– Адептка Веленская, – он явно игнорировал моё едкое приветствие. – Что вы все здесь делаете?
– Да вот, тренируемся, – пожала плечами я. – Свежий воздух, дождь, кулаки… всё в лучших традициях академии.
А что ещё я могла сказать?!
Понимаете ли, вот тот, с рукой поломанной, меня сюда из столовой притащил, где я ему глаза выколоть обещала, а тот, у которого кровь из носа хлещет, был с ним не согласен и пошёл за нами. Мимоходом меня чуть молнией не шибануло, и второму пришлось меня спасать. Как? Так он же мрачный, тьму выпустил – и готово. Ой, а что это вы побледнели? Да не бойтесь, он уже на чернявом отыгрался.
– Во время грозы. Не на тренировочном поле. За три мили от академии, – Винфорд осмотрел пустырь. – После того как ваш одногруппник на весь коридор закричал: «Там эта поджигательница хочет приготовить старшекурсников, потому что оленина ей не по нраву»?
– Ты хотела меня сожрать?! – желтоглазый, как всегда, вовремя. – Фу, золотце, да ты настоящая извращенка.
– Магистр, обязан предупредить, – тут же добавил он с серьёзным лицом. – Адептка крайне кровожадна и злопамятна. На вашем месте я бы не ставил ей низкие баллы на занятиях. И, между прочим, в её распоряжении – настоящий демон. Своего рода персональный. Если со мной что-то случится – обвиняйте её. Или его, – его палец указал на подошедшего к нам Андраса.
Второй участник «тренировки» встал позади оборотня.
– Хватит, – отрезал Салтон. – Возвращаемся в академию. Там вместе с ректором разберёмся, что вы здесь устроили, – он вскинул руку, и перед нами с лёгким гулом открылся аметистовый туннель перехода. – Дамы, вперёд, – куратор сделал шаг в сторону, жестом указывая мне на переход.
Я уже собиралась войти, но пальцы Андраса обхватили моё запястье, прежде чем я успела сделать шаг.
– Магистр Салтон, предлагаю на минутку задержаться. Эта гроза не была естественной. И если во время неё я не мог определить точное место возникновения, то сейчас, – демон прищурился и перевёл взгляд в сторону, – отчетливо чувствую, что это здесь.
Переход тотчас схлопнулся, подтверждая молчаливую заинтересованность магистра. Винфорд замер, опустив ладонь к земле, и начал тихо шептать заклинание. Рунные слова всплывали из глубины его голоса, заполняя пустырь.
–…aperi omnia abscondita, – прозвучали последние строки сканирующего заклинания.
Земля у наших ног задрожала, пошла рябью, как вода от упавшего в неё камня. И в центре этой ряби стали появляться тонкие трещины: сначала одна, потом другая, потом десятки, сотни…
– Иллюзия, – синеглазый озвучил то, что уже понял каждый присутствующий.
Она рассыпалась на наших глазах: трещины увеличивались, на землю падали кусочки картины, нарисованной каким-то магом. С каждым мгновением вместо невинного участка пустыря обнажалась тёмная, опалённая магией земля. Когда иллюзия исчезла полностью, наступила невыносимая тишина.
– Я вызываю ректора, – глухо сказал магистр Салтон, не отрывая взгляда от того, что открылось перед нами.
Мы молчали, потому что слов не было. Перед нами на мёртвой земле лежали тринадцать тел. Тринадцать адептов Межрасовой академии магии.
Глава 5
Астрид Веленская
– Астрид, ну сколько можно торчать в библиотеке? У нас же ка-ни-ку-лы! – возмущённо шипела Тиана, в который раз дёргая меня за плечо. – Сессия сдана, экзамены пройдены, впереди дни свободы, а ты добровольно зарылась на кладбище веселья!
