В круглосуточном магазине беру банку ледяного энергетика и подхожу на кассу.
– Паспорт, – сонно требует продавщица.
На автомате лезу в карман и нервно смеюсь. Паспорта у меня теперь нет. Мама напоминала, что надо бы зарегистрироваться в государственном приложении, где можно хранить все свои документы, но мне всегда было некогда, и сейчас я обламываюсь, не получив то, что мне нужно.
Усталость и какая-то эмоциональная пустота накрывают меня все сильнее. В последние дни я горел, как хренов костер, а сейчас он гаснет, образуя на своем месте толстый слой пепла.
Прикинув финансы, вызываю такси и еду домой, не думая вообще ни о чем, лишь глядя, как мелькают городские огни за стеклом.
Поднимаюсь на последний этаж. Ключ в замке клацает слишком громко, но в квартире тишина. Прохожу на цыпочках, как будто все еще боюсь разбудить маму, спящую перед утренней сменой. Только мамы нет, она уехала от нас, и мне тоскливо от этого. Я позволяю себе это чувство, пока никто не видит.
Останавливаюсь у двери Коротышки, приоткрываю и с усталой улыбкой смотрю, как она спит. Рядом с ней Валя, носом утыкается в плечо лучшей подружки. Обе закутаны в плед, будто снова маленькие. На тумбочке у кровати пустая коробка из-под пиццы, пара бумажных стаканов с надписью «Coca-Cola» и мой плюшевый подарок.
Я тихо прохожу в комнату, наклоняюсь и прижимаюсь губами к теплому лбу Коротышки. В груди странно дергается сердце, а пальцы с разбитыми костяшками сами тянутся, чтобы убрать волосы с ее лица, коснуться щеки. Секунд десять смотрю на приоткрытые пересохшие губы и смеюсь, заметив следы кетчупа в левом уголке. Дыхание сбивается. Я встряхиваюсь и быстро выхожу из спальни Коротышки.
– Я запрещаю тебе взрослеть, – произношу, плотно прикрыв за собой дверь.
Закрываюсь в ванной. Сначала долго отмываюсь после посещения «Клетки» и разговора с Ильханом. Затем, замотав бедра полотенцем, опираюсь обеими ладонями на раковину и смотрю на себя в зеркало. Сегодня меня загнали в ловушку и бросили вызов. Я никогда не был трусом, и мне придется согласиться, чтобы доказать это.
Глава 10
Камиль
Я не сплю. Пятый час сижу на балконе как привязанный. Над городом повисла легкая дымка, она сливается с сереющим небом и нагоняет тоску. Курю, чувствуя себя максимально отвратительно. Почему я отдал Ильхану паспорт? Это странно, но у меня не было выбора. Я могу быть придурком, но точно не идиотом, и прекрасно понимаю, что преимущество в этом противостоянии не у меня. Это бесит еще сильнее.
Тика вообще странный персонаж в этой цепочке. Я никак не могу до конца его понять. Кто он на самом деле? Что делает в клубе? За что отвечает? Чего хочет? Между ним и Ильханом отношения тоже на непонятном мне уровне.
Тянусь за еще одной сигаретой, но больше не прикуриваю. Разминаю ее в пальцах, слыша, как хрустит табак и чувствуя его запах. Я ощущаю себя в ловушке: и двери открыты, и сбежать нельзя. Это изощренная пытка от Ильхана. Такое чувство, будто я и правда спустился в Ад.
Слышу шорох из кухни. Оглядываюсь и через стекло вижу, как сонная Тася наливает себе воды. Она очень забавная сейчас, взъерошенный домовенок, уютный, теплый и очень родной. Делаю несколько глубоких вдохов, чтобы вернуть себе хотя бы подобие нормального состояния. Я не хочу ее пугать.
