– Что ж, девочки, – Верховная Жрица сложила руки на груди и склонила голову набок, наблюдая за нами. – Мы ждем вашего решения.
– Калиста, – позвала я. Голос сорвался, но она не ответила.
Богиня, нет, они не заставят нас!
– Калиста! Мы не обязаны! – в отчаянии закричала я, чувствуя, как в груди скапливается паника и бессилие. Но в решительных глазах подруги уже был виден ответ.
Лия что-то кричала, но я ничего не слышала из-за нарастающего гула в ушах.
Калиста напала первая, стремительно сократив расстояние между нами. Она была невысокой и хрупкой, но двигалась с упорством, которое всегда меня пугало.
– Калиста, остановись! Мы можем уйти отсюда вместе! Не жрицы, но живые.
Она метнулась в сторону быстрее, чем я ожидала, и попыталась отвлечь меня ложным выпадом. Мой клинок застонал от столкновения с лезвием Калисты, вибрация удара отдалась в руку.
Я сама перешла в наступление: выпрямилась, как пружина, закружилась в финте, сделала несколько быстрых выпадов и завершающий бросок. Сердце бешено стучало в груди. К счастью, она отбила последний удар – иначе острие меча вошло бы ей прямо под ребра.
По вискам и лбу скользили капли пота. Они скатывались на глаза, затуманивая взгляд. Я несколько раз моргнула, прогоняя жжение.
Калиста отступила на шаг, снова атаковала. Ее удары были быстрыми, но недостаточно точными. Мое тело двигалось скорее автоматически, раз за разом отводя клинок подруги в сторону.
На тренировке я бы уже выиграла.
Но мы не на тренировке…
Она ударила снова – неуклюже, и я увидела открытие. Сейчас! Я могла нанести удар. Одно движение – и все закончится. Пальцы сжали рукоять, но клинок замер на полпути.
Я не стану.
Калиста резко ушла в сторону, мой меч прошел мимо. Ее клинок чиркнул меня по плечу – легко, будто предупреждая. Я вздрогнула от боли, отпрыгнула назад и споткнулась, падая на холодные плиты. Камень ударил в спину, выбив воздух из легких.
– Ты не бьешь, Рейна. А я буду, – ее голос был твердым, но в нем слышалась горечь.
Что там Адриан говорил про выбор?
Меня спасли рефлексы – тело само перекатилось в сторону. Сталь клинка зазвенела об камень там, где только что была моя голова. Ответный удар ногой в живот заставил Калисту охнуть и отшатнуться. Я рывком вскочила на ноги, пытаясь унять дрожь в руках.
Калиста выругалась сквозь зубы. Кажется, в ее глазах мелькнула боль, но она тут же взяла себя в руки. Я тяжело дышала, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.
– Ты все еще можешь остановиться, – прохрипела я, удерживая меч перед собой. – Мы можем уйти отсюда вместе.
Калиста покачала головой. В ее глазах светилась мрачная решимость.
– Нет, Рейна. Ты не понимаешь, – прошипела она. – Я шла к этому восемь лет. Восемь лет изнурительных тренировок, бесконечных часов учебы, молитв и бессонных ночей. Если я не сделаю этого, меня… меня не будет.
Она отпрянула и сделала ложный выпад. Я едва успела отклониться, почувствовав, как лезвие меча царапнуло по щеке. Теплая кровь заструилась по коже.
«Ну уж нет. Я — это я. В одеяниях жрицы или нет. И я знаю, что делать».
Ее клинок просвистел в опасной близости. Поток воздуха коснулся моей шеи. Я не дала обмануть себя финтами, парировала бросок и резко повернула запястье, выводя оружие из равновесия. Стойка подруги пошатнулась, и на миг мне показалось, что она сейчас упадет.
Она попыталась отступить, но ее слабые места уже были видны. В следующий миг лезвие скользнуло вдоль ее меча, а затем, с точным поворотом запястья, я ударила по гарде, используя оружие как рычаг. Клинок Калисты вылетел из рук, звеня о каменные плиты пола.
Тяжело дыша, мы застыли в центре зала, где когда-то возвышался алтарь богини тьмы. Теперь там зиял черный провал, из которого тянуло зловонным холодом.
– Бой окончен, – усилием воли я заставила свой голос не дрожать.
Калиста же, кажется, не до конца осознавала, что произошло. Она ошеломленно смотрела то на меня, то на свое оружие, лежащее в нескольких шагах.
