– Привет, – тихо-тихо сказала она, словно боясь говорить.
– Привет, – эхом отозвалась я.
– Как ты?
– Нормально. А ты?
– И я…
Она замолчала. И это молчание, что повисло между мной и первой любимой девочкой Димы, напрягало меня.
– Что ты хотела, Саша? – спросила я.
– Узнать, как ты, – вздохнула она и добавила: – Мне тоскливо. Все время вспоминаю его. Диму. Да, мы давно не общались, он всего лишь моя детская привязанность, но… Но все равно так плохо. Наверное, и тебе тоже.
Да, мне было плохо. Но я ничего не сказала. Молчала.
– Мне страшно, – вдруг произнесла Саша. – Мама опять в больнице. Папе на нас плевать. Говорят, твоя мама родит ему ребенка. Наверное, он нас совсем забудет. – В ее голосе звучала обреченность.
– Что с мамой? – спросила я.
– Не знаю. Что-то с сердцем. Она не говорит. Не хочет нас расстраивать. Но я понимаю – она что-то скрывает. Мне так страшно, Полина, – прошептала Саша. – Мне кажется, я схожу с ума. Боже, как холодно…
– Где ты? – спросила я, заподозрив неладное. Слишком уж странной была эта девчонка.
– На крыше… – призналась она, и я нервно сглотнула.
– И что ты там делаешь?
– Смотрю на звезды. Отсюда лучше видно. И город как на ладони. Тут двадцать три этажа, и вид шикарный. А мы живем на третьем. И ничего не видим, – продолжала Саша. – Знаешь, когда я смотрю на звезды, думаю, что одна из них – это Дима. Что он смотрит на меня оттуда. Со своей звезды. Видит. Слышит. Может быть, даже улыбается. Мне кажется, что, если взять разбег и прыгнуть, можно попасть на одну из звезд. – Девушка рассмеялась.
– Саша, иди домой, – вздохнула я, понимая, что она не в себе. Мало ли что ей взбредет в голову на этой самой крыше? Двадцать три этажа – это целая пропасть. Вдруг правда прыгнет?
– Не хочу. Брат притащил друзей, я не люблю, когда они у нас, – ответила Саша. – Извини, что надоедаю тебе. Я просто хотела поговорить хоть с кем-то… Пока…
– Стой! – воскликнула я. – Саша, мне тоже хочется с кем-нибудь поговорить…
Я стала нести какую-то чушь, что-то про звезды и небо, а сама поставила звонок на громкую связь и одновременно стала набирать сообщение ее брату. Благо номер этого придурка Руслана сохранился.
«Твоя сестра на крыше вашего дома. Забери ее оттуда, с ней что-то не так», – написала я ему, ни на что особенно не надеясь. Если он не ответит, мне придется идти к Андрею. Но сомневаюсь, что ему есть дело до дочери, которую он бросил.
На удивление Руслан быстро ответил мне:
«В смысле? Ты о чем?»
«Саша позвонила мне. Я разговариваю с ней по телефону. И она странная. Забери ее оттуда, пока я с ней разговариваю».
«Ок».
Руслан написал всего одно слово – две буквы. И я не понимала, действительно ли он заберет сестру, или же ему плевать. Я слушала Сашу, которая рассказывала какую-то историю о том, как они с Русланом, матерью и отцом поехали в детстве в Анапу, и не понимала, что делать дальше.
– Тогда папа казался таким хорошим, – говорила Саша. – С большим уважением и нежностью относился к маме. И баловал нас с Русиком – нам было лет по пять-шесть. Втайне от мамы он покупал нам конфеты. И…
Закончить она не успела – видимо, увидела брата.
– Ты что тут делаешь? – удивленно спросила Саша.
– Тебя ищу, – услышала я голос Руслана и выдохнула с облегчением. Пришел.
– Зачем?
– Чтобы отвести домой.
– Там твои друзья.
– Они ушли. Идем. Саша. Саша! – рявкнул Руслан. Наверное, он схватил ее за руку, и она закричала:
– Пусти меня! Пусти! Русик! Я не хочу домой, не хочу…
– Идем. Тут холодно. Замерзнешь. Не усложняй мне жизнь! Я и так на пределе. Хватит вести себя как идиотка! Все, иди ко мне.
На этом связь оборвалась, однако спустя несколько минут от Руслана пришло сообщение: «Спасибо». И ни слова больше. Не знаю, что с Сашей. Депрессия или какое-то расстройство. Но ей явно нужна помощь отца. А ее папочке плевать. Ненависть к Андрею только росла.
