Глава 3
– Всё же лучше надеть форму, – смущенно произнесла Дейзи, отходя к своей кровати.
Делать этого мне, конечно, не хотелось, но, чтобы завладеть расположением куратора, выглядеть стоило подобающе. Да и какая разница, что будет на мне одето. Главное, как подать! Ведь смотреть куратор будет не на форму, а на меня в целом.
Бросилась к своим сумкам и отыскала косметичку. Разложила на столе кисточки, карандаши, заколки и гребни. Подправила легкий макияж, нанесла прозрачный блеск на губы. Волосы уложила в пышную косу, чуть приподняв её заколками.
Форма нашлась в шкафу. На удивление идеально выглаженная и чистая. Всё же здесь умеют заботиться об учащихся. Обернулась к соседке, посылая ей вопросительный взгляд.
– Переодеться можно в уборной, – растерялась она. – Или прямо в комнате.
Почувствовала, как медленно отвисает челюсть. Одна нехорошая догадка закралась в мысли, и я решила немедленно её озвучить:
– А ванная или душевая есть?
– В конце коридора, направо. Для каждой комнаты своя отдельная кабина.
Наводнение, землетрясение, конец света, ничего из этого не произвело бы на меня сейчас такого впечатления, как слова соседки. Чувствуя, как пол уходит из-под ног, поспешила к кровати. Присела и закрыла лицо руками. Я определенно в преисподней.
– Что ещё у вас общего? – глубоко дыша, спросила я.
Соседка приложила палец к губам, задумавшись.
– Ну, столовая, где завтракаем и ужинаем. А напротив душевых есть маленькая кухня. Обедов у нас нет из-за плотного расписания, так что готовим себе сами. Иногда удается забежать перекусить.
Я подняла ладонь, давая понять, что услышала достаточно. Надо успокоиться. Этот кошмар ненадолго. Либо я выберусь отсюда, либо отец вытащит меня. Обязательно! Да, за сгоревший ресторан он конечно разобидится. Но не оставит свою единственную дочь и наследницу в беде. Ах, если б матушка была жива… но печальные мысли я быстро прогнала. Сейчас мне нужно настроиться на хорошее настроение.
– Я выйду ненадолго, – вдруг стушевалась Дейзи и выскользнула из комнаты.
Странная она какая-то. Да ещё так удивилась, узнав кто я. Хотя, это совсем не удивительно. Кто же не знает Анастейшу Пембер? Забыв на время о соседке, я принялась переодеваться. Белая хлопковая блузка с коротким рукавом приятно прилегала к телу, зауженные чёрные брюки с кожаным ремнём хорошо сели на бёдра, а укороченный тёмно-синий камзол подчеркнул талию. О большом зеркале можно было и не мечтать, пришлось довольствоваться маленьким зеркальцем из ридикюля.
Соседка долго не возвращалась, и я решилась отправиться в небольшую разведку. Стараясь не привлекать внимания, вышла в коридор и прогулялась в направление душевых: чистые, но совсем не комфортные. Кухня же представляла из себя нестройные ряды тумб и навесных шкафов, имелись здесь и холодильные ящики. Несколько круглых столиков с табуретами расположились у окна.
– Ах, вот ты где, – прозвучал за спиной голос Дейзи.
Я повернулась, заметив, что девушка вновь смущается. Ну рядом со мной это естественно.
– Пора идти на собрание, – пояснила соседка. – Хочешь, пойдем вместе?
– Дейзи, здравствуй! – на кухню ураганом ворвалось рыжее нечто в веснушках.
Заметив меня, курсанта моргнула и покосилась на мою соседку. Встрепенулась, словно вспомнила зачем пришла и радостно сообщила:
– Вечером собираемся в гостиной группой. Отпраздновать начало нового учебного года. Приходи!
– О, конечно, – хлопнула в ладоши Дейзи.
– Отлично! – рыжее нечто подбоченилось. – И бери с собой что-нибудь вкусненькое. Попируем, – бросила на меня задумчивый взгляд и унеслась в коридор.
А я смотрела на соседку, отмечая, как на последних словах плечи девушки поникли, а взгляд рассеяно забегал по полу.
– Пойдешь? – отчего-то уточнила я.
– Д-да, – Дейзи сглотнула, – надеюсь, зададут немного. И будет время посидеть пообщаться. Тебе бы тоже не помешало прийти. Познакомишься со всеми.
Я хотела сказать, что не вижу смысла, ведь задерживаться здесь не собираюсь. Но лишь молча скрипнула зубами. Что-то с этой Дейзи не так. Но, решив не заострять на этом внимание, я направилась вслед за соседкой.