Я не отреагировала, оставаясь погружённой в тексты потрёпанной книги с переплётом из кожи тирра?ха[10 - Тирра?х – огромная болотная змея, достигающая десяти метров в длину. Неядовита, но опасна: охотится, обвивая добычу удушающим кольцом. Кожа тирраха покрыта слизью, отталкивающей магию и стрелы. При движении издаёт тихий завораживающий свист, напоминающий игру на флейте, за что его прозвали «болотным певцом».]. Страницы зазывно шуршали под пальцами, и каждый символ, казалось, держал меня за горло, не отпуская, пока не дочитаю до последней точки.
– Ну, Ааастрид! – продолжила ныть Тиана, подпрыгивая на месте.
– Иди без меня. Я ещё не закончила, – отозвалась я, не поднимая головы.
– Сдались тебе эти трупы и тайна их смерти. Это головная боль преподавателей, а не адептов, – Тиана недовольно бухнулась на стул напротив и, подперев щёки ладонями, уставилась на меня. – Серьёзно, это уже слишком.
– Возможно, но, – я подняла на неё взгляд, – помогает скоротать дни в этой «великолепной академии». И вообще, – я приподняла левую бровь, – ты ведь сама хотела участвовать в расследовании?
– Участвовать – да! Но не быть похороненной заживо в этих пыльных катакомбах с книжками! У тебя уже вид, как у лича, честное слово.
– Это комплимент? – я невольно улыбнулась. – Личи весьма могущественные создания.
– Именно поэтому тебе срочно надо развеяться, иначе ты скоро начнёшь шептать на древнем демоническом во сне, – Тиана протянула руку через стол и просяще сжала мои пальцы на книге. – Пожалуйста, хотя бы сегодня.
Я вздохнула.
– Ладно, но только сегодня и не раньше, чем через час, – сдалась я.
– Ура! – воскликнула она, хлопая в ладоши.
– Раз сегодня намечается свободный вечерок, то я с вами, да, золотце? – раздался мурлыкающий голос откуда-то из-за ближайшего стеллажа.
Я закатила глаза.
Ну, конечно…
– Предлагаю тебе изменить своё решение, если не хочешь остаться без усов, – отозвался с другой стороны жёсткий голос Андраса.
– О! Они повсюду за тобой хвостиком ходят? – Тиана округлила глаза, с любопытством переводя взгляд с одной стороны на другую.
– Очень красивым и харизматичным хвостиком, должен подметить, – из-за полки вышел Никлас, как всегда небрежно растрёпанный и самодовольный.
– Ага, только хвост растёт из того места, что пониже спины. Отсюда делаем выводы о твоём сомнительном происхождении, – с другой стороны появился Андрас.
Стряхнул невидимую пылинку с плеча, смерил Никласа взглядом, будто прикидывал, как лучше заворачивать его в ковёр.
– Я не оставлю Астрид наедине с этим озабоченным мартовским котом, – сообщил он Тиане.
– Не путай озабоченность с сексуальностью. Я не виноват, что женщины на меня смотрят, как кот на сало, – Никлас расправил воротник и без стеснения уселся на край соседнего стола.
– Или как мухи на г… – начал Андрас, но Тиана резко подняла палец.
– Андрас!
– В общем, суть вы уловили, – демон вытер ладони о носовой платок и аккуратно уложил его в карман.
Подошёл к столу и сел прямо на край рядом со мной.
– Он, – палец направился в сторону оборотня, – повсюду таскается за Астрид. Поэтому я, – на этот раз он ткнул пальцем себе в грудь, – вынужден везде ходить за ними.
– Переживаешь, что я сама оторву ему уши, и тебе ничего не достанется? – поинтересовалась я.
– Не хочу, чтобы ты сама копала яму для его трупа. Не женское это дело.
– Не переживай, как только закончится наказание, он сразу от нас отвяжется вместе со своим дружком, – я разложила изученные книги в две стопки: слева – где есть хоть какая-то информация, справа – нет ничего полезного для нас.
Мысли снова потекли привычным потоком.
Я уже почти привыкла, что эта парочка вечно где-то рядом.
