Страница 3 из 3
Потому что если говорить об Исследовательском Институте Юры, то не сравнить. Я там была пару раз. Это очень помпезное здание с башенками. Немного безвкусное, но кто ж меня спросит?
Юра о секретности заботится особенно тщательно: внутри куча охраны и сигнализация. В само здание можно зайти можно только по пропуску, который выписывают по предварительной заявке, поданной дня за три. И каждую заявку просматривает сам Юра. Плюс все двери с электронным замком, срабатывающие по отпечатку пальца. Причем дверей несколько: в коридор, в кабинет, в операционную, в какие-то отсеки… То есть например чтобы дойти до кабинета директора, необходимо преодолеть минимум три двери.
Из-за того что все такое секретное, неоднократно возникали проблемы с пожарными проверками, потому что Юра не хотел чтобы где-то висел план здания, даже эвакуации. Тут же план эвакуации висит на самом видном месте.
– Здравствуйте, Вероника Сергеевна! Очень рада вас видеть в нашем Исследовательском Институте! Даниил Олегович вас уже ждет!
Замечательно, учитывая что я пришла на пятнадцать минут раньше…
– Здравствуйте, я тоже очень рада, – киваю, стараясь отвечать в той же тональности. Мы поднимаемся на второй этаж, секретарь подводит меня к кабинету с блестящей табличкой.
– У нас прямо беда с лаборантами, трудно найти хорошего специалиста!
Мы заходим в кабинет секретаря, она кивает на еще одну дверь, слева:
– Я сейчас загляну к Даниилу Олеговичу. Если он готов…
Она исчезает на несколько секунд, а до меня раздает низкий мужской голос. Слов не разобрать. Секретарь возвращается довольная:
– Да, он ждет.
Девушка отходит в сторону, и я переступаю порог кабинета. Здесь холоднее на несколько градусов, но моя дрожь не из-за этого. Мне страшно, я будто преступница какая… Нет, никогда мне не приходилось делать что-то подобное. Я даже когда была ребенком, не изворачивалась, не врала… Я всегда оставалась прямолинейной. А что теперь делать?
Взять себя в руки.
– Добрый вечер, Вероника Сергеевна, – мужчина в кресле поднимается, обходит свой стол и протягивает мне руку. Я ее пожимаю. В его светло-карих глазах явное любопытство. А я прекрасно понимаю, что с обычной соискательницей Волжский себя бы так не вел.
– Добрый вечер, – киваю, улыбаясь, а он галантно отодвигает стул и приглашает меня сесть.
– Я вам приготовлю кофе. Или вы больше любите чай?
– Кофе если можно, – сглатываю.
В действиях Даниила Олеговича, в его жестах, слишком много суетливости. Кажется нервничает. И я догадываюсь почему.
Он заговаривает о погоде, пока делает кофе, потом ставит передо мной чашку с ароматным напитком и наконец садится на свое место. Воцаряется молчание. Я трогаю блюдце, отчего-то боясь поднять глаза. А Волжский буровит меня холодным взглядом.
И наконец произносит:
– И что же забыла тут законная супруга самого Юрия Давидовича Одинцова?
Глава 8. Карина
Когда Вероника со своими сумарями наконец покидает квартиру, я с наслаждением плюхаюсь на диван и вытягиваю ноги. Благодать! Теперь я хозяйка! Полная хозяйка в этой шикарной трехкомнатной квартире!
Я с блаженством прикрываю глаза. Да… Я никогда не жила в подобных условиях. Да тут антиквариата миллиона на три, не меньше! А книг сколько! И большинство из них старше ста лет! Это мне сам Юра рассказывал. При этом на кухне новая хорошая техника, и стиралка с сушилкой тоже есть. Даже паровой шкаф и фен «Дайсон»!
Только один минус, в спальне зеркало не во весь рост, что очень жаль. Но ничего, это буквально мелочь.
