Когда я наконец дошла до трассы, в кармане завибрировал телефон. Придерживая смирившегося со своей участью котёнка одной рукой, второй – я достала гаджет.
– Джек? – вслух спросила я, уставившись на экран. – Какого чёрта он мне пишет?
Открыв сообщение, я выругалась.
«Кристалл, не приходи завтра, – значилось в нём. — Я переведу тебе остаток зарплаты на карту. На твоём месте я бы уехал из города. Кажется, ты разозлила опасных людей».
Чёрт, я реально не могла туда вернуться.
Не могла продолжать следить за ними.
Весь мой план был под угрозой из-за появления Блэйка.
– Дерьмо! – взвыла я, топнув ногой. – Блэйк, чтоб тебя! Ну погоди, урод, я до тебя доберусь. Просто подожди – и, обещаю, ты поплатишься за всё.
От злости и досады на глазах выступили слёзы, и я смахнула их тыльной стороной ладони.
Мало того, что я потерпела неудачу с Дэнни. Теперь мне также предстоял поиск работы, желательно фриланс.
Перед тем, как покинуть Стоунхилл, мой родной город, я училась на дизайнера одежды. Оставалось лишь надеяться, что в интернете найдутся подходящие вакансии. Пользоваться кредиткой, оформленной отцом на моё имя, я не собиралась. Как и обращаться к трастовому фонду, открытому для меня матерью.
Разумеется, я и без сообщения Джека понимала, что мне больше нельзя появляться в том баре. Парни часто туда заглядывали, а попадаться кому-то из них на глаза в ближайшее время – самоубийство. Нужно залечь на дно.
Я сомневалась, что Блэйк знает, где я живу, и придёт к моему порогу, чтобы убить. Хотел бы – уже бы избавился от меня. Ему ничего не стоило догнать меня. Но он отпустил.
«Пусть уходит, так даже интереснее», – его последние слова, которые я услышала.
Почему он не погнался за мной?
Решил позабавиться?
Мудак не учёл одного: я чертовски хороша в жестоких играх.
Глава 3
Блэйк
– Эта сука порезала меня. Почему ты её отпустил?
– Ну заплачь. Обидно, наверное, что тебя сделала девчонка.
Дэнни провёл здоровой рукой под пострадавшим ухом и выругался. Кровь из обеих ран всё ещё текла довольно обильно: крошка не постеснялась продемонстрировать свои навыки. Чёрт! Девчонка чуть не отрезала Дэнни ухо. Это впечатляло.
– Ты узнал её?
– Нет, – соврал я. – Впервые вижу.
Я не доверял Дэнни. С тех пор, как он стал крутиться вокруг нас, началась какая-то херня. А затем всё настолько усугубилось, что на нас хотели повесить ряд преступлений.
Сначала пятеро ушлёпков в чёрных толстовках с надвинутыми на лица капюшонами изнасиловали и убили приезжую девушку. Они пристали к ней на заправке, оглушили, затолкали в её же автомобиль и отогнали его в «слепую зону». Когда машину обнаружили, жертва была мертва уже несколько часов.
Её явно выбрали не случайно. Отец убитой – известный адвокат по уголовным делам. Дело вышло за пределы города, навело немало шумихи и сильно подпортило нам репутацию.
Благодаря связям отца Николаса и нескольких знакомых Дилана мы раздобыли информацию, известную полиции. Лица те отморозки на камеру не засветили, но комплекцией походили на нас.
Это и стало единственной косвенной уликой. Больше не обнаружили ничего: ни следов ДНК на теле, ни отпечатков – ублюдки тщательно за собой прибрали. Дело так и повисло в разделе нераскрытых, а мы так и остались единственными подозреваемыми.
Затем пятеро неизвестных ограбили банк. На сей раз они нагло пялились в камеры, скрыв лица чёрными армейскими масками. После этих случаев произошло ещё два инцидента с якобы нашим участием: налёт на ювелирный магазин и избиение с летальным исходом.