Вышли из жилого корпуса, прошли по одной из вымощенных камнем тропинок и оказались перед главным корпусом. Всю дорогу Дейзи молчала, изредка кидая на меня косые взгляды. Я же преисполнилась решимости во чтобы то ни стало завладеть расположением куратора. Выдала одну из самых своих обаятельных, но в тоже время скромных улыбок, вошла в большие железные двери.
Курсанты словно пчелы жужжали, торопясь по своим делам. Мне с трудом удавалось протискиваться сквозь нестройные ряды юношей и девушек. Ловила на себе то задумчивые, то заинтересованные, а иногда и вовсе удивлённые взгляды. Да, моё появление не останется не замеченным. Но сейчас я должна думать только о кураторе. И о сумме, которую я готова ему предложить за помощь. Хотя ради своего комфортного проживания я готова отдать много кроносов.
Поднимаясь за соседкой на второй этаж, чувствовала лёгкое предвкушение. Буква А, ну пожалуйста, принеси мне удачу! Уверена там очень хороший, очень добрый, понимающий….
– Юрх меня забери! – выдохнула я, чувствуя, как глаза вылезают на лоб, а челюсть уже давно катится по полу. – Этого быть не может! Нет!
– Да, – беззвучно произнес тот самый напыщенный с руками-баобабами, растягивая губы в усмешке. И уже более громко добавил: – Добро пожаловать в Академию магических защит!
Его взгляд, обращённый ко мне, не сулил ничего хорошего. Надежда на светлую отдельную комнату разбилась, словно хрупкая ваза о каменный пол. А ещё я поняла: мне конец…
* * *
От наших прожигающих друг друга взглядов, казалось, искрится воздух. Огненная пелена застилает всё вокруг, и вот в аудитории только я и он. Никто не будет отводить взор первым, никто не моргнёт, не отступит. Я уж точно не собираюсь.
Вскинула голову, до хруста выпрямила спину и скрестила руки на груди. Неприязнь куратора ощущала каждой клеточкой своего тела. Сердце бешено ухало в груди, казалось, ещё немного, и оно вырвется на свободу. Но при всей своей злости на этого ледяного истукана не могла не отметить, что он юрх как красив. А в помещении его атлетическая фигура казалась ещё больше, ещё стройнее. Да он может меня, как соломинку, переломить и даже не поморщиться.
– Куратор Рейндол, может, начнём? – прозвучал голос из глубины аудитории.
Осознав, что до сих пор стою в проходе, вздрогнула. Пришлось капитулировать и прошмыгнуть на одну из задних парт. Вновь ловила на себе недоумённые взоры, но делала вид, что ничего не замечаю. Ну хорошо, А. Рейндол, эту победу можешь оставить за собой.
– Что ж, – мужчина повёл плечами, как бы расслабляясь. – На нашу новую ученицу, я думаю, вы налюбовались, теперь давайте о важном.
Он затянул монотонную речь о предстоящих занятиях, расписание, напоминал правила, которые: «итак все должны знать». Я слушала его вполуха, водя рассеянным взором по курсантам.
Юноши и девушки, казалось, словно губки, впитывали каждое его слово. При этом стоило куратору взглянуть на кого-то из них, сразу распрямляли спины. Парни ещё и чуть носы задирали, а девицы застенчиво улыбались. Все, кроме Дейзи. Соседка, оказывается, прихватила с собой тетрадь с карандашом и сейчас с усердием записывала каждое слово. «Для неё важно не кто говорит, а что говорят», – поняла я, окончательно сделав вывод о соседке.
– И, наконец, об одном из самых главных событий в этом полугодии, – Рейндол прошёлся по аудитории, проверяя, все ли его слушают. – Через четыре месяца у нас в академии пройдет ежегодная гонка на пегасах.
А вот тут я действительно обратилась в слух. У них есть пегасы? Это может быть выгодно для меня.
– В команду добираются участники, – продолжил Рейндол, – так как предыдущие выпустились в прошлом году. Есть два свободных места. Желающих жду до конца недели, и начнём тренировки. В этом году мы обязаны попытаться войти хотя бы в тройку лидеров.
Дальше он стал рассказывать что-то о стипендиях и внеурочных занятиях, а я задумалась. Гонки на пегасах событие поистине грандиозное и важное. Соревнования проходят не только между учебными заведениями, но и между королевствами. Победителей гонок ждут вечная слава и почёт, а награждает их лично король.
А происходит всё в запутанном лабиринте, где важно не только прийти первым к финишу, но и собрать наибольшее количество очков, отмечаясь в назначенных точках и передавая эстафетный флажок следующему участнику. В истории гонок немало случаев, когда пришедшие к финишу последними в итоге становились победителями. Но для таких соревнований у академии должны быть выносливые крылатые лошадки. Обычные белые пегасы не такие стойкие как те же голубые, да и ориентируются они гораздо хуже. А ведь в гонках самое главное – пегасское чутье. Иначе блуждать по лабиринту наездник будет долго. Эх, вот бы взглянуть на их крылатых. Может, и для моего Алмазного местечко найдется.
