В квартире не пахло жжёным, значит, дело было не в проводке и стоило проверить общий предохранитель. Вполне возможно, из-за грозы просто выбило пробки. Тогда бы всё решилось одним движением руки.
Но только я вышла из квартиры – меня втолкнули обратно.
Дверь захлопнулась, Блэйк навис надо мной, и меня окутал его запах – отголоски дождя, опасность тёмного леса и вызов, который я не могла не принять.
Фонарик выпал из руки и покатился, устроив небольшое светопредставление. А потом замер под таким углом, что лицо Блэйка подсветилось только с одной стороны. Выглядело зловеще.
Чёрт…
Он нашёл меня. Вот так быстро.
– Неплохо дерёшься, – усмехнулся Блэйк. – Но что ты можешь, когда я уже тебя схватил? Абсолютно ничего. Мы здесь одни – и кто знает, что я задумал с тобой сделать. Никто мне не помешает. Никто не остановит.
Я замахнулась, но сильные пальцы впились в мои запястья, перехватив руки. Боль от его вчерашнего удара по моей кисти вновь прострелила её, и я зашипела. Из-за этого мудака я, возможно, не смогу посещать спортзал неделю, а то и больше.
– Какая непослушная девочка, – насмешливо оскалился Блэйк.
Он испепелял меня взглядом, будто специально усиливая хватку. От него исходила убийственная аура, но я только выше задрала подбородок, нагло смотря на него в ответ.
Наверное, Блэйк думал, что напугает меня, придя сюда и застав врасплох, но я не боялась никого из этой пятёрки. Я, как и они, могла быть опасной и неуравновешенной, если наружу пролезал мой взрывной характер. И сейчас я была не в силах сдержать злость и ненависть, которые вызывало во мне одно лишь присутствие этого парня.
– Что тебе от меня надо? – просипела я, всё ещё пытаясь вырвать руки из мёртвой хватки.
Прежде чем ответить, он отпустил их. Блэйку не требовалось говорить, что будет, если я попытаюсь сопротивляться. Всё было написано у него на лице. Так что на этот раз я решила не брыкаться и просто застыла, ожидая его ответа.
– Ты ударила Дэнни ножом и заехала мне по яйцам, – произнёс Блэйк спокойным тоном. Слишком, мать его, спокойным. – Думаешь, после такого сможешь свободно разгуливать по нашему городу? Тебя уже уволили. Но не считаешь же ты, что на этом всё закончится?
– Я в курсе, что наваляла вам. Не смогли справиться с девчонкой и теперь беситесь? Дрэйквилл вам не принадлежит, и я буду ходить где хочу. Говори, чего от меня хочешь, и отвали уже.
Конечно, моя бравада была больше напускной, чем реальной. Я не трепетала от страха, но, когда Блэйк так нависал надо мной, осознавала всю степень угрозы. Он правда мог запросто свернуть мне шею.
Расправиться с Дэнни не составило бы труда, если бы Блэйк не появился там. Он был мне не по зубам без должной подготовки, я прекрасно знала это. И он тоже.
Ухмыльнувшись, Блэйк опёрся руками о стену, прижав меня к ней.
– А что ты можешь мне дать? Чем будешь расплачиваться, солнышко?
Я с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза.
Как мне раньше могли нравится парни вроде него? Они же все вели себя как ублюдки.
Но этот и правда был самым настоящим куском дерьма.
– Только не говори, что нацелился на мою вагину, придурок, – ощетинилась я.
– А что? Хорошая мысль.
В его улыбку закралось что-то тёмное, а в глазах сверкнул опасный блеск. В следующую секунду с высоты его роста на меня опал холодный приказ:
– Раздвигай ноги.
Едва он успел закончить свою похабную фразу, как я плюнула ему в лицо. Блэйк ухмыльнулся и медленно вытер его рукавом толстовки.
– Крошка, ты, видимо, не в курсе, но существует более приятный обмен слюнями. Однако я уважаю твой выбор. Хочешь поиграть в детский сад? Окей, начнём с этого, я согласен.
Договорив, Блэйк плюнул на меня в ответ.
Прямо в губы.
На мне не было толстовки, чтобы вытереться. На мне вообще ничего не было, кроме ботинок, майки и шортиков. И сейчас я стояла перед ним, чувствуя, как по подбородку стекает его слюна.
– А ты красивая, когда злишься.