Захожу на кухню. Коротышка оглядывается, чуть заторможенно моргает, держа прозрачный стакан с водой обеими ладонями. Делает несколько глотков и отставляет его на тумбу. Я тут же обнимаю свою крошку, в очередной раз поражаясь тому, какая она у меня миниатюрная и… пахнет чертовски приятно. Меня немного сбивает этот новый запах. Шампунь или гель для душа? Что-то такое, что будоражит во мне мужскую физиологию. Она взгляд на меня поднимает, все еще сонный и доверчивый. Я смотрю в ее голубые глаза и не понимаю, что в этом взгляде изменилось. Тася зубами царапает влажную от воды губу. Ее щеки розовеют прямо на моих глазах, а пальцы крепко сжимают футболку на спине, будто она боится упасть.
– Как повеселились вчера? – Собственный голос немного возвращает мне адекватность, но румянец с щек Коротышки никуда не девается. Мне даже кажется, она дышит как-то иначе.
– Хорошо, – хрипло после сна отвечает она и отводит взгляд. Я успеваю поймать в нем грусть, совершенно мне незнакомую. Другой оттенок, другая тональность. Тася зевает, облизывает губы. – Отпусти меня, пожалуйста, – просит шепотом, и я разжимаю руки.
Она отходит к окнам и застывает возле них хрупким силуэтом. В этой огромной квартире Коротышка кажется еще меньше. Спутанные светлые волосы спускаются по ее спине. Она перекидывает их на одно плечо и заплетает в небрежную косу.
– Ты расскажешь мне, что вчера случилось? – Она разворачивается и складывает руки под грудью, обнимая себя по ребрам.
– Ничего не случилось, – уверенно лгу ей, оберегая от лишнего волнения.
– Поэтому Марсель и Сева по очереди спрашивали у меня, вернулся ли ты домой?
– Не часто ли Марс стал тебе писать? – цепляюсь за ее слова.
– С каких пор это стало проблемой? Мы дружим с детства, – напоминает Коротышка с таким важным видом, что мне становится смешно. – Ты не ответил.
– Я немного пообщался с Ильханом. Вынужденно, – нехотя добавляю. – Ничего страшного не случилось. Просто разговор.
Коротышка продолжает упрямо на меня смотреть. Хочется сказать: «Эй, малая! Я тут старший, а тебе лучше пойти поиграть в свои игрушки, пока я решу наши проблемы», но язык не поворачивается сейчас такое произнести.
– Он забрал у меня паспорт, испортив тем самым все мои планы. Это все, Тась. Ничего действительно не случилось.
– Зачем ему твой паспорт? – Она делает пару шагов в мою сторону.
– Скажем так, мы вряд ли поладим, и он решил, что может таким образом получить надо мной контроль, – тщательно подбираю слова, сдерживая все нецензурное и злое, что пытается лезть наружу.
– Чего он хочет? Кам, почему я должна все вытягивать из тебя клещами?! – злится Коротышка. – Прекрати говорить со мной как с маленькой!
– Ты маленькая, – напоминаю ей.
Таська вдруг вздергивает подбородок, стреляет в меня таким взглядом, что я от удивления перестаю дышать, просто смотрю на нее и хлопаю ресницами. А она уходит, крутанувшись на пятках. Хорошо хоть средний палец мне не показала, я бы точно осел прямо тут, охренев от такой вспышки.
– Коротышка, – очнувшись, догоняю ее на лестнице на второй ярус, – подожди, – ловлю за локоть. Тася выдергивает руку и бегом поднимается по оставшимся ступеням. – Тась, прекрати так себя вести.
– Иди к черту, Кам, – отвечает она сверху и снова стремительно отдаляется. Хлопает дверью одной из комнат перед моим носом. Я там даже не был ни разу, а она уверенно спряталась. От меня!
– Таськ, – стучу, слыша ее сопение с другой стороны.
– Отстань.
– Ну хорош, ты чего?
– Это ты чего? – злится она. – Ведешь себя как придурок! Ничего не объясняешь. Я все время должна за тебя волноваться?
