Вместо ответа Блэйк положил передо мной фотографии. Я уже видела их – снимки с камеры видеонаблюдения на той заправке.
Пять парней.
Все в чёрном.
Лица скрыты капюшонами.
Ни один из этих ублюдков не повернулся так, чтобы засветить лицо. Словно они прекрасно знали, где и под каким углом расположены камеры.
– Ничего нового ты мне не показал.
– Это, – Блэйк ткнул пальцем в разбросанные фото, – не мы.
Я смотрела на него и злилась всё больше.
– И это, – он кинул на стол ещё пачку фотографий, – тоже не мы. И это, – Блэйк достал ещё две стопки и кинул их в общую кучу, – и это тоже.
Тишина, нарушаемая лишь звуками дождя за окном, повисла между нами.
Блэйк склонил голову набок, изучая меня.
Я нахмурилась, изучая его.
– Ты меня слышишь, Кристалл? – с сомнением поинтересовался он.
– Я тебя прекрасно слышу, Блэйк. Но моя точка зрения не совпадает с твоей.
Блэйк прищурился.
Усмехнулся.
Этим смешком он словно ответил: ты идиотка, Кристалл.
Конечно, Блэйк не сказал этого вслух, но, как он сам вчера выразился, субтитры на лице были очень чёткими.
Я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.
– Ты утверждаешь, что вы не причастны, но где доказательства? Лиц не видно.
– Это и есть главное доказательство. Мы не скрываем лица, крошка. За свои поступки мы готовы нести ответственность. Но только за свои поступки. А этого мы не делали.
Мы уставились друг на друга.
И вновь никто не отводил взгляд.
Никто не нарушал молчания, которое сильно затягивалось.
В зелёных глазах Блэйка плескался вызов, и я отказывалась пасовать. Казалось, ещё немного – и мы вцепимся друг другу в глотки, вот до какой степени каждый из нас готов был стоять на своём.
– Твои навыки нам подходят, и я хочу, чтобы ты работала с нами, – наконец произнёс Блэйк, и я фыркнула.
– Не смешная шутка. Уж не знаю, что ты задумал, но разберись сначала с сожителями в голове, а потом лезь к людям.
– Ты хочешь узнать, кто убил твою сестру, а мы хотим знать, кто пытался нас подставить. Будет разумнее объединиться, а не вставлять друг другу палки в колёса.
– Кто сказал, что я тебе поверила?
– Ты разоблачила себя, Кристалл. И теперь неважно, веришь ты мне или нет. У тебя только два варианта: работать с нами или валить из Дрэйквилла. Если не примешь нашу сторону, то не думай, что мы спокойно подставим тебе шеи. Никто из нас тебя не тронет, пока ты не станешь серьёзной проблемой. Вчера я отпустил тебя, но парни не будут так же любезны, если ты набросишься на них с ножом.
– Я не собираюсь… – начала я, но Блэйк бесцеремонно перебил меня:
– Дэнни владеет стрип-клубом. Ты устроишься туда и установишь скрытую камеру в его кабинете.
– С какой стати?
– От полиции мы давно получили всё, что смогли достать отец Ника и знакомые Дилана. Теперь приходится действовать самим, собирая информацию по кусочкам. Возможно, Дэнни как-то связан с этим. У нас ничего на него нет, кроме подозрений, однако стоит проверить эту версию. Но мы не сможем проникнуть в его кабинет незамеченными. Дэнни хоть и набивается нам в друзья, близко к своим делам не подпускает. А ты сможешь пробраться туда. Он звал тебя на работу, прими его предложение и расположи к себе. Затем обыщи кабинет и установи скрытую камеру. Мы отвлечём охрану и заблокируем систему видеонаблюдения, чтобы тебя не поймали. Ты справишься, крошка, тебе это по силам.
– Раз вы его подозреваете, почему просто не вломитесь в клуб в нерабочее время и не перевернёте всё вверх дном? – Я взмахнула руками, изобразив хаос.
– Так дела не делаются. У всего есть последствия. После того, как унаследовал клуб отца, Дэнни оброс связями. Не стоит его недооценивать и прижимать к стенке, не зная, кто за ним стоит.
– Я думала, вы крутые.
Блэйк проигнорировал мою провокацию.
Да, эта была именно она. Я прекрасно понимала его аргументы. Папа всегда говорил, что нельзя лезть напролом, не узнав все слабости и козыри своего врага.
– Запиши мой номер, – сказал Блэйк. – Вечером скину адрес, обсудим план действий.
Я колебалась примерно минуту, а затем сдалась.
Сейчас это был лучший вариант из возможных.