Каждый раз мы находились далеко от мест происшествий, но подтвердить наше алиби не мог никто. Мы зависали у Тайлера, и, кроме нас, в доме не было никого. Опровергнуть нашу причастность посредством записей с камер видеонаблюдения тоже не представлялось возможным: в Дрэйквилле имелось много «слепых зон», так что теоретически мы могли бы незаметно добраться в любое место.
Гадать, кому мы перешли дорогу, можно было вечно, и всё равно бы остались варианты. Это действительно мог быть кто угодно.
– Она говорила про убийство у заправки, – сказал Дэнни. – Спрашивала, что мне известно. Видимо, это кто-то из буйных местных. Всё никак не успокоятся. Но почему она напала на меня? Наверное, не стоит проводить с вами столько времени, – попытался пошутить он, но я не оценил.
В этом действительно не было ничего смешного. Зато теперь всё встало на места.
А я всё гадал, кого мне эта крошка из бара напоминает. Да, она покрасила волосы в платиновый блонд, но лицо-то осталось прежним. И пусть на кладбище мне не удалось посмотреть ей в глаза, но я уже видел её – на фотографии. Она младшая сестра убитой девушки.
Раньше крошка была брюнеткой и весьма заметной. Такие лица обычно запоминаются. Почему я её сразу не вспомнил?
Видимо, девчонка приехала в Дрэйквилл, чтобы отомстить. Но она нацелилась не на тех. Надо открыть ей глаза, иначе точно вляпается в неприятности. Парни не будут с ней так же ласковы, если она решится напасть на них.
Однако она хороша. Дэнни, конечно, уступает нам, но он всё равно парень. А крошка наваляла ему по первое число. Если бы я не пришёл ему на помощь, девчонка бы прирезала его и глазом не моргнув. Стоит взять её в оборот.
Я достал телефон и набрал сообщение Джеку, хозяину бара, в котором она работала. Он был старым другом моей мамы и всегда тепло ко мне относился. Может, Джек и ворчливый пердун, но в душе очень добрый. Поэтому мне пришлось уговаривать его, чтобы припугнул Кристалл. Но в итоге крошка всё-таки осталась без работы, а у меня появились её номер телефона и адрес.
Вряд ли она понимала, как всё устроено в Дрэйквилле, когда замахивалась на Дэнни ножом. Но скоро она узнает.
– Ты чего такой довольный? – спросил Дэнни с нотками обиды в голосе.
Как был слабаком, так и остался. Его же просто пару раз полоснули, а не голову оторвали, но ныл он словно пятилетка.
– Идём, подлатаем тебя, – сказал я, направляясь в сторону его дома. – Я неплохо умею шить. Ты же не станешь катать заявление, так что и в больницу обращаться не стоит.
– Почему нет?
– Дело твоё. Валяй, если хочешь, чтобы все узнали, как тебя отделала девчонка.
Насупившись, Дэнни побрёл за мной.
Я никогда не понимал, какого чёрта он постоянно ходит через этот лес. Какого чёрта он вообще ходит пешком, если можно вызвать такси?
– А что ты делаешь здесь? – поинтересовался он, когда мы почти подошли к его дому. – Твой дом в другой стороне.
– Захотелось размять ноги, – уклонился я от ответа.
На самом деле, я пошёл за ним, потому что увидел, что кто-то висит у него на хвосте.
Сначала я не понял, что ему хотят навредить. Со стороны это выглядело, словно кто-то шёл следом, чтобы поговорить в укромном месте. А так как я не доверял Дэнни, то захотел посмотреть, с кем он секретничает. Но наткнулся на весьма интересную сцену.
– Спасибо, – буркнул Дэнни. – Если б ты не появился, эта психопатка прирезала бы меня.
– Почему ты ей поддался?
– Я не поддавался. Она напала сзади, оглушила меня, а потом повалила на землю. Девчонка умеет драться. Кто она такая?
– Выясним, – ответил я после того, как мы вошли в дом. – Тащи аптечку.
