Подруге сказала, что буду к вечеру, а сама приехала раньше, чтобы устроиться на работу. Не смогу долго Алину стеснять. И если общагу не дадут, придется что-то снимать. Да и есть хочется всегда. А маме на ее пенсию не потянуть мою московскую жизнь.
Алина живет в элитном районе столицы, а к ее дому можно попасть только через пункт охраны.
Меня легко пропускают, когда называю свое имя.
Мы с Алиной познакомились в лагере на море пять лет назад. Мне тогда досталась путевка от города за отличную учебу, а Алину отправили родители. Точнее, папа.
Вот с тех пор и дружим по переписке. И когда подружка узнала, что я после школы собираюсь поступать в столичный ВУЗ, предложила какое-то время пожить у нее дома. Было не очень удобно, но Алина настояла.
– Привеееет! – бросается на меня девушка, раскрывая объятья.
– Привет! – обнимаю ее в ответ, разглядывая просторную прихожую.
Красиво тут. А я ведь еще от подъезда не отошла. Там тоже как в музее.
– Блин! Ты такая мокрая! Надо было все таки заказать тебе такси! Но ты же у нас упрямая, – хмурится Алина. – Ладно, пойдем, я тебя с папой познакомлю, он как раз только недавно приехал.
Оказавшись в гостиной, замираю прямо на пороге.
Не может, блин, быть!
– Пап, знакомься, это Тая.
Я должна отвести взгляд от его красивого и шокированного лица. Должна! Черт возьми!
Но не получается.
Я не могу шелохнуться, вздохнуть, да и вообще, похоже, не ощущаю своего тела.
Зато чужие наглые руки на моей груди чувствую отлично. Будто они до сих пор там. И даже хлоркой, поди, не смыть эти грязные прикосновения.
– Тай, ну, ты чего замерла? Папа тебя не съест.
Алина смеется, а вот мне не до смеха. У меня тоже было хорошее настроение, когда я дома собирала вещи, чтобы ворваться в новую счастливую жизнь. Когда добиралась до Москвы на перекладных и даже когда меня без проблем взяли на работу в ресторан.
Но потом стало не до смеха. Особенно сейчас.
– Это твой отец? – переспрашиваю зачем-то.
Просто мысли вслух. Не могу поверить, что все правда. Что мой наглый несостоявшийся босс и есть отец Алины. Наверное, ужаснее шутку судьбы и придумать нельзя.
Даже голос свой узнать не получается. И единственное, о чем я сейчас мечтаю, подхватить обратно сумку и бежать подальше из этой квартиры.
– Ну, да. Это мой папа. Да ты не стесняйся, проходи!
Алина совсем не замечает возникшее между мной и ее отцом напряжение. Похоже, ее родственник тоже шокирован сделанным открытием, но, что тут скажешь?! Сюрприз!
Воспоминания о том, как ко мне прикасался этот мужчина, еще слишком свежие.
И сейчас я понимаю, что ничего хорошего не получится!
Как мне теперь, зная, кто отец моей московской подруги, продолжать общаться с ней и не сгорать со стыда всякий раз?
– Пап, я же тебя просила не делать такое лицо! – закатывает глаза Алина. – Будь погостеприимнее.
Ну, да. Это сейчас мужчина хмурится. А секунду назад пожирал меня голодными глазами. Они разглядывали все мое тело в деталях. Раздевали. Это ведь так удобно, когда оно облеплено мокрой одеждой.
Я теперь смотрит так, будто шею мне свернуть хочет.
Папа Алины вообще, думаю, предпочел бы не наблюдать меня тут, в своей квартире. Об этом говорит его холодный презрительный взгляд.
В очередной раз убеждаюсь, как отлично он сложен. Сплошные каменные мышцы. Отчетливый рельеф, проглядывающий под футболкой. В общем, такой весь «мистер-девочки держите трусики».
– Она тут жить не будет, – коротко бросает отец подруги.
– Как? Почему? – для Алины ответ папы становится полным шоком.
Вот это познакомились! Да, ничего не скажешь!
– Алин, – спешу ответить вместо хозяина квартиры. Боюсь, он наговорит сейчас всякого про меня, – это правда неудобно, давай я уйду?! Я ведь сразу предупреждала, что идея так себе.
– Никуда ты не пойдешь! – подруга недовольно раздувает ноздри. – Пап, мы ведь с тобой договорились! Ты был не против! – взмахивает Алина руками.
– А теперь я против! Разговор окончен. Надеюсь, где находится входная дверь, твоя подружка еще не успела забыть.
– Если ты сейчас ее прогонишь, я уйду вместе с ней, понятно?!
– Алин… – вздыхаю я.
Мне очень жаль, что приходится стать причиной ее ссоры с родным человеком, пусть он и оказался таким уродом.
– И куда, интересно? – хмыкает мужчина.
– Да хоть на вокзал! – выпаливает девушка.
Блин, мне так неудобно. Я на полном серьезе думаю, как бы раствориться сейчас в пространстве.
