– «Советское шампанское» – это кефир?!
Судья медленно подняла глаза от бумаг. Посмотрела на Серёжу. Долго. Пристально. Как кот на мышь. Которую сейчас сожрёт.
– Молодой человек, – наконец сказала она. – Вы издеваетесь?
– Нет! Я просто…
– Достаточно. Раздел имущества есть?
– Есть! – мы ответили хором.
И тут началось. Цирк с конями!
– Кот остаётся со мной! – заявил Серёжа.
– Барсик? – опешила я. – Ты же его терпеть не можешь!
– Я его кормил!
– Один раз! И то неделю назад! И он тебе руку расцарапал!
– Всё равно! Я к нему привязан! Эмоционально!
– К коту, который тебе в тапки гадил?!
– Это было недоразумение!
– Пять раз?!
– Кот нервничал!
– От чего? От твоей любви?!
Судья постучала ручкой по столу. Громко. Кактусы вздрогнули (клянусь, я видела!).
– Так. С котом разберётесь сами. Что ещё?
– Мультиварка! – выпалил Серёжа.
– Которую подарила моя мама?!
– Я в ней готовил!
– Ты в ней рис сварил! Один раз! И тот пригорел!
– Это не важно! И ещё сервиз!
– Бабушкин сервиз?! – я аж подскочила. – Ты охренел?!
– Елена Петровна! – одёрнула меня судья. – Выражения!
– Простите. Он обалдел?
– Лучше. Продолжайте.
– Бабушкин сервиз – это семейная реликвия! Ему сто лет! Он пережил революцию, две войны и перестройку!
– И что?
– И тебя переживёт!
Мы препирались ещё минут двадцать. Серёжа требовал всё подряд – от вафельницы, которой мы ни разу не пользовались (подарок на свадьбу, даже из коробки не доставали), до ёлочных игрушек (включая звезду, которую мой дед вырезал из консервной банки в 1965 году!). Я огрызалась и требовала своё. Судья тем временем делала пометки и поглядывала на кактусы с видом «вот вы хотя бы молчите и не спорите».
– Достаточно! – наконец рявкнула Вероника Николаевна. – Хватит! Прекратить базар! Следующее заседание через две недели. Подготовьте опись имущества. ВСЮ опись. До последней ложки. До последней вилки. До последней салфетки! И определитесь с квартирой – выкуп доли или продажа. И прекратите вести себя как дети в песочнице! Всё! Свободны! Брысь!
Мы вышли в коридор. Машка кинулась к Серёже, как голодная чайка к хлебу.
– Ну как? Развели?
– Пока нет, – буркнул он.
– Серёженька, а можно я на следующее заседание в норковой шубе приду? Ну той, которую ты обещал?
Я расхохоталась. Не могла удержаться. Хохотала так, что леопардовая тётка из очереди одобрительно закивала.
– Какой шубе, Серёж? У тебя денег на метро не хватает! Ты у меня тысячу занимал на проездной!
– Заткнись! – огрызнулся он. – И кота не получишь!
– Посмотрим! Барсик сам выберет!
– Коты не выбирают!
– Мой – выбирает. Он тебя выбрал. В качестве туалета для тапок!
Они ушли, а я осталась стоять в коридоре. Леопардовая тётка подошла и похлопала по плечу:
– Нормально прошло! Молодец! У меня первый раз хуже был. Муж свидетельницу привёл – мою лучшую подругу. Сказал, она подтвердит, что я плохая жена. А она подтвердила! А потом за него замуж вышла! А потом тоже развелась! Круговорот дур в природе!
Представляла. Ещё как представляла. У меня тоже лучшая подруга в невестах ходит.
Домой ехала на метро. В вагоне напротив сидела парочка – лет по двадцать, целовались взахлёб, как перед концом света. Молодость. Любовь. Идиотизм. Через пятнадцать лет она будет делить с ним мультиварку, а он требовать бабушкин сервиз. И вафельницу в придачу.
Хотя, может, и нет. Может, есть на свете нормальные мужики. Не в Красной книге, а в реальной жизни. Просто мне не повезло. Попался бракованный экземпляр. С дефектом в голове и совести.
Дома меня ждал сюрприз. У двери стоял сосед Дмитрий – высокий, слегка лысеющий (но красиво лысеющий, как Стэтхэм!), в домашнем халате и тапках. В руках – поднос с чем-то, накрытым полотенцем. Пахло божественно!
– Здравствуйте, Елена, – улыбнулся он. – Я тут подумал… у вас же сегодня суд был?
– Откуда вы знаете?
– Стены тонкие. Вчера ваш муж чемоданы собирал и матерился на весь подъезд. Особенно красочно про борщ высказывался.
– Бывший муж, – поправила я.
