– Это из-за… – сформулировать что-то логичное почему-то не получалось, и я мысленно ругала себя за несдержанность.
– Хватит, Еся, хватит! – рявкнул папа и, прежде чем закрыть дверь, отчеканил: – Теперь я жалею, что тянул время с этим браком. С этого дня и до самой свадьбы из комнаты ты не выйдешь.
– Но папа!..
– Разговор окончен!
ГЛАВА 9
Есения
Папа сдержал своё слово. Из комнаты меня не выпускали, принося еду по часам и забирая почти нетронутые блюда назад. Служанка протискивалась в комнату мимо очередного охранника и, оставив поднос, молча уходила.
Я сильно похудела, но поняла это, лишь когда за три дня до свадьбы мне привезли на примерку несколько платьев. Они висели на мне бесформенным мешком, а мне было всё равно.
– Странный у вас жених, даже точный размер одежды не знает, – прицыкнув языком, фыркнула девушка, подкалывающая маленькими булавками излишки ткани по бокам.
– Да, странный, – едва слышно отозвалась я и, скосив взгляд на охранника, застывшего у двери бездушным изваянием, поморщилась.
– Я не успею ушить, – оглядев результаты примерки, проворчала девушка и, уперев руки в бока, предложила: – Может, всё же в салон? Ехать всего полчаса, но там мы подберём платье, не требующее больших переделок.
– Нельзя, – буркнул охранник и, отвернувшись лицом к двери, добавил: – Примеряйте остальные. Если не подойдёт, привезёте ещё партию.
Девушка смерила его широкую спину уничтожающим взглядом и, закатив глаза, покачала головой. Пригладила выбившиеся из причёски волосы и, обойдя меня по кругу, заворчала:
– Так можно весь салон перевезти? Мне бы понять, что нравится невесте, а что нет.
– Мне всё равно, – пожав плечами, буркнула я и, стягивая с себя очередное облако кружев, подсказала: – Не надо ушивать, привезите что-то со шнуровкой. Мне уже вас жалко, честное слово.
Девушка, которую привезли ещё ранним утром, нагруженную пакетами с нарядами, и которая скакала вокруг моей персоны уже не первый час, посмотрела на меня с сочувствием.
– А мне вас, – прошептала она и, оглянувшись на охранника, тихо уточнила: – Что-то не так?
– Всё не так, – накинув халат, прошептала я и, пытаясь не разреветься, закусила губу и мотнула головой: – Но вы мне ничем не поможете.
– Но я могу попытаться, – прошелестела она, но караулящий нас охранник, будто что-то почувствовал.
– Готово? Могу повернуться? – пророкотал он, а я вздрогнула.
Моя помощница показала его спине неприличную комбинацию из трёх пальцев, а вслух произнесла довольно жёстким тоном:
– Ещё нет! Ты что, давно голых девиц не видел? Вот пожалуюсь хозяину дома!..
Выудив следующее платье, продемонстрировала его мне и, повернув, указала на шнуровку, поясняя с протяжным вздохом:
– Вот это и ушивать не понадобиться, главное, чтобы модель понравилась. Классический прямой силуэт, атлас, верхний слой из тончайшего шифона, декорированного кружевом и вышивкой, цвет…
– Идеально, – перебив, выдохнула я и, коснувшись невесомой ткани, скривилась и пробормотала: – Если бы я выбирала моё идеальное платье, это было бы оно.
– Значит, решено? – уточнила девушка и, нахмурившись, робко предложила: – Примерим?
– Не надо, – пытаясь не разреветься, отозвалась я и, подумав, кивнула: – Решено. Пусть будет это, остальные аксессуары подберите сами. Не хочу больше в этом уча…
– О, а я, оказывается, очень даже вовремя, – в комнату без стука ворвался Макар, и мне пришлось резко отвернуться и промокнуть слезящиеся глаза.