Из размышлений меня вывел звук колокола. Все курсанты дружно поднялись и стали покидать аудиторию. Решив, что я не настроена на баталии с куратором, ещё придет мой час, затерялась в толпе и выскочила в коридор.
Остановилась, приложив ладонь к шершавой стене. Мысли путались, а взгляд рассеянно блуждал по полу. Про отдельную комнату придётся забыть и терпеть странную соседку. Передёрнула плечами, успокаиваясь. Это только первый день, который ещё не закончился.
Неприятная резкая боль пронзила плечо. Поморщившись, я обернулась, и поймала полный ненависти взор. Блондинка ростом чуть ниже меня отняла от меня свои ноготки и приблизилась. Приторный аромат духов, обильно исходящий от девушки, заставил вновь скривиться. Она в них, что, купается? Курсанта прищурилась и прошептала:
– Рейндол мой. Узнаю, что заглядываешься, волосы с пола собирать будешь. Ты поняла?
Я усмехнулась и сделала маленький шаг назад, но только потому, что запах духов душил.
– Да ты хоть представляешь, с кем разговариваешь? – послала ей милую улыбку.
– Да чихать я хотела на то, кто ты, – выдала леди с замашками сапожника. – Я Слетчер, Николет Слетчер. И Арон Рейндол мой.
– Ты его купила что ли? – я просто опешила от такого напора.
Блондинка вспыхнула, выпрямилась, словно специально демонстрируя свои немаленькие формы, и взглядом метнула молнию.
– Я предупредила, – змеёй прошипела она.
Толкнув меня плечом, зашагала по коридору. Я проводила её недоуменным взором. Ну и страсти тут у них! А ещё говорили, что-то про правила, порядки. Рядом тут же нарисовалась обеспокоенная Дейзи, участливо взглянув на меня.
– Не связывайся с ней, – тихо произнесла соседка, смотря вслед блондинке. – Николет немного… своеобразная.
– Кто она? – спросила я, прокручивая в голове фамилию. В окружении моей семьи таких не было.
– Её отец, говорят, недавно вошёл в тайный совет самого короля. А до этого был в Кабинете безопасности. Два её старших брата учатся на третьем курсе, тоже те ещё… но отличники. В академии им прочат хорошее будущее, – понизила она голос. – Ну ты понимаешь.
Ах, вот оно что. Детишки самых строгих правил воспитания. Шаг в сторону только с разрешения, а дисциплина превыше всего. И младшая сестра вынуждена была пойти по стопам старших братьев. Но с чего вдруг так вцепилась в Рейндола? Поинтересовалась у соседки, но вместо ответа Дейзи услышала:
– Пембер! А я вас не отпускал. Вернитесь в аудиторию.
Помянешь юрха, вот и он. Оборачивалась так медленно, как только могла. Улыбка постепенно расцветала на моём лице, взгляд теплел, словно передо мной самый желанный мужчина на свете. Второй раунд начался!
Глава 4
Вошла следом за куратором, но замерла в проходе. Мне нужно понять, как себя с ним вести. Обрету я в нём друга или врага? Решила для начала выслушать, что он скажет. И уже потом делать выводы. Но усугублять ситуацию не буду. Пусть действует. Мнимая победа лучше любого поражения!
Рейндол присел за стол, складывая руки перед собой. Спина прямая, выражение лица спокойное, но настороженный взор отмечает даже самые незаметные детали. Хлопнула ресничками, оставаясь стоять на месте.
– Проходи, Пембер, – закатил глаза куратор.
«Хм, своевольное обращение с курсантами», – отметила я. Значит, ставит себя выше. Прошла и вытащила стул из-за стола. Поставила чётко напротив куратора. Присев, закинула ногу на ногу и сложила пальцы на колене. Заметила, как уголки губ Арона чуть дрогнули. Жест он оценил. Отлично, играем дальше! Улыбнулась, словно на королевском приеме: лучезарно, но в тоже время вежливо, добавляя изюминкой застенчивость. Совсем каплю, чтобы не перейти очень тонкую грань приличий.
Уловила, как дыхание куратора стало тяжелее, грудная клетка очень медленно поднималась и опускалась.
– Кхм, – прочистил он горло. – Меня зовут Арон Рейндол, я куратор группы, в которой тебе предстоит учиться. Хочу отметить – самой лучшей группы.
– Так ли самой лучшей? – ухмыльнулась, чуть склонив голову к правому плечу.
Отчего-то захотелось, чтобы противостояние не заканчивалось, а взгляды вновь пестрили искрами, сжигающими всё вокруг. Ладони вспотели, дыхание сбилось. Я неосознанно дёрнулась, но вновь взяла себя в руки. Пристальный взор Арона, ловящий мой малейший вдох, стал будоражить всё внутри. Положила руку на живот, чувствуя, как уже мне становится тяжело дышать.
