Щека горела огнем. Я до сих пор чувствовала на ней все пять пальцев. Помнила, как из глаз брызнули слезы, а из носа – кровь. Он всегда бил больно. Прикладывался ладонью до искр в глазах. Заботился, наверное (нет). Я была единственной дочерью Эмина Шаха, которой доставалась вся отцовская любовь.
– Ты уверена?
Эмиль. Красивый мужчина, он выглядел старше меня и внушал доверие. Он не был похож на того, кто может поднять руку на женщину, но я все равно уточнила:
– Уверена. Только обещай, что не будешь бить и трогать?
– Бить?
Эмиль вскинул брови и нахмурился. Я осторожно кивнула, тайно разглядывая его профиль. Пока Эмиль курил, отец позвонил мне еще раз. Пригрозил, что подаст меня в розыск, и тогда мне точно не поздоровится.
Я отключила телефон. Мне было очень страшно.
– Я не собирался тебя бить.
– А трогать?
Эмиль пристально посмотрел на меня. Его имя было так похоже на папино, что я волей-неволей боялась его.
– Не обещаю того, в чем не уверен, – хрипло отозвался Эмиль.
Я тяжело сглотнула, опустив взгляд. Эмиль не похож на тех, кто может изнасиловать, но и я мало что знала о мире. Одна подруга, один дом и каждый шаг под контролем – вся моя жизнь.
Я постаралась расслабиться. Сняла куртку и повернулась, чтобы положить назад свои вещи. Здесь лежал сноуборд и специальная одежда. Эмиль совершенно точно едет в горы отдыхать.
Теперь и я с ним.
Мне одной нельзя – сразу найдут. А так я с мужчиной. Никто не подумает, что София Шах, дочь влиятельного человека, может быть с мужчиной.
Вчера на обеде папа сообщил, чтобы после новогодних праздников я готовилась к приезду Руслана Басманова. Папа продал меня той семье много лет назад. У него была сделка с дедом Руслана, которую заключили до моего рождения. Свадьба должна была состояться еще на мое восемнадцатилетие, но мама уберегла.
Правда, отсрочка от брака была недолгой.
Днем мы с отцом снова поругались. Я сказала, что не хочу. Что против. Что хочу быть свободной.
И получила пощечину.
Мне хотелось плакать, но я никогда не показывала отцу своих слез, как это делала мама.
Я гордо высидела обед, а вернувшись в свою спальню, собрала вещи и отправилась на выдуманную встречу с подругой. Откуда просто не вернулась домой. Вынести из дома две сумки не составило труда: отец знал, что мы со Светой занимаемся мелкой благотворительностью и регулярно относим вещи в один детский дом. Это был мой предлог.
Уехать далеко от дома не получилось, и к полуночи я оказалась на трассе.
– Ты не голодна, София?
– Немного, – призналась я.
Эмиль кивнул. Мы ехали около часа и остановились возле пригородного кафе.
– Перекусим и поедем дальше.
– Я не могу пойти с тобой. – Я бросила на него умоляющий взгляд. – Меня могут найти, мы еще недостаточно далеко от моего дома.
Эмиль понял почти без слов и принес поесть мне в машину. Я набросилась на еду, как безумная. На обеде рядом с отцом в горло кусок не лез, поэтому сейчас лаваш с мясом показался невероятно вкусным.
– Спасибо, Эмиль.
– Ага, – прохрипел он и вытащил мне салфетки для рук.
Эмиль отвел взгляд, и я заметила желваки на его скулах.
– Что-то не так?
– Ты сексуально кушаешь, София. Хочешь еще?
– Я наелась. – Я вспыхнула, реагируя на слова Эмиля.
– Жаль. Я взял еще на случай, если проголодаешься.
Мы тронулись.
Я опустила взгляд. Правая рука Эмиля спокойно лежала на колене, а левой он увозил меня все дальше от дома. В салоне было так тихо – даже шум двигателя не перебивал звук нашего дыхания.
Боже, я еду с незнакомым мужчиной в полную неизвестность. Ночью. Судя по машине, еще и с состоятельным мужчиной.
Я таких боялась.
Мой отец был богатым и могущественным человеком. Он мог все, даже продать собственную дочь, как акции из своего портфеля.
Я украдкой бросила взгляд на Эмиля – он сидел уверенно. Как хищник, уже взявший свою жертву. На пальце у него был черный перстень. Создалось ощущение, что я его где-то уже видела. На фотографии или вживую.
Странно.
– Нравлюсь? – Эмиль заметил мой взгляд.
– Еще чего.
Эмиль прищурился. Его взгляд остановился на моей груди, и я сильно пожалела, что надела обтягивающую водолазку. Мне вмиг стало жарко.
– Твой перстень – что он означает?
– Принадлежность к семье.
– К какой?
– Меньше будешь знать – крепче будешь сегодня спать, принцесса.
Принцесса. Так меня никто не называл… И как он это делает? Одной фразой, одним взглядом заставляет краснеть. Боже.
