Страница 2 из 3
Не то чтобы ему жаль еды, нет. Тысячник довольно щедрый. Любовницы от него без подарков не уходят.
Но разрушенный образ трепетной княжны его явственно коробит.
Перестук шагов в коридоре привлек мое внимание. Мгновение спустя в трапезную ввалился запыхавшийся молодой дружинник.
– Нападение на границе! Луговское и Дымнинское в осаде! – выпалил он, все еще держа в руках голубя.
Новенький, похоже. Растерялся.
– Отправить подкрепление! – немедленно отреагировал батюшка.
Что-что, а княжество он защищал на совесть. И в помощи людям никогда не отказывал.
– Я не посрамлю вас, князь, – поднялся тут же Мирослав и коротко, гулко ударил себя в грудь кулаком.
– Отправляемся сейчас же, – кивнула я, поднимаясь.
Отец открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но покосился на волхва и промолчал.
Неужели подумывает запретить мне участвовать в обороне?
Внутри все похолодело.
Выдать меня за нелюбимого – полбеды.
Но если лишат и единственной отрады, глотка свободы – возможности выбираться из столицы и чувствовать себя нужной, полезной, настоящей защитницей… Что мне останется?
Пяльцы да прялка?
Вот спасибо.
Не для этого я всю жизнь тренировалась, изводила себя пробежками и походами с полной выкладкой, чтоб во цвете лет осесть в светлице и носу на улицу не казать.
«А ведь могут. Могут и запереть», – с леденящей душу отчетливостью поняла я.
Княжеству наследники требуются. А с пузом скакать по буеракам и сама не стану – дети важнее славы. Когда же они подрастут, пройдут годы.
Мирослав укрепится на посту воеводы, и меня дружина уже не примет.
Без того с малолетства их уважение завоевывала, доказывая, что баба умеет мечом махать не хуже. Быстро забудут и выдохнут с облегчением.
Пока меня не успели остановить, вылетела из трапезной стрелой.
Прочь, прочь, на бой с Навью.
Заодно сорву на монстрах накопившуюся злость. Сегодня им особенно не поздоровится!
Глава 2
Сборы были недолгими. От нас зависели жизни сотен людей, тянуть нельзя. Через считаные минуты моя дружина собралась в покоях волхва.
Особый зал для срочной переброски войск всегда стоял пустым.
Кроме колонн, поддерживающих высокий свод, и выложенного мозаикой узора на полу, больше ничего в нем не было. Да и не нужно – вся суть помещения заключалась как раз в том древнем напольном изображении.
Все наше приграничное княжество было видно как на ладони. Волхву оставалось лишь выбрать нужную точку и сотворить свое волшебство.
Я в тонкостях эфиров не разбиралась. Мое дело – мечом махать, и делала я это отменно, скромно признаю. А все магические таинства оставляла на тех, кто в них понимает.
Талантом к колдовству меня все равно боги не одарили.
Волхв затянул положенный речитатив. Тени от колонн задрожали, извиваясь в такт старинному заклятию.
Я уперлась взглядом в узор, привычно отслеживая неровную линию границы.
Почти половину мозаики сейчас скрывала черная краска. Территорию княжества сожрала Навь. Заполонила чудовищами, испепелила леса, затянула ядовитым туманом – не продохнуть.
Правители того времени не среагировали сразу, а потом уже было поздно. Земли, где побывали порождения Нави, становятся бесплодными. Людям на них хода нет. Единственный способ выжить – отстоять то, что есть.
Тогда поднялись все княжества, объединили войска, прислали волхвов – и уберегли хотя бы часть. Огородили, выставили дежурные посты по деревням, на том сочли свою миссию исполненной.
И оставили наше Велеградское княжество выплывать дальше самостоятельно. Как сумеем.
Так мы стали прослойкой, щитом между миром Яви и Нави. От упорства и мастерства наших дружин зависит существование всего государства, так что сражаемся мы не за страх, а за совесть.
Остальные нас вяло поддерживают, больше на словах.
Понимают, что мы боремся за выживание и так просто не сдадимся. А они пока могут наслаждаться всеми благами мирной жизни и ни о чем не беспокоиться.
Вот когда нас сотрут в порошок, тогда и почешутся. Правда, в тот момент может быть уже поздно…
Вечерний перелесок между двумя селами встретил нас влажным сумрачным молчанием. Под сапогами хлюпало, в воздухе висела противная хмарь, заползающая за воротник и под рубаху. Не навья – обычная осенняя мерзость.
– Смотрите в оба! – негромко напомнил Мирослав.
Я покосилась на него неодобрительно, но вслух ничего не произнесла.
Не время.
