Страница 5 из 7
Лайм взмахом руки погасила экран, посмотрела на стоявшую в задумчивости нарфалку, длинные белоснежные ресницы которой дергались словно крылья бабочки, и молча направилась к выходу, но, открыв дверь отсека, остановилась и, не оборачиваясь, бросила:
– Не обмани его доверия…Хранительница…или кто ты там на самом деле…. Не обмани.
***
Планета почти в два раза была больше Земли и казалось, что состояла из сплошного океана и лишь внимательный взгляд мог уловить редкие полоски суши, возвышающиеся над темно-зеленым полотном его вод. Уже почти сутки «Гера» крутилась на низкой орбите под бдительным присмотром пары торкленских крайтеров, послушно ожидая разрешения на посадку и даже Эланд не могла объяснить, чем было вызвано столь долгое ожидание. Это несколько нервировало, особенно то, что помимо торкленских кораблей «Гера» засекла еще три неопознанных космолетах, идущих параллельным курсом в режиме полной невидимости. Причем несколько раз они приближались буквально на расстояние в пару десятков километров, словно бравируя своей невидимостью, однако после того как Кирилл приказал Гере подсветить их системой наведения, резко ускорились и ушли с орбиты в направлении одного из семи небольших спутников планеты. Вслед за ними и корабли федерации спешно нарастили расстояние, а затем также покинули свои посты, оставив корабль землян в гордом одиночестве. Это вызвало лишь снисходительно-саркастическую ухмылку у Геры, которая, благодаря воссоздавшим её земным инженерам, внешне оставаясь все тем же дайтанским кораблем, на самом деле теперь являлась машиной полиморфного класса, построенной по последним анклавским технологиям и даже знаменитые гантелеобразные овертрайдеры тхала не были ей равным соперником. Наверное поэтому, стоило ей чуток приоткрыть свою защиту и явить «полосующим» её тело сканерам крайтеров уровень энергии в накопителях бортовых фазеров, как те сразу всё поняли и предпочли ретироваться во избежание, так сказать, каких-либо недоразумений.
Неожиданно, но данная демонстрация силы как-то подействовала, или же просто так совпало, но буквально через полчаса пришло сообщение с координатами посадочной площадки, а еще через десять минут последовало разрешение от орбитальной диспетчерской на посадку челнока, с параметрами коридора схождения и данными глиссады.
После короткого совета было решено оставить Лайм на борту, а вниз Кир отправлялся в компании с Эланд и одной из «кошек». Кроме того, челнок должна были сопровождать пара ударных БПЛА класса «Манта», десятком которых теперь была укомплектована «Гера» и которые превращали её в некое подобие легкого авианесущего крейсера.
***
Пелена облаков резко посветлела и через мгновение распалась легкой дымкой, а под брюхом челнока понеслись малахитовые воды чужого океана, который казался бесконечным. Смотреть особо было не на что, ибо пейзаж не менялся – просто темно-зеленая колышущаяся «равнина» и лишь через полчаса полета вдали замаячила темная полоса земли, увеличиваясь с каждой секундой. БПЛА, похожие на больших морских скатов, летящих по обе стороны от челнока, тут же резко ушли вперед и вверх, превращаясь в полупрозрачные тени после чего исчезли с дополнительных радаров, работающих во всех известных диапазонах Федерации, тем не менее остававшись видимыми для земных систем.
– Ода, Сем, держите машины на отдалении, все действия строго по моей команде, поняли?
«Кошки» на экране дружно кивнули, камера на миг отдалилась, показав их сосредоточенные лица, худенькие фигурки, затянутые в черно-синие сенсокомбы, и сместилась на стоящую позади кресел блок-систем дистанционного управления Лайм.
– Подходим, – Кирилл пробежался пальцами по пиктограммам парящей перед ним панели управления. – Пока все спокойно, на сканерах ничего подозрительного.
– У нас тоже чисто, – отозвалась по другую сторону экрана Лаймалин и, взглянув прямо в невидимую камеру, добавила: – Кир, прошу, будь осторожен.
– Обещаю, – Кирилл вскинул раскрытую ладонь вверх и, ободряюще улыбнувшись хмурящейся жене, поднялся с кресла. – Всё, идем готовиться к высадке. Гера, сади нас сама.
– Хорошо, капитан.
