Страница 5 из 7
Забрав Марию от Виктора Сергеевича, первым делом мы отправились на склады. Материальные блага надо освоить и привести к более удобному виду купюр и монет. Я прекрасно понимал, что шестилетней девочке счёт в банке не откроют, да и в принципе не будут разговаривать, поэтому я предложил ей производить все финансовые операции от моего имени и на моё имя открыть счёт с нескромным количеством нулей.
– Ну если ты мне доверяешь, конечно, – сказал я Марии.
– Сань, ты шагнул вслед за мной в другой мир и не побоялся стаи чёрных волков, а я не должна тебе доверять? – спросила магичка.
Менеджер банка округлил глаза, пытаясь усвоить только что услышанную информацию и до последнего надеясь, что это была шутка.
– Не переживайте, я пошутила, – сказала ему Мария и лучезарно улыбнулась. – Просто я сирота, а дядя взял меня под крылышко, заменив родителей, ну как я могу ему не доверять.
– Неплохое приданое для сироты, – пробормотал банковский служащий, покосившись на стопки золотых слитков, которые суммарно весили наверно втрое больше самой сироты.
– Ага, папа был кузнецом, а матушка белошвейкой, – полушёпотом поведала бедолаге магичка.
– Хм, опять шутите, – покачал головой работник банка и принялся оформлять документы.
Часть денег Мария получила наличными, сложив пачки банкнот к себе в рюкзачок, чем ещё раз шокировала начинавшего сдвигаться разумом банкира, остальное легло на счёт, доступ к которому она могла получить в любой момент с помощью формуляра, который был спрятан в небольшой кошелёк с нарисованными на нём котятами.
– Я смотрю вы отдаёте все средства под полный контроль шестилетнего ребёнка? – нервно сглотнув спросил у меня банкир.
– А что такого? – удивился я. – Это же её деньги.
– Ага, – чуть ли не фальцетом ответил банкир и закашлялся. – Ваше право. Вы, если что, можете получить доступ к счёту по паспорту в любое удобное время. Учитывая внушительную сумму счёта, будут действовать особые индивидуальные условия и повышенный процент на остаток.
– Огромнейшее вам спасибо, дорогой мой, – игриво улыбнувшись сказала ему магичка, после чего у мужчины начался-таки нервный тик. – Здоровья вам и вашей семье, купите игрушки детишкам.
Мария положила на стол перед банкиром крупную купюру, закинула рюкзачок за спину и развернулась на выход. Мужчина, округлив глаза, посмотрел на щедрое подношение, потом медленно перевёл взгляд на меня. Я развёл руками и вышел вслед за магичкой, у которой оказалась щедрая русская душа. Впрочем, эта купюра была песчинкой на пляже её сбережений.
К нашим похождениям по магазинам мы решили привлечь и Настю, она нисколько не возражала. И первым делом мы поехали в магазин игрушек, самый большой в Санкт-Петербурге. К выбору подарков Мария подходила основательно, придирчиво осматривая каждую кандидатуру, устроив куклам и машинкам серьёзный кастинг. Сразу видно, что брата и сестру она любит по-настоящему.
Дальше у нас по плану были плотницкие и слесарные инструменты, где я выступил в роли консультанта. Все три девушки были шокированы моими познаниями в этой области, несколько удивлён даже сам продавец.
Самый интересный и сложный этап представляла собой покупка одежды. То, что мы привыкли носить, для деревенской жизни никак не подойдёт и нам предстояло найти магазин, где продаётся то, что нам нужно.
Нужный магазин находился далеко от центра в одном и рабочих спальных районов. Продавцы в магазине вылупили глаза и предположили, что мы ошиблись адресом. Оно и понятно, мой плащ стоил столько же, сколько и дюжина висевших на витрине, причём это были выставочные не самые дешёвые варианты.
– Спецовку отцу возьми обязательно, он оценит, – посоветовал я.
– А что это? – удивилась Мария.
– Специальная одежда из крепкой ткани, сделанная для рабочих, – пояснил я.
– Зачем это нужно? – нахмурилась магичка. – Когда он занимается живностью или строгает доски, просто надевает старое.
– И это неправильно, – сказал я. – специальная одежда дольше прослужит и лучше защитит от грязи и травм.
Я продемонстрировал ей плотную ткань и усиленные нашивки на локтях и коленях. А также кучу карманов и креплений для подвешивания инструмента.