– Кариночка, – раздается голос Юры, – Наведи, пожалуйста, порядок на кухне, не забудь. И перестели постель. Я так устал. А вот завтра мы с тобой обязательно поговорим. И не забудь поставить суп в холодильник, чтобы он не скис. А как проснешься, проверь мои рубашки, есть ли глаженые, сейчас уже не надо, ты устала конечно после перелета…
Ну нифига себе! Я не успела еще освоиться, а Юра мне список выкатил, что я делать должна! И это я молчу про то что мы даже в ЗАГС заявление не подали. Но, с другой стороны, его тоже понять можно. Вероника вон, ушла. А женщина в доме – это женщина в доме…
Кстати!
– Мой дорогой, – говорю максимально ласково. Поднимаюсь с дивана и нежно обнимаю Юру. Он смотрит на меня, улыбаясь, но улыбаясь не особенно искренне. Похоже чувствует что я подлизываюсь. А у меня вполне себе логичный вопрос между прочим!
– Говори уже, киса.
– Я думаю, что нанять домработницу будет самым простым и логичным решением…
И, казалось бы, невинная фраза, вызывает у него такой поток негатива, что я аж отступаю назад.
– Ты, дорогая, совсем с ума сошла?! Ты хоть понимаешь, что ты говоришь?!
– А что я говорю? – хлопаю глазами, откровенно не улавливая причину такого потока негативных эмоций. Вроде бы рядовое предложение, – Юра, наше финансовое положение позволяет нанять прислугу…
– Не наше финансовое положение, а мое финансовое положение! – орет на меня. В его лице сейчас столько ненависти, что я обратно плюхаюсь на диван и на всякий случай поджимаю ноги. – Ты, моя зайка, пока что тут на птичьих правах, чтобы считать мои деньги! Это во-первых! А, во-вторых, – он понижает голос, – Здесь никогда не будет домработницы, сколько бы я ни зарабатывал.
– Но почему?
– А потому, киса, – В его голосе появляется угроза, – Я тебе объясняю первый и последний раз. И не дай бог ты после этого еще раз хоть пискнешь!
– Я слушаю, – мне жарко. Ладони мокрые, по спине катятся капли пота. Давно на меня так не орали, а уж тем более, мужчины. Самое обидное, что не был Юра таким агрессивным пока Веронику не выпер. Что же с ним происходит? Перенервничал, или и правда тема прислуги для него настолько важна?
– Тут никогда не будет постороннего человека по двум причинам: во-первых, все эти вонючие поломойки обязательно прикарманят что-то из моих статуэток, они обязательно разобьют какую-нибудь важную для меня вещь или порвут книгу!
Я киваю, хотя в голове проносится логичная мысль: а я что, этого сама не сделаю? Сделаю еще как! От души. Потому что я криворукая, и всегда ею была. С ужасом кошусь на копию скульптуры «Амур и Психея». Кажется там крыло один раз уже откалывалось. А я отколю второе.
– Я поняла, – киваю, – А какая вторая причина?
– Безопасность, Карина! Безопасность! Потому что тут, в этой квартире, хранятся очень важные документы! И еще неизвестно, что за домработница сюда явится! Это может быть и шпион.
При связке «домработница» и «шпион», я не могу удержаться и хихикаю, и тут же ловлю гневный взгляд Юры.
– Ты не понимаешь над чем смеешься! – фыркает, – Малограмотная и тупая девица. Вон, – он кивает в сторону гостиной, – сходи, возьми какую-нибудь книжку и почитай! Может хоть что-то в голове зародится.
Я сдавленно вздыхаю и поднимаюсь. Ну если он хочет чтобы я взяла какую-нибудь книгу и прочла, мне не сложно. Только пускай определится, что я должна делать в первую очередь: заниматься саморазвитием, полы мыть или рубашки гладить? Но вслух я об этом конечно не говорю, потому что знаю что будет новый виток скандала.
Я захожу в гостиную и протягиваю руку к первому попавшемуся томику. Забавная серия – переплеты из ткани с рисунком ромбиков. Но смотрится красиво. Но я не успеваю коснуться книги, как раздается вопль Юры:
– Даже не прикасайся к серии «Миссони»! Эти книги стоят целое состояние! Лимитированная коллекция, я их купил в втридорога, и это чудо! – орет как белый медведь в теплую погоду. Я-то откуда знаю что не все книги можно читать. По мне библиотека не для того существует, чтобы на корешки смотреть. Но попробуй намекнуть… – Вон там полка, с обычными, иди и читай! Тот же Стендаль и Бальзак!
