– Хотите и вам пару советов дам, как стать богиней для своего мужика? Нужно трахать его хорошенько… Давать во все дырочки!
Меня едва не стошнило.
Внутренний мир рушился вдребезги, а я не знаю, куда себя деть от невыносимой душевной боли, и как сделать так, чтобы не болело.
Потому что я представляла Лилю и моего мужа. Голыми. Сношающимися во всех позах как животные. И как она ему радостно во все дырочки даёт, а он ей взамен после всего этого с довольным лицом пачку денег, на которые она покупает косметику, шмотки, безделушки…
* * *
– Богатенький буратино! Ничего для меня не жалеет! Даже шубку подарил!
А мне не дарил.
Значит вот куда его выручка уходила, полгода назад, пока он кормил меня ложью про то, что он сейчас много в маркетинг бизнеса вкладывает, нужно немного запастись терпением и скоро мы в отпуск на море поедем.
Это скоро так и не настало.
Да, сейчас Женя не говорит о том, что нужно меньше тратить, он стал больше зарабатывать, раза в три больше, но предложение про море как-то забылось.
Я схватилась за голову и не смогла больше сдерживать слёзы.
Было больно. Было обидно. Сердце безжалостно разрывалось на куски.
Я рассказала всё это Алле, она смотрела на меня с выпученными глазами, чтобы успокоить и поддержать, гладила мою руку.
– Охренеть… Вот это совпало! И не говори, что судьбы не существует, а случайности не случаются.
– Ненавижу его! У меня теперь такое отношение к нему, когда я всё это представляю, что они там вместе делали, просто ужас. Мне кажется, будто меня окунули в грязь. С меня целые комки грязи падают, а я никак не могу их отмыть!
– Так, только не кисни, слезами горю не поможешь. Это жизнь, девочка! Жизнь, сука, чтоб её! Нужно взять себя в руки и подумать, как ты будешь жить дальше. Ребёночка оставляем?
Киваю, хлюпая носом.
Всё, я немного успокоилась. Приняла новые жестокие реалии. Смирилась. Ничего, кроме отвращения к мужу больше не чувствую.
Теперь мне плевать на Женю, пусть катится к шаболде своей, а у меня есть смысл, ради которого я готова грызть глотки своим врагам.
– Хорошо подумала?
– Да.
У меня рука не поднимается, подписать согласие на аборт. Я неимоверно сильно люблю детей. Работая здесь, я тем более не смогу убить ребёнка. Своего. Тем более своего, которого ждала в мучительном ожидании.
Выждала паузу и добавила:
– Но я не хочу, чтобы Женя о нём знал. Тогда он меня вряд ли от себя отпустит и не согласится на развод. Наш конфликт может тянуться годами. Я не смогу такое простить. Не смогу закрыть глаза на его измену. Хотя, может он и сам будет рад разводу? Как там эта шлюшка говорила?
– Скоро мой Женечка разведётся со своей кикиморой и женится на мне… Я ему ребёночка подарю, а она – пустышка неполноценная!
– Алла, – схватив её за руку, я решительно посмотрела ей в глаза и произнесла: – Пожалуйста, помогите мне. Вы должны мне помочь! Я прошу. Я умоляю…
– Ух, доча, ты же мне как дочка! Разве я смогу пройти мимо? Что от меня требуется?
– Не пускайте ко мне мужа, ни в коем случае. Так он знает, что я беременна?
– Знает. Я рассказала, пришлось. Сказала, что кровотечение открылось на фоне стресса… И не могу дать прогнозов, получится ли сохранить плод на таком маленьком сроке, или нет.
– Скажите, что я потеряла ребёнка! Прошу, скажите!
– Ох, Зоя… Врать нехорошо. Но, в данном случае, виноват он. И он первым решил врать и обманывал тебя. Так что пусть его настигнет карма.
Алла обняла меня, а я к ней прильнула. Она и правда была мне как мама, жаль у меня не было такой мамы, как она. Моей маме было на меня плевать. Она сдала меня в интернат, а сама укатила невесть куда с очередным своим сожителем.
