– Это же фотограф, – ахнула я, увидев мужчину с огромным агрегатом на штативе. – Хочу нашу карточку на рабочий стол.
Как ни странно, протестовать Фантик не стал. Через несколько минут я стала владелицей милой фотокарточки в наколдованной рамке. Там мы с хиэ сидели под развесистым цветущим кустом. Я – на стуле, он у меня на коленях.
– А теперь за сладостями, – скомандовала я.
– Ты собираешься потратить все свои сбережения?
– Наши сбережения, – поправила его я, – мы вместе работаем и вместе тратим. Как насчет артефактных отработок? Испорченные заготовки, из которых можно вытянуть остаточную магию…
– М-м-м, – мечтательно муркнул мой хиэ, а потом укоризненно добавил: – Это дорого.
– Мы с тобой, возможно, скоро потеряем любую возможность радоваться жизни, – напомнила я. – И тогда будет мучительно жаль бездарно сбереженных монет.
– А ты умеешь убеждать, эхи, – хмыкнул Фантик.
– Тому и радуюсь, мой хиэ, – отозвалась я.
Все сбережения мы не потратили, но зато чудесно провели остаток дня. Купили несколько кульков с артефактными отработками, орехи в меду и огромную упаковку сайбрианского чая. Он мне не очень нравился, но следовало хоть как-то показывать людям, что я скучаю по родине. Поэтому каждый понедельник я заваривала розовый чай и угощала им всех, кто не успевал отказаться!
Вечер я провела на полу в гостиной. Фантик настроил местное радио и, привалившись к моему боку, подсказывал, как правильно зачаровать браслет. Увы, у меня не было возможности полноценно научиться использовать свои способности, а потому я просто следовала за более опытным другом.
– М-м-м, угу, – подбадривал меня хиэ, – вызови вторую искру силы и проведи ею сквозь все бусины. А потом вложи эту силу в ленту. Угу, вот так.
Потом я достала потрепанную тетрадку с зарисованными колдовскими знаками и, найдя нужные, принялась выводить их магией в воздухе. Все эти знания мы с Фантиком скрупулезно собирали из газет и журналов, которые поначалу находили в мусоре.
– Вот теперь ты можешь поставить себе напоминалку на девять дел, – довольно произнес хиэ. – Кстати, такие вещи являются вполне достойными подарками. У миссис Робертс скоро день рождения, и ты вполне можешь сделать для нее такую вещицу. Главное, пусть это будет не браслет, а просто лента с тремя бусинами. Это и прилично, и ненавязчиво.
Я только угукнула. Работа выжала из меня все соки. Увы, моя сила была так спрессована в ауре, что приходилось выдирать из себя магию через боль! Конечно, через пару лет это пройдет, ведь теперь я дочь Ло-Риэ – мира, который наполнен свободной магией.
«Что приятно, лет через пятнадцать я вообще не буду представлять для темных артефакторов никакой ценности, – подумала я. – С другой стороны, вряд ли кто-то пустит на фарш супругу перво-третьего принца».
Покачав головой, я приказала себе не думать об этом. Поднялась на ноги, сходила на кухню и приготовила нам с Фантиком вечерний чай. Щедро напитала напиток хиэ своей магией и устроилась на подоконнике. Лория, столица Ло-Риэ, затихала. Фонарщики вышли на улицы, и к краскам догорающего закатного неба добавились приятные желтые огоньки.
Допив чай, я почесала Фантика и положила перед ним браслет. Пусть сам решает, хочет ли носить мою поделку.
Устроившись в постели, я долгое время крутилась и вертелась. Сон не шел до тех пор, пока мой хиэ не запрыгнул ко мне и не устроился под боком.
– Спи, – муркнул он, и меня как будто выключило.
Правда, разбушевавшееся воображение подарило совершенно безумные сны. Там я кидалась в собственного начальника кофейными чашками. А затем, пытаясь триумфально покинуть его кабинет, вновь в него входила. Как будто дверь вела из кабинета в кабинет, что в реальном мире, конечно же, невозможно.
Проснувшись, я лишь посмеялась над своими снами. Забавным образом подсознание обыграло тот факт, что от связи с ло-Арндейлом мне не избавиться.
Хотя…
Вознеся короткую хвалу Вильхей, я вытащила из кармана монетку и загадала, что если я могу избавиться от ло-Арндейла, то выпадет «орел», а если нет, то «решка».
Вот только монетка встала на ребро. И снова. И снова. И… И затем монетка растворилась в воздухе, а меня ощутимо щелкнуло по носу.
Хм, кажется, я злоупотребила вниманием богини.
– Я просто думала, что у Несравненной Вильхей есть помощники, кои и занимаются рутиной, – проговорила я, задрав голову.
– Ты говоришь с потолком? – заинтересовался Фантик, входя на кухню.
– Нет, я сейчас пыталась погадать, и монетка исчезла.
– Надеюсь, ты потратила свои три вопроса правильно, – зевнул хиэ, – но я думал, что ты посоветуешься со мной.