– Не волнуйся, я взрослый и разберусь сам, – пытаюсь ее успокоить.
– Вот и не буду больше волноваться. Отстань, у меня тут дела.
Я смеюсь от того, насколько она забавная и важная. Дела у нее, видите ли. Где? В непонятной комнате чужой квартиры?
– И что у тебя там за дела? – интересуюсь, стараясь скрыть эмоции.
– Тебя это не касается, – раздается в ответ.
– Ясно, – снова смеюсь и решаю дать ей время подуться на меня. Остынет, придет, но немного цепляет такая ответка. Вредная мелочь решила отзеркалить мое поведение. Окей, я понял, но все равно не хочу втягивать ее в ту грязь, в которую втянули меня.
Спускаюсь на первый ярус, делаю себе кофе покрепче и проверяю мессенджеры в надежде, что нам подкинут работу. Вместо этого в непрочитанных висит сообщение с номера, которого нет в моих контактах. Открываю и усмехаюсь, сразу поняв, кто это объявился.
Тика (вношу его в список с желанием сразу закинуть в ЧС): «Сегодня в 15:00 я жду тебя на тренировке». А в следующем сообщении адрес и название клуба – «Хаос».
Отвечать ему не вижу смысла, в своей голове я уже согласился принять этот вызов и уверен, он понял это, поэтому решаю отложить кофе и все же попытаться немного поспать, чтобы не дать человеку Ильхана возможность легко вкатать меня в маты.
В этот раз у меня получается отключиться на несколько часов. Будильник напоминает, что пора подниматься и готовиться к встрече.
Валя все еще у нас. Они с Тасей звонко смеются на кухне. У плиты стопка панкейков, открытая банка вишневого джема и две грязные ложки. Как только Коротышка видит меня, демонстративно отворачивается. Я улыбаюсь и заталкиваю в рот панкейк, предварительно щедро зачерпнув джем прямо из банки.
– Я уехал. Ведите себя хорошо, – прошу девчонок, скорее, поддразнивая мелочь. В меня летит еще один убийственный взгляд. – Мороженое купить тебе, Коротышка?
В ответ тишина. Все равно куплю, знаю, что ей будет приятно.
До «Хаоса» добираюсь минут за сорок. С вывески до входной группы все говорит об уровне заведения. В таких местах я раньше никогда не был, просто не хватало денег. Моим главным залом всегда была улица, а тут все пропитано спортом, силой, мощью и знаниями людей, которые организовали это место.
Шагаю в зал и словно врезаюсь в скалу. На скамейке у стены сидит крупный парень с короткой стрижкой, шикарно проработанным рельефом видимых частей тела и взглядом, который меня и остановил раньше, чем я об этом подумал.
Он чему-то хмыкает, бегло рассмотрев меня, и вновь смотрит в планшет.
– И чего стоим, злой Дракон напугал? – ехидно интересуется появившийся непонятно откуда Тика. – Это хорошо. Значит, с инстинктами у тебя все окей. Переодеться есть во что?
Дракон, значит… Интересно.
– Я так, – провожу руками вдоль тела. На мне простая серая футболка и свободные спортивные штаны.
– Пойдем. – Тика кивает мне в сторону. Мы заходим в раздевалку. Он карточкой открывает замок одного из шкафчиков и швыряет в меня черным комплектом с логотипом клуба. Шорты и футболка оказываются смяты в моих руках. – Реакция так себе. Через пять минут жду в зале, – комментирует парень. – Не придешь – натравлю Дракона, – раздается из коридора.
Укладываюсь в три минуты и возвращаюсь в зал. Тут снова прибавление. Предплечьями на канатах повис незнакомец с острым взглядом голубых глаз и прохладной ухмылкой.
– Арс – Камиль, Камиль – Арс, – бегло знакомят нас. В меня летят перчатки и капа. – Развлекайся, – бросает Тика моему сопернику.