Однако это не означало, что я поверила в их невиновность и перестала ненавидеть. Парни ещё должны были пройти проверку на непричастность. Но если с их помощью я могла наконец раздобыть реальные улики или доказательства, то должна была использовать эту возможность.
– Ладно, – кивнула я. – Но я не собираюсь быть вашей собачкой, которая бежит к вам по первому зову.
– Кто есть кто, разберёмся позже.
Он вытащил свой смартфон, и через пару секунд на моём экране отобразился входящий вызов.
– Записывай, – сказал Блэйк, и это была вовсе не просьба.
Я насторожилась.
– Откуда у тебя мой номер?
Как и ожидалось, вопрос удостоился не ответа, а усмешки, и я демонстративно подписала Блэйка «Мудак», на что он лишь хохотнул. Затем откинулся на спинку стула и стал внимательно меня рассматривать.
Его взгляд блуждал по моему лицу, короткой майке и открытой полоске живота. Он уделил внимание и чёрному лаку на ногтях, который я вчера изрядно ободрала. Блэйк словно оценивал, подхожу ли я. Это бесило.
Рядом с ним я всегда видела сногсшибательных красоток. Таких – как с обложки журнала. Охотниц за чужими деньгами.
Многие девчонки в Дрэйквилле уделяли своей внешности повышенное внимание, чтобы соблазнять мужчин. Они, словно яркие пятна, бросали вызов хмурому городу и друг другу.
Но я не родилась здесь. Мне тут вообще не нравилось. И я никогда не бегала за парнями: это они хотели пробраться ко мне под юбку, но я сама диктовала правила. Те, кто издевался надо мной, делали это, потому что не получали желаемого. Немногие парни в случае отказа могут проглотить ущемлённую гордость. Вряд ли и Блэйк смог бы. Я уж точно не рассматривала его как кандидата для сближения.
– Да, я не соответствую твоим стандартам, – раздражённо сказала я, сжав кулаки, чтобы скрыть облупленный лак. – Но это не даёт тебе права смотреть на меня как на грязь из-под ногтей.
Улыбка незамедлительно появилась на его лице. И она была чертовски порочной.
– Поверь, крошка, – насмешливо произнёс Блэйк, – на грязь я смотрю иначе.
Пока я подбирала слова, он встал из-за стола и зашёл мне за спину.
Я дёрнулась, когда он провёл пальцами по моей шее, а потом её обожгло его горячее дыхание.
– Ты испугалась сегодня, Кристалл. Никогда впредь не показывай мне свою слабость. Когда ты так уязвима, очень трудно быть мудаком. А они тебе нравятся. Ты одержима ими.
Договорив, Блэйк положил на стол нож. Мой нож. Складной. Но сейчас он был открыт.
– Не провожай, – прошептал Блэйк, едва не задевая губами моё ухо.
Сердцебиение стало таким громким, что почти заглушило хлопок входной двери. Блэйк уже ушёл, а я так и сидела, уставившись на лезвие с запёкшейся на нём кровью.
Он правда псих, раз вернул мне нож, которым я пырнула Дэнни.
Глава 5
Блэйк
– Значит, малышка Пирс в городе. – Ник ухмыльнулся, сложив руки на груди; его взгляд отливал жестокостью. – Почему бы нам не поиграть с ней перед тем, как вынудим уехать отсюда?
– Я б устроил с ней спарринг, – хохотнул Тайлер, описав в воздухе круг битой. – Она хороша. Может, и гонками увлекается?
– Угомонись, чокнутый, – вздохнул я.
Страсть Тайлера к стрит-рейсингу выходила за всякие рамки. Пока Роуз, его подруга детства, не уехала из Дрэйквилла, эти двое поднимали на уши весь город. Наверное, только она одна и понимала Тайлера, потому что сама была такой же.
Несколько лет назад они оборвали все связи. В чём заключалась причина их ссоры и её отъезда, Тайлер нам так и не сказал, но с тех пор заметно сник и больше не участвовал в гонках. Однако гонять в одиночку не перестал.
Закончив тренировку, мы засели у него в гараже, и я рассказал парням о случившемся.
Их позабавило, что я чуть не лишился достоинства. Но особенно заинтересовала та часть, где я прижимал Кристалл к стене, угрожая распробовать её киску. Дилан попросил пересказать дважды. Новому Дилану всегда требовались такого рода подробности. В нём не осталось ни грамма такта, однако девчонки сами вешались на него. Их ноги раздвигались автоматически, если Салливан обращал на них внимание.
Стоило мне представить Кристалл с разведёнными ногами, вернулся азарт, который я ощущал при столкновениях с ней. Было бы глупо отрицать, что крошка заинтересовала меня. Она заинтересовала нас всех, но по разным причинам.