Поначалу бесили так, что я всерьёз подумывала добавить ещё один труп к делу, а то и два. Но ректор, дракон его побери, вынес приговор без возможности обжалования: вся компания, пойманная в тот вечер на пустыре, теперь официально состоит в «помощниках» магистра Салтона. Иными словами: обязаны участвовать в расследовании, нравится нам это или нет. Попали все: оба старшекурсника, я и Андрас. Одна Тиана со словами: «Своих не бросаем!» – добровольно подписалась на это безумие.
После происшествия прошло пятьдесят три дня (да, я считала), но за это время наше расследование так и не сдвинулось с мёртвой точки.
Если бы не обязательное посещение лекций и тренировок, я бы смогла что-то найти, но приходилось играть в послушную (насколько возможно) адептку.
И ничего интересного не происходило. Разве что прошедший праздник зимы. Пожалуй, он был одним из самых ярких моментов первой сессии.
Праздник длился три дня и завершился ночью Белых врат – главным зимним торжеством, которое символизировало окончание года и начало нового. Считалось, что именно в эту ночь открываются Белые врата – древний магический символ перехода между циклами. Старое оставалось позади, а через Белые врата каждый входил в новый этап своей жизни. Многие ждали эту ночь, чтобы загадать желание или оставить в прошлом боль, страхи, вину.
Академию готовили заранее: залы украшали сияющими льдинками и хрустальными гирляндами, которые светились от прикосновений и испускали приятный аромат – каждая по-своему: мята, корица, ель или даже дымка замёрзшего воздуха. По перилам лестниц пускали обвивающие их магические ленты, которые при взгляде на них шевелились, создавая впечатление живых украшений.
Праздничная ночь была роскошна. Главный зал превратился в ледяной павильон со звёздным небом вместо потолка. Иллюзия была сделана столь искусно, что даже я пару раз ловила себя на ощущении дыхания ветра. На столах блюда из всех уголков континента: вино, хрустящие пряники, пироги с сюрпризами внутри (мне попался пряный перец – символ удачи, ну-ну).
А ровно в полночь зажигались Белые врата – огромная арка из струящегося серебра в центре зала. Проходя через неё, каждый на мгновение видел свою цель, мечту или самый большой страх. Мне показалось, что я увидела… пепел. Или крылья из пепла. Не уверена. Тиана сказала, что видела океан. Никлас отмахнулся, сказал, что это был сыр. А вот Рианс… он стоял дольше других. И смотрел как-то мрачно. После, ничего не говоря, налил вина и пошёл к окну.
А дальше были танцы, смех, вино… И всё бы ничего, если бы не навязчивое ощущение, что кто-то в толпе следит. Оно не покидало до самого утра и залегло неприятным осадком внутри. Так что, когда нам снова велели вернуться к расследованию, я даже не возмущалась.
На самом деле я могла бы послать всё и всех к дядюшке Хаосу, но поиски действительно меня увлекли. Не могу сказать, что меня растревожили трупы адептов, но вот непонимание того, как их убили, пробудило любопытство.
Ни единого ранения, аура цела, магический источник полон (что говорит об отсутствии магического сопротивления), проверка на яды тоже ничего не дала. Добавляем ко всему максимально идиотскую идею спрятать трупы на пустыре под иллюзией, где их точно найдут и получаем… Да ничего логического-то и не получаем! Именно это интересно.
С момента принудительного создания нашего «расследовательского кружка» мы с Андрасом были вынуждены заключить временное перемирие с Никласом и Риансом. Местами работали даже слаженно. Местами – хотелось перерезать им глотки и бросить тела в бездну.
Вот и сегодня, пока не пришла Тиана, я листала очередную пыльную древность с заголовком «Самые загадочные убийства», а оборотень с демоном шатались по библиотеке в поисках других источников информации.
– Неужели ты до сих пор не прониклась ко мне тёплыми чувствами? – раздался шепот над моим ухом, из-за чего волосы немного зашевелились.
Недолго думая, я резко подняла правый локоть вверх и развернулась, вставая. Оборотень, которому прилетело по подбородку, пошатнулся, недовольно поморщился и, потерев челюсть, пробормотал:
– Нелюдимая ты какая-то для человека.
