– Королевская делегация? Здесь, в Брайарвуде?
– Да, мэм! Они будут через два дня. Остановятся в гостинице «Корона и лев». Говорят, среди них есть важные господа из самого дворца!
Эта невероятная новость стремительно распространилась по всему городку. Из окна пекарни было видно, как люди собираются группами, оживлённо обсуждая предстоящий визит. Весь Брайарвуд пришёл в движение: женщины доставали нарядные платья, мужчины подметали улицы, лавочники готовили свои самые лучшие товары.
– Почему все так волнуются? – спросила я у мамы. – Это просто сборщики налогов, разве нет?
Она покачала головой.
– Королевская делегация приезжает в маленькие города не только за налогами. Они оценивают состояние дел, докладывают в столицу. От их впечатлений может зависеть, получит ли Брайарвуд новый мост через реку или разрешение на расширение рынка. А ещё, – добавила она тише, – это шанс показать товар лицом. Если кто-то из важных господ оценит работу местных ремесленников, может последовать заказ от самого двора. На крупную сумму.
Я задумалась. Это была возможность не только для городка в целом, но и для дельцов, наподобие нас с мамой. Если бы мне удалось привлечь внимание высокопоставленных лиц своей выпечкой, это могло бы изменить наше будущее.
– Мама, а «Корона и лев» уже заказал хлеб для этих гостей? – спросила я как бы между прочим.
Маргарет грустно покачала головой.
– Обычно они заказывают у Джонсонов. С тех пор, как Джонсоны поселились здесь, они считают нашу выпечку недостаточно хорошей для важных господ.
– Но теперь всё изменилось, – я выпрямилась, чувствуя прилив решимости. – Наши новые булочки и хлеб нравятся людям больше, чем у Джонсонов. Нужно поговорить с хозяином гостиницы напрямую.
Маргарет посмотрела на меня так, словно я предложила полететь на луну. Или у меня вдруг выросла вторая голова.
– Мистер Уэллс не станет нас даже слушать.
– Тогда мы не будем просить, – ответила я с улыбкой. – Мы заставим его захотеть приобрести нашу выпечку. У меня есть идея.
Остаток дня я провела, перебирая скудный запас специй и ингредиентов. Всем моим существом овладел профессиональный азарт – создать нечто особенное, чего никогда не пробовали в Брайарвуде. Что-то, способное произвести впечатление даже на искушённых столичных гостей.
К вечеру план созрел. Я приготовлю сырные лепёшки с травами, нечто среднее между фокаччей и хачапури, адаптированное под местные ингредиенты. В моём времени подобные закуски пользовались огромным успехом.
– Утром сходим на рынок за свежим сыром и зеленью, – сказала я Маргарет. – И попросим у мясника немного сала для теста.
На её лице отразилось сомнение, но спорить она не стала. За прошедшие дни женщина начала доверять моим кулинарным экспериментам.
Ночью мне снова снился странный сон. Я видела своё настоящее тело в больничной палате, окружённое медицинской аппаратурой. Рядом стоял Винт с букетом цветов и виноватым выражением лица. Сон был таким реалистичным, что я проснулась в холодном поту. Что это было? Видение того, что происходит с моим телом в другом мире? Если это так, значит, я в коме. Ощущения от подобной мысли были крайне неприятными.
Утром мы отправились на рынок. Брайарвуд преобразился: улицы подметены, даже старая ратуша выглядела праздничнее благодаря флагам и гирляндам, которые на неё нацепили.
У сыродела я выбрала самый твёрдый сыр, какой только смогла найти, похожий на молодой чеддер. На травяном прилавке приобрела сушёный тимьян и немного лаванды – не идеальная замена розмарину, но для местной публики экзотика. Мясник продал нам свежее топлёное сало – разумеется, не оливковое масло, но тесто с ним получится сочным.
Вернувшись в пекарню, я приступила к работе. Замесила тесто на улучшенной опаре с добавлением жира, раскатала плоские лепёшки, сделала в них углубления пальцами, как в настоящей фокачче. Затем щедро смазала поверхность салом, посыпала тёртым сыром, солью и травами.
Когда первая партия начала печься, помещение наполнилось восхитительным ароматом. Маргарет, до сих пор наблюдавшая за моими манипуляциями со скептическим выражением лица, не смогла сдержать восторга:
– Боже мой, как же вкусно пахнет! Что это?
– В некоторых странах это называют фокаччей, – ответила я, вынимая первую партию из печи. – Это особый хлеб с начинкой.
– Фока… что? – женщина нахмурилась. – Никогда о таком не слышала.