– Да, самой лучшей, – ответил куратор и вдруг выкрикнул: – Пембер, успокойся! Иначе задохнешься!
Всё прошло, словно никогда и не начиналось. Дыхание выровнялось, внутри поселилась лёгкость. Я непонимающе хлопнула глазами.
– С вами, эмпатами, нужно контролировать каждую эмоцию, – усмехнулся Арон.
– Как вы узнали, что я эмпат? – спросила, потому что действительно стало интересно. Не каждый маг смог распознать мой дар.
Рейндол задумчиво потёр подбородок, косясь на меня.
– Когда я ещё учился здесь, хотел написать научную работу о самых редких дарах. Изучал старинные книги, и в одной из них нашел информацию об эмпатах. Если верить написанному, эмпаты могут усиливать чувства в несколько раз. Забирать их, а иногда наоборот, возвращать в тройном объёме. Но увы, это бесполезный дар в защитной магии. Все ваши силы завязаны на эмоциях, а нам нужен высокий самоконтроль.
– Если вы хорошо и много читали, – прищурилась я, – то должны были узнать, что эмпатия самый неконтролируемый дар. Если мы рады, то рады все вокруг. А если рядом кто-то плачет, то мы плачем вместе с ним. Магическая сила, которой невозможно управлять, – поставила ноги ровно, до боли сжав колени. Подалась чуть вперёд, заглядывая куратору в глаза. – Но вы же вызвали меня поговорить не о моих способностях?
Бровь куратора взметнулась вверх. Он хмыкнул, складывая руки перед собой. Кивнул каким-то своим мыслям.
– Я хотел сказать, что не позволю подрывать как авторитет группы, так и лично мой. На первом месте у нас дисциплина и знания. Если собралась учиться здесь, будь добра соблюдать правила. И тогда твоя жизнь здесь пройдёт безболезненно.
Я ухватилась за его слова, словно утопающий за соломинку. Сделала глубокий вдох.
– А если не буду учиться, что тогда?
Рейндол вмиг нахмурился, лицо стало напоминать мраморную маску. Взгляд стал ледяным, пробирающим до костей. О-о-о, так вот он больной мозоль куратора самого лучшего курса. От осознания этого не смогла сдержать улыбку.
– То через две недели я подам ректору документы о твоей неуспеваемости, и ты вылетишь отсюда со свистом, – последние слова он произнёс с такой сладостью в голосе, словно речь шла о его любимом вкусном десерте. – А теперь иди. Пора получить учебники в библиотеке.
От радости я хотела прыгать до самого потолка! Вот он, ключ к спасению. И не надо мучиться полгода. Вышла из аудитории, преисполненная радости и желания начать действовать. Даже стало немного жаль, что занятия начнутся завтра. Ну ничего, Анастейша Пембер подождёт. Не сдерживая радостной улыбки, я направилась обратно в жилой корпус.
* * *
Арона одолевали сомнения. Когда за девушкой закрылась дверь, куратор откинулся на спинку стула и устало растёр лицо ладонями. Что-то не давало ему покоя в поведение Пембер. Приди она на сбор в платье, уже давно бы поковала чемоданы. Но она надела учебную форму и даже волосы уложила.
– Неужели собралась учиться? – задал он вопрос, вглядываясь в матовый потолок. – Или только делает вид?
И в тоже время при словах об отчисление её глаза загорелись, словно звёзды на ночном небе.
«А глаза-то красивые, широкие, и цвета кофе с молоком», – проскочила мысль.
Арон встрепенулся, мысленно ругая себя. Она курсантка, ничего кроме учебы их связывать не должно! И не будет! К тому же, сейчас есть вопросы поважнее. Ректор вновь навесил на него занятия с лётной командой. Словно специально принижал, заранее зная, что им не выиграть. Вот о победе и стоит думать. Но как бы куратор не старался, девчонка не шла из головы. Он списал это на беспокойство, потому что не понимал, чего от неё ждать.
– Я тебя испытаю, Пембер, – улыбнулся Арон, поднимаясь.
Ему ещё предстоит отправиться на собрание кураторов, обсудить последние правки в ученом графике. Раз Анастейша заняла его мысли, он направит их в нужное русло. А выяснив расписание, будет точно знать, где загонять её удастся лучше всего.
Хочет учиться? Пусть так. Но никакого спуска, никаких поблажек. Он выжмет её, как апельсин, а затем, словно послевкусием, будет наслаждаться зрелищем, как она убирается отсюда. Оправил форму и направился в кабинет кураторов.
– Рейндол! Ты не поверишь, с кем играть будем! – раздалось, не успел Арон выйти в коридор.