Пробурчав что-то, он скрылся в тёмном проходе. Я включил свет, прошёл в гостиную и оглядел захламлённое помещение. Уокер всегда отличался любовью к барахлу, но после смерти отца это усугубилось. Мать бросила их, когда Дэнни не исполнилось и пяти. Уехала из города с другим мужчиной. Уокер никогда о ней не говорил. Зато обожал папу.
– Зачем тебе сломанная гитара? – осведомился я, когда он вернулся.
– Это отцовская. Выбросить рука не поднимается. Пусть стоит.
Дэнни поставил на стол аптечку и стянул с себя куртку и футболку. При этом морщился и скулил так, словно помирал.
– Это будет весело, – пробормотал я, поливая руки антисептиком.
– Только говори со мной, ладно? – тихо попросил он, сев на табурет. – Я боюсь иголок.
– Если ты шлёпнешься в обморок, я тебя так и оставлю.
Дэнни шумно дышал, пока я обрабатывал края раны. Довольно глубокая. Ему бы в больницу, конечно, но я не хотел, чтобы крошку привлекли к ответственности раньше времени. Сначала я должен сам с ней поговорить. А Дэнни вряд ли промолчал бы насчёт неё, если бы ему стали задавать вопросы.
– Как Дейзи? – спросил он дрожащим голосом, и я напрягся.
Мне не нравилось, когда кто-то посторонний лез в дела моей семьи. Даже такой простой вопрос вызывал желание послать куда подальше. И я не считал Дэнни другом.
– У неё всё в порядке, – отрезал я и всадил в него иглу.
Больше Уокер не задавал вопросов. Просто скулил, пока я не закончил.
Обработав рану на его плече, я заклеил её пластырем и осмотрел ухо. Мочка слегка отошла от основания, кровь запеклась, и мне пришлось хорошенько промыть всё антисептиком.
Дэнни сильно побледнел и был в шаге от того, чтобы отключиться. Найдя в аптечке специальный клей, я поразился, что он там вообще имелся, но вопросов задавать не стал. Уокер не просто так прослыл барахольщиком.
Склеив разрезанное ухо, я закрепил всё пластырем меньшего размера и велел Дэнни пропить курс антибиотиков. Он снова начал ныть по поводу больницы, и я вздохнул. Разумеется, в этом Дэнни был прав.
– Сходи туда завтра, пусть тебя осмотрит врач. Или можешь вызвать медиков прямо сейчас, у тебя ведь есть страховка.
– А что мне сказать по поводу ран?
– Говори что хочешь, – ответил я, чтобы не вызвать у него подозрений. – Можешь сказать, что получил их во время драки в баре. Тебе поверят. Ладно, я пойду. Прими обезбол и противовоспалительное.
Я хлопнул его по здоровому плечу и вызвал такси.
Ночевать у Уокера не хотелось. А даже если бы хотелось, я не мог остаться. Мне нужно было домой.
Вообще-то, мне всегда нужно домой, но сегодня я позволил себе посидеть с парнями и расслабиться. Устал нести этот груз ответственности. Сейчас я мог платить сиделке за полный рабочий день и даже ночь, не то что раньше. Да и нападений на наш дом давно не было и вряд ли намечалось в ближайшее время.
С пятнадцати лет я стал единственным мужчиной в семье. И единственным, кто мог оплачивать счета.
В Дрэйквилле было много возможностей заработать, и поначалу я хватался за любые подработки. Когда исполнилось шестнадцать, устроился на стройку – там платили больше. А когда стукнуло восемнадцать, стал подрабатывать ещё и вышибалой в клубе.
Там однажды и встретил Призраков. Что они тогда делали в Дрэйквилле, я понял только в позапрошлом году, когда они обратились к нам за помощью. Призраки вербовали людей для одного дела, и, самое интересное, делали это, работая на федералов. Разумеется, неофициально. Но подробностей я не знаю до сих пор.