В отличие Дилана, я не трахал всё, что движется. У меня давно никого не было, но сейчас это меня не волновало. Прервать затянувшуюся паузу не составит труда, если появится желание: стоит лишь поманить пальцем – и многие будут согласны.
Но не Кристалл.
Ночью крошка удрала, словно я прокажённый, предварительно зарядив мне в промежность так, что звёзды из глаз посыпались. А днём она смотрела на меня, испепеляя ненавистью и презрением.
Похоже, я открыл в себе мазохистские наклонности, потому что меня чертовски заводило всё, что делала эта девчонка. Мой пульс слегка ускорялся, когда она находилась рядом, но я был солидарен с Ником: не стоило относиться к ней как к обычной хорошенькой цыпочке. Кристалл не была глупа и могла создать реальные проблемы. Нужно как можно скорее взять её в оборот. Или выгнать из Дрэйквилла.
– Да она запала на тебя. – Дилан подмигнул мне. – Точно говорю.
– Если под «запала» ты подразумеваешь, что крошка чуть не расшибла мне яйца в лепёшку, то да, запала она конкретно.
– Зачем ты пошёл за ними? – спросил Ник.
– Я не доверяю Дэнни, он слишком мутный. Вся херня началась, когда он стал крутиться вокруг нас.
– С этим я согласен, но на кой чёрт ты попёрся туда один? Не мог позвать нас? Не стоит вести себя беспечно лишь потому, что всё немного поутихло. Люди в этом городе способны на многое, не забывай. Сколько бы времени ни прошло, они не оставят нас в покое.
Как будто я мог забыть…
Но Ник раздражался, когда не мог держать руку на пульсе каждого из нас. Позволяли ли мы ему это? Разумеется нет. Он знал, с кем связался. Поводки и упряжки не входили в наш гардероб.
– Чем мне могли навредить эти двое? – поддел я его. – Со стороны выглядело так, будто мелкий пацан шёл за Дэнни, чтобы поговорить в укромном месте. Откуда я мог знать, что это Кристалл Пирс приехала сюда как ангел отмщения?
– Чувак, она кто угодно, но не ангел, – усмехнулся Тайлер. – Эта крошка мне нравится.
– Вставай в очередь. – Дилан расплылся в улыбке. И я слишком хорошо знал, что она означает.
– Вам местных девчонок мало? – осадил я обоих. – Забыли, кто она?
– Ладно, мы поняли, это ты запал на неё. – Дилан хлопнул меня по плечу. – Но поиграть-то мы с ней можем.
– Какие конкретно игры ты имеешь в виду?
– Он говорит об этом, – Тайлер просунул биту себе между ног и принялся «объезжать» её, чем вызвал у Дилана одобрительный смех и похабные комментарии.
Иногда мне казалось, что Тайлер никогда не повзрослеет. Но потом я вспоминал, что он просто такой, какой есть. Псих.
У него не наблюдалось отклонений, однако своё прозвище Тайлер оправдывал с лихвой. В один момент он мог вести задушевные беседы, а в следующий – врезать битой по лицу. Тайлер теперь не расставался с ней. Буквально. Он даже имя ей дал: Круэлла.
Семейный бизнес сейчас полностью держался на нём, и Тайлер хорошо вёл дела: магазин стал приносить больше прибыли. Он располагался в гостиничном секторе и работал круглосуточно. Если бы ситуация обстояла иначе, Тайлер бы прогорел.
Его родители хотели жить спокойно и заслужили бессрочный отпуск. Им никогда не нравился Дрэйквилл с его паршивой экологией, пасмурной погодой и жестокой конкуренцией. Они были слишком мягкими для такого дерьма. Хорошо, что они уже уехали отсюда, когда на нас полилась вся эта грязь.
Вскоре после инцидента у заправки магазин хотели разгромить. Тайлер прогнал вандалов, вооружившись битой, но и сам огрёб нехило. С тех пор он стал абсолютно нетерпим к выпадам в свою сторону и везде таскал с собой эту штуку.
Но в этом он был не одинок – мы все давно утратили терпение. Желающих набить нам морды стало ненамного меньше, однако за полгода мы хорошо прокачались физически: те, кто лез к нам, в итоге убегали, поджав хвосты.
Родители Тайлера с таким бы не справились. Их бы ранило то, насколько нас теперь ненавидят.
Они всю жизнь копили на мечту – собственный домик у моря – и вот, наконец, осуществили её. За два года мы впятером летали к ним лишь единожды. Тайлер же навестил их уже восемь раз, не считая нашей совместной поездки. Разумеется, он не рассказал им о последствиях обвинений, оградив родителей от переживаний. У крутого психа имелась своя ахиллесова пята.