Я мысленно отругала себя. Нужно было помнить, что нахожусь в альтернативной Англии. Здесь даже география могла отличаться от привычной мне.
– Это просто сырные лепёшки, – быстро поправилась я. – Старинный рецепт, я читала о нём в одной книге.
Маргарет не стала допытываться, её внимание поглотил аромат выпечки. Она осторожно отломила кусочек лепёшки и попробовала.
– Невероятно! – глаза её расширились от удивления. – Это совсем не похоже на обычный хлеб. Но боюсь, мистеру Уэллсу такое не понравится. Он консервативен в еде.
– Значит, нужно дать ему попробовать, не говоря, что это такое, – я улыбнулась. – Завтра утром отнесу несколько лепёшек прямо к завтраку в гостиницу. Думаю, постояльцы оценят.
Мы продолжили работать весь день, создавая достаточный запас для завтрашней презентации. К вечеру, когда последняя партия остывала на решётках, в пекарню неожиданно зашла Эдит. На этот раз она не стала ждать приглашения и подошла прямо ко мне.
– Нам нужно поговорить, – сказала она без предисловий. – Наедине.
Я переглянулась с Маргарет, та пожала плечами.
– Я закончу здесь сама, – сказала она. – Иди, если хочешь.
Эдит вывела меня из пекарни и повела через городок к своему маленькому домику, окружённому огородом из лекарственных трав. Внутри было темно и пахло сушёными растениями. Старуха зажгла лампу и указала мне на стул.
– Ты не Уитни, – сказала она напрямик. – Кто ты?
У меня перехватило дыхание. Она знала! Но как?
– Я…– начала я, не зная, стоит ли говорить правду.
– Не утруждайся отрицанием, – перебила Эдит. – Я вижу это так же ясно, как вижу тебя. Другая душа в теле Уитни. Издалека пришедшая. Из другого времени.
Я решила рискнуть.
– Меня зовут Елизавета. Я из Москвы, из 2023 года. Я работала су-шефом, то есть поваром в ресторане. Потеряла сознание на работе и очнулась здесь, в теле Уитни.
Эдит кивнула, словно я лишь подтвердила её догадки.
– Так я и думала. Путешественница между мирами. Такое случается раз в столетие, не чаще.
– Вы знаете, почему это произошло? – я подалась вперёд. – И как мне вернуться в своё тело?
Эдит долго молчала, разглядывая меня пронзительными глазами.
– Случайностей не бывает, Елизавета из Москвы. Если ты здесь, значит, так должно быть. У тебя есть задача в этом мире, как и у Уитни в твоём.
– Уитни в моём теле? – я почувствовала странную смесь облегчения и тревоги. – Она жива?
– Конечно, – кивнула старуха. – Ваши души поменялись местами. Она сейчас проживает твою жизнь, как ты – её.
Это объясняло мой сон. Тело в больнице могло быть в коме, и душа Уитни была в нём, возможно, она уже очнулась.
– Но почему? – я всё ещё не понимала. – Зачем понадобилось менять нас местами?
Эдит поднялась и подошла к старинному комоду, откуда достала потрёпанную книгу.
– В древних текстах говорится о таких обменах, – сказала она, перелистывая пожелтевшие страницы. – Обычно это происходит, когда две души страстно желают изменить свою судьбу в один и тот же момент. Уитни была несчастна здесь, она мечтала о другой жизни, о приключениях, о большом мире, о прекрасном рыцаре. А ты? Чего ты хотела в момент перехода?
Я задумалась, вспоминая тот день на кухне. Что я чувствовала, когда Винт испортил мой соус?
– Я хотела, чтобы мой талант признали, – тихо сказала я. – Чтобы меня ценили за мои способности, а не использовали.
Эдит улыбнулась понимающе:
– Вот видишь. Два сильных желания совпали, и произошёл обмен. Теперь Уитни получила шанс увидеть большой мир, а ты – возможность творить и получать признание.
– Но я хочу вернуться, – возразила я. – У меня там жизнь, работа, друзья…
– Возможно, это произойдёт, – кивнула Эдит. – Когда каждая из вас выполнит свою задачу в новом мире. Или если обе решите вернуться. Но пока… наслаждайся пребыванием здесь. Используй свой талант.
Я хотела расспросить её подробнее, но в этот момент с улицы донеслись звуки: топот копыт, голоса, звон упряжи.
– Королевская делегация прибыла раньше, – удивлённо сказала Эдит, выглядывая в окно. – Они должны были приехать только завтра.