– А когда добрая – страхолюдина?
– Ты бываешь доброй?
Он вопросительно изогнул бровь, уставившись на мой рот. Смотрел Блэйк так, словно хотел слизать с меня свои слюни и засунуть язык мне в глотку.
Тошнота накатила слишком резко, когда я подумала, что он так же смотрел на Викки перед тем, как сотворить с ней ужасные вещи.
Слова застряли в горле, меня трясло от ярости. Я хотела пнуть его, но Блэйк блокировал мой удар. Тогда я изогнулась и толкнула его в грудь. В ту же секунду Блэйк навалился на меня всем телом, и ко мне наконец вернулась возможность говорить.
– Отвали от меня! – взвыла я, всё больше вскипая от беспомощности и нелепости положения, в котором оказалась. – Твою мать, Блэйк, отвали от меня!
– Стой смирно, а то порежешься. – Блэйк подцепил край шортиков, начисто игнорируя мои требования. Холодное лезвие прижалось к моей коже, и я замерла, услышав смешок. – Милая пижамка. Уверена, что не хочешь снять её?
– Я скорее трахну вибратор, чем раздвину перед тобой ноги.
– С этим проблема, крошка, – он ухмыльнулся. – Они уже раздвинуты.
В подтверждение своих слов Блэйк прижал бедро к моей промежности.
– Только попробуй – и я откушу тебе ухо, – прошипела я, когда он склонился к моей шее.
– О, не сомневаюсь. Но я всё равно рискну, крошка. Лучше оглохнуть на одну сторону, чем жалеть, что не воспользовался твоей киской, когда у меня был шанс. Тебе так не кажется?
Либо я бредила, либо Блэйк всего лишь дразнил меня. Он не собирался ничего делать – он издевался. Словно давал понять, что может сотворить со мной что угодно, однако не станет.
Я не понимала, в чём смысл.
Если бы он действительно хотел взять меня силой, уже сделал бы это. Но Блэйк просто запугивал. И, к моему стыду, у него получилось посеять сомнения в моей голове.
Часть моего сознания паниковала от мысли, что он всё-таки сделает это со мной. Как бы я тогда ему помешала? У меня под рукой даже ножа не было. Однако я хорошо умела игнорировать страх.
Ничто на свете не могло заставить меня оцепенеть. Но минус всё же имелся: если я была напугана, то часто действовала импульсивно, без оценки ситуации. Словно дикое животное, загнанное в угол и уверовавшее, что ему уже нечего терять.
– Отойди от меня сейчас же, – вновь потребовала я. – Или, клянусь, я тебя убью.
– Убьёшь меня? Согласен, ты не слабая. Но и справиться с нами ты не сможешь. Глупо было приезжать сюда, Кристалл Пирс. Даже ради сестры.
Блэйк отстранился, чтобы удостовериться, что я удивлена.
– Да, я знаю, кто ты такая. Ты копала под нас, и я решил немного копнуть под тебя. Ты младшая сестра Викки Пирс, дочь аристократки Сары Пирс и известного адвоката Райана Пирса. Соболезную, крошка. Хреново терять близкого человека.
Он сосредоточенно изучал моё лицо, на котором, я уверена, сейчас ярко светилось обещание смерти. Раз уж Блэйку всё известно, не было смысла отрицать.
– И как сильно? – спросил он без тени насмешки.
На секунду мне даже показалось, что в его взгляде мелькнули грусть и сожаление. Хотя, уверена, виной всему был фонарик на полу, который освещал лишь половину его лица.
– Что? – огрызнулась я.
– Как сильно ты нас ненавидишь? Ты приехала, чтобы расправиться с нами, так ведь? Но ты нацелилась не на тех, крошка.
Блэйк отступил на два шага.
– Я не насильник. И я никого не убивал. Никто из нас не сделал бы такого. Всё это время ты ненавидела не тех людей. Кто-то пытался нас подставить.
– Да, конечно, – презрительно фыркнула я, сложив руки на груди. – Думаешь, я поверю в эти бредни?
– Сходи умойся, и поговорим уже нормально. Из-за недопонимания всегда возникают проблемы, так что давай сразу расставим точки над «и». Советую не делать глупостей, Кристалл. У доброты есть предел. Если попытаешься сбежать или пырнуть меня ножом, я в долгу не останусь.