– Ладно, убедил, – согласилась магичка, разглядывая варианты спецовок. – Вот эту возьму, пожалуй. И вон ту серенькую.
Продавцы только успевали складывать покупки в пакеты. Мне кажется, у них вертелся на языке вопрос: “а у вас денег хватит?”. Короткий взгляд на наши одеяния не давал им произнести это вслух.
Вскоре пакеты превратились в мешки, потому что туда складывалась и летняя и зимняя одежда. Я вспомнил размеры кухни, гостиной по совместительству в доме родителей Марии. Этими мешками в совокупности с другими покупками, мы завалим половину комнаты. Надо ещё запихнуть это в машину. Чтобы было легче играть в тетрис, я сложил задние сиденья, влезло с трудом.
– Теперь уже поздно говорить, – сказал я, когда мы уже направились на выезд из города. – Надо было как-то частями всё это закупать, ты же не в последний раз туда едешь.
– Хочешь сказать, что ты возил бы меня в Никольское каждые выходные? – усмехнулась Мария. – Не переживай, я найду ещё, что купить. Это мы ещё не стали брать кастрюли, лопаты, лейки и прочую чепуху.
– Понятно, – усмехнулся я. – Значит планы на следующие выходные у нас есть.
Пока ехали в Никольское, Мария без умолку рассказывала, как готовила обед и ужин на всю семью, умудрялась ещё помогать на огороде, собирала яйца в курятнике, чистила клетки кроликам, то есть в свои пять была практически полноценным сельским жителем. Как и предрекала мама, в пути нас застал дождь, который почти прекратился, когда мы подъезжали к селу, а потом и вовсе стих.
– Налево повернуть не забудь, – сказала Мария, когда я уже собирался пролететь мимо сельской администрации.
Тормозить пришлось довольно резко и Кате с Марией на голову полетели мешки с одеждой, которые были засунуты почти под потолок. Видимо магичка о приезде предупредила, потому что нас встречали. Правда только брат и сестра.
– А где папа с мамой? – спросила Мария, когда наобнималась с обоими вдоволь. Она выскочила из машины первой, а мы уже подходили и слышали разговор.
– Да они это, приболели, – пробормотал брат Марии. – Дома лежат, уже третий день не выходят, мы пока вдвоём по хозяйству суетимся.
– Так чего же сразу не сказал никто? – воскликнула Мария и, не дожидаясь ответа побежала в дом. Мы с Катей припустили следом, а Настя взяла на себя общение с детьми.
Магичка не разуваясь побежала в дальнюю комнату, где лежала мать, а я нырнул в комнату отца, отодвинув шторку, которая выполняла в деревне функции двери. Мужчина был мертвенно бледен и лежал без сознания, на моё появление никак не отреагировал. Чтобы исключить плохое, я припал ухом к сердцу, оно ещё билось. Сканирование показало почти полное поражение лёгких.
– Что с ними? – спросила Катя, которая вошла вслед за мной.
– У него пневмония, – ответил я, продолжая сканировать. – Практически тотальная. Мы вовремя успели.
– Пойду узнаю, что с матерью, – сказала Катя и вышла.
Первое, о чём я подумал – что у них снова та самая чума, но сканирование не показало типичных сопутствующих симптомов, да и лёгкие были воспалены, но без множественных мелких некрозов. Лимфоузлы немного воспалены и увеличены, но совсем не так.
Я начал очищать лёгкие. Сначала левое, оно легче дренируется, потом правое. Когда я уже заканчивал, щёки у мужчины порозовели, частое и поверхностное едва слышное дыхание стало более глубоким и размеренным. Потом он закашлялся и открыл глаза.
– Александр? – слабым хриплым голосом спросил он и снова сильно закашлялся. – Это вы? Но как?
– Можно сказать чудом, – ухмыльнулся я. – Мария решила привезти вам подарки. Если бы мы приехали завтра, то спасти было бы невозможно. Кто из вас первый заболел?
– Заболели мы примерно одинаково, – сказал отец Марии, хорошенько откашлявшись. – Но я слёг раньше, Наташа за мной ухаживала. Потом слегла и она.
– Так почему же не позвонили? – спросил я. – У вас ведь, по-моему, есть телефон.
– Да вроде казалось обычная простуда, зачем беспокоить, – виновато ответил мужчина. – Думали, что как обычно, само пройдёт. Пили травяные настои, ингаляции над картошкой, морс из варенья.
