Щёлк.
Снимок застыл прямо на экране.
Значит, тут так. Ни тебе «Зенита», ни кассеты, ни проявки. Фотографирует и сразу показывает. Не полароид, конечно, мгновенной проявки снимков нет, зато фотографии на удивление четкие… Даже грязь на полу и ту видно.
Надо запомнить функционал, пригодится.
В этот момент телефон вспыхнул и завибрировал. Появилась надпись по середине: Ренат СБ.
– Внимательно… – я поднес аппарат к уху.
В ответ ни звука. Телефон продолжал вибрировать и голосить. Я снова нажал кнопку, которой включал мобилу, но экран погас и дозвон прекратился. Видимо, сбросил.
Через несколько секунд звонок повторился. На этот раз я нащупал другие кнопки – громкость: убавить и прибавить. Потом ещё пару. Всё не то.
Я чертыхнулся, сбросил снова. Не до этого сейчас. Разбираться с чудом техники буду позже. Наверняка же инструкция где-то есть.
В шкафчике нашлись ключи, какая-то белая пластмасса с логотипом, то ли бейджик, то ли современный пропуск. Может, как раньше на проходной, только без фотки.
Рядом валялась пластиковая карточка. На ней зелёный логотип и надпись «Сбербанк».
Узнаю.
Только раньше в кассе давали сберкнижку, а тут кусок пластика. Деньги, значит, теперь без бумаги? Так нет, рядом лежали купюры. Цифры на них крупные – тысяча, одна пять тысяч. С виду серьезно. А по факту? В 96-м я бы за такие бумажки «сдачу не надо» говорил. Теперь, может, на них и коробку спичек не купишь. А может, наоборот, если у тебя пять косарей в кармане, то считается, что живёшь?
Я взял одну в руку. Бумага тоньше, чем раньше. Почти как фантик, но краска держится, блестит. Убрал купюры в карман. Сколько теперь рубль стоит? Надо узнать.
Переоделся, сложил форму аккуратно в шкафчик. Спортивный костюм оказался по размеру, как после ателье. Двигаться удобно. Сел – нигде не тянет, плечи не жмут. В самый раз!
Уходить тихо, через заднюю дверь, я не собирался. Не мой стиль. Но бородатые будут ждать, это точно, меня пацаны предупредили. Впрочем, блокнот и ручку я тоже взял не просто так. Запишу номера машин бородачей, подмечу другие детали, если будут. На улице лучше быть готовым ко всему. К тому, что затем врага придется искать – тоже.
В кармане олимпийки ждал ещё один сюрприз. Вытянутый ключ с логотипом «Mercedes» и брелок с кнопками… Я нажал и брелок пикнул, мигнул огонёк.
– Ни фига живём… – протянул я, оживившись.
Выйдя из раздевалки, прошёл по узкому коридору, резкий поворот и я уперся в тупик. Стеклянная перегородка, металлическая штука, вроде турникета. Только не как в метро, эта блестит, хромированная, красные точки бегут по панели сбоку.
Подошёл ближе, пытаясь разглядеть кнопку или ручку на турникете, но не нашел. Попробовал толкнуть, но перекладина не сдвинулась.
Сбоку в стеклянной будке сидел охранник, ковырявшийся в зубах спичкой. Я постучал в стекло, и он поднял глаза.
– Отец выпусти, а то сломаю что-нибудь ненароком.
– А пропуск не судьба?
Я достал белую карточку из кармана и показал через стекло. Он нехотя встал, вышел, взял мою карту, приложил к панели. Лампочки мигнули зеленым.
– Работает же все! Че телишься Ефимов? Или тебе как этим – башку отбили?
Турникет щелкнул и я, толкнув перекладину, шагнул вперед.
– Пропуск забираю? – спросил вахтер. – Ты, как я понял, всё – уебен зе бите?
– Так точно.
– А с Ренатом говорил?
Я покачал головой. Он посмотрел с усталостью, как человек, которому всё надоело. Типа «я сказал, а ты делай, как хочешь».
Дверь за мной закрылась. Чёрный вход оказался обычной бетонной створкой с торца здания. Без вывесок или табличек. Просто неприметная дверь, какой, наверное, и должен быть черный вход.
Я вышел, щурясь, на улице стоял погожий день. Воздух здесь был немного иной. Пыль, выхлоп, жара от асфальта. Дышать что ли тяжелее… да и мир все-таки другой. Привычные вещи остались – бетон, охранники, пыль. Но за всем этим электронные системы, лампочки и сигналы.