Взвившийся в воздухе вихрь золотистых огоньков опустился в оставленное кресло превратившись в рыжеволосую девушку. Пара минут и челнок едва заметно качнулся вниз-вверх, проседая на посадочных опорах.
– Кстати, хочу добавить от себя, капитан, – Гера развернула кресло к стоящему задумчивым видом у шкафчика с вооружением Кириллу. – Я полностью солидарна с вашей женой и прошу вас поберечься. Хотя бы ради этой планеты.
Кир скосил глаза и вопросительно приподнял правую бровь.
– Просто не хотелось бы разносить её на атомы, – отчеканила та.
***
Новый мир встретил их жаркими лучами местного светила, душной, прямо-таки вязкой атмосферой, наполненной причудливыми запахами и навалившейся на плечи тяжестью в полтора раза повышенной гравитации. На землян это большого впечатления не произвело, а вод нарфалка сразу же поникла плечами, как-то сгорбилась, но заметив стоящую у края поля фигуру в белоснежной рубашке, резко выпрямилась, напустив на себя привычный безразлично-горделивый вид. Незнакомец поднял руку, явно привлекая их внимание, а затем направился навстречу: высокий, худощавый пожилой аграск, с несколько скуластым волевым лицом, чьи короткие белоснежные волосы от возраста приобрели платиновый оттенок.
– Энхок14 Таврис, – Эланд, опустилась на одно колено и почтительно склонила голову, приветствуя подошедшего. – Рада вновь увидеться с вами, наставник.
– И я рад видеть тебя, Смотрящая, -кивнул тот, проводя рукой над головой женщины, словно благословляя её этим знаком, после чего повернулся к Кириллу и неожиданно протянул руку с раскрытой ладонью для рукопожатия: – Капитан Керк, как понимаю.
– Можно и так сказать, – Кир, помедлив, пожал протянутую руку. – А вы?
– Таврис Унарс – профессор изыскания вечности Каланского Университета Внешних Познаний, насколько помню, по-вашему, это звучит как археолог.
– Развалины у побережья, – догадался Кир, вспомнив о промелькнувших во время пролета над островом остатков каких-то построек.
– И они тоже, – кивнул профессор. – Если хотите, то покажу, заодно и поговорим, думаю, вопросов у вас накопилось достаточно.
Кирилл согласно кивнул. Они прошли вдоль выложенной металлическими плитами посадочной площадке, на которой помимо их челнока приютилась еще пара, один из которых был частично разобран скорей всего для ремонта другого и, поднявшись по тропинке на довольно большой холм, остановились на небольшой, огороженной металлическими леерами, площадке, разглядывая раскинувшийся по другую его сторону раскоп, внутри которого, работала техника, суетились фигурки различных разумников.
– Форпост раумнов. Таинственная раса, мы мало что о них знаем: кто они, откуда, куда пропали, где находится их материнская планета. Каждый найденный раумский артефакт – целое событие в мире изыскателей. Тут же целое поселение…Очень, очень большие надежды.
– Развитые были?
– По некоторым данным, Федерация по сравнению с ними не больше, чем только что познавшие огонь дикари.
– Ого, – удивился Кирилл, вглядываясь в причудливые изгибы построек сгинувшего в веках чужого народа. – И что, нет никаких предположений куда пропала столь могущественная цивилизация?
– Пустые теории, – махнул рукой аграск. – Домыслы и фантазии кабинетных ученых.
– А что известно о них Хранителям?
– Поверьте, ненамного больше, – ответил Унарс, опираясь руками об ограждение. – Единственное, что могу сказать точно: когда Единство еще только начинало формироваться, народ раумов уже шел к своему закату. Правда я нашел в архивах пару свидетельств о контактах с ними, но информации мало. Впрочем, – он повернулся к Киру, на этот раз опершись о металл ограждения спиной, – это мало касается наших сегодняшних дел. Давайте не будем больше тянуть, задавайте свои вопросы, капитан, а я постараюсь на них ответить.
Кирилл бросил быстрый взгляд на Пяту, щеголявшей на этот раз в бронескафандре отчего её голова, не закрытая шлемом, на фоне массивных плеч усиленных нейроприводами смотрелась несколько комично, и девушка, подчиняясь мыслеприказу, тут же подхватила Эланд под руку и почти насильно оттащила её в сторону.