Посмотрев на хиэ, что лапками раскрыл кулек с артефактными отработками, я шипящим голосом уточнила:
– Какие такие три вопроса?! А откуда мне было знать, что…
– Божественный альманах. – Фантик ткнул когтем в книгу, которая уже давно прописалась на кухонном подоконнике. – Божественный, шерт его побери, альманах. Я просил, ныл, скулил и умолял выучить его от корки до корки.
Почувствовав себя идиоткой, я тяжело вздохнула и принялась готовить завтрак. Хиэ, правда, от своей порции овсянки отказался: он предпочел остатки вчерашних вкуснях.
– Так и все же, на что ты потратила свои вопросы?
– Хотела узнать, получится ли избавиться от истинной связи, – вздохнула я. – Пойми меня правильно, я не отрицаю традиции моей новой родины. Но прошло слишком мало времени! Мне тяжело смириться с мыслью, что нового мужа мне выбрали боги.
– Скорее магия, – хиэ гибко потянулся, – и совпадение аур.
– Только жить мне с человеком, а не с его аурой! Хотя в случае ло-Арндейла – с дуэньей и детьми, без мужа, ауры и какой-либо прогрессивной надежды впереди, – буркнула я.
– А вот поэтому мы и будем очень осторожны, – серьезно сказал хиэ. – Ближайшие пару недель будет тишина: истинная могла обнаружиться в любом уголке Ло-Риэ. А значит, люди короля будут ждать, пока девица объявится сама. Искать начнут ближе к истечению месяца.
– За это время нужно найти способ… Погоди, а я могу просто отказаться выходить замуж и вот это вот все.
Фантик посмотрел на меня как на дурочку:
– Можешь, кто ж тебе запретит. Вот только с работы нас выкинут, из квартиры выставят и никуда больше не возьмут. Уж поверь, бывали и такие случаи. Один или два раза, но все такие происшествия заканчивались свадебкой.
– Как романтично, – буркнула я. – Аж сердечко замирает от полноты и широты предстоящего счастья.
С другой стороны, мы с Фантиком выбирались и из худших ситуаций. Мы вышли из королевского парка, который прочесывали боевые маги Бинсара. Мы выжили на улицах Лории без единой монетки в кармане. Мы смогли получить работу в Департаменте Дознавателей!
«Но за это, думаю, стоит вознести хвалу Своенравной Вильхей, – подумала я. – Богиня была щедра ко мне и до того, как я стала ее последовательницей».
Ровно в эту же секунду на пол упала монетка. Та самая, исчезнувшая. Вот только вместо «орла» и «решки» там теперь была одна гладкая сторона и другая… Другая с цифрой «два».
– Спасибо, – искренне выдохнула я. – Благодарю тебя, Неспокойная Вильхей.
Монетку я спрятала в свою коробочку с лентами и бусами. Новых животрепещущих вопросов у меня не появилось, а просто так тратить подарок богини… Что я, дурочка, что ли?
На работу мы с Фантиком чуть не опоздали. Я забыла нашу фоторамку и, поминая шерта, рванула обратно в квартиру. На лестнице я встретила мистера Фернари. Он, сжав губы в куриную жопку, снисходительно со мной поздоровался, а после, окинув взглядом Фантика, поперхнулся.
– Не правда ли, мой хиэ на редкость великолепен? – пропела я и подхватила друга на руки.
Правда, спустившись на один пролет, я поставила его на пол.
– Кажется, я больше не смогу таскать тебя на руках, – проворчала я.
– Хочется верить, что мне удастся подрасти, – вздохнул Фантик. – Тогда я мог бы защищать тебя.
– Пока что с этим справляется городская стража, – легкомысленно отозвалась я.
Лория и правда была очень спокойным городом. Нет, разумеется, здесь были свои проблемы. Один только Дрянной Квартал чего стоит! Вот только отребье не покидало пределов своей территории.
– Почему до сих пор не зачистили Дрянной Квартал? – задумчиво спросила я, пока кэб мчал нас до Департамента.
– А ты добрая, – хмыкнул хиэ. – Беднота будет всегда, к сожалению. И если не там, так в другом месте образуется новая клоака. Но тут дело еще и в том, что городскую стражу сдерживают старые клятвы. Династия Элорийских давно на троне, но был такой момент, что от них осталась лишь принцесса. Притом слабая и телом, и духом. А затем…
Хиэ сделал паузу, и я не удержалась от предположения:
– Вот сильно сомневаюсь, что ее спас доблестный разбойник.
– И правильно, потому что «доблесть» и «разбой» не слишком-то сочетаются между собой, – фыркнул Фантик. – Нет, принцесса успела развалить государственность, надавать клятв и наобещать невыполнимого. Потом у нее появился толковый муж, но фарш назад не провернуть. Дрянной Квартал защищен старой клятвой. Текст ее мне не известен. Никому, наверное, не известен. Однако же патрули все равно туда ходят, так что…
Не договорив, хиэ просто пожал плечами. Я хотела было высказаться, но кэб остановился у служебного входа в Департамент.
– Идем. – Фантик первым выскочил наружу. – Фу! Фу, чем так воняет?!