Мы с братом не виделись уже несколько дней, и я даже думать забыла про его грандиозный план моего освобождения. И перестала надеяться… Что может сделать шестнадцатилетний парнишка против толпы охранников и решения отца? Ни-че-го…
Сотрудница свадебного салона унесла выбранное платье в гардеробную и начала паковать свои кружевные богатства, а я обернулась к брату и, косясь на охранника, вопросительно вздёрнула брови. Макар приложил палец к губам и, забравшись на мою кровать, улёгся на живот.
В руках он держал уже знакомую коробку, и я невольно напряглась. Охранник тоже заметил что-то странное и, даже шагнул к кровати, но Макар его опередил. Открыл коробку и, продемонстрировав мне комплект украшений, подаренный Рустамом, торжественно сообщил:
– Папа просил передать это тебе. Сказал, что эти цацки идеально подойдут к свадебному платью и фате.
– Не надо, – буркнула я и, плюхнувшись на кровать, скрестила руки на груди.
– Харэ выпендриваться, – огрызнулся Макар и, подавшись вперёд, обречённо добавил: – Всё решено, батя не отступит. Проще смириться и…
– Тебе надо, ты и смиряйся! – заорала я, и брат тут же слез в кровати и, отшвырнув коробку с украшениями, направился к двери.
– Между вами войнушка, а я крайний, – ворчал он себе под нос. Уже открыл дверь, но глянув на девушку, пакующую последнее платье, рявкнул на охранника: – А ты чего стоишь столбом?! Только пялиться умеешь?! Помоги ей и проводи до машины!
– Нельзя! – пророкотал тот, но Макар включил властного босса.
– Я сказал, помоги! А я Еську постерегу. Только давай шустрее, у меня своих дел по горло.
Охранник насупился, но всё же кивнул и, подхватив не пригодившийся свадебный скарб, вышел из комнаты. Консультант салона глянула на Макара, потом на меня и, помявшись, пообещала:
– Остальное подберу и привезу завтра, но… Если вдруг вам понадобиться что-то особенное, – последнее она произнесла с нажимом и округлила глаза, намекая на своё предложение помочь.
– Спасибо, сами разберёмся, – отбрил брат и, выпроводив девушку, захлопнул дверь.
Напряжённо прислушался и, кивнув, подбежал к кровати. Схватил коробку с украшениями и, сунув мне в руки, затараторил:
– Еська, у нас всего пара минут, так что слушай и не перебивай. В коробке под бархатной подкладкой подробные инструкции, немного налички и моя банковская карта. Продал, что смог, чуток занял или выклянчил у отца на хотелки и закинул всё это на счёт. Инструкцию прочти, вызубри и смой в унитаз. После того как выберешься, сними все деньги, а карту уничтожь.
– А паспорт? – округлив глаза, прошептала я.
– У отца в сейфе, но я попробую стащить его в день свадьбы, – отмахнулся Макар и, прицыкнув языком, раздражённо заворчал: – Просил же не перебивать. Ну вот, сбила с мысли. Так, что я забыл?.. Ах да! Собрал с помощью твоей подруги немного вещей, сумка в камере хранения на вокзале, номер ячейки и код замка в инструкции.
– А если?..
– Охрану беру на себя. Веди себя как обычно, то есть как послушная амёба, в ЗАГСе не истери, а как только подам сигнал…
В коридоре послышались гулкие шаги, и Макар замер, а потом резко отшатнулся, собираясь уйти. Я подскочила с кровати и, крепко обняв его, зашептала на ухо:
– Спасибо, братик.
– Когда-нибудь рассчитаешься, – севшим голосом произнёс он и, прежде чем дверь открылась, успел прошептать: – У ЗАГСа будет ждать чёрная тачка. Выбирай самую неприметную, – не ошибёшься.
ГЛАВА 10
Есения
Накануне свадьбы я почти не спала. Наверное, в сотый раз прокручивала в голове безумный план Макара и не могла поверить, что мне всё же удастся сбежать.