Его приятель, куратор первокурсников, Бендж, бежал по коридору, размахивая листом. Арон укоризненно взглянул на него, и молодой человек сбавил шаг. Вот так-то лучше.
– Что у тебя? – уточнил Рейндол, забрав бумагу.
Прочитанное ему очень не понравилось. Первая игра будет с Академией целителей. Пару лет назад они уже становились чемпионами королевства и сейчас намерены восстановить титул. А обыграв их, у Академии магических защит появятся привилегии в выборе следующего соперника. Значит, все четыре месяца команда будет выкладываться по полной.
– Спасибо, что предупредил, – бросил Арон на ходу.
Он справится и с этим. Куратор самой лучшей группы не может не справиться!
* * *
Вошла в комнату и задумчиво осмотрела чемоданы. Часть, если не больше придётся отправить домой. Вот бы и самой уехать, но кто ж отпустит? Присела на край кровати, скрестив руки на груди. Нужно набраться терпения. И просто ничего не делать. Улыбнулась. Две недели, и я буду нежиться в своей огромной постели, в комнате, которая только моя. Куратор не очень доволен моим присутствием здесь, этим тоже стоит воспользоваться.
Медленно, никуда не торопясь, стала перебирать вещи. Завтра приедет Сатик, отдам ему всё лишнее. На глаза попалась сумка с украшениями. Вытряхнула содержимое на постель, но не нашла то, что искала.
Разговор с Рейндолом напомнил мне об одном очень важном подарке отца. На мой шестнадцатый день рождения выяснилось, что я эмпат. И тогда отец заказал у наших магов-артефакторов необычный браслет из изумрудов. Его предназначение – блокировать мой дар, не давать чувствовать окружающих. Одно время я носила его не снимая. Но стоило только поменять украшение, как накрывал очень сильный откат. И я по несколько дней не могла встать с кровати. Браслет был убран в самый дальний ящик трюмо и надевался очень редко. Постепенно дар сам притих. Маги говорили, что так бывает, если его не развивать. Я искренне надеялась, что он совсем пропадёт.
Но нет, в стенах академии, он словно обрёл второе дыхание. Магией здесь тянуло со всех щелей. Так что теперь мне без браслета никак. А то почувствую то, что не нужно, в самый неподходящий момент.
Открылась дверь, и на пороге появилась запыхавшаяся Дейзи. В руках она держала огромную стопку книг. Заметила, что от тяжести у неё подрагивают локти. Я покачала головой, поджимая губы. Зачем тащить всё и сразу? Наблюдая, как соседка старается обходить мои раскиданные вещи, я не выдержала и поднялась. Забрала у неё половину, расслышав, как девушка облегчённо выдохнула.
– А это твои, – улыбнулась Дейзи, когда я положила свою стопку рядом с её.
Послала ей вопросительный взгляд, хлопнув ресницами.
– Ну, я подумала, что ты библиотеку не найдешь. Вот и взяла для тебя учебники, – растерялась она.
Я замерла, не зная, как реагировать. Посторонняя девушка, которая знает меня от всего пару часов, просто так помогла. И не просит ничего взамен.
– О-у, – сглотнула, – спасибо. Я теперь, наверное, твоя должница?
– Да, ну, что ты! – рассмеялась Дейзи. – Мы же соседки. Ещё не раз выручим друг друга.
Я ещё раз хлопнула ресницами, с трудом поверив в то, что услышала. Да Сюзи бы зеленой чешуёй покрылась, не взяв с меня хоть что-то. Дейзи обвела взором комнату:
– Много у тебя вещей. Жаль, сложить некуда.
– Завтра приедет поверенный, отдам часть, – отозвалась я, понимая, что надо закончить уборку. И сделать это мне придётся самой.
Вернулась к сумкам и стала запихивать вещи обратно. Что-то оставляла, что-то откладывала на случай «а вдруг сгодится». Но как бы не старалась, вещей не убавлялось.
– А по выходным на территории академии можно носить обычную одежду, – отозвалась Дейзи, раскладывая учебники на столе. – А вот в отгул только в форме.
– Отгул? – заинтересованно выгнула я бровь.
Соседка усмехнулась, оборачиваясь. Ну да, правила я не знаю, да и знать мне не к чему. Девушка опустилась на край кровати и пока рассказывала, подавала мне вещи, до которых я не могла дотянуться.
– Два раза в месяц нас отпускают в город на весь день. Пропуск подписывает лично куратор. Но, если были наказания, про отгул можно забыть. Ещё за хорошую учёбу дают стипендию. Даже тем, кто на платной основе. Жаль только в этом месяце дадут в конце, – печально добавила она, опуская плечи. – Обычно, как поощрение, выдают в первый день.
– А сколько вам выплачивают? – спросила я. Дейзи так увлечённо рассказывала, и мне просто захотелось поддержать беседу.