«Я… победила?»
– Послушница Рейна! – голос Верховной Жрицы звучал холодно, будто ее вовсе не интересовало, что происходит. – Бой не окончен! Ты должна принести жертву богине.
«Да пошла ты!»
– Бой окончен! Я не буду ее убивать! – ярость смешалась с отчаянием внутри меня. – Калиста, пойдем отсюда.
Она все еще смотрела на меня.
Ее карие глаза, обычно такие живые, теперь были странно пустыми. Я протянула ей руку.
Все произошло слишком быстро. Калиста резко рванула вперед, уходя в сторону. Я машинально шагнула за ней, пытаясь предугадать ее движение, но она стремительно развернулась и ударила правой ногой в мою икру. Острая боль прострелила колено, и я пошатнулась, теряя равновесие.
Камни под ногами посыпались – мы стояли слишком близко к провалу.
Я испуганно вскрикнула, сердце замерло в груди. Хотела перегруппироваться, но она толкнула меня в спину, прежде чем я успела что-либо сделать.
– Рейна! – крик Лии зазвенел в ушах, смешиваясь с гулом крови.
Я падала.
Падала…
Падала.
Глава 6
Несколько мучительных мгновений у меня ушло на то, чтобы осознать, что я падаю.
В ушах застыл пронзительный крик Лии, мир вокруг помутнел. Удар о ближайший уступ мгновенно вернул в реальность. Меня отбросило на край каменной плиты, и я, задыхаясь от боли, судорожно ухватилась за край.
Огненное жжение пронеслось по плечам и рукам. Пальцы сжались так, что побелели костяшки. На миг показалось, что я смогу выбраться. Еще немного! Вцепившись в камень, изо всех сил потянулась вверх. Проклятье! Силы быстро покинули меня. Ладони соскользнули, и я снова сорвалась вниз.
Казалось, что падение продолжалось бесконечно. Где-то на полпути лианы, пробившиеся сквозь трещины древних стен, замедлили мой стремительный полет. Но они не смогли удержать меня полностью: я лишь ощутила резкую остановку, а потом снова полетела вниз.
Воздух с хрипом вылетел из легких, когда мое тело наконец с глухим ударом столкнулось с каменным полом. Тупая боль разлилась по спине, я забыла, как дышать, и на какое-то время потеряла связь с реальностью…
***
Когда я пришла в себя, из проема надо мной сочился тусклый свет. Проклятье. Сколько я провела без сознания?
Я заставила себя сделать вдох. Грудная клетка болезненно сжалась, но сырой и холодный воздух все же наполнил легкие.
Я жива. Это была единственная хорошая новость на данный момент.
Осторожно попробовала пошевелиться. Ладони скользили по шершавому полу, пальцы двигались.
Ноги… Они тоже шевелились. Но стоило мне двинуть правой ногой, как резкая, обжигающая боль пронзила колено. Я замерла, боясь усугубить ситуацию.
Мои глаза медленно привыкали к темноте. Постепенно окружение проступало из мрака. Я оказалась в подземном помещении без окон. Воздух пах сыростью и плесенью. Из-под потрескавшихся каменных плит кое-где пробивались корни растений. В слабом, сочащемся из проема свете угадывались очертания трех полуразрушенных арочных проходов. Я подняла голову вверх, прищурилась, оценивая глубину падения.
Пять этажей. Пять! Сколько же загадок скрывал храм Ксералии?
Амулет! Рука по привычке потянулась к шее – и не обнаружила там теплого прикосновения камня. Бездна… Должно быть, он слетел во время моего безумного падения. Без него я не могла использовать магию. На душе стало еще тревожнее.
Меча поблизости тоже не наблюдалось. Я оказалась безоружна и беззащитна в гребаных катакомбах.
Усилием воли попыталась заставить себя сесть. Все вроде бы цело… кроме ноги.
«Так, Рейна, нужно понять, что там с твоим коленом».
Выругавшись сквозь зубы, я осторожно закатала шерстяные шаровары, открывая колено. Увиденное заставило меня сжаться от ужаса. Колено выглядело отвратительно: опухшее, синее, сустав явно сместился из своего положения. В памяти всплыл момент удара – Калиста угодила прямо в коленную чашечку.
Твою мать, как же метко.
