Страница 7 из 9
– Не скажи. В последнее время она довольно тепло о тебе отзывалась, особенно после того, как ты не стал запрещать ей видеться с простолюдином, – Варвара Николаевна поморщилась. – Я бы на твоём месте ни за что не разрешила.
Надо же. Я снова удивился, но не подал виду. Оказывается, все мои действия были не зря.
Шевельнул рукой, с помощью эфира захлопывая лежащую передо мной книгу.
– Что ж, хорошо. Пойду узнаю, в чём причина её горя.
Комната Насти находилась на втором этаже поместья, в том же крыле, что и моя спальня. Я прошёл по коридору и приблизился к нужной двери. Прислушавшись, различил доносящиеся из комнаты всхлипы, и затем постучал.
– Уходите! – донеслось изнутри.
– Это я.
– Мне без разницы! – выкрикнула Настя.
– Открой, пожалуйста, – мягко, но настойчиво сказал я.
Что-то в моём голосе заставило сестру послушаться. Раздалось шарканье шагов, и дверь приоткрылась, а в проёме показалась Настя.
– Зачем пришёл? – она выглядела жалко. Заплаканные глаза, растрёпанные волосы.
– Хочу помочь, – честно ответил я.
– Как будто тебе не всё равно! – фыркнула она, но впустила меня.
Комната была в беспорядке – разбросанная одежда, разбитая фарфоровая статуэтка на полу. Настя плюхнулась на кровать, сжав в руках смятый платок.
– Ну? – я прислонился к комоду. – Дай угадаю, ты рассталась со своим художником?
Анастасия скуксилась и отвернулась, шмыгая носом.
– Да, – её голос дрогнул. – Феодор бросил меня. Сказал, что я «слишком сложная».
Вот блин… Сердечные драмы как раз то, чего мне сейчас не хватало. Пожалуй, с этой проблемой как раз лучше разбираться тёте Варваре, а не мне.
Но затем Настя подняла на меня глаза:
– И он украл мамино ожерелье. То самое, с сапфиром. Хотя ты не знаешь… В общем, это дорогая фамильная реликвия!
Всё внутри меня напряглось, а голос лязгнул, как сталь:
– Ты уверена?
– Видела своими глазами! Вчера вечером оно было на месте, а сегодня… – она развела руками. – А сегодня он прислал сообщение, что между нами всё кончено.
– Он что, был здесь, в поместье?
– Ну… да, – пробормотала Анастасия. – Все уехали, и я решила пригласить его сюда.
Я глубоко вздохнул, ощущая, как во рту появляется привкус горечи. Такого я не мог спустить. Чтобы какой-то художник обокрал род Зориных? Тем более учитывая, что я работаю в полиции? Нет, ни за что.
– Мне жаль, что тебя так предали. Я с этим разберусь.
Настя удивлённо подняла брови:
– Ты… поможешь?
– А ты как думаешь? Это уже не твоё личное дело, – я выпрямился. – Он украл фамильную реликвию. За это придётся ответить по всей строгости.
Её лицо странно дрогнуло – будто она хотела то ли заплакать, то ли улыбнуться, но не смогла решить, что именно сделать.
– Спасибо, – прошептала сестра и затем добавила: – Только не причиняй ему вреда, ладно?
– Посмотрим, – пожал плечами я. – Скинь мне номер его телефона, фотографию и всю информацию, какую посчитаешь нужной. Адрес его мастерской у меня есть.
– Хорошо, – тихо ответила Анастасия.
Я кивнул напоследок и вышел. Предстояло найти вора-художника. Но сначала – хоть немного поспать.
Утром я поручил гвардейцам отправиться в город и попытаться отыскать Феодора. Вряд ли он останется у себя в мастерской, но мало ли. Вдруг совсем дурак. Хватило же дурости украсть ожерелье из дворянского поместья…
Сам я отправился в отделение – работы у нас по-прежнему было море. Новые случаи проклятий появлялись каждый день, и мы продолжали опрашивать заражённых, надеясь заполучить хоть какую-то ниточку.
Я не успел зайти в кофейню и купить себе и Полине традиционный кофе – на парковке у отделения меня встретил Кретов.
– Только что звонили из больницы! – сказал он, открывая дверь моей машины. – Поехали.
