Я делаю шаг назад, оценивающе скользя взглядом по ее фигуре, смотрю на Тео, который сдерживает улыбку за сильным укусом губы, и хмыкаю от увиденного.
– Крошка, скажи «спасибо», что я твою искусственную на вид голову не утопила в этом ведре, а всего лишь освежила тебя и придала твоему образу индивидуальности, – произношу я, выплевывая в ее лицо едкое раздражение, которое она вызвала у меня с первого взгляда. – Свою часть я убрала. Вот это, – обвожу пальцем масштаб катастрофы, – последствия твоей ошибки. И убирать это только тебе. Постарайся, чтобы пол сверкал и не было липкости, как просил мистер Каттанео.
Я собираюсь уйти – уже поворачиваюсь, но в последний момент передумываю и возвращаюсь. Останавливаюсь напротив Тео и громко говорю:
– Бесплатный совет для тебя, если вдруг захочешь сделать идеальный подарок этой камбале. Подари ей эспандер. Пусть тренирует свои руки крепче держать предметы. А то, вдруг, в самый неподходящий момент ее ладони ослабнут, и ты останешься неудовлетворенным.
Вижу в его глазах всплеск интересных эмоций, которые он никак не выражает в словах, а лишь едва заметно качает головой.
Довольная собой, я отворачиваюсь и направляюсь к двери, слыша отголоски их диалога:
– Детка, – обращение, режущее мой слух, – ты в порядке?
– Да, милый, она просто… просто сука.
О да, милая , поэтому выводить суку-Скай из себя настоятельно не рекомендуется.
– Джина, прекрати. Не стоит тратить свое время на человека, которого ты больше не увидишь никогда.
Не увидишь никогда? То есть… он меня уволит? Видимо, я слегка переусердствовала…
Оказавшись за пределами студии, я не ухожу – прислоняюсь к стене и продолжаю слушать.
– Пойдем, я тебя порадую чем-то интересным, – голос Тео приобретает оттенки пошлости, и мои глаза автоматом закатываются.
– Мне нужно переодеться, милый.
– Можешь не беспокоиться, – говорит он, понижая тональность, – у меня дома есть сушилка. Твоя одежда высохнет, после чего я отвезу тебя, куда скажешь.
– Спасибо, милый.
Эта девушка не может запомнить его имя? Поэтому употребляет одно-единственное слово-обращение, которое вместилось под ее выкрашенными в темный цвет волосами?
Услышав причмокивающие звуки слюнообмена, я понимаю, что мне пора сваливать отсюда.
Я раздражена? Или мне плевать? Да-да, мне плевать.
Захожу в свой уютный кабинет и забираю сумку. Поворачиваюсь, чтобы уйти отсюда к черту, но, открыв дверь, вижу перед собой Теодора, мать его, Каттанео, прислонившегося к стене одной рукой так, что я не могу пройти.
Его взгляд направлен на мои глаза, как будто он заведомо знал, что я буду стоять именно здесь и буду смотреть на него.
– Мой рабочий день окончен, – говорю я, нагибаясь и собираясь уйти, но он мгновенно опускает руку чуть ниже, из-за чего я впечатываюсь в нее лбом.
– Скарлетт…
– Я опаздываю, – перебиваю его, выпрямившись. – Мне некогда с тобой разговаривать. Дай пройти.
– Придется уделить мне несколько минут.
Он направляется вперед, идет на меня, загоняя обратно в кабинет, и я пячусь назад, не разрывая зрительного контакта. Пячусь до тех пор, пока задницей не чувствую стол. Останавливаюсь. Останавливается и он. Но ненадолго…
Его руки с резкостью хватают меня за ягодицы и усаживают на край стола. Он опускает ладони на мои бедра, плавно раздвигая их. Своим коленом случайно касаюсь его паха, отмечая возбужденное состояние. Хмурюсь, смотря в его глаза, и пытаюсь понять: что стало причиной приподнятого настроения?
– Камбала обиделась и ушла в свободное плаванье? Или ты продинамил ее? – выдыхаю я, стараясь избавиться от нарастающего между нами напряжения.
Молчит. Игнорирует?
Устроившись между моих бедер, он опускает ладони на мою поясницу, медленно поднимая их все выше и выше, и мое тело выгибается вперед, будто по позвонкам проходится электрический ток. Достигнув моей головы, он с осторожностью освобождает локоны от резинки, заставляя их волнами рассыпаться по моим плечам.
Его пальцы зарываются в волосы и обхватывают затылок, заставляя меня застыть в неподвижности. Он наклоняется к моему лицу чересчур близко, так, чтобы и дыхание смешивалось, и сердечный ритм нарушался.