– Понятно, – вздохнул я. – Ничего нового. Все надеются на авось, а авось взял и не пришёл.
– Выходит, что так, – ухмыльнулся мужчина. – Спасибо вам, Александр, мне уже намного лучше. Поможете мне встать?
Я подал ему руку, и он сел на кровати. Всё-таки он был ещё очень слаб. Я попросил его старшую дочь навести ему побольше морса, пусть пьёт, а сам пошёл в комнату, где Мария занималась матерью. Там сеанс лечения тоже завершился и магичка, вся в слезах, обнималась с мамой, которая тоже уже смогла сесть на кровати.
– А у вас в деревне воспалением лёгких ещё кто-нибудь болеет? – поинтересовался я, прервав их совместные излияния.
– Да много кто, – ответила женщина. – Пришла зараза какая-то, которую не звали. Чуть ли не в каждом третьем дворе болеют.
– Мария, – сухо обратился я к магичке, – праздник отменяется, пошли спасать.
– Ну всё, мам, мы побежали, – сказала Мария, поднимаясь с кровати. – Кто тут из ближайших соседей болеет?
– Так ты тоже побежишь спасать, дочь? – удивлённо спросила женщина. – Ты ж ещё маленькая!
– Так тебя же вылечила, – усмехнулась Мария. – Вот и других вылечу.
Оставив недоумевающую мать, мы с Марией и Катей пошли обходить дома, разделившись по пути. Всё почти как тогда, во время первого знакомства с Никольским, только без противочумного костюма и совсем без снаряжения. Съездили, называется, подарки отвезти. Какая-то странная эпидемия, хорошо хоть не чума. Лечить пациентов было гораздо легче, да у меня с тех пор ядро чувствительно подросло, так что медитировать для восстановления приходилось не особо часто. Я даже для этого не останавливался специально, подзаряжался на ходу.
Улицы мы распределили, вполне контактных сельчан было немало, они охотно подсказывали, в какой дом пришла болезнь. Ошибочно я зашёл всего пару раз, зато там мне подсказывали, куда точно надо идти. Судя по жалобам, которые мне удавалось выведать у заболевших, это похоже на грипп, но возможностей точной диагностики у нас с собой не было. Не было даже баночек или пробирок для забора биоматериала, чтобы передать в противоэпидемическую службу Санкт-Петербурга.
Завершив обход домов, я на негнущихся ногах потопал обратно к дому Марии.
Глава 6
– Ты там всё? – спросила Мария, когда мы встретились на перекрёстке.
– Вроде да, – устало ответил я.
– А где Катя? – спросила магичка, озираясь по сторонам.
– Вроде бы она должна была там заканчивать, – сказал я и махнул рукой в сторону улицы, куда пошла моя сестра.
В этот момент в свете фонаря я увидел, как её фигурка выползает из калитки и без сил падает на скамейку под забором. У меня словно открылось второе дыхание, и я рванул в её сторону практически галопом. Давно я не сдавал нормативы по бегу на четверть километра, сегодня точно побил бы собственный рекорд.
– Катя! – крикнул я ей, сбавляя скорость и остановился прямо перед ней. – Катя, ты как?
Она сидела на скамейке, прижавшись спиной к забору и закрыв глаза. В свете фонаря её лицо казалось особенно бледным. Я пощупал пульс на сонной артерии. Частый и слабый. Тогда я сел рядом и стал делиться с ней остатками энергии. Хорошо, что успел подзарядить ядро до половины. Слышал приближающийся топот детских ног.
– Как она? – спросила Мария, пытаясь восстановить дыхание.
– Истощилась почти под ноль, – ответил я, наблюдая, как в её ядре уровень энергии поднимается к четверти.
– Берёт плохой пример со старшего брата, – ухмыльнулась Мария. – А с кого ж ещё брать?
– Человек старался, а ты за своё, – огрызнулся я. Мария плюхнулась на скамейку по другую сторону от Кати и уже тоже собиралась поделиться энергией, но Катя открыла глаза.
– Вы здесь? – спросила она слабым голосом, озираясь. – Что-то я устала немного.
– В ядро заглядывать не пробовала? – решила подколоть магичка. – Говорят, помогает.
– Что-то я заработалась, не уследила, – вяло улыбнулась Катя. – Мне уже лучше, сейчас немного помедитирую и смогу идти.
Я тоже решил не терять времени и занялся медитацией.