Одарив его уничтожающим взглядом, я стянула ботинки и пошла в ванную.
– И ещё, крошка, – донеслось мне в спину, – надень что-нибудь поприличнее прозрачной пижамки.
– Она не прозрачная, козёл, – тихо процедила я, но он расслышал и издал смешок.
– Тогда почему я вижу твои соски?
Оставив этот вопрос без ответа, я захлопнула дверь ванной комнаты. И только потом вспомнила, что свет отрубился. На всякий случай я приоткрыла дверь, просунула в образовавшуюся щель руку и нащупала выключатель.
Свет загорелся, словно и не было никакой поломки. Выходит, это Блэйк вырубил электричество, чтобы выманить меня из квартиры.
– Мудак, – прошипела я, подходя к зеркалу. – Чёрт! – всё так же шёпотом выпалила, уставившись на своё отражение.
Блэйк не имел в виду, что пижама в прямом смысле слова просвечивает. Он смеялся над тем, что мои соски пришли в возбуждённое состояние, а тонкая ткань не способна этого скрыть.
Но я была так взвинчена отнюдь не потому, что Блэйк привлекал меня. Я ненавидела его. Хотела убить. А ещё у него получилось напугать меня. И адреналин, бурлящий в моей крови, заставлял напрягаться всё тело.
Тщательно смыв с лица ДНК этого ублюдка, я собрала волосы в высокий хвост. Затем сняла пижаму и, достав из сушилки белые спортивные штаны и красный топ, быстро оделась.
Блэйк ждал меня на кухне.
Он явно чувствовал себя здесь как дома: вскипятил воду, заварил чай и поставил на стол две чашки. Даже выудил из шкафа пачку орехового печенья. А ещё накормил моего Кота.
Мудак.
– Как зовут это злобное создание? – спросил он, указав на хромающего от пустой миски предателя.
– Кот, – буркнула я.
– Оригинально.
Я выразительно промолчала.
– И откуда он взялся?
– Подобрала на заброшенном складе.
– Правильно говорят: питомцы похожи на своих хозяев.
– Что это ещё значит?
– Ты колючка, Кристалл Пирс. Но тебя можно приручить. И внутрянка у тебя всё же добрая, иначе ты бы не притащила раненое блохастое животное домой.
Приручить?
Наглое заявление, однако.
Очень самоуверенный мудак.
Словно в подтверждение своей наглости, Блэйк уселся на мой любимый стул, запихнул моё печенье себе в рот и отпил чай из моей счастливой кружки.
Он решил всё здесь присвоить?
– Тут тебе не столовая, – хмуро бросила я, усаживаясь напротив него. – И чтоб ты знал: Кот не блохастый. Его обработали.
Блэйк усмехнулся, ухватив из пачки ещё одно печенье.
Нас разделял только стол, и я не знала, чего мне хотелось больше: увеличить это расстояние до размеров галактики или схватить Блэйка за голову и шандарахнуть о деревянную поверхность.
Кажется, всё же второе, потому что я чувствовала, как зудят мои ладони.
Всё в этом подонке бесило меня. И прожигающий взгляд ярко-зелёных глаз, обрамлённых угольными ресницами. И косая, небрежно лежащая тёмная чёлка. И родинка на левой щеке. И наглое поведение. Даже его чёрная толстовка, татуировки и украшения вызывали во мне всплеск ярости.
Но моя злость в большей степени была направлена на саму себя.
Если говорить начистоту, то несмотря ни на что я находила Блэйка интересным. Мне нравились две серьги в его левом ухе и небольшое кольцо в левой ноздре. Меня завораживали три печатки с неизвестными мне узорами, толстая цепь на шее и странный, явно самодельный принт на его толстовке.
Блэйк выглядел так, как выглядело бы моё мужское воплощение.
Мне всегда нравилось продумывать образы. Я любила чёрный цвет и необычное, часто вызывающее сочетание вещей, а также привлекающие внимание аксессуары. С детства апгрейдила свою одежду сама и даже пошла учиться на дизайнера – настолько мне всё это нравилось.
Но я отказалась от своей мечты, когда убили Викки. И сейчас мне не следовало отвлекаться на такие мелочи, как чей-то стиль.
– Говори, если есть что сказать, – резко произнесла я, мысленно отвесив себе затрещину за то, что откровенно рассматривала этого парня. – И не думай, что я тебе поверила.