– Спасибо, – цежу сквозь зубы. Юра уходит, а я ловлю себя на мысли, что начинаю слегка завидовать Веронике. Она-то теперь в этом музее жить не будет! И убирать в нем тоже. А я не представляю, как все тут делать, если Юра будет стоять надо душой и орать?
Однако следующее утро меня радует еще меньше. Потому что начинается со скандала. Юру глубоко возмутил тот факт, что я только суп и спрятала в холодильник, а со стола не убрала, посуду не помыла. И даже не встала по будильнику чтобы проверить рубашки!
А я-то надеялась на утренний секс. Я разлепляю глаза и подтягиваюсь. И слышу целый поток ругани.
– Я ненавиджу когда в квартире грязно! Иди и уберись! И готовь завтрак! А я тебе пока что напишу список правил этого дома. И не дай бог ты нарушишь хоть один пункт!
Глава 9. Юра
Пока Карина готовит, судя по запаху, яичницу с колбасой, я пишу список правил нашего дома. И параллельно думаю о том что каждое новое поколение тупее предыдущего. Уж не знаю, что на это влияет: компьютеры с интернетом, что весь мозг высасывают, или ЕГЭ, от которого глупеют даже взрослые, но факт остается фактом. Если моя первая жена была адекватной и умной, а вторая стала заметно деградировать… То любовница – просто дура дурой. Зато красивая. И смотрит на меня восторженно.
С другой стороны, несмотря на все недостатки, у молодежи есть огромнейшее достоинство: ее можно воспитать под себя. Пока девочка молоденькая, пока тупая… Делай с ней что хочешь!
Тупых воспитывать легче, правда раздражают они тоже больше.
Я до последнего думал что получится с Вероникой. Надеялся на это, но… Нет, девочка она хорошая, но из-за этого качества она мне и не подходит.
Вероника умнее нежели мои первая и вторая жена. И уж раз в пять умнее Карины. Она врач, практикующий хирург, образованная. И слушает меня, и супы какие вкусные готовит… И что самый большой плюс, из интеллигентной семьи. То есть я не боялся ни за статуэтки, ни за книги… С другой стороны, это самое паршивое: она честная. Слишком.
Я ее унизил перед тем как выгнать, но это ради ее же блага. Я пожалел Веронику, чтобы она не страдала по мне, потому что я знаю, она меня любит. И будет находить оправдание моему поступку еще много лет. А я не хочу периодически сталкиваться с плачущей девой возле подъезда. Не хочу чтобы она все ждала чтобы я разлюбил Карину и вернулся к ней. Потому что если Карина меня разочарует, то… Будет другая девочка, помоложе.
– Юра, я все приготовила, – раздается голос с кухни. Иду принимать результат. Ну и конечно же… Все черти как! Сковородка посреди стола, вокруг все надрызгано, капли, крошки. Качаю головой. Боже, сколько же предстоит работы с этой Кариной!
– Девочка моя, ты что тут устроила?
– А что я устроила? – и смотрит с искренним удивлением.
– У тебя хлеб на столе валяется!
– А где он должен быть? Не на полу же?
Боже, дай мне силы! Ну почему она настолько тупая? Хотя нет, это не тупость, это отсутствие воспитания!
– Карина, место хлеба на хлебной тарелке. Вон она, – достаю с полки и кладу туда ломтики, – Вытри стол. Далее. Сковородке место на плите, в духовке, но не на обеденном столе! Переложи все по тарелкам. Достань приборы! И не только вилки, но и ножи!
– Ножи-то зачем? – вздыхает.
– Потому что есть вилкой и ножом удобнее, нежели только вилкой! И да, ложка только для супа! – не спускаю глаз с Карины, которая стоит и кусает полные губы. Чувствует свою вину, – Я тебя знаю! Ты сейчас придумаешь яичницу есть ложкой!