Потом меня забрала к себе бабушка, а потом её не стало. Теперь у меня нет родственников. Может и есть, но я не знаю о них ничего. Был только Женя. Он был всем для меня. И вот, теперь не станет и его…
Но я должна жить. Жить несмотря ни на что!
Ради крошечного человечка, который теперь растёт под моим сердцем.
– Я подготовлю документы и скажу, что плод спасти не удалось. Ты, главное, отдыхай и постарайся не нервничать. Риск ещё сохраняется, и он большой.
– Спасибо…
* * *
Дни и ночи тянулись мучительно долго, пока я проводила время в палате, соблюдая постельный режим.
Ко мне иногда заходили девочки, коллеги, проведать. Приносили еду, вещи первой необходимости, всячески меня подбадривали, узнав о моей ситуации.
От Жени я не принимала ничего! Он передавал через санитарку огромные баулы с разными вкусностями, что-то из одежды, цветы. Я даже пальцем не притронулась к его грязным подачкам, попросив санитарку отдать нуждающимся.
Его номер сразу же отправила в чёрный список, включив на телефоне «режим полёта». До этого момента ужаснулась, сколько мне пришло от него звонков и сообщений, пока меня откачивали. Но я не открыла ни единого смс. Всё одним махом удалила.
Алла Владимировна лично контролировала лечение и давала хорошие прогнозы:
– Запомни, главное – не нервничать! А остальное вылечим. Мы вытащим тебя, Зоечка, только пообещай, что больше не будешь плакать из-за этого козла!
– С одним условием – не пускайте ко мне мужа.
Бывшего. Теперь уже бывшего мужа…
До сих пор не могу поверить, что между нами всё кончено.
Шесть лет в браке, и… конец. Точка. Крах семье. Нашим совместным планам. Воспоминаниям. Будущему, которое мы с таким трепетом планировали, исходя из наших совместных целей, желаний, амбиций.
Мы хотели купить дом. Большой, уютный домик за городом. С бассейном и чудесным садом. Я мечтала нарожать Женьке детей и заботиться о них, живя в этом доме. Стать для него самой лучшей женой и мамой!
А он просто взял, и… уничтожил все наши мечты, так подло разбив мне сердце!
Глава 4
– Я делаю всё возможное, но он очень настойчив, все нервы мне уже вытрепал, я даже охрану на входе в отделение поставила. Тогда стал судом угрожать.
– Мерзавец!
От услышанного я испытала новый прилив отвращения.
Благодаря моим тёплым отношениям с начальницей, мне удалось до сих пор избегать общения с Женей. Но я не могу лежать здесь неделями. К сожалению, когда меня выпишут, я буду вновь вынуждена столкнуться с Авериным и посмотреть в глаза предателю.
Пока я находилась в изоляции, я чувствовала себя более менее комфортно, но вскоре мне предстояло выйти за пределы моей спасительной крепости и рухнуть в омерзительное болото.
Сколько же грязи на меня должно вылиться… О боже, сколько!
Я была уверена, Женя начнёт рассказывать о подробностях своей связи со стриптизёршей и её беременности. Я не готова это слушать! Мне противно. Больно. И обидно. Хочу лишь одного – развод!
Теперь, глядя на Женю, я всегда буду испытывать отвращение к этому человеку… Я не смогу с ним находится рядом. Даже, если меня весь мир будет уговаривать сохранить семью.
Всё. Поздно. Нет больше никакой семьи. Женя убил нашу любовь…
Но одного я не понимала, он что пытается меня вернуть? Он действительно думает, что после всего этого я его прощу?
Он опозорил меня на всю больницу! Вскоре, слухи побегут и по всему городу тоже.
– Не понимаю, если измена вскрылась, зачем я ему теперь нужна? Пусть катится к Лильке, женится на ней и нянчит своего нагулянного ребёнка от стриптизёрши!