Я откинулась назад на холодный пол и взвыла. Вся боль и тяжесть сегодняшнего дня разом навалились на меня и потребовали выхода. Слезы бурлили внутри, и я, не выдержав, дала им волю.
Я плакала.
Плакала, оплакивая себя, свою ногу, свою недавнюю, почти случившуюся смерть, нашу наивную дружбу с Лией и Калистой и мечту стать жрицами Элиоры и защищать людей от Теней.
Я всего лишь хотела спасти подругу. Как в итоге я оказалась в этих жутких катакомбах, с выбитым коленом и покалеченными планами на будущее?
Я плакала и не могла остановиться.
Сколько я лежала, выплескивая все свои эмоции наружу? Минут десять? Полчаса? Час? Я потеряла счет времени. Но в конце концов поток слез иссяк, оставив за собой пустоту и ноющую боль под ребрами.
Вытерев щеки тыльной стороной ладони, я приподнялась и села, глядя на свое несчастное колено.
«Выбора нет», — решила я. – Нужно что-то предпринять, пока я окончательно не потеряла возможность ходить».
Нас, как послушниц, обучали основам медицины и первой помощи. Но магией целительства я не владела – ее изучали жрицы на следующей ступени, да и то – немногие.
– Давай, Рейна, вспомни уроки.
Память услужливо вытащила из глубин сознания голос наставницы: «Если сустав выбит, ни в коем случае не двигайте пострадавшего. Прежде всего, обездвижьте поврежденную область. Вправить сустав можно, но… осторожно».
Сама идея трогать свое колено, не говоря уже о попытке вправить его, пугала до безумия. Но что мне оставалось? Оставить все как есть? Я слишком хорошо знала, чем это может обернуться. Без поддержки сустав продолжит смещаться, боль – усиливаться, и даже в текущем состоянии я вряд ли смогла бы встать.
Придерживая больную ногу обеими руками, склонилась ближе, стараясь рассмотреть травму. Пальцы коснулись припухшей кожи, и я зашипела от боли, стиснув зубы. Каждое прикосновение отзывалось резким, жгучим импульсом, но я все равно продолжала.
Медленно нащупала коленную чашечку.
Дыши, Рейна. Все будет хорошо.
Взгляд метнулся по сторонам. Рядом валялся камень с острым краем. Его можно использовать, чтобы нарезать ткань. На мне была туника, и я понимала, что придется пожертвовать ею ради повязки.
Стараясь не обращать внимания на боль, нащупала камень и начала рвать ткань на длинные полосы. Мои руки дрожали, но я продолжала, пока не получила несколько кусков, достаточных для фиксации.
Я выдохнула, собираясь с духом.
Теперь самое сложное.
Мне придется вернуть чашечку на место. Руки вспотели, а пальцы соскальзывали с кожи. Я задержала дыхание, стиснула зубы и, сосредоточившись, сделала рывок. Колено взорвалось болью, изо рта вырвался негромкий вскрик. В глазах потемнело.
Я не сразу поняла, что именно произошло. Кажется, сустав встал на место. Колено все еще болело, но движение казалось менее резким. Убедившись, что сустав больше не смещается, я принялась туго наматывать ткань вокруг колена, фиксируя его.
– Вот и все, – выдохнула я, чувствуя, как тело покрывается холодным потом, – Теперь ты можешь встать.
Но на самом деле я не была уверена, что смогу.
Передо мной чернели три полуразрушенных арочных прохода. Тени на стенах зловеще колыхались, словно подрагивая от невидимого ветра. В сущности, мне было все равно, какой выбрать: я все равно понятия не имела, куда они ведут.
Откуда-то из прошлой жизни в памяти всплыла детская считалочка:
Раз, два, три —
Выйдут тени изнутри.
Четыре, пять —
И начнут тебя искать.
Шесть, семь, восемь —
В гости их к себе не просим.
Девять, десять, не смотри —
Их глаза горят в ночи.
По крайней мере, считалочка помогла мне определиться с направлением движения.
Шаги отзывались тупой болью в колене. В горле першило, а во рту пересохло от страха и усталости. Я упрямо шла вперед.
Кап. Кап. Кап…
Монотонный звук капель был единственным компаньоном в этом мраке. Собеседник из него, конечно, так себе, но хоть что-то. Я двигалась на ощупь. Один поворот, другой, третий – они сливались в монотонном эхе шагов и капель воды.