– Юра, я проснулась полчаса как, а ты…
– А я объясняю тебе как вести хозяйство, чтобы мы оба были довольны и счастливы! – на самом деле не «мы оба», а я конкретно. Потому что мне для спокойствия нужно чтобы все было по правилам! А Карина судя по всему и из свиного корыта хлебать будет – не расстроится.
– Я слушаю… – кивает.
– Вот, кстати. Список. Сейчас добавлю про то как надо накрывать на стол.
Забавно, чем дольше живу, тем длиньше список. Хотя требований у меня не так уж и много, и они вообще не меняются. Но, к сожалению, как я уже говорил ранее, девушки тупеют. Как впрочем и большинство людей. С другой стороны, а так ли это плохо?
– Читай, – я протягиваю Карине несколько мелко исписанных страниц, – Можешь даже на холодильник повесить, чтобы ничего не забыть.
– Юр, а почему у Вероники такого списка не было?
– А потому, моя киса, что она в голове все держала! В голове! И да, она была гораздо умнее и воспитанней! А ты не знаешь элементарных вещей! Так что накрывай на стол как я сказал, и учи наизусть каждый пункт!
Карина бегло читает, затем смотрит на меня:
– Я не поняла пункт про салфетки. Зачем их стирать? Они же бумажные…
Я замираю на месте. Да, похоже что к каждому пункту нужно объяснение по листу «а четыре».
– Карина, не надо стирать бумажные. Надо стирать салфетки из ткани.
– А… – откашливается, – А что, на каждый день недели свое меню?
– Да, и ты должна полностью его придерживаться до моих особых распоряжений. И солянка должна быть вот такая! Как приготовила Вероника перед своим уходом!
– А рецепт есть?
– Какой еще рецепт? Берешь и делаешь!
Черт, Карина точно дура! Да любая баба должна уметь готовить солянку! Любая. Даже с улицы вытащи… Но эта все усложняет:
– Да я никогда в жизни не готовила солянку! Я понятия не имею, как ее варить! И тем более не знаю, как сделать так, чтобы она была похожа на ту, что в холодильнике!
– Экспериментируй. Ну или можешь позвонить Веронике и попросить чтобы она тебя научила! – говорю очевидную вещь, но Карина вскипает:
– Она знаешь куда меня пошлет? По какому адресу? – и вид такой злой. А ведь когда мы начали общаться только, мне казалось что это милейшая девочка!
– Это ты все на себя примеряешь! Читай все пункты.
– Господи… – снова заглядывает в списки, – Вот этот пункт, протирать полки… Чем? Что за средство?
– Там написано название. У меня мебель из массива дуба. Учитывай это. И мраморные подоконники. Не дай бог ты их испортишь! Там средства должны быть на каждый случай отдельно. А мою куртку на соболином меху весной надо обрабатывать… Конечно если ты справишься и доживешь со мной до следующей весны. В общем давай, накрывай по-человечески на стол, поедим. Потому что мне еще надо поработать. И без тебя голова болит.
Глава 10. Вероника
– И что же тут забыла законная супруга самого Юрия Давидовича Одинцова? – интересуется Волжский. Его раскатистый голос звучит так громко что, кажется, отбивается от стен кабинета. Я сжимаюсь. В моей голове возникает миллион мыслей, и первая, самая главная, звучит так: «Да кого я пытаюсь обхитрить?»
Господи, ну какая я дура! И зачем я вообще пришла сюда? Сейчас Волжский меня унизит и выгонит в три шеи. А еще, чего доброго, об этом узнает Юра с его проституткой. И все будут смеяться над моей глупостью.
Я чувствую как краснею, по спине катятся капельки пота, на лбу – испарина. Я готова плакать. Потому что отвечать как есть – это унижение. А врать я не умею.
Видя что я не отвечаю, Даниил Олегович садится напротив. Между нами – столик, совсем крохотный, для посетителей. Мы слишком близко друг к другу. Я чувствую его дыхание, его запах… Мужской, терпкий… Я невольно сглатываю. И смотрю на свои руки.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
