в стране. А очень похоже, что к этому все и идет.

– И вы это знаете, потому что…

– Я не хочу на тебя давить, Стив, – сказал агент Джонсон. – Но ты подписал контракт, который подразумевает, что, когда мы прикажем тебе прыгать, ты прыгнешь. И сейчас крайне неподходящее время, чтобы его пересматривать.

– Ага, – сказал Стив. – Я все ждал, когда вы дойдете до этого аргумента.

– На самом деле, я мог бы принести тебе кучу доказательств, подтверждающих каждое мое слово, – сказал агент Джонсон. – Но это бы тебя все равно не убедило, потому что в наше время любое доказательство можно сфабриковать при помощи двух актеров и нейросетей, которые сделают так, чтобы эта пара выглядела целой толпой. Есть вещи трудные, неприятные, может быть, даже опасные, которые просто должны быть сделаны именно для того, чтобы остальные люди могли испытывать постоянные сомнения. Потому что сомнения – это роскошь, которую может позволить себе только человек в спокойных обстоятельствах. Человек, жизни которого ничего не угрожает. И чтобы другие люди могли беспрепятственно наслаждаться этой роскошью, некоторые из нас должны отринуть сомнения и жалость.

– И просто выполнять приказы?

– Да.

– Но ведь…

– Я знаю, – вздохнул агент Джонсон. – Я знаю.

* * *

В гостиной респектабельного особняка Кларка, находящегося в фешенебельном районе пригорода и освещаемом только светом искусственного камина, некоторое время властвовало молчание. Двое мужчин были погружены в свои мысли, в воспоминания о том, что они сделали и чего не смогли сделать из-за помешавших им обстоятельств.

Потом Кларк закурил следующую сигарету и выпустил клуб дыма к потолку.

– Я все же не думаю, что ты явился сюда только за тем, чтобы осуждать прошлое и разбрасываться нелепыми обвинениями, – сказал он. – Так что же ты на самом деле хочешь мне сказать, Проф?

Реджи повертел бокал с недопитым виски – лед уже растаял – в длинных гибких пальцах, а потом поставил его на подоконник и отодвинул подальше.

– Я думаю, что она жива, Джон.

Глава 2

– Так это не новость, – сказал Кларк. – Помню, что ты носился с этой теорией еще до своей смерти.

– Теперь у меня есть доказательства, – сказал Реджи.

Он достал из внутреннего кармана куртки планшет, проделал с ним несколько манипуляций и протянул Кларку. Пожилой шпион уставился на выведенную экран фотографию, черно-белую и довольно низкого качества. На ней было изображено несколько человек, запечатленных в весьма драматический момент своей жизни. Довольно привлекательная (даже при низком разрешении) молодая женщина в упор стреляла в невзрачного молодого мужчину с аккуратной черной бородкой. Судя по положению тела мужчины, это был уже не первый выстрел.

Дело происходило на улице, на выходе из какого-то ночного заведения, но сама вывеска в кадр не попала.

– Кто это? – спросил Кларк, постучав пальцем по лицу мужчины.

– Какой-то физик, – сказал Реджи. – Какая разница? Ты ж понимаешь, что я эту фотографию тебе не ради него показываю.

– Каким числом датирован снимок? – поинтересовался Кларк.

Реджи сказал.

– Больше года назад.

– Но это она.

– Или какая-то женщина, при плохом освещении очень на нее похожая, – сказал Кларк. – Почему она в очках?

– Это может быть частью маскировки.

– Боб – правша. Почему эта женщина держит пистолет в левой руке?

– Правая рука в кадр не попала, – сказал Реджи. – Мы не знаем, что она в ней держит. Может быть, там второй пистолет.

– Допустим, – сказал Кларк. – И как ты этот снимок интерпретируешь?

– Посмотри следующий, – сказал Реджи.

Кларк тапнул по экрану и перед ним открылось новое изображение, на котором та же молодая женщина уже сидела в машине, за рулем которой был молодой человек в строгом деловом костюме. Снимок был еще более отвратительного качества, чем предыдущий, похоже, что этот кадр был изъят из записи с камер наружного наблюдения.