– Хорошо, а что это за машина? Я не видела таких в России. Даже у моего папы.
– Mazzanti Evantra. Пригнали из Италии. Под меня делали.
– Уникальная.
– Да, – отозвался Эмиль и посмотрел на меня.
Чтобы не покраснеть, я поспешно задала другой вопрос:
– У тебя в Италии родственники?
– Отец живет, – уклончиво ответил Эмиль.
– А мама?
– София…
Лишь одно слово. Мое имя. Эмиль произнес его так, чтобы дать понять: такому мужчине нельзя задавать много вопросов.
– Ложись спать, София. Хочу, чтобы ты выспалась перед насыщенными выходными.
И я послушно прикрыла глаза, понимая, что для Эмиля эта тема очень болезненна.
Я не знала, чего ожидать от этой поездки, поэтому долго ворочалась на сиденье, прежде чем уснуть. Присутствие незнакомого мужчины тревожило мысли и тело.
– Спи спокойно. Я тебя не трону.
– Я и не думала об этом…
– А я думал. Спи, – тихий приказ.
Я закрыла глаза, отчетливо понимая: связавшись с Эмилем, я отрезала все пути к отходу. Мы уехали слишком далеко. И возвращать меня домой, даже если я его попрошу, Эмиль не станет.
Глава 3
Мне не верилось во все происходящее. Я в горах с незнакомым мужчиной. Без папиного контроля. Отец редко выбирался из Волгограда и вообще с работы, а когда ему это удавалось, то для отпуска он выбирал исключительно заграницу.
«Чтобы время не терять и сразу весь мир дочери показать перед тем, как выгодно ее продать», – подумалось со злостью.
– Нравится?
Эмиль ворвался в мои мысли без разрешения. Он всю ночь был за рулем, не смыкал глаз. Чего он потребует в обмен на мое спасение? На трассе было холодно и жутко, я почти собралась вернуться домой.
– Очень, – тихо прошептала я.
Я все еще чувствую себя неуверенно рядом с Эмилем, но эмоции сдерживать не получается. Мы почти добрались до базы – она находится прямо у подножья гор.
Я прилипла к окну автомобиля, а Эмиль тихо посмеивался, откровенно наблюдая за мной. Рядом с ним немного страшно, и в то же время я чувствую дикий адреналин.
– Надевай куртку, – приказал Эмиль, когда мы остановились.
Я кивнула.
Мы выбрались из салона, и я поежилась. Эмиль крепко взял меня за руку и повел за собой. Ноги подкосились от тесного контакта.
Он все делал без моего разрешения. А меня ведь даже за руку никто не трогал. Никогда. Папа был бы в гневе.
– Покурю и пойдем. Если хочешь, подожди меня в холле.
– Я подожду. Боюсь потеряться. – Я нахмурилась при виде сигарет.
– Ничего. Я все равно тебя найду.
Эмиль улыбнулся и вставил сигарету в уголок губ. Я отвернулась, пряча взгляд. Папа не курил, и мне было непривычно.
Когда мы оказались в холле, нас сразу проводили в номер. Эмиля узнали и вели себя очень уважительно, но подумать об этом я не успела. Наш номер был высоко – от волнения я даже не запомнила этаж.
Моя рука в его руке.
Приказной тон.
Его решительность и мой неуверенный шаг. Отчаянная мысль в голове: дома было безопаснее.
– Заходи, – приказал Эмиль, открывая передо мной двери.
В номере от волнения вспотели ладони. Я осторожно вытащила руку из крепкого захвата и прошла в огромный эркер с панорамными окнами.
Чудеса. Невероятно.
– Посмотри, какой вид!
Я обернулась, чтобы поманить Эмиля, но тут же осеклась. Чужой взгляд уже вовсю блуждал по моей фигуре. Едва мы оказались в тепле, я быстро сняла куртку, и теперь этому взгляду было дозволено все.
Я сотню раз пожалела, что надела обтягивающие джинсы. Никогда не носила такие вещи – отец запрещал показывать фигуру, но, когда бежала из дома, будто интуитивно решила сделать ему назло.
– Уже смотрю, – отозвался Эмиль.
Он бессовестно рассматривал меня. Выразительные глаза заскользили по этим чертовым джинсам и ненадолго прилипли к ягодицам.
Меня бросило в жар. Я начала осознавать, что натворила. Одна в чужом городе с незнакомым мужчиной. Он старше меня и очень силен.
Дернув подбородком, я стала рассматривать его в ответ. У него была смуглая кожа, спортивное тело и… деньги. Эмиль явно ни в чем не нуждался и никогда не получал отказов. Строгий взгляд из-под длинных черных ресниц выдавал все его намерения на мой счет.
Захотелось сказать, что я не такая. Или получается, что такая, раз согласилась провести с ним выходные?
Я повернулась боком, чтобы хоть как-то уклониться от темного, пугающего взгляда.
– Это все твои вещи? – уточнил он хрипло. Моя сумка была в его руке.