Я вышла из комнаты, чтобы попить воды. И когда проходила мимо полутемной гостиной, увидела маму и отчима – они сидели на диване в обнимку и смотрели какой-то фильм. Настоящая влюбленная парочка.
Когда я возвращалась обратно, услышала приглушенный голос Андрея:
– Раз ты все рассказала своей дочери, предлагаю завтра поездить по детским магазинам и присмотреть нашему сыну кроватку, коляску… Что там еще нужно малышам?
– Не рано еще? – спросила мама счастливым голосом.
– Ты ведь хочешь этого. Я знаю – хочешь. Так зачем откладывать? Возьму завтра отгул. Как тебе такой план?
– Хороший план, Андрюш!
Меня передернуло. Фразы «своей дочери» и «нашему сыну» резали слух.
Я легла в кровать. Перед сном пересматривала видео с Димой. И заснула с мыслями о нем.
Шторы в комнате я так и не распахнула – боялась увидеть, что в окнах Димы загорится свет. Мне не хотелось наблюдать за тем, как его квартира становится чужой. Сердцем я все еще находилась там.
Я находилась в прошлом.
На следующее утро я специально рано вышла из дома, чтобы не встречаться утром ни с мамой, ни с отчимом. Надела наушники и, включив плейлист, состоявший из песен любимой группы, неспешно пошла в школу. Ноябрь был серым и унылым, снега еще не было, и тоска, что застыла в холодном воздухе, разъедала душу.
В школу я пришла одной из первых. Сидела на подоконнике, погрузившись в музыку и воспоминания. Здесь я больше не чувствовала себя в безопасности. Напротив, отовсюду ждала подвоха, ведь Малина объявила войну. Однако на уроках ничего необычного не происходило. В воздухе витало напряжение. За мной наблюдали – я чувствовала это как никогда. Но все молчали. Ничего не делали. Никаких обидных слов, насмешек или издевок. Ничего. Только взгляды в спину. Их бросали в меня, словно кинжалы. Но боль от расставания с Димой была такой, что уколы от взглядов-кинжалов я не ощущала.
Все началось перед последним уроком. На перемене я пошла в туалет, пока Дилара разговаривала с учительницей по поводу отвратительно написанной контрольной работы. И только вышла из кабинки, как натолкнулась на бывшую Димы – Вику. Ту самую, которую видела когда-то на балконе его квартиры.
Собранные в высокий хвост светлые волосы, прищуренные глаза, никакого дружелюбия на лице. Она молча сунула мне записку в руки и ушла. Я с недоумением развернула ее. «Нужно поговорить в библиотеке после шестого урока. Это важно».
Ничего не понимая, я долго мыла руки под холодной водой. Что-то определенно происходит. Но что? Идти или нет? Библиотека не опасное место. Почему бы и нет?
Я вернулась в класс и снова почувствовала на себе взгляды, но стоило мне поднять глаза, как остальные опустили их. Дилара сидела на своем месте и переписывалась с кем-то. Я оставила ее одну в кабинете только потому, что знала – учительница проверяет контрольные и никуда не уйдет. При ней Малина и ее свора ничего не станут делать.
– Я пойду на свидание, – огорошила меня Дилара, едва я села рядом с ней.
– С кем? – удивилась я.
– С Ильдаром. Это сын маминой подруги. Мы с детства знакомы. Он сейчас на втором курсе в медакадемии учится. Отличник, подает надежды и все такое, – торопливо объяснила Дилара. – Кажется, я ему нравлюсь.
– А он тебе?
– Не знаю, – пожала она плечами. – На самом деле я хочу узнать у него об учебе в меде.
– Только это? – продолжала я.
– И хочу снова влюбиться, чтобы Лешу забыть, – призналась Дилара. – Я дура, да?
– Вовсе нет, – улыбнулась я и потрепала подругу по волосам. А потом поняла, что точно так же часто делал Дима.
Я перенимала его привычки. Постепенно становилась таким же, как он. И мне нравилось это. Таким образом я могла быть чуть ближе к нему.
– Любить больно. Надеюсь, у тебя получится его забыть, – сказала я. И Дилара вздохнула в ответ.
Этот Ильдар заехал за ней после школы. Оказывается, он уже водил машину – знакомые мамы Дилары тоже были людьми обеспеченными.
