Читать «Графиня Леваньер. Тайна живой стали – 2» — Айлин Лин онлайн
Страница 2 из 9
Магия в его венах дрогнула, отозвалась на далёкий зов. Архин Велан резко вынырнул из полудрёмы, распахнул глаза и приказал:
– Стоять!
Выйдя из экипажа, древний колдун поглядел на восток и через несколько ударов сердца увидел свет, устремившийся к хмурому небу.
– Солнце, – выдохнул Велан, благоговейно смотря на всё расширявшуюся прореху в серой Пелене.
Солнечный свет озарил крохотный участок далёкой от них территории.
Немногочисленные спутники архина в ужасе забормотали молитвы и заклинания от злых духов.
Архин Велан медленно опустился на колени. Но он не молился. По его иссохшему лицу текли слёзы.
Его девочка. Его Гвендолин. Она не просто пробудила силу. Она разорвала саму ткань проклятия, тяготевшего над миром. Его последний путь обрёл ещё больший смысл.
– Господин, – дрожащим голосом позвал Рарок, – что это означает?
– Это означает, друг мой, – тихо ответил Велан, не отрывая взгляда от солнечных лучей, – что время Пелены подходит к концу. Моя внучка открыла врата. Теперь свет вернётся в этот мир, хочет того мир или нет.
***
Дыра в небе затянулась через час и пятнадцать минут, но этого времени хватило. «Ловец света» зарядился до предела, и я вместе с ним.
Я чувствовала такую силу, о которой раньше и мечтать не смела.
Спустившись с башни, закуталась в плащ, принесённый сэром Риком. Его руки, часть лица были покрыты ожогами, но он не жаловался. В глазах мужчины читались восхищение и что-то большее… Понимание того, что мир изменился навсегда.
– Миледи, – тихо сказал он, – весь замок видел чудо. Люди говорят, что вы посланница небес.
– Нет, сэр, – ответила я, бережно взяла его широкие, сильные, покрытые мозолями, ладони в свои, и приступила к лечению. Ожоги, не прошло и минуты, стремительно затянулись, безобразные шрамы исчезли. Я отпустила руки Стального и посмотрела на снова ставшее серым небо. – Я всего лишь открыла окно. Но окон будет больше. Много больше. Обещаю. И в итоге Пелена исчезнет насовсем. Это произойдёт не завтра, но я постараюсь, чтобы как можно быстрее.
Глава 2
Первый месяц зимы набирал силу: за стенами завывал свирепый ветер, становясь ещё злее и беспощаднее. Даже в отапливаемом кабинете чувствовалось дыхание суровых морозов.
Прошло два дня после чуда с солнцем я, по обыкновению, сидела в своём кабинете, изучая донесения о состоянии земель и размышляя о новых проектах защиты графства. Теперь, когда мой энергетический запас составлял 100%, передо мной открывались невиданные ранее возможности.
Наниты подсчитали: для нормального функционирования организма мне требовалось не более 5% от общего запаса. На грядущую битву с кочевниками стоило заложить 25–30% – противник будет серьёзным, и экономить здесь нельзя. Ещё 10% следовало держать как неприкосновенный резерв на случай непредвиденных обстоятельств. Это означало, что примерно 55–60% энергии я могла направить на инженерные проекты и защитные сооружения.
60% от полного заряда нанороботов – это была значительная мощь! Достаточная для создания системы энергетических барьеров вдоль границ, строительства нескольких автоматических защитных башен или масштабной модернизации укреплений замка с использованием технологий будущего, питающихся напрямую от Ловца через энергетические передатчики.
Правда, такая система потребует постоянной подзарядки: в мирное время около 8% в день, а в боевом режиме – до 30%. При полном заряде он мог пробить Завесу, потратив 70% энергии, а оставшиеся 30% плюс поглощённый свет позволили бы ему снова зарядиться до 100%. Теоретически я могла устраивать такие солнечные окна хоть каждый день! Учитывая, что пробить Завесу можно, только когда солнце в зените (раз в день), придётся точно планировать прорывы.