– Обычная двадцать пять кроносов, повышенная, – за месяц без нарушений и низких баллов – тридцать кроносов. Для тех, кто учится по королевскому гранду – тридцать обычная и тридцать пять повышенная.
От таких сумм я чуть не упала, хорошо, что сидела. Да у меня сапоги больше стоят! А они живут на эти деньги весь месяц. Уму непостижимо. Заметив моё удивление, Дейзи смутилась. Мне стало неловко, наверное, впервые в жизни.
– Дейзи, – немного помолчав, обратилась я к соседке. – В коридоре я спросила тебя про эту Николет. Помнишь? У неё действительно отношения с куратором?
Девушка заливисто рассмеялась, и я почувствовала, как напряжение, возникшее некоторое время назад, ушло. Улыбнулась в ответ и пересела на кровать, приготовившись слушать.
– Нет конечно. В академии отношения с курсантами запрещены. Просто Николет с чего-то вдруг решила, что Арон Рейндол ей симпатизирует. Это ещё на первом курсе случилось. Он помогал ей на внеурочных занятиях и на тренировках. Помогал индивидуально. Но она в упор не замечала, что он так ко всем относится. И вот однажды она объявила его своим. Сколько шуму было, – сквозь слёзы смеха рассказывала соседка. – К каждой подходила и грозила.
– И что Рейндол? – от любопытства я подалась вперед.
– Что, что? – выдохнула Дейзи. – Дятел на дерево, которое собирается долбить, и то нежнее смотрит. Куратор у нас, – тут она замялась, – как бы это сказать… человек очень строгих принципов.
– Дисциплина на первом месте, – передразнила я Рейндола.
– Да! – хохотнула соседка. – Некоторые считают его чересчур высокомерным из-за этого. Он никогда не знает поражения. Всегда и во всём добивается победы. Мне даже жаль нашу лётную команду. Но под его руководством у них действительно может быть шанс.
Мы ещё немного обсудили курсантов и преподавателей. Дейзи охотно делилась местными новостями. Я смотрела на неё и понимала, что не такая уж она и странная. Застенчивая, да. С какими-то своими тайнами. Но такая живая, искренняя. Почему-то стало казаться, что я впервые встретила столь открытого человека.
Неожиданно в коридоре раздался какой-то шум. Мы с соседкой переглянулись и отправились посмотреть, что там случилось.
Глава 5
За дверью царила настоящая суматоха. Курсантки бегали из комнаты в комнату с тарелками, кувшинами, кто-то даже с кастрюлей пронесся. Девушки выносились из кухни и направлялись в противоположный конец коридора. Наверное, там и находится гостиная группы.
Я перевела взгляд на соседку и заметила, как она втягивает голову в плечи и словно отводит взор. Не хочет идти? Мимо пробежало то самое рыжее нечто, собрав россыпь своих мелких кудряшек в высокий хвост. На меня она неодобрительно зыркнула и сделала вид, что я пустота. Улыбнулась Дейзи и пролепетала:
– Решили собраться пораньше. Приходи. И вкусненькое не забудь, – вновь послала мне непонятный взгляд и убежала в комнату через две двери от нашей.
– Она в хороших отношениях с Николет, – тихо произнесла соседка, когда мы вернулись в комнату. – Как-то обмолвилась, что у Слетчер красивые братья. Вот с тех пор и таскается за ней везде.
Я вытянула губы, вздыхая. Тоже мне подружки. Дейзи вдруг засуетилась, подойдя к столу. Подоставала тетради, карандаши, стала перебирать свою стопку учебников. Она что делать собралась?
– Дейзи? – осторожно обратилась я к ней. – Ты не пойдешь на эти посиделки?
Девушка замерла с карандашом в руке. Заглянула ей в глаза и уловила что-то, напоминающее обиду.
– Если хочешь, я представлю тебя всем, – она повернулась, выдав подобие радостной улыбки, но выглядело не очень убедительно. – Завтра преподаватели будут гонять по теории прошлого курса. Я хочу подготовиться.
Нет, всё же она странная. Сначала хотела пойти, а сейчас вдруг за уроки. А хочу ли познакомиться со всеми? Нужны ли они мне?
– Ну так, что? – Дейзи отложила учебники. – Пойдёшь?
– Ну давай посмотрим на одногруппников, – пожала я плечами.
Вышли из комнаты и, никуда не торопясь, направились в сторону гостиной. Оттуда уже вовсю летели радостные голоса и смех. При нашем появление они чуть стихли. Все девушки стали заинтересованно поглядывать на нас.
– Всем хорошего дня! – громко произнесла Дейзи. – Хочу познакомить вас с нашей новенькой. Анастейша Пембер.