– Качество так себе, – сказал Реджи. – Но опознать парня за рулем все-таки можно. Это агент Джонсон из ТАКС.

– А это не тот, который попал под грузовик еще до событий в Йеллоу-Парке?

– Тот. Видимо, это его все-таки не убило.

– Как ты думаешь, после этого он стал сильнее?

Реджи покачал головой.

– Мне сейчас не до шуток, Джон.

– Есть еще какие-нибудь снимки, которые я должен увидеть?

– Нет. Я сам обнаружил эти снимки всего пару месяцев назад и они стали отправной точкой для моих поисков.

– Если судить только по фотографиям, то эта женщина работает на ТАКС, – сказал Кларк. – А Боб вряд ли стала бы работать на ТАКС после того, что было в Йеллоу-Парке. И хотя теневые агентства славятся серой моралью и определенной гибкостью, я сомневаюсь, что и ТАКС согласилось бы на такое сотрудничество.

– Возможно, это не сотрудничество, – сказал Реджи. – Что если они ее просто используют?

– Ну, первым моим порывом было бы сказать, что тогда это точно не Боб, – задумчиво произнес Кларк. – Но я в этой жизни видел и более драматические коллизии. В любом случае, этим фотографиям больше года, и они ни черта не помогают нам понять, где Боб сейчас.

– Она у ТАКС, – сказал Реджи. – И они удерживают ее против ее воли.

– Ты сам бывал в Йеллоу-Парке? – поинтересовался Кларк.

– Да, но к этому моменту там не осталось ничего, кроме дырок в земле и поваленных деревьев, – сказал Реджи.

– Не пытался поговорить с местными?

– Нет, – сказал Реджи. – Вряд ли они могли бы рассказать что-то по существу, а вот сообщить кому-нибудь, что кто-то интересовался теми событиями – вполне могли.

– Разумно.

– Но я понимаю, что ты пытаешься сказать, – Реджи потер переносицу. – Что силу, которая сотворила такое, невозможно удержать против ее воли.

Кларк кивнул.

– Но ты сам говоришь, что она проиграла, – сказал Реджи. – Возможно, они нашли какой-то способ заблокировать те ее способности. Возможно, они до сих пор их блокируют.

– И они продолжают использовать ее, как Цензора? – скептическим тоном уточнил Кларк. – Забивают гвозди ядерной боеголовкой?

– Судя по всему, теперь уже не забивают, – сказал Реджи. – Возможно, до них дошло.

– Ты заметил, сколько раз употребил слово «возможно» за последние две минуты? – сказал Кларк.

– Я не знаю подробностей, – сказал Реджи. – Но я знаю, что она у них, Джон. И я знаю, где именно.

– Сколько человек тебе пришлось убить, чтобы завладеть этой информацией?

– Ни одного.

– Значит, удача пока на твоей стороне, – сказал Кларк и замолчал.

– Ты даже не спросишь?

– Хорошо, я спрошу, – сказал Кларк. – Где она?

– Здесь, в Городе, – сказал Реджи. – В их штаб-квартире.

– И ты пришел сюда, потому что…

– Потому что мне нужна помощь, чтобы вытащить ее оттуда.

– Что у тебя уже есть?

– План здания. Он в отдельном файле на планшете, который ты держишь в руках.

Кларк несколько раз стукнул пальцем по экрану, открыл файл, увеличил изображение.

– Насколько можно доверять этой информации? – спросил он.

– Она получена из источника, который я считаю достоверным, – сказал Реджи.

– Допустим. И где ее держат?

– Там отмечено.

– И правда, – сказал Кларк. – Минус двенадцатый уровень. Думаю, что ты прав, вряд ли кто-то согласился бы жить там по своей воле.

– И что ты думаешь?

– Я думаю, что это самоубийство, – сказал Кларк. – Туда невозможно пробраться незамеченным, иначе ты бы сделал все сам и не пришел ко мне. Значит, прямой штурм. Взрывчатка, автоматическое оружие, старое доброе ультранасилие, бронежилеты в труху, кровь на стенах, мозги на потолке, все, как я не люблю. Я вижу в этом только одну проблему.