Слишком невероятно, слишком нелепо и спорно всё это представлялось. Мой храбрый братишка продумал всё до мелочей, но всегда было много «но» и «если», сводящих его усилия на нет. Я не представляла, как он собирался обезвредить или отвлечь охрану, ведь в плане об этом не было сказано ни слова.
Оставалось надеяться, что он справится, ведь от меня больше ничего не зависело.
В тусклом свете уличных фонарей поблёскивало висящее на специальной подставке платье. Отпаренное и готовое сыграть свою роль, но при одном лишь взгляде на это великолепие, меня начинало мутить от страха.
Самое страшное, что в случае провала, меня не ждало ничего хорошего. Рустам больше не появлялся и на свидания не звал, но своё отношение и намерения он успел показать на нашей единственной встрече.
Любит, но не привык быть слабым. Одержим мной, но никогда не примет во внимание мои желания. Я не ждала от него нежности, трепетного слепого обожания или терпеливых шагов по завоеванию моего сердца. Знала, что всё будет так, как он захочет, и после свадьбы ждать и сдерживаться он не собирался.
Жгучая боль разливалась где-то внутри… Боль и чувство одиночества, ведь самый важный мужчина в моей жизни меня не понял. Не захотел выслушать и не дал даже шанса на выбор.
Предательство отца сломало меня, но оно же и не оставило сомнений, – шансом я воспользуюсь, и, если получится сбежать, назад не вернусь.
За две недели он так ни разу и не зашёл в мою комнату. Иногда я видела из окна, как папа уезжает в офис, но сама на разговоре больше не настаивала. Остыла, занемела, простилась…
Бессонная ночь не прошла даром. Хотя я встала задолго до запланированного подъёма, по комнате бродила словно оживший манекен. По инерции приняла душ, промыла и высушила волосы, надела шикарное бельё и чулки, подобранные специально для важного события.
Накинув халат, подошла к зеркалу и, протирая тоником лицо и шею, бросила равнодушный взгляд на поблескивающие в шкатулке украшения. Брат легко убедил меня надеть подаренный Рустамом комплект. В своём плане написал коротко и ёмко.
«Еська, не дури. Цацки продашь, когда будет туго. К тому же женишок заценит, если ты явишься в ЗАГС в его подарке. Заценит и расслабиться, а дальше сама знаешь…»
Хах! Даже не поспоришь… Макар для своих лет поражал слишком логическими рассуждениями и решительными действиями, чего всегда не хватало мне. Может, и прав был Рустам, высказавшись, что наследником бизнеса должен стать мой братец, а не избалованная девица вроде меня.
Вскоре мне принесли завтрак, но я не смогла съесть ни крошки. Выпила немного кофе и почти обрадовалась, когда появилась стилистка, специально приглашённая отцом на дом.
Она долго колдовала над свадебным макияжем и причёской, шутливо ворча, что давно не видела таких синяков под глазами и настолько поникшую невесту. Я отзывалась рассеянно и улыбалась натянуто, и чаще невпопад, поэтому она перестала меня тормошить и продолжала работать молча.
Потом помогла мне надеть платье, украшения и, закрепив фату, отошла полюбоваться результатом.
– Вам нравится? Может что-то подправить или выпустить больше локонов? – не чувствуя отклика, поинтересовалась стилистка и, кивнув на высокое зеркало, предложила: – Взгляните. Вы просто настоящая принцесса.
– Запертая в замке дракона, – пробормотала я и, поймав недоумённый взгляд, отмахнулась: – Не обращайте внимания, я просто волнуюсь.
Пожалев поникшую девушку, я подошла к зеркалу и, покрутившись, улыбнулась. Восторг изображать не потребовалось, я и правда выглядела волшебно. Очень нежной, утончённой, непривычно воздушной. Даже слёзы навернулись, но я закусила губу и улыбнулась своему отражению.
Хотела бы я выйти замуж именно в таком образе, но не сегодня и не за того, кто почти два года претендовал на мою руку и сердце, даже не пытаясь завоевать.