– Вот и славно! То есть… я имею в виду… – он смутился. – Короче, я приготовил пасту карбонара. Подумал, вам нужна моральная поддержка. И калории. Калории – лучшие друзья в трудную минуту!
Я растрогалась. Честное слово, чуть не разревелась прямо в подъезде. Когда последний раз мужчина для меня готовил? Да никогда!
– Спасибо! Правда, спасибо! Заходите! Сейчас только уберу…
– Не надо убирать. Я видел квартиру Серёжа, когда он дверь открывал. У вас чисто!
Мы прошли на кухню. Барсик важно восседал на стуле и следил за происходящим. Царь на троне! Из квартиры Дмитрия появился британец Цезарь – серый, пушистый, с выражением морды «я тут главный». Ну-ну, сейчас посмотрим, кто главный!
Коты посмотрели друг на друга. Обнюхались. Цезарь мявкнул что-то по-британски (с акцентом!), Барсик мявкнул в ответ по-русски. И… они начали играть! Носились по квартире, как два реактивных снаряда. Барсик прыгал, как молодой! Цезарь за ним!
– Надо же! – удивился Дмитрий. – Цезарь обычно других котов не признаёт. Высокомерный, как английский лорд. Считает себя аристократом!
– А Барсик всех царапает. Кроме меня. Демократ с улицы!
– Значит, судьба! – засмеялся сосед. – Аристократ и демократ – идеальная пара!
Паста была божественной. Нет, правда. БОЖЕСТВЕННОЙ! Я такой вкуснятины не ела… да никогда не ела! Серёжа максимум пельмени мог сварить. И то криво. А тут – шедевр! Сливки, бекон, сыр… Ммм!
– Вы повар? – спросила я, уплетая вторую порцию. К чёрту диету!
– Нет, юрист. Но готовить люблю. Бывшая жена говорила, что я на кухне талантливее, чем в суде.
– Глупая была ваша жена.
– И ваш муж тоже.
Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Синхронно. Как в кино!
– Кстати, – спохватилась я. – Я же не представилась толком. Елена. Можно просто Лена.
– Дмитрий. Или Дима. Как хотите.
– Дима, можно вопрос? Профессиональный?
– Конечно!
– Если муж… бывший муж… задолжал кому-то денег, я за это отвечаю?
– Смотря какие долги. А что случилось?
Я пошла в спальню и принесла папку, которую нашла вчера вечером в старом портфеле Сергея. Там были какие-то договоры, расписки, счета. Целая кипа!
Дмитрий углубился в чтение. Чем дальше читал, тем мрачнее становилось его лицо. Брови сдвигались, лоб морщился. Плохой знак!
– Лена, – наконец сказал он. – Это очень серьёзно. Ваш муж…
– Бывший.
– Ваш бывший влез в очень сомнительную схему. «ИнвестГарант» – это известная контора. В плохом смысле известная. Они дают деньги под огромные проценты, а если не возвращаешь…
– Что?
– Выбивают. Любыми способами. И судя по этим бумагам, долг уже пять миллионов.
Пять миллионов?! У меня зарплата семьдесят пять тысяч! Это сколько лет работать?! Шестьдесят семь? Я до пенсии не доживу!
– Но я же не подписывала! Я ничего не знала!
– Это хорошо. Но квартира в совместной собственности. Они могут попытаться…
Телефон зазвонил. Неизвестный номер. Дурное предчувствие кольнуло под рёбрами.
– Алло?
– Елена Петровна? – мужской голос, низкий, с лёгкой хрипотцой. Как у киношного бандита.
– Да.
– Меня зовут Антон Кирсанов. Я деловой партнёр вашего мужа.
– Бывшего мужа.
– Это не важно. Важно, что он должен мне деньги. Большие деньги.
– Это его проблемы.
– Нет, дорогая. Это теперь и ваши проблемы. Квартирка у вас хорошая. Двушка, пятый этаж. Вид на детскую площадку. Я был бы рад её купить. За полцены, конечно.
– Идите вы…
– Не горячитесь! Подумайте. У вас есть неделя. Потом мы начнём действовать. И поверьте, вам это не понравится. Мы умеем убеждать.
Он отключился.
Я сидела с телефоном в руке и не знала, что делать. Плакать? Смеяться? Бежать в полицию? Или сразу в Сибирь?
– Лена, – Дмитрий положил руку на моё плечо. Тёплую руку. Надёжную. – Не паникуйте. Мы что-нибудь придумаем. Я помогу. У меня есть связи в полиции, в прокуратуре. Мы разберёмся.
– Почему вы мне помогаете? Мы же почти не знакомы.
– Ну… – он смутился. – Соседи должны помогать друг другу. К тому же, ваш кот подружился с моим. Это знак!