– А что случилось? – уточнил я.
– Один из заражённых позвонил к нам в отделение, спрашивал тебя. Сказал, что у него есть чрезвычайно важные сведения.
– Вот как? Интересно, – нахмурился я. – А откуда он узнал моё имя и что я веду это дело?
– Вот у него и спросишь. Поехали!
Мы отправились в больницу, и по пути меня не покидало тревожное ощущение. Что это за человек и почему он захотел встретиться именно со мной? А главное – что за информация у него для меня есть?
Больничный коридор казался бесконечным. Наши шаги гулко отдавались по кафельному полу.
– Палата триста семь, – пробормотал Кретов, сверяясь с телефоном. – Индивидуальная. Этот человек – племянник какого-то графа, обеспеченный.
У меня по спине пробежали мурашки. Что-то было не так. Воздух здесь был гуще, тяжелее, словно пропитанный статическим электричеством перед грозой. Хотя никаких эфирных признаков опасности рядом не было.
Дверь в палату оказалась приоткрытой.
– Господин Власов? – мой голос прозвучал неестественно громко в тишине палаты.
На койке лежал мужчина лет сорока. Его кожа имела сероватый оттенок, губы посинели. Глаза – широко раскрытые, полные ужаса – уставились в потолок. Аура была уничтожена, как и у всех заражённых.
– Опоздали, – хрипло сказал Кретов, подходя к койке.
Я протянул руку, чтобы проверить пульс, когда заметил – пальцы мертвеца сжимают что-то. Аккуратно разжал. В ладони лежала записка с телефоном отделения и моим именем, написанная корявым почерком.
– Что за… Кто-то попросил его позвонить?
В этот момент свет в палате мигнул.
Тень за спиной Кретова шевельнулась. Не так, как должны двигаться тени. Плавно, словно чёрное масло, она оторвалась от пола и поползла вверх по стене.
– Дмитрий! – я дёрнул его за рукав.
Из тени появились длинные щупальца с когтями. Потом голова – без лица, только две сверкающие яростью впадины, где должны быть глаза.
Теневой Странник.
Он парил в воздухе, заполняя собой всю палату. Холод пробежал по спине – я чувствовал, как эфир вокруг нас искривляется, подчиняясь этому существу.
Это был совсем не такой Странник, с которым я столкнулся, когда пытался снять проклятие с брата. Он был намного, намного сильнее. Он был… могущественнее.
– Зорин, – раздался голос, от которого задрожали стены. – Кретов. Время умереть…
Глава 6
Воздух в палате наполнился озоном, будто перед ударом молнии. Теневой Странник парил над нами, его безликая голова медленно поворачивалась в мою сторону. Я почувствовал, как по спине побежали мурашки – не от страха, нет. От предвкушения схватки.
– Обалдеть, – нервно усмехнулся Кретов. – Ещё ни разу эфирная тварь не заманивала меня в ловушку.
– Как ты назвал меня, смертный? – Странник повернулся к нему.
Дмитрий отпрыгнул в сторону с проворством, которого не ожидаешь от седого старика. В руке он уже сжимал пистолет, и на моих глазах оружие окутала эфирная дымка – как тогда, в подвале графа Сытина.
Три выстрела раздались так быстро, что почти слились в один.
Пули со вспышками разбились об защиту, которая мгновенно окружила врага. Мой удар Клином Рассвета слегка прогнул броню Странника, но тоже бессильно рассыпался.
Противник не стал медлить. Его атака была молниеносной и беспощадной.
Весь эфир, который был в комнате, сгустился и почернел. Он стал давить на меня, как наковальня, и ноги подкосились от невыносимой тяжести. Одновременно стало нечем дышать – будто Странник убрал из комнаты весь воздух. В ушах зазвенело, и я понял, что через несколько мгновений потеряю сознание.
Мысленно призвал Оскара. Фамильяр со вспышкой появился под потолком, но давление магии тут же сбросило его на пол. Перья феникса ярко засияли, и он вспыхнул, разгоняя тёмный эфир.
Теневой Странник дёрнулся и злобно взревел. Вспышка, на которую Оскар потратил почти все свои силы, разрушила плетение врага. Оно было хоть и чрезвычайно мощным, но слишком грубым.