Единственным ограничением являлась нагрузка на мой собственный организм: каждая активация установки требовала импульса из моих личных резервов, а процесс пробития Пелены создавал колоссальный стресс для органов и тканей. Каждый раз подвергать сердце такой нагрузке было опасно. Наниты выдержат любую перегрузку, но моё биологическое тело не справится с частыми перенапряжениями.
Я нахмурилась, прикусив губу. Что-то зудело на краю сознания. Есть ведь иной путь…
И тут меня озарило!
Если я доработаю Ловца и добавлю автономный режим пробития Пелены, то не придётся тратить 15% личных резервов на каждую активацию. Это сэкономит массу энергии и времени.
А вот когда вековая завеса окончательно развеется… тогда всё изменится. Солнечный свет станет доступен естественным образом, без принуждения и насилия над организмом. Наниты смогут питаться пассивно, как растения под солнцем, а я обрету истинную силу без риска для здоровья.
Я набросала план первоочередных проектов:
Первая очередь (20% энергии): система раннего предупреждения с сенсорными башнями вдоль границ; энергетические передатчики от Ловца к ключевым точкам обороны; модернизация существующих укреплений замка.
Необходимые материалы: железо для каркасов башен, медь для энергетических контуров, камень для фундаментов.
Вторая очередь (25% энергии): сеть автоматических защитных башен на подступах к Грейстоуну; укреплённые заставы в стратегически важных точках; энергетические барьеры вдоль самых уязвимых участков границы.
Дополнительно потребуется: больше железа, серебро для точных контуров, работа кузнецов и каменотёсов.
Третья очередь (15% энергии): локальный энергетический щит над центральной частью Грейстоуна; резервные системы питания и управления; автономный режим для Ловца.
Понадобятся: кристаллы для усиления энергии (если найдутся), лучшие мастера для тонкой работы.
Всего 60% по расчётам. Система будет развёртываться поэтапно, каждую фазу усиливать предыдущей. А ежедневная подзарядка Ловца через солнечные окна обеспечит бесперебойную работу всей обороны.
Наниты могут творить чудеса инженерии, но им нужна материальная основа. Хорошо, что железные копи у Серого леса и каменоломня всё ещё функционируют. Но придётся кардинально изменить их работу: увеличить добычу, временно прекратить продажи металла на сторону и направить всё железо на оборонительные нужды. Дополнительно понадобятся медь и серебро для энергетических контуров, их закупим у торговцев.
Размышления прервал стук в дверь.
– Миледи, – вошёл капитан Торбен, коротко поклонившись, доложил: – Во дворе гости. Приехала карета с небольшой охраной. Старик просит аудиенции, говорит, что он… давний друг вашей матери.
Я отложила исписанный и изрисованный пергамент. Друзей у мамы вроде как не было. В этом королевстве.
– Как он выглядит? – спросила я, поднимаясь.
– Пожилой, слабый. Едва стоит на ногах. Но… – Торбен замялся. – Глаза у него такие же, как у вас, миледи. Зелёные.
Сердце ёкнуло. Я почти бегом сорвалась и бросилась вон из кабинета. Всё внутри меня дрожало от предчувствия чего-то важного, что вот-вот произойдёт. Откуда взялось это ощущение? Мало ли по земле ходит людей с зелёными глазами? Сотни, тысячи.
Старик стоял в главной зале, тяжело опираясь на резную чёрную трость. Смотрел он на противоположную стену туда, где горел большой камин. Его профиль, несмотря на солидный возраст, сохранил чёткость: нос прямой, чуть загнутый книзу, как у хищной птицы, насупленные кустистые белые брови, высокие острые скулы, обтянутые жёлтой кожей, волосы седые-седые. Серебристая, жидкая борода, заплетённая в тонкую косичку.
На первый взгляд обычный, просто очень старый человек.
