– Есть сестра. Двойняшка. Есть брат – на десять лет младше.
Эмиль сделал глубокий вдох и шумно выдохнул.
– Есть много двоюродных, я мало с кем поддерживаю связь.
– Почему?
Эмиль плавно затормозил у большого магазина. На парковке было много машин, несмотря на снежную погоду. Все спешили купить экипировку и подняться на самые высокие склоны.
– Потому что я другой. Из другой семьи.
– Что значит – из другой?
– Родители оставили нас с сестрой, когда мы были совсем маленькими. Мы сами по себе, и нам хорошо втроем, – объяснил он.
Я кивнула. Стало ясно, что у Эмиля напряженные отношения с целой семьей. Интересно, почему родители оставили детей и спокойно улетели в Италию?
– Все потому, что мой отец – мафиози. Его боятся все другие сицилийские группировки.
Я улыбнулась. Эмиль – тоже. Не удержавшись, я рассмеялась.
– Очень смешная шутка, Эмиль. Я почти поверила.
Я не собиралась осуждать его родителей, потому что совсем не знала их историю. Я ничего не знала даже о семье будущего жениха – папа об этом со мной не говорил. Не женское дело.
– С тобой мне тоже хорошо, – вдруг сказал Эмиль.
Задумавшись, я не сразу заметила его взгляд. А он был. Откровенный, жадный. На меня никто и никогда так не смотрел. Как минимум – папа не позволял. Но папы здесь не было, и Эмиль получил абсолютную вседозволенность.
– Ты красивая, Софи.
– Софи? – Я замерла.
Воспользовавшись заминкой, Эмиль коснулся меня. Шероховатые пальцы тронули щеку и потерли ее. Вспомнив, что у отца рука такая же тяжелая, я отвернулась и тяжело задышала.
– Не надо. Не трогай лицо.
Дверь хлопнула. Эмиль выбрался из машины, и я едва его догнала. Этот мужчина вспыхивал как спичка, но вокруг было так много людей, что я боялась потеряться, поэтому поспешила за ним.
– Пожалуйста, не так быстро, – попросила я.
Эмиль оглянулся и без слов взял меня за руку. Я растерялась, забыв, как дышать. Рука у Эмиля была такая большая и крепкая… Наверное, если он меня ударит, я упаду. Возможно, из носа пойдет кровь. А если пойдет кровь, мне будет нечем вытереться…
– София, – проник в сознание хриплый голос. Оказывается, мы уже зашли внутрь торгового центра.
Я отрешенным взглядом обвела магазин.
– Все нормально? – Эмиль нахмурился.
– Д-да. Я просто задумалась.
– Тогда выбирай все, что нужно.
Так, что мне нужно на выходные? Новый год уже послезавтра. Я выбрала свитер – он не так сильно облегал грудь немаленького размера, и свободного кроя брюки. В примерочной мне понравилось, как я выгляжу. Еще взяла платье – вдруг захотелось выглядеть красиво в новогоднюю ночь. Оно село идеально по фигуре.
– Выйди и покажись, – велел Эмиль из-за двери.
– А нужно? – с надеждой спросила я.
– Я хочу.
Эмиль долго и придирчиво рассматривал то, что я выбрала. Кажется, ему понравилось платье.
– Без одежды все равно лучше. По-любому.
– Эмиль! – воскликнула я.
Затем Эмиль помог выбрать мне экипировку. Он тщательно искал для меня теплую одежду – понял, что я слишком часто мерзну. Костюм оказался яркого цвета. Мне понравилось, и со счастливыми глазами я пошла к кассе. Признаться, снова проделать трюк с деньгами я побоялась и просто стояла в стороне. Потом все равно расплачусь… наверное.
Эмиль оплачивал мою одежду, а я вспомнила о традиции, когда сторона жениха покупает невесте украшения и вещи первой необходимости. Туда же входит нижнее белье и другие вещи вроде сумки, обуви и прочих базовых вещей гардероба и спальни.
Вырисовывалась интересная ситуация.
Но Эмиль, конечно же, об этом не знал. Вряд ли он придерживался этих правил.
– Мне нужно зайти кое-куда. Ты постой здесь, пожалуйста, – попросила я.
В магазине женского белья я пробыла максимально недолго. Выбрала нужную комплектацию и размер, померила и быстро побежала к кассе. Предпочла взять обычный черный комплект и несколько трусиков на смену.
За спиной раздался знакомый голос:
– Я еще не одобрил.
– Я просила подождать снаружи.
Я беззаботно протянула девушке купюры.
– А я просил не доставать при мне свои деньги.
Эмиль отодвинул меня, не позволив расплатиться самой, и мы покинули магазин. До машины я шла, понурив голову – чувствовала, как напряжен Эмиль.
В машине положила пакеты на заднее сиденье, предвкушая, как второй раз в жизни встану на сноуборд. Вдохновленная скорым покорением горных склонов, я повернулась к Эмилю. Внешне он был спокоен. Но, кажется, только внешне.
– Поцелуй.
– Что?
Бах-бах. Бах-бах.
– Ты так сильно хотела расплатиться в магазине. Можешь расплатиться сейчас.
Глава 5
Эмиль скалой возвышался надо мной и не отрывал от меня взгляд. До мурашек. Похоже, он это всерьез. Он же предупреждал: если достану деньги, будут последствия. Я должна была запомнить это легкое правило.
– Всего-то поцелуй. Или ты ни с кем не целовалась?