Проводив подругу взглядом, я вернулась в школу и пошла в библиотеку, где меня ждала Вика. Я надеялась, что это не ловушка вроде той, когда тебя зовут на разговор, а в итоге нападают, заманив в укромное местечко. В библиотеке всегда есть люди. Там поймать меня не удастся. А в школьных коридорах установлены камеры. Диларе я ничего говорить не стала. Знала, что она сорвется с этого своего свидания и пойдет со мной. Я все решу сама. А она пусть пытается забыть Леху.
Я пошла в библиотеку, в которой, казалось бы, еще недавно получила книги, которые Дима помог мне донести до квартиры. Это воспоминание было болезненным – затянулось удавкой на шее, и я начала задыхаться. Но все же сумела взять себя в руки и уверенно расправила плечи.
Библиотекарша была на месте. Она смерила меня строгим взглядом и спросила, что нужно. Я в это время заметила в читальном зале Вику – она сидела за длинным столом, лениво листая книгу. Поэтому сказала библиотекарше, что хочу поработать над домашним заданием в зале. Ученики так иногда делали – сидели в обычном читальном зале или уходили в компьютерный, где можно было занять компьютер и заходить в интернет.
Я села за тот же стол, что и Вика, только не рядом, а напротив. Она подняла на меня глаза и поджала губы.
– Ты опоздала. Я тебя уже десять минут жду.
– Что ты хочешь? – прямо спросила я.
Она вдруг захлопнула книгу. Это была энциклопедия про ведьм, и это почему-то развеселило меня.
– Я тебя ненавижу, – выдала Вика.
На моем лице появилась улыбка. Я забрала книгу и открыла ее. Забавные иллюстрации. Инквизиция.
– Ты для этого меня позвала? – спросила я, перелистывая страницы. – Чтобы поделиться чувствами? Они не взаимны. Мне на тебя плевать.
– Думаешь, самая крутая? – прошипела Вика.
– Это ты так думаешь. Не я.
– Кто ты такая? – еще больше начала закипать она. – Сначала Барс. Теперь Игорь. Ты бессмертная, что ли?
– При чем тут Игорь? – вздохнула я.
– Я знаю, что ты с ним общаешься. Вы из одного города. Друзья детства. Только его ты не получишь, детка. – Взгляд Вики горел огнем. – Второго парня ты у меня не заберешь.
Она сказала это громче, чем нужно, и библиотекарша повернулась в нашу сторону с недовольной миной на лице. Прям как кукла из «Игры в кальмара», готовая убить.
Вика тотчас замолчала.
– Ты его бросила, не помнишь? – тихо усмехнулась я. – Изменила и бросила. Теперь опять к нему прибежала? Надеюсь, Игорь послал тебя на три буквы.
– Это не твое дело, – поморщилась Вика. – В наших отношениях были временные трудности. Не смей встречаться с ним.
Идиотка. Какая же она все-таки идиотка.
– Если это все, что ты хотела мне сообщить, то я пойду.
Я встала, но Вика попросила меня сесть.
– У меня есть кое-что для тебя, – прошептала она и на всякий случай огляделась по сторонам. В читальном зале никого кроме нас и библиотекарши не было.
– Что?
– Это инсайдерская инфа. Я дам тебе ее в обмен на то, что ты отстанешь от Игоря. Я хочу к нему вернуться. Но ты не должна меня слить, Туманова.
– Договорились. Давай свою инфу, – легко согласилась я.
Вика снова оглянулась по сторонам.
– Малиновская и ее подружайки готовят кое-что. Без понятия, что именно. Но тебя хотят поймать вне школы. Так что будь осторожна. А может быть, надавят через подружку. Ту, черноволосую.
Пока она говорила, я открыла страницу с изображением шабаша. Забавное совпадение.
По рукам пробежал мороз. Вот как. Поймать вне школы.
– Малина считает, что ты ее унизила. И хочет вернуть себе титул королевы школы. Хотя, конечно, он занят мной, – улыбнулась Вика. – Имей в виду, ты в опасности.
– Поняла. Спасибо, – медленно кивнула я, переваривая информацию.
– Я об этом тебе не за спасибо рассказываю. Не смей приближаться к Игорю. Он мой.
– Думаю, Игорь сам решит, чей он. Но будь спокойна, Игорь для меня всегда будет оставаться другом детства.
Вика смерила меня подозрительным взглядом и встала из-за стола.
– Ты не скучаешь по нему? – зачем-то спросила я.