Губы оказываются совсем близко к моим, и наивная дурочка внутри уже мечтает закрыть глаза и полностью отдаться ему. Но реалистка во мне держит их открытыми – не позволяя себе упасть в иллюзию.
– Деньги перевел тебе на счет. За задание, за такси и немного компенсировал твой пропущенный обед, – выдыхает он в мои губы, высушивая их тональностью произнесенных слов. – Поешь. Ты нужна мне живой.
И тут могли бы пойти мурашки, если бы я не знала для чего…
– Спасибо, Теодор.
– Пожалуйста, Скарлетт, – подмигивает он, отпуская меня и делая шаг назад. – До встречи.
Надеюсь, твоя идиотская манера общения со мной тебя радует, придурок!
– Ты что-то сказала? – интересуется он, обернувшись в дверях.
– Нет, – отрицательно качаю головой, продолжая сидеть на столе.
Да, сказала! Пусть эта амеба трахнет твои мозги так сильно, что ты будешь мечтать о долголетнем воздержании!
– Думала? – еще один вопрос, и мне уже кажется, что я реально могла не подумать об этом, а произнести вслух.
– Нет. Мне же нечем думать.
– Согласен, – поджимает губы, выражая наигранное сожаление.
Он уходит, а я устремляю взгляд перед собой.
Я знала, что он не просто так взял меня на работу. Вероятность, что он делает это из чувства мести – достигает невообразимых высот, превращая «гипотезу» в «факт».
Что ж, хорошо… Приму из его рук поднесенную к моему рту ложку с ледяным блюдом, пропитанным кислым ядом. Хочет насладиться своей игрой? Да пожалуйста…
Пусть играет, пока эта игра не станет последним развлечением, которое у него останется. А я, так уж и быть, потерплю.
Но меня надолго не хватит.
И это я пойму уже очень и очень скоро…
Глава 4
СКАЙ ЛЕТТИ
Чувствую, что вкус его мести будет горчить все сильнее с каждым прожитым днем…
Ты не успела.
Ты не успела.
Ты не успела!
Эти слова медленно разрезают мое сознание. Они носятся по комнате вихрем, отскакивают от стен, многоголосым эхом повторяя свой приговор снова и снова, громче и злее, будто специально стараясь добить даже то, что еще не треснуло внутри.
Все из-за тебя! Все это дерьмо только потому, что ты не справилась!
Голоса и образы меняются. Сначала Карли… ее жесткие, колючие слова липнут к коже. Затем в игру вступает Жасмин, ее тихий, почти ласковый шепот жжет сильнее любого огня. А потом. Потом этот голос… Голос Тео – звенящая нота окончательной обреченности.
Ты сделала свой выбор, Скай. Ты. Сделала. Свой. Проклятый. Выбор. Ничего уже не исправить. Слышишь? Абсолютно ничего!
Мир вокруг превращается в серую пленку, в ней я – самая худшая версия того, что могло хоть как-то называться человеком. Проклятая, облепленная ошибками. Все мечты смяты в мусор. Все, чего я хотела, ускользает. Навсегда.
Ты никогда не получишь то, чего так жаждешь. Никогда!
Ты умрешь так же, как умерла твоя любовь.
Полумрак. Я стою посреди тех же выцветших, раскуроченных временем руин. Перед глазами промелькивают воспоминания: его грустные, вселенские, полные обещаний глаза, в которые я нагло смотрела и убивала… убивала наши чувства.
Ты умрешь так же, как твоя тетя.
Пустой звон. Холод. Объятия тети, запах ее духов уже невозможно вспомнить, ее образ слишком туманный. Я чувствую, как темнеет воздух – будто кто-то глушит свет, завинчивает лампочки одну за одной.
Ты умрешь, Скарлетт Скай…
– НЕТ!
Мой крик вылетает наружу и рассыпается о стены, вспарывая утреннюю тишину напополам. Задыхаюсь. Легкие дрожат. Ногти впиваются в плед. Горло дерет, как после километрового бега. Передо мной —неподвижная стена, а внутри панически колотится сердце.
Стоп-кадр. Приглушенный свет раннего утра. Тяжелый воздух. Вспотевшие ладони. Спина липнет к простыне.
Все нормально. Это был сон. Просто страшный сон. Все хорошо.
– Скай, ты в порядке? – голос соседки доносится из-за двери.