– Алин, мне кажется, тебе не стоит ссориться с папой из-за меня, – тихо говорю.
Я и сама уже хочу уйти поскорее.
Мне тут не место. Все время буду помнить о том, что случилось.
А если ее отец снова полезет ко мне? Разве я смогу в этом доме нормально спать?
– Послушай подружку, она дело говорит, – подтверждает мужчина. – Если надо, могу ей номер в отеле снять на ночь, но на этом благотворительный фонд закрывается.
– Нет! Ты разрешил! А я ей обещала! Мы с тобой еще зимой об этом договорились! Когда ты приводишь свою подружку, я тебе об этом ничего не говорю.
– Алин! – все пытаюсь вразумить подругу, чтобы она не порола горячку. Но девчонка даже не слушает.
Она еще что-то хочет сказать отцу, но тот перебивает.
– Я сказал – нет! Значит, нет! – повышает голос мужчина. – Раз уж обещал ей крышу над головой, помогу. Но жить она у нас не будет. Сейчас отвезу ее в какую-нибудь гостишку, проплачу пару ночей. За это время, думаю, можно найти, куда пристроиться. А мы с тобой все обсудим, когда вернусь.
И уже мне:
– Пойдем!
– Не надо в гостишку! – как от огня отпрыгиваю в сторону от мужчины, когда тот тянет ко мне свою ручищу. Тут же пытаюсь взять себя в руки. Стараюсь, что голос звучал ровно и уверено. – Я сама жилье найду. Не стоит беспокоиться.
Дальше обращаюсь к подруге:
– Пока, Алин! Завтра увидимся.
И трогаюсь в сторону двери.
– Я все же отвезу, – мужчина уверено хватает меня своей рукой за плечо.
Нет. Только не это!
Глава 3
Тая
– А ты куда собралась? – недовольно спрашивает отец у Алины.
– Я же сказала! – напоминает моя подруга. – Если Тая уйдет, я уйду вместе с ней.
Алина настроена решительно. Еще в лагере такой была. Характер у нее боевой и настырный, в отличие от меня. А я вечно боюсь кого-то обидеть или расстроить.
И конкретно сейчас у меня язык не повернется рассказать Алине, что еще час назад ее папа, самый родной на свете человек, лапал меня за грудь.
Ну, вот как сказать такое?
Ситуация вообще жуть!
И мне очень стыдно, хотя, по сути, лично я не сделала ничего плохого.
Или сделала?
Я ведь позволила этому мужчине к себе прикоснуться.
– И вообще, пап, посмотри, Тая вся мокрая!
А то он не видит. Всю просканировал. От и до. Неужели, Алина не замечает его взгляд полный желания?
Или мне все только мерещится?
– Нельзя ей в таком виде сейчас на улицу. Заболеет. Да, и поздно.
Мужчина вдруг отпускает меня.
Испытываю облегчение, но не совсем.
– Ладно, – сухо произносит хозяин квартиры. – Сегодня пусть останется.
– Уииии! – прыгает Алина. – Папуль, я знала, что ты у меня самый лучший! – девчонка бросается на шею к отцу и чмокает его в щеку.
Да уж, самый лучший. Лучше просто не найти!
Мужчина по-отечески прижимает к себе дочку.
Я отворачиваюсь. Не могу на это смотреть после всего, что случилось в машине. У меня в голове не укладывается, что человек может творить такое, а затем, как ни в чем ни бывало, возвращаться домой и обнимать дочку.
– Ой, я же вас так и не познакомила! – восклицает Алина. – Папа, это моя подруга Таисия. Тая, а это мой папа – Глеб Витальевич.
– Добро пожаловать, Таисия, – сквозь зубы произносит мужчина.
Он протягивает мне ладонь.
Приходится сделать то же самое, пожать его могучую руку.
Мне кажется, в этот момент между нами проскакивает электрический ток. Я дергаюсь от этого разряда, и спешу разорвать ненавистное рукопожатие.
Его ладонь теплая, уверенная и очень широкая. Моя маленькая ладошка может там целиком поместиться, если обхватить в кулак. И я не понимаю, зачем вообще об этом думаю.
– Ты не обижайся на папу, ладно? – просит Алина, когда ее отец скрывается из виду. – Он вообще хороший, и я не знаю, какая муха его укусила. И мне так стыдно за него, блин! Устроил такую чудовищную подставу!
– Да ладно, – улыбаюсь даже искренне. – Всякое бывает.
– Даже не знаю, может, на работе что-то случилось у него. Порой такой злой возвращается.
– У него только ресторан?
– Ресторан? – хмурится Алина.
И тут я понимаю, что палюсь по полной!
– Ты как-то упоминала, вот я и запомнила, – пожимаю плечами.
Я вру, но вру уверенно, поэтому подруга и ведется. Да и вряд ли она может предположить что-то другое. Например, как Глеб Витальевич домогался до меня в машине.
Я снова об этом думаю!
Черт!
Зачем?