– В том-то и дело, Зоя, вряд ли она ему нужна для серьёзных отношений. Так, чисто развлечься… А тут вдруг залёт!
– А что было дальше, когда я лишилась чувств? Какая реакция была у этой Лилии и Жени? – спросила я Аллу Владимировну.
– Ооо, любовница и жена оказались лицом к лицу – шок контент! Надо было видеть лицо Евгения. Я, честно, не особо помню, всё моё внимание было направлено на тебя. Но затем, когда я убедилась, что твоей жизни ничто не угрожает, вернувшись в стационар, я услышала, как Евгений спорит о чём-то с соплюшкой, а она истерит, требуя, чтобы он немедленно развёлся и женился на ней. Чем их спор закончился, не знаю, а вскоре мы выписали Лилию. Твой муж вызвал такси, они вместе сели в машину и уехали. Я всё это видела лично, из окна. Должна сказать, вёл он с ней себя заботливо. Нёс её сумки, даже галантно дверь такси открыл и помог удобно устроиться там.
Когда Алла Владимировна закончила наш диалог и вышла из палаты, я сжала кулаки и уткнулась лицом в подушку, невероятным усилием воли приказав себе больше не плакать.
Ради ребёнка…
Ради своего маленького крохи, который теперь стал моим самым главным смыслом жизни.
* * *
– Я сказала нельзя вам туда! Нельзя! Пациентка в тяжёлом состоянии!
Услышала топот за дверью и вздрогнула, открыв глаза.
Кажется я задремала, когда читала книгу, которую принесла мне одна из подруг.
Крик санитарки меня напугал. Роман Маргарет Митчелл “Унесённые ветром”, что лежал у меня на груди, с глухим хлопком плюхнулся на пол.
А далее, дверь палаты рывком распахнулась, на пороге показалась высокая, крепкая фигура…
– Оставь нас, на пять минут!
Мороз хлынул по коже, когда я услышала этот голос.
Первая реакция – я хватаю одеяло и накрываюсь им с головой, прижавшись к стене, будто мой импровизированный спасательный кокон действительно убережёт меня от влияния этого монстра.
– Зоя!
Звук его властных, тяжёлых шагов приближался. В полумраке я слышала его тяжёлое дыхание и даже, словно бешеные удары его бездушного сердца.
Или это так сильно колотилось моё?
– Не подходи ко мне! – закричала отчаянно, не оборачиваясь. – Уходи, сейчас же!
– Зоя…
Его голос внезапно прозвучал тоскливо, я ощутила каждой клеточкой своего тела, что Аверин уже находился в полушаге от меня.
– Как ты, малышка моя?
Только бы не сел рядом, только бы не сел…
Молю боженьку что есть сил!
Только бы не касался меня своими грязными руками, которыми он точно также гладил и щупал во всех местах распутную шалаву.
– Я больше не твоя малышка.
Холодно отрезала я так, что ознобом насквозь пробило, будто мы переместились на северный полюс.
Я сама замерзаю от своих слов, от того, что сейчас чувствую к Евгению.
– Мне жаль… Если бы только знала, как мне жаль!
– А мне тебя совершенно не жаль. Ты урод, Аверин. Нет слов, чтобы описать всё то, что я сейчас чувствую. Поэтому просто уходи…
– Я не знал, что ты беременна…
– БЫЛА беременна, – поправляю я колко. Поворачиваюсь. Хватаю подушку и швыряю ему в лицо. – Уходи, мерзавец! Из-за тебя, из-за твоей измены я потеряла ребёнка! У меня случился выкидыш, когда ты целовался с проституткой на моих глазах!
– Я не хотел! Она сама бросилась на меня!!!
Он меня словно бил физически, когда начинал оправдываться.
Наотмашь. По лицу. По всему телу. И опять по сердцу.
Избивал до тех пор, пока я не перестала дышать…
– Идиотские оправдания, просто уходи… Мне сейчас очень плохо…