Я закрываю глаза, пытаясь вырвать из сознания остатки этого кошмара. Но отголоски до сих пор гудят в висках, шепчут в груди и разламывают мысли напополам, прибивая гвоздями к моему сердцу этот рефрен – ты не успела, ты во всем виновата, ты убила, ты умрешь.
Сбоку шорох, тихий хлопок, и вот чей-то легкий вес оказывается на кровати. Открываю глаза, замечая рядом Минт. Она осторожно кладет свою ладонь на мою и опять зовет меня:
– Ска-а-ай, все нормально? Снова приснился плохой сон?
– Угу, – бурчу я, чувствуя влагу в одном глазу. – Все нормально. Просто засыпала с плохими мыслями, вот они и прорвались в мой сон.
Девушка поднимает пальцы к своим иссиня-черным, идеально ровным волосам длиной до плеч, заправляет одну сторону за ухо и, склонив голову набок, задерживает на мне взгляд ярко-голубых глаз.
– Ты всегда так говоришь.
– Потому что так всегда и происходит, – отвечаю я, улыбаясь уголком рта. – Мою голову нужно чем-то загружать, иначе она будет болеть от переизбытка неадекватности.
– Ладно, – соглашается она, чуть крепче сжимая мою ладонь, прежде чем подняться с кровати. – Завтракать будешь?
– Который час? – спрашиваю я, слегка нахмурившись.
– Половина шестого, – отвечает она, зевая.
– Я тебя разбудила?
– И за это я скажу тебе: огромное спасибо, потому что ни один будильник не будит меня так, как это делаешь ты, – смеется она, поднимая руки вверх и потягиваясь. – Я приготовлю тебе сэндвич, а ты, если захочешь, потом поешь, хорошо?
– Хорошо, Минт.
Брюнетка одобрительно кивает и улыбается, прежде чем выйти из комнаты и оставить меня наедине с собой.
После переезда в Лос-Анджелес, я переехала в квартиру, которую до сих пор делю с Минт. На отдельное жилье у меня не было и нет лишних средств, а вот снимать комнату я в состоянии.
С этой девушкой у нас не так много общего, как могло бы показаться на первый взгляд, но со временем мы смогли притереться друг к другу – ее учеба и работа в ресторане поспособствовали тому, что мы видимся только два раза в будние дни и по выходным. И меня это устраивает.
Потерев глаза кулаками, я поднимаюсь с кровати и отправляюсь в ванную, чтобы привести себя в порядок перед походом в спорткомплекс. Это единственное место, которое одобрил врач, чтобы я могла хоть немного чувствовать себя человеком без дефектов.
Спустя час, когда я полностью готова провести свой выходной с пользой, я выхожу на прогулку, решив размять ноги перед тренировкой.
Неприятное предчувствие охватывает меня, когда телефон издает звуковой сигнал пришедшего уведомления. Стиснув зубы, я готовлюсь к тому, что это сообщение от Тео.
Но нет… На экране высвечивается имя Айзека. Он пишет, что хочет увидеться со мной. Быстро набираю ответ, отмечаю местоположение, где буду находиться, и убираю телефон в рюкзак, продолжая движение. Шепотом называю все, что вижу перед собой, стараясь освободить голову от того, что может ее утяжелять.
Оказавшись на месте, я приветствую тренера, который говорит, что мы сможем приступить к тренировке только через двадцать минут, потому что ему нужно заполнить какие-то документы. Утвердительно кивнув ему, снимаю толстовку и сажусь на пол. Чтобы скоротать время пролистываю новостную ленту в телефоне.
Спустя ровно пять минут дверь зала открывается, и когда я поднимаю взгляд, чтобы посмотреть на гостя, телефон выскальзывает из моих рук, с грохотом ударяясь о пол вместо моей челюсти.
Спрашивается, какого хрена он здесь делает?
– В Лос-Анджелесе внезапно закрылись все спорткомплексы? – спрашиваю я, торопливо натягивая на себя толстовку.
– Доброе утро, Скарлетт, – говорит он, улыбаясь, и… делает то же, что и я, только наоборот – медленно стягивает с себя белую футболку и бросает ее на пол.
– Готова поспорить с тобой, что оно не доброе, – цежу сквозь зубы, поднимая телефон и свою задницу с пола. Направляюсь к выходу, но он преграждает мне путь.
– Скарлетт Скай, куда-то спешишь? – спрашивает он, ухмыляясь на одну сторону.
– Да, подальше от тебя.
Я стараюсь… правда стараюсь смотреть ему в лицо, но глаза автоматически спускаются ниже. На торс. Который сейчас выглядит куда интереснее, чем восемь лет назад.