Разозлившись оттого, что снова нещадно краснею, я выпалила:
– А как же! Сотню раз!
И охнула. Сперва – от собственной лжи. Затем – от хватки. Эмиль потянул меня на себя – отнюдь не нежно, и так же жестко впился в губы.
Забирая долг. Уничтожая. Заставляя сердце обливаться кровью.
Первый поцелуй. Болючий, дикий, чужой. Он не смел этого делать. Но сделал. Забрал, похитил, уничтожил.
Я тихо промычала что-то невнятное. Во рту появился привкус никотина. В сердце – дикий трепет. Новые ощущения, о которых мама еще не рассказывала.
Уперевшись кулаками в мужскую грудь, я попробовала оттолкнуться. Сбежать. Но стало только хуже: Эмиль углубил поцелуй.
Когда все закончилось и он меня отпустил, губы горели огнем. По-другому такие мужчины не целуются. Теперь я знаю.
– А так и не скажешь, – напомнил он мне мою ложь.
Я опустила голову, спрятав растерянный взгляд. Потрогала губы – они были горячими.
– Никогда не перечь.
Вот и все, мама. Первый поцелуй состоялся. Ты бы пришла в ужас, увидев мужчину, с которым спуталась твоя дочь – он так похож на отца.
Вспомнив о маме, я до боли прикусила губу. Она переживает. Совершенно точно. Как она без меня? Места себе не находит… Я поступила как ужасная дочь, но назад не вернуть ни минуты.
Обратно мы ехали в полной тишине. И только сердце гулко стучало. Бах-бах. До самой гостиницы. Я даже забыла, что мы собирались подняться на склон.
В номере Эмиль вручил мне пакеты с покупками.
– Как переоденешься, дай знать. Я буду у себя, надо сделать пару звонков.
– Хорошо.
Через пятнадцать минут я уже стояла в гостиной. Эмиль удовлетворенно кивнул, разглядывая меня в новой одежде.
Когда мы вышли, на улице уже порядком стемнело, но это лишь прибавило красоты этим живописным склонам. На них зажглось освещение, а прокат работал до самой ночи!
– Высоко подниматься не будем. Начнем учиться здесь.
Вокруг играла музыка, добавляя сказочности месту, а людей стало только больше. И погода была невероятной, а снег уже не летел в лицо. Я не отрываясь смотрела на то, как Эмиль встает на сноуборд. Затем он помог мне. И вот я уже сделала свой первый маленький спуск.
– Но потом же мы поднимемся? – спросила я, пытаясь повторить движения и плавно съехать по снежному склону, как Эмиль.
– Конечно. Как научишься.
Я очень хотела научиться. И назло отцу скатиться с самой высокой горы. И вообще сделать все ему назло. И не выходить замуж за Руслана, которого никогда не видела.
Весь вечер я старалась быть примерной ученицей, но сосредоточиться не получалось – в голове то и дело всплывал наш поцелуй. Грубая хватка Эмиля. Сильные движения языка. Привкус никотина. Чужого мужчины внутри меня.
И его слова. Никогда не перечить ему.
– Старайся чувствовать свое тело. Тогда все получится, София.
Эмиль был терпелив со мной. И не давил так, как отец. Поняв, что я уже уверенно стою на сноуборде, он оставил меня у подножья, а сам отправился наверх – показать высший пилотаж техники. Спускался красиво, мощно. Будто делал это всю жизнь. Ни единого промаха.
– Ты катайся, – сказала я ему после очередного мастер-класса. – Я сама справлюсь. Тут есть инструкторы, тебе вообще необязательно возиться со мной.
Брови Эмиля почти сошлись на переносице. А у меня голова еще была окутана дурманом, а губы – жаром, из-за чего я не почувствовала нависшей угрозы.
– Учить тебя буду только я, – отрезал Эмиль и неожиданно добавил: – Всему.
Он сдержал слово: весь оставшийся вечер нянчился со мной, обучая невероятным движениям. По возвращении в гостиницу, когда уже совсем стемнело, я поняла, что не безнадежна.
Мы зашли в ресторан поужинать, и Эмиль похвалил:
– Умница. Будешь меня слушаться – все будет хорошо.
Я улыбнулась.
– Угу. Мне понравилось. Пойдем завтра еще?
Внутри все трепетало от восторга. Я даже ела с огромным аппетитом в ожидании завтрашнего дня. Папа сошел бы с ума, увидев меня на таком высоком склоне!
– Раз понравилось, то пойдем, – пообещал Эмиль, смотря на меня с легкой улыбкой.
Я опустила взгляд, чувствуя жар на щеках. Эмиля забавляла моя реакция.
Поужинав, мы вернулись в номер. Еще в лифте я поняла, как сильно устала. Новое место и свобода. Все происходило будто не со мной. Но когда за Эмилем закрылась дверь в номер, я вздрогнула. Поняла, что на часах почти ночь, и мы одни.
– Ложись спать. Увидимся завтра.
Я скользнула по Эмилю взглядом, нарвавшись на ответный. Теплый, внимательный. Мне кажется, он не способен обидеть. Я могу спать спокойно.
– Мне не в чем спать, – призналась я. – Пижама тоже осталась в другой сумке.
Эмиль кивнул и ушел в свою комнату, где я еще не была. Интересно, у него тоже есть собственная душевая?
Когда он вернулся, в его руках была белая рубашка. Эмилю как раз, а вот мне – явно большая.
– Она будет твоей пижамой.