Мы встречаемся в центре ринга. Кривая усмешка Арса больше похожа на вызов. С легким прищуром колючих глаз он манит меня к себе, приглашая атаковать. Я помню, что его дружок и мой главный раздражающий фактор в этом помещении двигается резко и быстро, про Арса я не знаю ничего. Все, что могу прочитать по его поведению, это уверенность в том, что он собирается делать.
Доставлять удовольствие этим троим мне хочется меньше всего, и я атакую, вкладывая в каждое движение скорость и жесткость, но соперник уходит в сторону, а затем оказывается у меня за спиной. Несколько мгновений – и я захвачен в опасный прием. Если дернусь, этот парень просто свернет мне шею.
Отпускает, отходит и вновь зовет к себе. Я злюсь на то, что так быстро проиграл. Делаю выводы, слежу за движениями Арса. Мы в который раз сталкиваемся взглядами. От этого парня сейчас ощутимо тянет холодом. Он скалится и атакует. Я слишком поздно понимаю, что за обманку он скомбинировал. Результат – я условный труп.
Черт!
Злость разъедает вены. Под кожей все горит от желания сделать хоть что-то, чтобы меня прекратили так жестко осаживать. Я же могу, я тренировался, я многому учился. Собираю все это в своей голове и тоже проворачиваю комбинацию с обманным маневром. Мне удается нанести Арсу удар в корпус, он улыбается шире, и серия болезненных, жестких ударов обрушивается на меня, как лавина. Дышать становится нечем, ребра вот-вот треснут, в голове начинает шуметь. Последним ударом Арс роняет меня на настил и заносит ногу над головой. Убирает:
– Я три раза тебя убил. Вставай, – толкает меня носком кроссовки в голень.
– Вам действительно в кайф это все? – Поднявшись, смотрю на парней.
– Иногда ты попадаешь в ситуацию, – жесткий голос Дракона доносится со скамьи, – когда у тебя не остается выбора. Несколько секунд на принятие решения: ты или тебя. И я сейчас не про ринг, – хмыкает он. – Работай, наследник Короля, – с усмешкой бросает он.
Я разворачиваюсь и выхватываю мощный удар в челюсть. Теряюсь, едва устояв на ногах.
– И никогда не поворачивайся спиной к сопернику, – добавляет Арс. – 4:0 в мою пользу. Еще!
Глава 11
Тася
Мне нравится странная комната с личными вещами людей, побывавших в этой квартире. Она быстро стала моим особенным местом. Обрывки чьей-то грустной истории лежат на разных поверхностях. Их не пытались спрятать, но, вероятно, пытались забыть, поэтому бросили и не приходят сюда больше. А я прихожу, сажусь на стул, поставленный у окна, и читаю книгу, найденную в узком ящике письменного стола. Это философия боевых искусств, написанная очень-очень давно. Страницы книги потерты в местах, где обычно берешься пальцами, чтобы перевернуть страницу. Она была настольной для хозяина этого места. Я не удивлена, если учесть, чем занимается Ильхан. Зачем ее читаю я, не могу объяснить, но прихожу сюда и открываю очередную страницу.
Валя на кухне, колдует над нашим ужином и слушает музыку. Она моя лучшая подруга, но сейчас мне бы не хотелось, чтобы она видела мои чувства. После ссоры с Камилем слишком больно и слишком волнительно. Я испытываю то, что не должна, и обычно хорошо скрываю это от всех, но иногда мое равновесие нарушается, и я прячусь, чтобы пережить этот момент.
Я люблю Камиля.
Зажмуриваюсь и ощущаю, как в груди начинает печь. Пальцами крепче сжимаю книгу, стискиваю зубы и дышу через нос.
Маленькая, хрупкая, ребенок, Коротышка…
Он никогда не будет воспринимать меня всерьез. Для него я все та же шестилетка, которую все обижали. Мне приятно быть под такой защитой и сейчас. Мне тепло от его заботы, от того, как он приходит иногда, чтобы поправить мое одеяло или поцеловать в лоб, и не знает, что в эти моменты мое сердце бьется в десятки раз быстрее от прикосновения его губ.