– А ты и не человек, оборотень, – бросила я, направляясь к двери из библиотеки.
Ко мне сразу присоединились Андрас и Тиана с довольными улыбками.
– Золотце, для тебя могу быть кем угодно! – крикнул вслед Никлас и устремился за нами.
– Знаешь, мне как раз не помешает коврик у дверей, – съязвила я в надежде, что он отстанет.
Мы втроём вышли из библиотеки и направились вдоль слабо освещенного пустого коридора. Каникулы же. И тут…
Надежды не оправдались…
– Золотце, неужели прошлый уже надоел? – Никлас обогнал меня и теперь шёл спиной вперёд, глядя с самой невинной миной, на которую только был способен его наглый лик. – Или ты любишь перемены?
На последних словах он выразительно глянул на Андраса, шагавшего справа от меня.
– А мы вам не мешаем? – не выдержала Тиана.
– Прекраснейшая, как может такое чудо природы, как ты, мешать? – тут же переключился на неё желтоглазый.
– Меня сейчас стошнит, – скривилась я.
– Золотце, я точно в этом не виноват. Все вопросы к своему цепному песику, – притворно испугался оборотень.
– Псина здесь только одна, – голос Андраса хлестнул, как плеть. – И если не закроешь свою пасть, то к утру останешься без неё.
– Так и хочется сказать: «Мальчики, а ну по местам», – пробурчала я себе под нос, чувствуя, как атмосфера вокруг начинает искрить.
Но прежде чем ситуация успела усугубиться, вперёд резко шагнула Тиана, зажала руками уши и с отчаянием в голосе выпалила:
– Хватит! Сколько можно? Каждый день одно и то же! Мы же договорились – временное перемирие! А у вас что? Как у горных ящеров в сезон спаривания – кто громче рычит, тот и прав!
Она глубоко вдохнула, и по щекам покатились слёзы.
– Пожалуйста… – голос её дрогнул. – Хоть один вечер без вражды. Просто как нормальные адепты. Можно?
Наступила тишина. Та самая – неловкая, с привкусом вины, которая повисает, когда мужчинам напоминают, что у девушек есть глаза, чувства и нервы. Надо сказать, никто не придумал против мужчин оружия сильней, чем женские слёзы.
Оба парня, пару секунд назад готовые сцепиться в драке, теперь стояли с растерянными лицами. Никлас первым отвёл взгляд, будто нашёл на полу что-то крайне важное. Его рука нервно почесала шею – ещё немного, и он, кажется, сам себе хвост отгрыз бы, лишь бы не смотреть на расстроенную Тиану.
– Ты чего, Ти? Всё хорошо, – Андрас заговорил первым, но в голосе прозвучали нотки неуверенности.
– Ничего, – всхлипнула Тиана. – Просто вы глотки готовы разорвать друг другу из-за ерунды… А я всё это чувствую! Эманации бешеные, голова просто раскалываетсяяя… – последние слова она уже почти пропела, схватившись руками за виски.
– Малышка, да это не всерьёз… – Никлас быстро подошёл к ней и с неожиданной мягкостью двумя пальцами приподнял её подбородок. – Видишь? – он склонил голову, глядя ей в глаза. – Никакой злости, – он дружелюбно улыбнулся, потом аккуратно стёр слезу с её щеки.
– Правда? – с сомнением спросила она.
– Конечно, – Никлас активно закивал головой, поняв, что истерика отступает. – Андрас?
– Правда, Тиана, – поддержал демон.
Тиана посмотрела на него в упор. Затем медленно перевела взгляд на Никласа, оценивая. И, будто не до конца веря, но всё же решившись, спросила:
– Значит, вы сможете сегодня вечером… не шутить так? Хотя бы на один вечер? – голос её стал почти умоляющим.
– Раз для тебя это так важно, конечно, – Никлас покосился на Андраса и широко, до зубов, улыбнулся. – Правда, друг?