– Думаю так будет лучше, – сказал Кир, одновременно активируя вокруг себя и Унарса изоляционное поле, на миг окутавшее их туманной дымкой, а затем ставшее абсолютно прозрачным. – Лишние уши и глаза нам не к чему.
– Так нас же видно.
– Внешние наблюдатели видят лишь создаваемое ПНИПом15 изображение.
– Удобно, – усмехнулся аграск. – Однако я слышал, что у вас в ходу уже симбионт системы, а ни это…, – он взглядом указал на запястье Кирилла с закрепленной на ней пластиной интерфейса.
– С симбионтом у меня как-то не срослось, – ответил Кир, автоматически потерев лоб. – Впрочем не будем об этом, лучше скажите какое отношение Хранители имеют к тхала?
– Никакого и прямое.
– И как это понимать?
– Так как я сказал, – ответил Таврис закладывая руки за спину и не отводя глаз от раскопа. – Впрочем, поясню. Хотя, нет, сперва начнем с вопроса: как вы думаете, что на самом деле означает «тхала»?
– Насколько я помню – «Часть вечного».
Унарс кивнул.
– Можно перевести и так, хотя у этого слова есть еще одно значение и в переводе оно звучит примерно как «божок». Не Бог, а именно Божок, то есть некто наделенный властью кто возомнил себя выше всех, уверовал в свою силу, непогрешимость и чуть ли не бессмертие.
– Верно подмечено, – хмыкнул Кирилл. – Все тхала, с которыми я встречался, именно такими и были: наглые, самодовольные.
– Можно сказать, что вам повезло, – скривил губы в неком подобии усмешки аграск. – Тем не менее называть всех жителей Единства тхала – это все равно, что называть всех жителей Анклава землянами. Для примера возьмём туже Тойцу. На Энгмаре она была Вершителем, вы вполне можете назвать её «тхала», а вот для меня она – райгард семнадцатой точки влияния триста пятого узла плетения. Мелкий чиновник, или, если хотите, этакий зазнавшийся царек районного масштаба. Понимаете?
– То есть, вы выше её по званию…каплан или ентах16?
– Ни тот ни другой, – отрицательно мотнул головой Унарс. – И я не выше по званию, как бы правильно выразиться …, – он задумчиво пробарабанил пальцами по ограждению. – Скажем так, я облечен некими полномочиями, что позволяют мне влиять на их решения и даже отменять их.
– Получается вы сотрудник како-то службы контроля этого вашего Единства, – сказал Кир, становясь рядом и облокачиваясь о перила. – Вот только что это меняет? Мы, мягко говоря, не друзья и навряд ли когда ими станем, особенно учитывая, что творили ваши ребята на наших территориях. Одно не пойму, почему вы тогда помогли нам с информацией по кергарскому флоту?
– Да потому что местных тхала надо было остановить, – несколько нервно бросил Таврис. – Они заигрались, начали ломать картину Плетения, весь сектор мог рухнуть, сотни узлов в прах. А еще вы должны понять, что мы не враги и никогда ими не были, а на большей территории Единства о вас даже не знают! Все что тут происходит – это мелкий локальный конфликт, недоразумение….
– Недоразумение? – Кирилл медленно повернул голову к аграску, а его глаза недобро блеснули. – Около сорока миллионов погибших, двенадцать крупных колоний перестали существовать, постоянные набеги на границы, похищения, бесчеловечные эксперименты, попытки вмешательства во внутренние дела…. Недоразумение?
– Да поймите вы! – Унарс всплеснул руками, не обращая внимания на холодный тон собеседника и руку, дернувшуюся к висевшему на поясе бруску мономеча. – Как же мне вам объяснить!? Вы историю своей планеты знаете?
– В общих чертах…
– Вот, у вас на Земле в древности существовала некая Римская Империя которая захватила довольно обширные территории и на присоединённых территориях они ставили своих наместников наделенных всей полнотой власти, обличенных говорить от имени империи, карать и миловать, а так же собирать налоги, следить за порядком. По сути, наместники становились полноправными владыками этих земель и, пусть и с оглядкой на Рим, творили там всё что только им вздумается17. И пока в Рим шли деньги, пока захваченная область сохраняла лояльность, а для боевых действий на границах выделялись войска, Империя смотрела на происходящее в землях наместника, на его действия…как вы там говорите… через пальцы.
– Сквозь пальцы, – автоматически поправил Кир.