Но когда он повернул голову в мою сторону, я резко остановилась, будто налетела на невидимую стену.
Эти глаза. Изумрудно-зелёные, точь-в-точь как у меня. И они едва-едва, но всё же сияли.
Я стояла, не в силах произнести ни слова.
Нанороботы мгновенно провели сканирование:
«У субъекта обнаружены критически низкие жизненные показатели: пульс 45 уд/мин, температура тела 35.2°C, признаки полиорганной недостаточности. Зафиксированы аномальные биоэлектрические поля, превышающие человеческую норму в 15 раз. Энергетическое излучение нестандартного спектра – вероятность генетических модификаций 87%. Организм демонстрирует признаки расширенных биологических возможностей. Для полной диагностики требуется физический контакт».
– Кто вы? – непослушными губами выдохнула я, хотя диагностика нанитов уже частично ответила на этот вопрос.
Неожиданный гость являлся генетически модифицированным человеком со сверхспособностями. Умирающий маг.
– Я архин Велан, Гвендолин, – негромко ответил он, медленно повернувшись ко мне. Наши взгляды встретились. В его изумрудных необыкновенных мелькнуло что-то неописуемо нежное.
– Твой прадедушка.
– Прадедушка? – оторопела я, чувствуя, как подкашиваются ноги. Давно меня так не шокировали вести. – Н-но… как?
Я, как сомнамбула, медленно подошла ближе, буквально вцепившись взором в его морщинистое лицо. Кожа почти прозрачная. Губы синеватые. Глаза запавшие, но всё ещё живые, полные ума и… печали.
– Так много лет и вы не удосужились ни разу поинтересоваться о том, как поживает внучка и её дочка? – сказала я то, что лежало на сердце, не удержав обиду. – Что же вас привело сюда сейчас?
Архин тяжело вздохнул, его плечи поникли ещё больше.
– Потому что я не мог уйти, – тихо ответил он, голос его дрожал от усталости. – Я хранитель магической реки. Пять десятков лет я был заперт в ритуале очищения её вод. Она была отравлена тёмной силой, той, что осталась после войны, и, если бы я прервал процесс, яд убил бы драгоценную жилу.
– Пятьдесят? – ошеломлённо повторила я. Услышанное отодвинуло накатившую обиду за предательство на второй план. – Без перерыва?
– Ни на час, – кивнул он. – Ритуал требовал постоянного присутствия. Никто не мог войти: защитные барьеры убили бы любого. Каждый день высасывал из меня жизнь, но я не мог позволить себе остановить процесс.
Его голос становился всё слабее.
– И только, когда закончил, смог принять слуг, рассказавших мне обо всём, что я пропустил, пока был заперт в своём долге… – он болезненно сглотнул.
Я молчала, потрясённая. Смогла бы я так? Жертвовать собой во благо других в течение стольких лет? Во тьме, без права выйти наружу, без шанса вдохнуть полной грудью чистый воздух, поговорить с друзьями… Ответ пришёл сразу же: если понадобится, да, смогла бы.
– Они рассказали о том, что моя Исо сбежала с принцем, о том, что он погиб, а она вдруг влюбилась в твоего отца, графа Леваньер. О том, что умерла родами. О том, что ты выросла сиротой при живом родителе. О том, какой ужас творился в твоей жизни, как родной отец позволял всем и каждому тебя унижать. И вот этого я уже ни понять ни оправдать не смог.
Что-то в его словах царапнуло сознание, но я, растерянная, не могла уловить, что именно не так. Ладно, обдумаю всё немного позже, после того, как успокоюсь.
– И всё равно опоздал, – горько усмехнувшись, добавил он. – Почти все дорогие мне люди умерли, пока я спасал чужих. Но осталась ты. И я должен передать тебе знания, пока ещё могу говорить.
Глава 3
Я смотрела на измождённого старика, и сердце сжималось от жалости. Какими бы ни были обстоятельства, сейчас передо мной, едва держась на ногах, стоял умирающий человек, и пренебречь его болью я не могла.