В дверь робко постучали, и, взяв себя в руки, я подхватила с тумбочки изящные перчатки и, надев туфли, повернулась к стилистке.
– Спасибо. Мне очень нравится.
– Счастья вам, – пожелала она и, улыбнувшись, начала собирать свои инструменты и косметику.
В дверь постучали настойчивей, и, сделав глубокий вдох, я пошла к выходу. Ожидающий охранник указал рукой на лестницу и, отступив в сторону, пропустил меня вперёд.
Спускаясь на первый этаж, я стала свидетелем перепалки между папой и братом. Даже не сразу поняла в чём дело, но моё появление не заметили, поэтому спор набирал обороты уже при мне.
– Им запрещено! – рявкнул папа и, прицыкнув языком, проворчал: – А то ты не знаешь, какой сегодня день. Охрана должна быть трезвой и собранной.
– Пап, ну ты палку-то не перегибай! – орал брат и, помаячив какой-то банкой, фыркнул: – Это даже не алкоголь. Просто энергетик. Им до поздней ночи вокруг нас скакать, ни пожрать, ни посра…
– Макар! – перебил его отец и, возмущённо посопев, сменил гнев на милость. – Если не алкоголь, то ладно, но больше никакой самодеятельности. Скоро выезжать, а ты тут…
– Ой, Еська! – игнорируя папино ворчание, встрепенулся Макар и, подойдя ко мне, подал руку и, склонив голову, передразнил: – Мадам, позвольте проводить вас к машине.
– Клоун, – фыркнула я и, так и не глянув на папу, подыграла: – Ну ладно. Позволяю. Даже к алтарю разрешу повести.
– Есения, – севшим голосом позвал папа, но я не обернулась.
Вокруг нас поднялась суета, и неприятный эпизод смело ворохом коротких команд.
– Первая машина с охраной, потом невеста, мы замыкаем.
– Букет!.. Букет забыли!
– Где шампанское для ЗАГСа?
– Какого чёрта рация разрядилась?!
– Возьми запасную и не ори!
Игнорируя гвалт и суету, я шла к машине и чувствовала, как нарастает внутреннее напряжение, а вместе с ним и решимость. Мне не оставили выбора, и я собиралась сделать его сама.
Брат одобряюще сжимал мои пальцы, безмолвно поддерживая, но у машины нам пришлось разделиться.
ГЛАВА 11
Есения
Меня усадили на заднее сидение и, аккуратно разместив подол платья, закрыли дверь. Впереди сел водитель, рядом с ним брат, охрана и папа расселись в другие машины, и вскоре мы выехали с территории особняка.
Дорогу я почти не запомнила, мысленно прокручивая свои действия в предстоящем фарсе. Не истерить, быть покладистой, ждать сигнала… Легко сказать! Что за сигнал-то? Впилась обеспокоенным взглядом в брата, а он словно почувствовал. Обернулся, подмигнул и показал большой палец.
У загса нашу процессию уже ждали. Рустам в окружении нескольких друзей, отца, младшего брата и… не менее впечатляющего штата охраны. Макар просканировал эту толпу внимательным взглядом и, подхватив внушительный пакет, выскочил первым, напрочь забыв обо мне.
Рустам нашёл меня взглядом и дёрнулся помочь, но брат заступил ему дорогу и, что-то протараторив, оттеснил в сторону. Выбираясь из машины на подгибающихся ногах, я успела услышать их странный диалог.
– Привет! Я Макар, – пожимая руки жениху, его отцу и брату, разливался соловьём Макар и, выудив из пакета две бутылки шампанского и коробку с бокалами, предложил: – Мне отец не разрешил, говорит, ещё не дорос, вот я и притащил с собой.
– Нас ждут, – одёрнул его папа, но доброжелательность моего братца семейству Усмановых пришлась по душе.
– Почему бы не выпить за невесту, – рассмеялся Усманов старший и, похлопав Макара по плечу, похвалил: – Молодец. Партнёрские и семейные связи надо укреплять.