– Да какая разница! Смысл, я думаю, вы уловили. Пока рост Плетения идет по плану, пока прогрессирует сбор технологи и ресурсов, растет численность «открывшихся», ни один каврон18 даже не посмотрит в сторону этого узла. Главное Единство и Великий Путь, остальное неважно.
– Понятно, – сказал Кир, покосившись на разгорячившегося собеседника. – Не ясно только ваше место во всем этом.
– Мое место? Ах да, вы про Хранителей. Знаете, не все в Единстве согласны с происходящим. Есть много влиятельных разумников, которые считают, что нужен больший контроль за Узлами, нужен некий кодекс ограничивающий тхала. Увы, все обращения в Великий Эйтхал обычно заканчиваются ничем и даже разрушение девяносто седьмого Узла, спровоцировавшее принудительное выжигание целой ветви Плетения, мало что изменило.
– Выжигание ветви…, – Кир скривил губы. – Даже страшно представить, что стоит за этими словами.
– Именно то, о чем вы подумали, – бросил профессор, посмотрев на землянина холодно-равнодушным взглядом, который заставил Кирилла напрячься.
Создалось впечатление, что личность стоящего перед ним разумника неожиданно изменилась. Миг и перед ним стоит совершенно другое существо, куда более расчетливое, прозорливое и чертовски опасное. Нечто подобное случилось и на той чертовой базе, когда столкнулся с помощником тхала, тоже стопроцентное ощущение, что под личиной одного скрывался кто-то другой. Благо протонному импульсу было плевать на это…
– Вы ведь не аграск? – неожиданно для самого себя спросил Кирилл.
– Нет, – не стал отрицать ученый, голос которого стал более низким и хриплым. – Хотя, признаюсь, эта личина порядком уже ко мне приросла и нужно время, чтобы выйти из наложенной сути. Однако если вам интересно, то я даже не гуманоид и мой настоящий внешний вид, – он сделал жест пальцами словно пытаясь обхватить ими лицо, – довольно далек от того, что вы сейчас видите. Удивлены?
– Не очень. Бипластикой и у нас балуются.
– Вот как, – в глазах Унарса мелькнул огонек удивления. – И все же поймите, Единство – это не то, что вы думаете, оно куда более могущественно и развито. Ваша цивилизация даже не может представить истинной мощи…. Впрочем, сейчас не об этом…. Хотите знать кто такие Хранители, что ж…. Мятежники, повстанцы, террористы, революционеры, чиновники, контролеры…называйте как вам удобно, все это правильно и одновременно нет. Мы не идем против Плетения, ибо мы верим в правильность Пути, однако некоторые вайханы19 извращают его истинный смысл, подменяют его каким-то своим, становятся тхала, и вот таких мы по возможности наказываем.
– Да уж, две стороны одной медали, – пробормотал Кир, потирая подбородок. – Что ж, получается, что мы все же враги и лишь иногда наши интересы совпадают.
– Если вам так хочется, – дернул плечами аграск. – Хотя наша вражда – это следствие цепочек случайностей и некомпетентности некоторых агентов влияния. Поверьте, в Единстве есть множество рас, что добровольно приняли идеи Плетения без всяческих мер корректировки. А знаете почему? – он ткнул указательным пальцем в сторону раскопа. – Раумы – древняя могучая цивилизация. Мы действительно мало что знаем о них, но что нам точно известно, так это то, что именно благодаря им живы все мы.
– Что вы имеете ввиду? – спросил Кирилл, окидывая взглядом древние руины.
– Лучше один раз увидеть, – уклончиво ответил Таврис.– Для вашего корабля это не так далеко. Я дам координаты и сопровождающих. И очень надеюсь, что когда вы вернетесь, то мы станем чуть меньше врагами и чуть больше друзьями.
Глава 4
Кирилл растянулся на кровати, закинув руки за голову и бродя рассеянным взглядом по матово-белоснежным глубинам потолка. Лаймалин пристроилась рядом, лежа на животе и болтая в воздухе ногами. Развернув перед собой плоскость вирткниги, она почти с пулеметной скоростью перелистывала её страницы, лишь изредка включая визуализацию, дабы просмотреть как компьютер смоделирует героев и особо понравившиеся сцены.
– Черт, шардзым и едрён батон в одном флаконе, – бросил Кирилл, резко садясь и ероша волосы.