Я вскочила. Мои сырные лепёшки! Мой план покорить гостиницу ещё до приезда важных гостей!
– Мне нужно идти, – я поднялась. – Спасибо за информацию, Эдит. Я ещё приду к вам с вопросами.
Старуха кивнула.
– Иди. Твоя судьба ждёт тебя, Елизавета из Москвы.
Я бросилась в пекарню, где застала растерянную Маргарет.
– Они приехали! – воскликнула она. – Целый караван карет! И все остановились в «Короне и льве»!
– Отлично, – решительно сказала я. – Значит, наш план начинается прямо сейчас. Заверни две дюжины лепёшек, я отнесу их в гостиницу.
Мама послушно завернула горячую выпечку в чистые полотенца, и я, подхватив корзину, поспешила к гостинице. На улицах царило оживление: люди выглядывали из окон, дети бегали вокруг, разглядывая богато украшенные экипажи у гостиницы. «Корона и лев» сияла десятками огней, несмотря на ранний вечер.
Я проскользнула через заднюю дверь прямо на кухню. Повара и прислуга суетились, готовясь к ужину для важных гостей. Мистер Уэллс, краснолицый хозяин гостиницы, раздавал указания во все стороны.
– Что тебе здесь нужно, девочка? – грубо спросил он, заметив меня. – Мы заняты!
– Я принесла угощение для гостей, – спокойно ответила я, снимая полотенце с корзины. – Сырные лепёшки из пекарни Браунов.
– Мы заказали хлеб у Джонсонов, – нахмурился Уэллс. – Нам не нужно…
Но аромат свежеиспечённых лепёшек уже распространился по кухне, привлекая внимание поваров и слуг. Один из них, модно и дорого одетый молодой человек, явно не из местных, подошёл ближе.
– Чем это так восхитительно пахнет? – спросил он, принюхиваясь.
– Сырные лепёшки с травами, – я протянула ему одну. – Попробуйте.
Парень откусил кусочек, и его глаза расширились от удивления и удовольствия.
– Боже мой, это великолепно! – воскликнул он. – сэр Генри должен это попробовать!
Молодого человека звали Тобби Магауэр, как потом я узнала, он являлся дегустатором и проверял еду на качество, и всегда сопровождал делегацию.
Не успел мистер Уэллс возразить, как молодой человек выбежал из кухни. Через несколько минут он вернулся в сопровождении элегантно одетого мужчины лет тридцати.
– Вот, господин! Это у неё умопомрачительные лепёшки!
Джентльмен, небрежно кивнув мне, взял предложенную выпечку и осторожно откусил. Его лицо сначала вытянулось в искреннем удивление, а потом разгладилось от удовольствия.
– Восхитительно, – произнёс он. – Никогда не пробовал ничего подобного в провинции. Это действительно вы приготовили?
И ястребом уставился мне в глаза. Я сделала неловкий реверанс.
– Уитни Браун, мистер Стюарт. Из пекарни на Церковной улице.
Генри окинул меня еще одним оценивающим взглядом.
– Мисс Браун, ваши лепёшки восхитительны. Что вы в них добавили?
– Сыр местного производства, тимьян и секретный ингредиент, сэр, – ответила я, стараясь говорить уверенно. – Именно он придаёт хлебу особый аромат.
– Понятно… Значит, не скажете, что это за ингредиент?
Я отрицательно покачала головой.
– Ваше право, – спокойно кивнул он. – Мистер Уэллс, я хотел бы, чтобы эти лепёшки подали к ужину. И закажите их на завтрак.
Хозяин гостиницы побагровел, но не посмел возразить.
– Конечно, мистер Стюарт. Как пожелаете.
Когда важный гость удалился, мистер Уэллс повернулся ко мне с кислой миной.
– Сколько ты хочешь за эти… лепёшки?
Я назвала цену – сознательно выше обычной для хлеба, но всё ещё разумную. Хозяин поморщился, но кивнул.
– Хорошо. И принеси ещё три дюжины к завтраку.
Я возвращалась в пекарню, чувствуя, как внутри растёт воодушевление. План сработал даже лучше, чем я ожидала. Мои лепёшки оценил сам мистер Стюарт – явно важная персона в королевской делегации.
Но самое интересное ждало меня на следующее утро. Едва мы открыли пекарню, как колокольчик над дверью зазвенел, и вошёл тот самый сэр Генри.
– Мисс Браун, – поприветствовал он меня с улыбкой. – Ваши лепёшки произвели фурор за ужином. Лорд Деррингтон особо отметил их вкус.