Машин здесь… море. Одна к одной. Блестящие, новые. Каждая как выставочный образец. Глянул на номера региона – три семерки. Столица, значит, но одной семеркой больше привычного обозначения.
Я взглянул на надпись на заднем бампере одного из джипов и даже кашлянул от удивления.
«Москвич»!
– Охренеть… – пробормотал я. – Вот это аппарат.
Прошёл вдоль стены, прижался к углу, выглянул. У центрального входа стояло человек пятнадцать. Бородатые, широкие, в темных футболках. Три черных джипа, с тонировкой. Один узнал сразу – Гелендваген. На Гелике уже в 90-х ездили те, кто решил, что закон им не писан. Спустя тридцать лет, видимо, многое не изменилось.
Один бородатый сидел на капоте, как на троне. Второй снимал все на телефон. Сам Мага присел у колеса, пил воду из пластиковой бутылки. Остальные кучковались, общались и кололись на вход.
Я достал блокнот, записал номера автомобилей. Потом включил камеру на мобильнике, сделал пару снимков, фиксируя лица. Нет, в ментовку не пойду. Не по мне это. Но жизнь такая штука, что все может пригодиться. Особенно если договориться сегодня не выйдет.
Телефон мигнул и на экране всплыло сообщение от Рената СБ:
«Я тебя закопаю Ефимов».
Любопытный стиль у них тут. Рот открывают, как будто не понимают, что слова как валюта. Кто кидается ими в долг, тот потом платит с процентами. Но с Ренатом мы еще обязательно поговорим. Кривые у него посылы, такого допускать в свою сторону нельзя при любых раскладах.
Убрав телефон и блокнот, я вышел к бородачам. Вопросы были не только у них ко мне, но и у меня к ним.
– Вон он! – оживились они. – Э, Мага! Идет!
Глава 3
Первым завелся тот, что сидел на капоте. Спрыгнул резко, подтягивая штаны, снимая очки и поворачивая бейсболку козырьком назад. Снимавший перевёл телефон на меня.
Мага вскочил и швырнул в меня бутылку с минералкой.
От бутылки я увернулся. Что у них тут вообще с башкой? Кидаются первым, что под руку попадёт. Оно ж и обратно прилететь может.
– Э, ишак карабахский! – заорал Мага, и пошел на меня, расправляя плечи.
Ускорился, подсел и мне сразу стало ясно, что Мага сделает проход в ноги. Но без подготовки, даже обманки нет. Просто лезет на кураже в лобовую. Видимо думает, что если прежний обладатель этого тела ударник, то и я схаваю. Вот только я сам по молодости увлекался борьбой, поэтому такие попытки мимо кассы.
Мага кинулся вперёд, а я шагнул вбок и, уходя, выдернул у него из-за пояса пистолет. Самого Магу ускорил смачным пинком-поджопником.
Рукоять блеснула на солнце.
Мага рухнул на колено, не сразу поняв, что случилось. Остальные замерли на полсекунды, но уже было видно – закипают. Двое бросились вперёд, но я поднял ствол и навел на них.
– Ещё шаг и колени постреляю, – спокойно сказал я. – Всем. Либо базарим по нормальному, либо пойду по беспределу.
Резкая тишина. Кто-то в толпе сглотнул. Пару секунд все смотрели только на меня.
– Если кто-то решит добивать человека втроем, то за своего брата я впрягаюсь, – также спокойно продолжил я. – Таких моментов не прощаю. Ни русским, ни армянам, никому. Всем одинаково. Если вашего брата будет кто толпой бить, мимо тоже не пройду.
– Ты полез куда не просили! – вспыхнул Мага, уже отходя от шока. – Мы с ним месяц конфликт прогревали!
– А ты базар держи. Я себе лишнего не позволял, а ты на личное перешел. Думаешь, это пройдет?
Пауза. Кто-то из пацанов переглянулся.
– Повторю, я на такие вещи глаза не закрываю. Либо извиняешься, либо я с тебя спрашиваю. Один на один.
В этот момент из здания выскочили охранники, или теперь уже бывшие коллеги.
– Все! Расходимся! – первым подбежал Леня.
– Не, пацаны, – я не обернулся. – У нас тут личное. Вопрос надо решать.
– Слышишь, ты че, с меня спрашивать собрался?! – Мага взвинтился с полтычка. – Никто извиняться не будет! Пошли по-мужски, я тебя схаваю, за каждое слово отвечу! Хрустну!