– Тась, – ногтями по двери стучит Валя, – пойдем есть.
– Иду, – отзываюсь.
Откладываю книгу и выхожу к подруге. Она взволнованно смотрит на меня. Улыбаюсь, показывая ей, что все хорошо.
– Ты же знаешь Камиля. – Валя берет меня под руку, и мы вместе осторожно спускаемся на первый ярус квартиры. – «Мужчины не жалуются, мужчины решают проблемы» – цитирует она.
– Угу. И доблестно создают новые, – улыбаюсь ей.
– Это точно. Помнишь, как в прошлом году Сева и Марсель спасали Камиля из отделения полиции, чтобы ваша мама не узнала? – хохочет Валя.
Я подхватываю ее смех. Нет, в моменте было совсем не смешно, если честно. Один из-за вспыльчивого характера угодил к полицейским, а так как ему не было восемнадцати, сотрудники обязаны были позвонить матери, но два лучших друга, тоже на тот момент несовершеннолетних, решили помочь третьему, и в итоге за решеткой, в одной камере с парочкой бомжей оказались все трое, и за ними приехали отцы Севы и Марса.
Ой, что было…
Дома мама лупила Камиля полотенцем, а я вжимала голову в плечи и не знала, то ли плакать, то ли смеяться над тем, как он прикрывается и просит: «Мам! Ну, мама, хватит…» Сделать-то ничего не мог.
От этих воспоминаний становится легче и веселее. Ужин Валя пересолила, но мы все равно все съедаем, подшучивая друг над другом на тему влюбленности. Ее старший брат скоро должен за ней приехать, а Камиля все нет, и я постепенно возвращаюсь к своим грустным мыслям.
– Чем займемся? – домыв посуду, спрашиваю у Вали.
– Сейчас покажу тебе что-то! – Подпрыгнув на месте, она находит свой телефон и открывает для меня зарисовку очень эффектного платья. – Оно на тебе будет смотреться очень круто, – воодушевленно говорит подруга. – Я нашла ткань под цвет твоих глаз. Вот эти оборки, – водит пальчиком по рисунку, подчеркнут твои офигенные бедра и сделают рост фишкой. Парни обалдеют!
– А почему ты не хочешь сшить его для себя? – Забираю у подруги мобильный и еще раз внимательно рассматриваю набросок. Это правда может быть красиво.
И вот как Каму не считать меня маленькой, если Валя в свои пятнадцать создает одежду, а я в почти восемнадцать шью мягкие игрушки? Они приносят неплохие деньги, когда продаются, но все же это игрушки…
– А я… – вдруг тушуется Валя. – А мне… не для кого, – тише добавляет она. – Я свои шорты почти закончила. Скоро смогу носить. К ним только ботинки нужны вместо кроссовок, у мамы с отцом пока нет денег, а я еще не продала те две куртки, которые делала зимой.
– Мне тоже не для кого наряжаться в такое платье, – грустно улыбаюсь.
– Ты просто красивая. И очевидно же, что Марс неровно к тебе дышит.
– Ты тоже очень красивая, – приобнимаю подругу за плечи. Я говорю ей честно, Валя правда очень привлекательная девочка, а через два-три года, когда станет еще чуть старше, по ней точно все будут сходить с ума. – А Марса я считаю другом.
– А он… – Валя поджимает губы. – Ладно, черт с ними, с этими мальчишками. Скажи мне лучше, мы шьем тебе это платье? Скажи «да». Ну пожалуйста. – Она складывает ладошки в умоляющем жесте. – Да? Д-а-а? – взмахивает ресницами.
– Конечно, – смеюсь над ней. – Будто у меня есть другие варианты для ответа.
– Нет! Потому что ты меня любишь, – заявляет подруга.