А вот теперь наступила тишина. Кто-то смотрел с удивлением, кто-то с непониманием переводил взор с меня на тех, кто удивлялся. Я почувствовала покалывание в руках, перебегающее от кончиков пальцев к плечам и обратно. Сжала кулаки, а на лице изобразила приветливую улыбку. Некоторые девушки вернулись к беседам друг с другом. Но вот одна…
Николет прожигала меня яростным взором, а вот её подружка определённо не знала, кто я. Блондинка поднялась и, фыркнув, демонстративно вышла в коридор. Покалывание в ладонях тут же прекратилось.
– Ну, я пойду, – Дейзи махнула рукой на прощание и вернулась в комнату.
Я медленно обходила гостиную по кругу, раздумывая, хочу ли я здесь остаться. Столы и тумбы ломились от угощений, девушки поедали их с таким аппетитом, словно год сладкое не ели. Вот я сейчас точно не смогла бы и кусок в себя впихнуть.
– Ты и правда Пембер? – передо мной появилась невысокая полноватая шатенка. – Дочь владельца ювелирных магазинов?
– Да, а ещё алмазных шахт, лавок артефакторов, небольшого журнала мод, и главного поставщика украшений для королевской семьи, – выпрямила спину и улыбнулась.
Хотя, кому я это рассказываю? Прислушиваясь к разговорам, я отмечала, что все беседы в основном об учёбе, учёбе, и ещё раз учёбе.
– О-о, – смутилась шатенка, уступая мне дорогу, – приятно познакомиться.
– Ага, – не глядя кивнула я, проходя мимо.
Понимая, что делать мне здесь нечего, вернулась в комнату. И как раз вовремя. Из глубины чемоданов исходил протяжный перезвон. Бросилась к сумкам вновь перебирать вещи. Звон не смолкал. Наконец, нашла его источник и радостно улыбнулась. В руках всеми цветами радуги переливался овальный кристалл в золотой оправе на цепочке. А в глубине камня мелькало встревоженное лицо Сюзи.
– Привет, подруга! – улыбнулась я, вглядываясь в картинку.
Сюзи засияла, изображение стало чётче, и вот уже казалось, что мы стоим напротив друг друга, и нас не разделяют стены академии.
– Анастейша! Я в шоке! – протянула подруга, поднося платочек к губам. – Узнала сегодня утром. Как ты?
Я пересела на кровать, подгибая под себя правую ногу. Подруга казалась мне глотком свежего воздуха в тёмной сырой темнице. Глаза защипало, но я продолжала радостно улыбаться.
– Да, представляешь, – вздохнула я. – Суд вынес очень странное решение. Теперь я в Академии магических защит.
– Это ужас просто, – печально произнесла Сюзи. – Мы просто потрясены. Анастейша, ты должна была сама решить вопрос с рестораном.
Я нахмурила брови. Вопрос шёл ведь не о ста кроносах, а о гораздо большем. Такую сумму взять без разрешения отца я бы не смогла. Подруга, словно не замечая моего негодования, продолжила:
– Как теперь тебе поступить, я даже не представляю. Ты должна выбраться оттуда. И как можно скорее. Ведь через полтора месяца мой день рождения. Вечеринка не будет популярной, если ты не придешь! А помочь согласовать украшения, блюда в ресторане, концерт! Делай что хочешь, но выбирайся оттуда!
Я прикрыла глаза, мысленно твердя, что подруга таким образом желает мне счастья. Вытерла сбежавшую слезинку, продолжая лучезарно улыбаться. Проглотила ком в горле и произнесла:
– Конечно же я буду на твоем празднике. И мы закатим самую потрясающую вечеринку, какую ещё не видело королевство.
– Я буду ждать! – засияла подруга и отключилась.
Швырнула кристафон на подушку и глубоко вздохнула. «Наверное, на меня много свалилось за один день. Вот и реву как маленькая. В словах Сюзи нет ничего обидного, – убеждала я себя. – Просто сейчас мне всё видится в чёрном цвете. Ну ничего, пройдёт две недели, и я буду дома».
– Красивый кристафон, – раздался тихий голос соседки. – Дорогой, наверное.
Она смущенно улыбнулась, опуская голову. Да, Дейзи для меня просто кладезь новых открытий. Она смотрела на амулет связи так, словно впервые его видела.
– Это подарок, – ушла от честного ответа я.
Как-то неловко стало признаваться, что я просто зашла в лавку и выбрала самый красивый. А на цену уже смотрел Сатик, когда получил счёт. Сложилось стойкое ощущение, что любые разговоры о деньгах расстраивают соседку. Нет, всё же она странная.
Откинулась на подушку и закинула ногу на ногу. Массируя виски, я представляла примерный план действий. Анастейша, потерпи и будешь дома. А пока здесь, нужно получше прощупать куратора. Его недобрый взгляд всё же вселяет надежду, что он тоже хочет выдворить меня отсюда. Возможно, удастся воспользоваться его помощью.