Алекс, Ян, Макс и Вик старше нас, но мы сразу нашли общий язык, и я познакомил их со своими друзьями. В тот вечер Призраки сказали, что, если хочу взобраться выше, нужно работать на себя, а не на дяденьку в золотых кольцах. И раз уж Дрэйквилл находится рядом с федеральной трассой, стоит извлечь из этого выгоду. С первой встречи так повелось, что мы стали выручать друг друга. Услуга за услугу.
Ближе к двадцати двум я наконец скопил достаточно денег, чтобы выкупить автомойку, расположенную прямо на въезде в город. Она была старого образца, но место – прибыльным, из-за большой проходимости. И когда прежний хозяин продавал её, желающих обосноваться там нашлось немало.
Но я урвал этот шанс. Вцепился в него зубами и не сдался под нападками конкурентов. А пакостили они нехило, даже устроили поджёг.
Первое время пришлось пахать, но мне больше не нужно было вкалывать на трёх работах, приумножая чьи-то деньги. Я наконец нанял для мамы сиделку и смог отправить сестру в колледж, о котором она мечтала.
Полгода назад Мэтт стал моим партнёром, внеся все свои накопления. Теперь у нас больше свободного времени. Мы открыли ещё одну точку и за каждой закрепили четырёх человек, работающих посменно.
Мэтт предложил переоборудовать автомойки под самообслуживание, и мне понравилась эта идея. В долгосрочной перспективе она с лихвой себя окупит, и в скором времени мы планируем вложиться в новое оборудование.
Этот город всегда был полон дерьма. Но нам удалось прорваться.
И если те, кто хочет подставить нас, считают, что смогут сделать это, им придётся столкнуться с последствиями. Так же, как и крошке из бара. Хотя… она там уже не работает. А завтра – я объясню ей правила игры.
***
Призраки — персонажи серии «Бэрмор». События в серии «Короли Дрэйквилла» происходят примерно через два года после основных событий серии «Бэрмор» и, соответственно, примерно через год после сцены в эпилоге. Серии связаны общей вселенной, но сюжеты серий самостоятельные.
Глава 4
Кристалл
«Утро» застало врасплох.
Сначала курьер припёрся ни свет ни заря и вручил мне посылку, про которую я успела забыть. Хотя для него был уже полдень, но из-за поездки в ветклинику я заснула на рассвете. И приход курьера стал неприятной неожиданностью.
Потом убежало молоко, обгадив всю плиту. Пришлось оттирать подкопчённые потёки и пить чёрный кофе, потому что лень было сразу идти в магазин.
Всё-таки купив продукты, я полчаса уговаривала Кота, который и правда оказался котом, выйти из укрытия, чтобы поесть. В ветклинике его отмыли, сделали прививки, обработали, зашили и перевязали лапу. Видимо, после таких издевательств Кот решил, что все кожаные – чудовища, и отказывался идти на контакт.
Потом позвонил Джек и минут десять объяснял, почему я должна как можно скорее уехать. Доводы он приводил какие-то неубедительные, чем разозлил меня ещё больше. И какого чёрта он вообще обо мне беспокоился?
Когда я отправилась на пробежку, начался дождь, вынудив меня месить кроссовками грязь. Бегала я в парке неподалёку от дома, некоторые бордюры там были разбиты, и при сильном ливне грязевые потоки заливали тротуар.
По возвращении домой, едва я успела принять душ, вырубился свет, оставив меня в потёмках. В Дрэйквилле во время дождя даже днём было так хмуро, что свет в квартиру практически не проникал.
Она располагалась на первом этаже в не самом плохом районе, но единственная комната, ванная и кухня были тесными. Для такого маленького пространства количество мебели сильно зашкаливало, однако хозяин запретил что-либо выбрасывать или менять. И все эти шкафы и комоды отбрасывали столько теней, что жечь свет можно было круглосуточно.
Вооружившись фонариком, я выдернула все шнуры из розеток и перевела выключатели в нерабочее положение. Затем надела ботинки и открыла входную дверь.