На улице действительно безбожно смердело. Боевые маги, стоявшие в охранении, замотали головы тряпками, но это не слишком-то им помогло. По крайней мере, глаза у них были слезящиеся и очень несчастные.
– Торговка запрещенными зельями дремотницу разлила, – проскрипел подошедший мистер Робертс.
Лицо его было замотано тряпками, но серые глаза покраснели, а каштановые прядки волос прилипли к вспотевшему лбу.
– Дремотницу? – недоуменно переспросила я. – Доброе утро. Это же сорняк, кому он нужен?
– Сок дремотницы скрывает метку истинности, – пояснил маг, – но при этом страшно воняет. Все дома страсти пропитаны этим запахом вперемешку с маслом розы.
– Надеюсь, Робертс, мне послышалось и ты не стал всерьез рассказывать молодой мисс о непристойностях? – голос лорда ло-Арндейла заставил меня вздрогнуть.
«А что, если он сейчас ка-ак почувствует ко мне что-нибудь неподобающее?! – запаниковала я. – Как поймет, что я та самая?!»
Медленно обернувшись, я окинула взглядом высокую фигуру Эгерта и выдохнула. Ему явно было не до неподобающих чувств: под синими глазами залегли темные круги, а в уголках губ притаилась горькая складка.
«Огорчены ритуалом? Поверьте, я тоже», – хмыкнула я мысленно.
Но вслух проговорила уже привычное:
– Хотите цветочный чай с моей первой родины?
Обычно Эгерт сбегал, но тут выдал совершенно неожиданное:
– Не откажусь, мисс Крассин. Робертс, я прикажу доставить в твой кабинет книгу юного джентльмена. Думаю, тебе стоит перечитать список подобающих тем для разговора.
Робертс только плечами пожал:
– Как прикажете, милорд. Да только мисс Крассин же не просто юная девушка, а служащая Департамента.
Мисс Крассин, то есть я, с умилением посмотрела на вояку. Вот недаром ему в пару досталась такая потрясающая женщина, как миссис Паула Робертс.
– Я жду чай, мисс Крассин. – Эгерт положил мне руку на спину и мягко подтолкнул к служебному ходу.
– Да, поняла, – выдавила я и поспешила внутрь.
И кто меня за язык тянул?! Но ведь я каждый понедельник всем предлагаю сайбрианский сбор!
«Надо было Робертсу предложить», – изругала я саму себя.
– Мне всегда было интересно, почему вы завариваете чай именно так, – проронил вдруг ло-Арндейл.
– Потому что меня так учили, – ровно ответила я и тут же сдавленно выругалась, когда кроссовки бросились мне под ноги.
– Прошу прощения, – устало извинился третий принц. – Последние сутки эти шертовы тапки просто обезумели. К своему стыду, я вынужден признать, что они рискнули напасть даже на меня! Как будто побуждали меня выйти из дома.
Мое сердце предательски сжалось. Нас с Эгертом связывает не только метка истинных партнеров, но и мое недоброе пожелание! О-о, кто бы только знал, сколько раз я пыталась «отжелать» все обратно. Но нет. Тапки как будто бы стали частью этого мира, причем раньше меня.
– Аккуратней. – Милорду пришлось поддержать меня под локоть, потому что озверевшие кроссовки бросались на мои кожаные туфельки.
– А не ваши ли тапки помогли торговке разлить сок дремотницы? – заинтересовался мой хиэ.
И, судя по раздраженному взгляду Эгерта, Фантик был преступно близок к истине. Вслух ничего не было произнесено, но мы с хиэ невольно ускорили шаг.
Топ-топ-топ-топ – кроссовки тоже ускорились. И что самое обидное, на шертовой обуви не было и следа от пыли! Или хоть каких-нибудь потертостей. Кроссовки выглядели новее, чем в тот день, когда я их «обменяла» на Игоряню.
Поднявшись на третий этаж, мы с Фантиком открыли дверь нашего кабинета. И тут же всем стало неловко: на гостевом стуле были грудой свалены мои платья. Я забрала их из прачечной, а домой не унесла. Хотела воспользоваться служебным кэбом, а потом стало как-то не до того.
– Кхм, – Эгерт отвел взгляд в сторону, – это вы нарисовали?
Проследив за его взглядом, я увидела простенький натюрмортик, купленный мной на рынке у какой-то молоденькой колдуньи.
– Нет, милорд. Просто украшаю кабинет.
С этими словами я ловко сунула платья в чемодан, что стоял сбоку от стола. Увы, но такие финты мне приходилось проделывать часто: стирать в квартире было негде.
– Кстати, теперь тут будет еще и вот это. – Подумав, нашу с Фантиком фотографию я решила повесить на стену. – Такие вещи ставят на стол, но в нашем случае это небезопасно.
Эгерт неопределенно хмыкнул и пожал плечами:
– Да, вероятно, вы правы. Вы могли бы зачаровать фото, мисс Крассин.
– Но зачем, если можно его просто повесить на стену?
Интерес ло-Арндейла к фотографии был каким-то чрезмерным. И я не знала, как ему намекнуть, что уже можно повернуться: платья убраны.