Я отреагировал первым. С невероятной скоростью создал три заклинания – сначала окружил защитой себя, потом феникса, а затем поставил перед Теневым эфирный барьер.
Дмитрий вновь зачаровал свой пистолет и продолжил стрельбу.
– Уходим! – рявкнул он. – Он слишком силён!
– Так вызывай подмогу! – ответил я, уже начиная плести Сеть Сияния.
Плевать, насколько он силён. Я ни за что не упущу свой шанс и уничтожу эту тварь здесь и сейчас!
Щупальце с когтями, острыми как бритвы, пронеслось в сантиметре от моего лица. Я отпрыгнул назад, чувствуя, как эфир сгущается вокруг меня, готовый к новому удару.
Вытягивая энергию из накопителя, который теперь всегда был при мне, я отправлял её фамильяру. Оскар, напитавшись силами, бесстрашно бросился в схватку. Обогнув эфирный барьер, он выставил сияющие когти и вонзил их в Теневого.
Их столкновение сотрясло палату – стекла лопнули, капельницы рухнули на пол, дверь сорвало с петель. Меня отшвырнуло к стене, а Кретова накрыло перевернувшимся стеллажом.
К счастью, наставник был окружён эфирной броней. Напитав тело энергией, он с лёгкостью отбросил стеллаж и поднялся, вставляя в пистолет новый магазин.
Оскар вцепился в тень, а Странник шипел, пытаясь схватить его щупальцами. Обжигался об перья феникса, но долго так продолжаться не могло.
– Давай вдвоём! – поднимая пистолет, воскликнул Кретов.
Я кивнул, вытащил своё оружие, и Дмитрий наложил на него плетение. Кивнув друг другу, мы подняли пистолеты и открыли огонь.
Как раз в это мгновение Теневой смог схватить Оскара и отшвырнул его в стену. Раздался звук, похожий на издевательский хохот. Он тут же прервался, когда заряженные магией пули полетели в Странника с двух сторон.
По его защите побежали трещины, и противник вновь ударил плетением.
Оно было подобно вихрю. Оскар закрылся крыльями, а я укрепил защиту, но это не помогло. Меня подняло в воздух и швырнуло, будто опавший лист. При этом со всех сторон в тело пытались вонзиться эфирные шипы. К счастью, броня их сдержала.
Пол и потолок несколько раз поменялись местами. Всё вокруг смешалось в бесформенную массу, к горлу резко подкатила тошнота. Я ударился о что-то спиной, и сумасшедший полёт, наконец, закончился.
Встряхнув головой, я направил эфир на восстановление. Огляделся и понял, что лежу в коридоре. Стена передо мной была разрушена, в воздухе стояла пыль, на полу были разбросаны осколки кирпичей. Кретов был в нескольких метрах, поднимался, опираясь на стену. Теневой Странник медленно плыл вперёд, на нас. Где был Оскар, я не видел.
В другом конце коридора толпились люди. Пациенты и врачи огромными глазами смотрели на нас и не могли понять, что происходит. Рядом с ними в изобилии парили эфемеры удивления и страха.
– Всем назад! Полиция! – выкрикнул я, вставая.
Ногу вдруг пронзила острая боль, и я стиснул зубы, чтобы не заорать. Кажется, перелом или какой-то разрыв. Отправил в ногу больше эфира, чтоб хотя бы унять боль и сражаться дальше.
Когда щупальца монстра, а следом и его бесформенное тело показались в коридоре, эфемеров страха стало в разы больше. Раздался испуганный женский возглас, и кто-то громко спросил:
– Что это такое?!
– Бегите! – приказал я.
Чёрт возьми, этот Теневой Странник и правда намного сильнее прочих… Настолько, что его тень увидели другие люди.
Сколько мы уже сражаемся? Не знаю, но долго. Его сородичи не могли столько протянуть в нашем мире. Да и сила монстра впечатляет.
– Дмитрий, отвлеки его!
Кретов молча кивнул, коротко взглянув на меня. В его взгляде и этом кивке было столько доверия, что у меня просто не было права подвести наставника.
Дмитрий сжал кулаки и создал два ярко-жёлтых плетения в форме кольца. Они стиснули щупальца Странника, и тот ожидаемо попытался вновь атаковать заклинанием.