– Ты это о чем? – поинтересовалась Лайм, не отрывая глаз от книги.
– Об этом чертовом Хранителе, только всё больше запутал.
– А, по-моему, все в пределах расчётной парадигмы, нечто такое ведь наши аналитики и предполагали, – сказала Лайм, переворачиваясь на спину и обольстительно потягиваясь всем телом. – Другое дело, не сказал ли он то, что мы хотели услышать?
– С этими тхала ничего нельзя сказать уверенно, – усмехнулся Кир и плюхнулся обратно на кровать, притягивая к себе притворно испуганно взвизгнувшую жену.
Их руки и ноги переплелись, губы слились в поцелуе, а мгновения неутомимо слились в минуты счастья и единения, наполненные до краев негой и теми чувствами, что можно высказать лишь близостью обнаженных тел. Моменты счастья – их счастья, только их, только её…. Лайм улыбнулась, пробегая кончиками пальцев по плечу мужа, впитывая всей своей сущностью его взгляд полный восхищения и молчаливого признания и одновременно с неким испугом ощущая таящуюся где-то в его глубине усталость, словно от некогда взятого на себе непосильного груза.
– Не стоит нести на себе все бремя этого мира, – прошептала она, проводя рукой по волосам. – Поделись со мной.
– Я бы рад, но оно мое, – ответил Кирилл, перехватывая её руку и поднося к своим губам. – Однако, спасибо за предложение.
– Дурачок, – рассмеялась Лайм, вырвав руку и легонько щелкнув его по носу. – Если я с тобой, то оно уже наше.
– Вот вредина.
Кир попытался обхватить жену руками, но та ловко увернулась и, соскочив с кровати, встала по другую её сторону, уперев руки в боки, показывая кончик языка, прекрасная в своей вечно юной наготе.
– А можно и мне к вам присоединиться?
Позади Лаймалин возник вихрь золотых огоньков, быстро сформировавшийся в рыжеволосую девушку, облаченную в воздушный пеньюар, который только формально скрывал обводы её гибкого тела.
– Сгинь, призрак дома моего, – буркнула в ответ Лайм, скосив глаза.
– И не подумаю.
Гера встала напротив резко повернувшийся к ней Лаймалин, их взгляды скрестились в «гневном бою», а световые панели на потолке аж замерцали от разлившегося в воздухе напряжения. Правда продолжалось это всего пару мгновений, после чего женщины дружно прыснули от смеха, смотря на несколько озадаченного сим действием Кирилла, который в результате махнул рукой и со словами: «да ну вас в сингулярность», принялся одеваться.
– Гер, что-то срочное? – спросила Лайм протягивая руку к лежащему на прикроватной тумбе серебристому «яйцу», которое выбросив из своего нутра тонкий жгут, потекло по руке, а затем по телу, тоненькими ручейками, быстро формируя темно-синюю ткань защитного комбинезона.
– Приближаемся к указанным координатам, начали просачивание, до полного выхода из надметрики десять минут, – ответила Гера, взмахом руки облачая себя в привычные зеленые одежды.
– Что на радарах? – поинтересовался Кир, доставая из стоящей в углу сферы ратомика банку мандаринового сока.
– Обычный красный карлик, малая система из трех планет. Одна из них в зоне обитания, но судя по сканерам – каменная пустышка. Хотя видно отсюда неважно, но уже четко фиксирую одну большую, а также десяток средних и малых энергосигнатур.
– Хорошо, как полностью вывалимся «ушки на макушку» и смотреть во все стороны, не очень-то я верю этому Хранителю.
– Слушаюсь, мой капитан, – шуточно козырнула в ответ Гера, вытянувшись в струнку и, показав на прощание Лайм кончик языка, исчезла.
– Вот стервочка, – усмехнулась та и, посмотрев на мужа, спросила: – На мостик?
– Угу, – кивнул Кир, распечатывая банку. – Со мной, или опять пойдешь Эл проверять?
Лаймалин отрицательно покачала головой.
– Ни то и ни другое, пойду с девчонками позанимаюсь. Трея жаловалась на сбой в системах целеуказания, а у Таши опять с руками проблема, как бы не пришлось упаковывать её в техкапсулу и надолго.
– Все так серьезно? – нахмурился Кир, сминая опустевшую банку и отправляя её в приветливо раскрывшуюся горловину стоявшей у двери тумбы утилизатора.