Немного успокоившись, я собрала оставшиеся сумки и приготовила их к отправке домой. Не зная, чем себя занять, по примеру соседки взяла один из учебников. От количества скучных почти непонятных слов я очень быстро начала зевать и вскоре уснула.
* * *
Пробуждение оказалось внезапным и… ужасным! Словно кто-то встал возле постели и бьёт в колокол. Сон слетел моментально, я распахнула глаза и чуть не упала на пол, запутавшись в покрывале.
Ночь и так выдалась кошмарной. Сначала я проснулась и поняла, что уснула в форме. Переодевшись в любимую сорочку с ажурным декольте, я забралась под холодное, пахнущее стиральным мылом покрывало. Каждой частичкой своего тела я ощущала бугры и впадины в матрасе, тонкая подушка так и вовсе не ощущалась под головой. Ворочалась с боку на бок, пока меня, наконец, не сморило.
И вот теперь это. Я смотрела на потолок, где мигала красная руна. Она и являлась источником ужасного звука. Попыталась укрыться под одеялом с головой, но звон стал лишь сильнее.
– Да, юрх! Что это такое! – возмущенно воскликнула я, откидывая одеяло.
В этот момент моя соседка вышла из уборной. Вскинула взгляд и улыбнулась.
– Она не замолчит, пока ты не встанешь с постели, – объяснила Дейзи, указывая пальцем на руну.
По её спокойному выражению лица я сделала вывод, что девушка либо привыкла к звону, либо вовсе его не слышит.
– А тебя этот перезвон не раздражает? – насупилась я.
– Надо встать с постели, – загадочно подмигнула соседка.
Я мигом подскочила с кровати. И правда, звон тут же прекратился, осталась только красная руна. Выдохнула с облегчением, растирая лицо. Вдруг взглядом зацепилась за край занавески. Перевела взор на окно и ахнула. Рассвет только-только начинал разгонять ночную темноту.
– Который сейчас час? – охрипшим голосом спросила я.
– Шесть утра, – спокойно отозвалась Дейзи, завязывая хвост.
– С-с-ко-о… – от шока я даже говорить не смогла.
Соседка кивнула на дверь. Подойдя, обнаружила прикрепленную к ней бумагу, которой вчера ещё точно не было. Это оказался распорядок дня: подъем, зарядка, душ, завтрак… да, они всё продумали. Каждый шаг курсанта!
Хлопнула ресницами, покосилась на руну и вернулась к кровати. Осторожно присела на самый край, готовая подскочить в любой момент. Руна пылала, но не звонила. Отодвинулась на середину, затем закинула ноги, а потом и вовсе улеглась обратно под одеяло. Поймала полный удивления взгляд Дейзи и равнодушно пожала плечами.
– Нормальные люди ещё спят в это время, – пробубнила я, отворачиваясь.
– Анастейша, – тревожно протянула Дейзи, – зарядку ведет Рейндол. Лучше не пропускать. А то…
Я кинула на неё недовольный взгляд через плечо, постаралась лечь поудобнее и закрыла глаза. Соседка что-то прошептала, а через некоторое время раздался хлопок двери. Я сладко потянулась в надежде, что досплю оставшееся время в тишине. На всякий случай ещё раз покосилась на потолок. Руна светилась, но не звонила. Довольно улыбнувшись, я перевернулась на правый бок, подтягивая колени к животу. Прекрасная бабочка в ужасно тесном коконе, ожидающая свободы.
Неожиданно волос коснулся лёгкий ветерок. Я посмотрела на окно, но ставни были плотно закрыты. Ну и сквозняк же здесь, ужас! Вот только вскоре дуновение усилилось, и я поняла, что это не сквозняк. Ветер усиливался, я подскочила в кровати, волосы нещадно лезли в лицо. Казалось, в комнате бушует настоящий ураган. А затем, почувствовала, как меня что-то невидимое стягивает с кровати. Схватилась за одеяло, словно оно могло меня удержать. Но чудесного спасения не произошло. Я полетела на пол и провалилась в портал. Одеяло так и осталось в моей руке.
Почувствовала, как приземлилась на что-то твёрдое и сырое. Откинула растрепавшиеся волосы назад. И в следующий миг захотела провалиться сквозь землю, на которой, как оказалось, сидела. Мгновенно запахнулась в одеяло и вскочила на ноги.
Арон Рейндол прожигал меня взглядом, не обещавшим ничего хорошего. Он осмотрел меня с ног до головы, и резко дёрнулся. Щёлкнул пальцами, и вокруг нас воздух пошёл рябью, а затем стал полупрозрачным. Мы оказались окружены каким-то куполом. Куратор тяжело задышал, я заметила, как сжимаются его кулаки.
– Пембер, – рыкнул он, – что ты себе позволяешь? Почему ты в таком виде?!