– Смотрите не засните тут, – усмехнулась Мария, вздохнула и затихла. Видимо принялась рассматривать звёзды, которых в деревне всегда видно гораздо больше, чем в городе, где так много “светового шума”.
На полное восстановление нам с Катей понадобилось меньше десяти минут. Потом несколько минут мы вместе с Марией смотрели на звёзды. В детстве я любил сидеть вот так и считать пролетающие по небу спутники.
– Ну что, мальчики и девочки, идём ко мне домой? – спросила магичка. – Предлагаю сегодня переночевать у меня. Скорее всего мама, пока мы тут ходим, приготовила ужин, а потом уже ехать обратно в Питер не вижу жизненной необходимости.
– Наверно так и сделаем, – сказал я, поднявшись со скамейки и подав руку сразу обеим. – Идёмте, дамы, нас ждёт вкусный деревенский ужин.
– А ты зря смеёшься, кстати, – сказала Мария, легко встав со скамейки. – Моя мама хорошо готовит. Кое-чему, правда, я её научила. Сказала, что вычитала в книгах.
– Я и не думал смеяться, – возразил я. – Говорю очень серьёзно. Деревенскую еду обожаю. Она хоть и без изысков, но обязательно от души.
Так, непринуждённо болтая, мы дошли до дома Марии, где нас уже ждала толпа благодарных сельчан. Я даже немного оторопел, когда увидел, что все они пришли с какими-нибудь подношениями. У всех в руках были сумки, мешки, сетки с куриными и гусиными яйцами, даже свежеиспечённый каравай имелся. Вещать вызвался один старик, которого я вылечил полчаса назад, он был тогда в очень плачевном состоянии, а сейчас уже уверенно стоял на ногах, даже сюда пришёл.
– Вы же Александр Петрович Склифосовский, всё верно? – решил на всякий случай уточнить старик.
– Всё верно, – кивнул я, не зная даже, как прокомментировать этот флэшмоб.
– От всего нашего села приносим вам свою глубочайшую благодарность! – заявил старик, а у самого по щеке скатилась слеза. – Вы ведь уже второй раз наше село спасаете от погибели. Дай вам Бог здоровья и успехов в вашем нелёгком деле. И примите пожалуйста наши скромные дары, от чистого сердца!
– Ну что вы, право же, не стоило! – бормотал я, пока к нашим ногам складывали подношения.
Каравай вручили в руки, в кучу складывать не стали. Одна женщина принесла живого кролика в клетке, другая гуся держала на руках. И как они себе представляют, что мы с ними должны делать?
– Так, живность родителям отдашь, – сказал я тихонько Марии, ткнув её пальцем в плечо.
– Ага, как же, – усмехнулась она. – Пусть у тебя по госпиталю бегают.
Мы поблагодарили сельчан, пожелали им крепкого здоровья и те устремились по домам, оставив нас наедине с подарками.
– Ну и куда всё это девать? – спросил я и тут же словил недовольный взгляд магички. – Нет, я, конечно, очень польщён, но я реально не знаю, что мы с этим всем будем делать.
– А давай гусыню домой отвезём! – предложила Катя. – Они с Котангенсом подружатся. Ты только посмотри, какая она хорошая!
В доказательство своих слов она погладила птицу по голове, та издала пару невнятных звуков, но вела себя спокойно.
– Отличная идея, – кивнул я. – Она выдернет ему хвост при первой же встрече.
– Давай так сделаем, – предложила магичка, пытаясь разобраться, что где лежит. – То, что возможно, складывай в машину, деревенские продукты в городе не помешают. Этих красавчиков я и правда родителям отдам, а каравай хорошо упакуем и завтра родителям на стол поставите.
– Кстати о родителях, – сказал я и достал телефон из кармана.
Информация о том, что мы не поедем в поздний час домой, а переночуем у родителей Марии, маму полностью устроила.
– Это лучше, чем по ночам ездить, – сказала она. – Спокойной ночи. Позаботься о Кате.
– Обязательно мам, – сказал я и положил трубку.
Всё, что можно забрать домой, я временно сложил в переднюю часть салона, а через заднюю дверь начал вытаскивать всё, что накупили днём. В три захода мы внесли всё это добро в дом. Брат и сестра Марии ещё не спали и нам довелось неоднократно слышать радостные возгласы, пока Мария доставала из мешков подарки один за другим. Мама магички стояла с выпученными глазами, видимо пытаясь представить, сколько всё это стоит.