– Архин Велан, – мягко начала я.
– Дедушка, – в тон поправил он меня. Я несколько напряглась и, упрямо вскинув подбородок, с нажимом повторила:
– Архин Велан, прошу вас, будьте гостем в моём доме. Вас устроят в уютных покоях, принесут горячий обед. А потом, когда вы немного отдохнёте, мы с вами поговорим.
Я посмотрела на свою экономку, всё это время молча стоявшую неподалёку:
– Элла, размести архина Велана в лучших гостевых покоях. Тех, что в Восточном крыле, рядом с моими комнатами. Там теплее и тише.
– Слушаюсь, госпожа, – сделала короткий книксен женщина, стараясь скрыть обуревающее её любопытство.
Я на мгновение задумалась, что ещё может понадобиться человеку в его состоянии?
– Пошлите за мастером Альдрином, пусть прихватит с собой все лечебные настойки, что у него есть. Приготовьте лёгкую пищу. Отдельно позаботьтесь о людях, прибывших с архином.
– Будет исполнено, госпожа, – экономка ещё раз поклонилась.
Пока я отдавала распоряжения, Велан просто стоял и молча слушал. В его зелёных глазах мерцала благодарность и… улыбка?
– Ты очень добра, Гвендолин, – просипел он. – Совсем как твоя мама.
– Отдыхайте, – я осторожно взяла его под руку, чувствуя, как он весь дрожит от усталости. – Всё остальное может подождать. Главное сейчас – восстановить силы.
– Времени у меня мало. Слишком мало. Но… – он слабо улыбнулся, – раз уж ты настаиваешь, несколько часов отдыха не помешают. А потом мы поговорим.
Вскоре в зал вошли ещё две служанки. Они бережно помогли старику подняться по лестнице в восточное крыло. Я шагала впереди, как хозяйке дома мне полагалось провести высокого гостя в отведённые для него покои лично. Пока шли, я думала…
Мама сбежала с принцем. Итере-е-есно. Потом вышла замуж за наследника Леваньер. Тоже весьма интригующее. Где-то между всем этим таится некий секрет. Вопрос, а хочу ли я его раскрыть?
Пока нет.
Дверь в комнату распахнулась, и мы вошли в большое помещение, согретое теплом, идущим из ярко горевшего камина.
– Здесь вы сможете отдохнуть, – сказала я, глядя, как служанки помогают старику сесть на край кровати. – Если что-то понадобится, потяните за вот эту верёвку, слуги тут же придут.
– Благодарю. Я знал, что из тебя вырастет удивительная женщина. Жаль только, что не был рядом, чтобы увидеть это своими глазами.
В его голосе звучала такая боль, что я почувствовала, как к горлу подступает комок.
– Дай мне немного времени, Гвендолин. Я должен привести мысли в порядок, вспомнить всё, что нужно тебе передать.
– Отдыхайте, архин Велан. Отоспитесь, как следует.
Я вышла из покоев, мягко прикрыв за собой дверь. В коридоре меня ждал Чёрный Волк.
– Миледи, – сказал он вполголоса, – я выставил дополнительную охрану, как вы и велели. Но я не думаю, что нам угрожает опасность.
Мы молча дошли до моего кабинета. На столе стопкой лежали планы оборонительных сооружений.
Но мысли о прадеде, что вот так, будто из воздуха, соткался на пороге моего дома, не давали покоя. В голове роились мысли, самые разные.
– Ваш дедушка – маг, – нарушил тишину Волк, – точнее был им.
– А какого направления?
– Насколько могу судить из всего услышанного, он маг света, – негромко ответил мужчина. – Только они могут чистить воду в магических реках.
– Ясно, – вздохнула я.
– Теперь я понимаю природу вашей силы, – добавил он, пронзительно на меня поглядев.
«Навряд ли», – подумалось мне, но я промолчала.