Он раздраженно пнул пластиковую бутылку, валявшуюся на асфальте.
– Тогда дайте слово на камеру, что никто не влезет. Ни ты, ни ты, – я кивнул на телефон, камеру которого бородатый направлял на меня. – Выйдем за угол, где камера не пишет.
– Слово даю! – прозвучало в унисон. – Раз на раз выскакиваете, мы не лезим.
Я молча протянул пистолет Лене. Тот взял, тоже молча. Мы с Магой пошли за угол. Бородач чуть замедлился, и я понял, что он будет бить исподтишка. С подскока, пока я не готов. Классика. Вопросов нет – улица, а на улице нет правил. Вот только там, где вы учились мы преподавали.
Мага резко пошел вперед.
Не успел.
Я двинул один раз локтем в шею, с разворота, под челюсть, попав в артерию. Он рухнул на асфальт, как мешок с костями.
– Э!
– Мыша баля! Зарэжу!
Толпа зашевелилась. Трое пошли в мою сторону, и охранники начали сдвигаться, чувствуя, что сейчас вспыхнет массовая драка.
Я не двинулся. Молча достал свой телефон и включил камеру. Повернул экран к ним. Записывать не записывал, понятия не имею как сменить фотоаппарат на видео, но сработало – на понт взял.
– Вы мне на камеру слово дали, мужское и если сейчас нарушите, то цены вашему слову нет. Думайте, пацаны, раз на общее конфликт вынесли.
Толпа замерла. Камеры они боялись, я уже это понял. Без камеры и с оной, вели себя по-разному.
– Лично у меня ни к кому из вас вопросов нет, – сказал я. – Конфликт был с Магой. Он начал. Я закончил.
Повисла тишина. Потом кто-то с задних рядов сказал:
– У нас тоже личного нет. Просто вспыхнуло.
– Ну так и пусть остынет, – кивнул я. – Если остался спортивный интерес – не вопрос. Давайте найдем зал и на перчатках поработаем. Выясним, кто сильнее. Нож убери!
Я показал на руку одного из бородатых. Те начали переговариваться по-своему. Непонятно ни черта, терпеть ненавижу, когда такое начинается. Один из бородачей посмотрел на валяющегося на асфальте Магу.
– Мага сам лишканул, и ответил. Так что нормально, расходимся, – выдал постановление «старший» в группе.
Бородатый в кепке с повернутым козырьком, помог Маге подняться, присев на корточки. Источник конфликта уже приходил в себя, с трудом вставая на ноги и держась за горло. На меня не смотрел.
– Тогда расходимся, – сказал я.
Но не успели прозвучать эти слова, как из-за угла полыхнули синие огни. Первая патрульная машина с визгом затормозила у бордюра, вторая, встала боком, в метре от тротуара.
– Шухер, менты!
Двое бородатых метнулись во двор. За ними рванул еще один. Остальные замерли, вытягивая внимание ментов на себя.
Хлопнули двери. Из машин выскочили четверо ментов. Плотные, в бронежилетах, с автоматами.
На борту патрульной было крупно написано: ПОЛИЦИЯ. Не «милиция». Я чуть не хмыкнул – теперь у нас не менты, а копы? Дела!
– Стоять, всем! – важно проревел лысый, с сержантскими полосками.
Оставшиеся бородачи подняли руки, как по команде. Видно, одна половина их с условкой, другая на стреме, и те, кто «чистые» прикрывают «запачкавшихся»
Краем глаза я заметил, как Леня, плавно отвел руку, пряча пистолет. Неожиданно, ствол хоть и не мой, но мои пальцы на нем есть, а там при должном воображении… В общем как говориться, был бы человек, а статья найдется.
– В чем вопрос товарищ сержант? – спокойно спросил я. – Вызов на драку! – буркнул он, прищурившись.
Я огляделся, развел руками.
– Где вы видите драку? Все стоят. Разошлись уже. Вопросов друг к другу не имеем, – пояснил я.
– Имели, раз вызвали, – цокнул тот и покосился на одного из охранников. – Ренат где?
– Отъехал, – ответил тот.
В принципе неудивительно, что мент интересовался начальником СБ… другой вопрос куда он отъехал, если так искал со мной встречи?
Три других мента уже активно обыскивали бородачей. Вряд ли что-то серьезное найдут, те у кого что-то было – уже убежали. Талант, достал нож, тоже растворился, как утренняя дымка.