– И какую же?

– У нас не получится, – сказал Кларк. – Даже если бы у меня была под рукой моя лучшая команда, которая только была за все эти долгие годы, максимум, на который мы могли бы рассчитывать – это войти. Войти, пробиться вниз, может быть, при некоторой доле везения, добраться до нее. Но выйти мы уже не сможем.

– Почему?

– Ты – боец, Проф, – сказал Кларк. – На ножах – так вообще один из лучших, что я встречал за свою долгую и полную самых разных встреч жизнь. Но ты не солдат. При всем моем уважении, это не твой уровень. Ты можешь победить в любой… ну, почти в любой драке, но то, что ты предлагаешь, это уже не драка, а война.

– Пока это только слова.

– Так мы же беседуем, – сказал Кларк. – И сегодня вечером мы в любом случае не можем выйти за пределы слова. Смотри, я объясню тебе, как диверсант, спланировавший не одну такую операцию, и часть из них даже не провалилась. Мы сможем ворваться туда, используя подавляющую огневую мощь и эффект внезапности. ТАКС – все-таки не военная организация, они не ждут вторжения на свою территорию и не могут быть готовы отразить его в любой момент, но какое-то сопротивление все-таки окажут. Лифты заблокируются автоматически, так что нам придется либо использовать шахты, либо идти по лестницам. Какое-то время у нас это займет, но я уверен, что спуститься до нужного этажа мы все-таки сможем. Сколько крови, своей и чужой, нам придется при этом пролить, это другой момент, который мы пока обсуждать не будем.

– Пока выглядит, как вполне рабочий вариант, – сказал Реджи.

– Но пока мы спустимся, пока мы найдем ее, они вызовут подкрепление, – сказал Кларк. – У них есть свой спецназ, Проф, и там работают достаточно крутые парни. Наверное, такие же крутые, как и те, кого могу привлечь на эту операцию я. И пробиваться наверх нам придется уже через совершенно других людей. И даже если у нас получится, за то время, которое у нас уйдет, они смогут оцепить район и подтянуть туда армию. А мы говорим о центре Города, между прочим. Кто бы ни победил в итоге, количество жертв, в том числе и тех, что проходят по категории «попутный ущерб», будет колоссальным. И вот тебе спойлер – мы не победим. Против армии, которая располагает практически безграничными ресурсами, у нас нет шансов.

– А ты уверен, что атака в лоб – это лучший вариант? – спросил Реджи. – Насколько я помню, однажды тебе уже удалось заслать внутрь своего человека…

– Это была авантюра, – сказал Кларк. – Лихой кавалерийский наскок, который мне уже не повторить. Потому что лихой кавалерийский наскок срабатывает только один раз и тогда, когда его не ждут. А я уверен, что они прикрыли ту дырку в безопасности, которой воспользовался мой человек, и повторить этот трюк у него не выйдет.

– И что ты предлагаешь? – спросил Реджи.

– Если она на самом деле там, – сказал Кларк. – Если это на самом деле она, то я предлагаю ждать.

– Ждать?

– Ждать, собирать информацию, готовиться, искать подходящий случай, – сказал Кларк. – Но с тем, что ты мне сообщил, вытащить ее оттуда невозможно.

– И сколько же ты предлагаешь ждать?

– Пока не представится подходящий случай, – сказал Кларк.

– Но она у них, – сказал Реджи. – Уже и так прошло больше двух лет…

– Вот именно, – сказал Кларк.

– Что ты имеешь в виду?

– Уже больше двух лет прошло, а сколько вы были знакомы? Сутки? Я знаю, какое воздействие Боб может оказывать на людей, но тебе самому не кажется, что твое навязчивое желание ее спасти какое-то слишком уж навязчивое? Вы провели вместе ночь, а уже утром тебя отправили в кому, в которой ты валялся два месяца. То, что ты вообще можешь сейчас ходить и говорить – это уже чудо.

– И его сотворила она, – сказал Реджи.