Вот когда вернемся, выскажу все, что думаю. И про его поведение, и про свадьбу, и про нашу будущую совместную жизнь. Пусть не рассчитывает, что я так просто сдамся, сложу лапки и покорно осяду дома.
Нет уж.
Даже если появится наследник – борьбе с Навью материнство не помеха.
Няньки-мамки, помощницы, та же тетушка моя давно намекает, что не против потискать младенцев, своих-то уже вырастила давно. Вымахали выше матери, не обнять толком – уворачиваются.
Старший в дружине уже служит.
Вот и порадую.
А сама – обратно на границу! И пусть только Мирослав попробует что-то возразить. В бою мне равных нет, даже он, талантливый тысячник, не способен долго противостоять моему натиску.
Хоть словами, хоть мечом, но докажу свою правоту.
Приободрившись, я покрепче перехватила лук и двинулась одной из первых в сторону частокола.
Пересекать его созданиям Нави тяжело, но, к сожалению, возможно. Навалят трупов сородичей поверх и перемахивают. С каждым годом твари становятся все сообразительнее, а еще и зима близится.
Под конец осени чудовища совсем озверевали и теряли инстинкт самосохранения. Практически сами лезли под меч, отчаянно пытаясь ухватить кусок плоти.
То ли готовились к зиме, как медведи, наедая запас… но в спячку вроде бы не впадали. То ли поддавались общему тоскливому настроению из-за холода и постоянных дождей.
Неподалеку щелкнула ветка под чьей-то крадущейся лапой.
Дружинники напряглись, проверяя оружие и оглядываясь по сторонам. Подлесок густой, кусты, высокие травы – есть где схорониться противнику. Ни одна веточка не шелохнется, но есть существа, что способны просочиться, не тронув и листика, а затем вцепиться в глотку намертво.
– Слева, – шепнула я едва различимо.
И в то же мгновение, как по команде, на меня вылетел хтонник. Из раззявленной пасти торчали острые клыки, белесое полупрозрачное тело вытянулось в попытке добраться повыше.
Мелкий, но уже ядовитый.
Я отмахнулась кинжалом, не глядя отрубая твари голову. И двойным выстрелом из лука сбила еще двух гадов на подлете.
За моей спиной закипела схватка. К хтонникам присоединились велесы – похожие на пеньки существа с длинными узловатыми лапами, сгибающимися практически в любую сторону. Волхв на трофеях насчитал в каждой конечности по десятку суставов, не меньше.
Рот у этих существ располагался под корнями. Они заглатывали добычу целиком и удалялись в навий лес – переваривать.
Но сегодня им суждено помереть голодными.
Вихрь битвы закружил меня и увлек к частоколу.
В бою я не замечала течения времени.
Уворот. Бросок. Удар.
Все новые чудовища лезут через брешь в заборе. Как только умудрились проломить!
– Чините! Мы прикроем! – бросила отрывисто, перемахивая на ту сторону границы.
Могильный холод ядовитого тумана окутал меня, заглушая звуки и замедляя движения.
Находиться долго на отравленных землях нельзя. Но за час-другой ничего со мной не случится, а после волхв подлатает. В основном страдают легкие – дышать той дрянью, что здесь вместо воздуха, людям крайне вредно.
Привычным движением прикрыла рот и нос повязанным на шею платком.
Так дольше продержусь.
По правую руку скрежетнула сталь, столкнувшись с чешуей.
Нужно отдать должное Мирославу – рубиться он умел и любил. И мою жизнь оборонял яростно, не подпуская порождения Нави ближе длины копья.
Ну да, я же еще не жена. Свадьба сначала должна состояться.
Если наследница погибнет раньше времени, придется устраивать выборы в княжичи среди имеющихся кандидатов. И тут еще неизвестно, кого предпочтут князь и народ. У меня вон кузены подрастают. Тоже воины хоть куда, все трое.
От неожиданной мысли я споткнулась и чуть не упала на ровном месте.
Что, если все мои страдания из-за возможной изоляции в светлице – всего лишь цветочки, а истинный план женишка – вовсе меня устранить? Тогда и стесняться не придется, любовниц можно завести хоть табун, кто-то да родит наследника новоявленному князю.
– Осторожнее, княжна! – мой доверенный сотник, Громовский, отбил нацелившегося на меня костогрыза и метким пинком отправил того в туман.
Затрещали ветви.
Кусты и деревья в Нави продолжали расти, но изменялись до неузнаваемости. Плоды их нельзя было есть ни в коем случае – чистая отрава. Но и сами они приносили немало неприятностей просто своим существованием. Огромные колючки, липкие плети, торчащие корни, норовящие обвиться вокруг ноги и утащить под землю, – вот краткий список того, что может грозить забредшему в навий лес.
Продвигаться приходилось с осторожностью и далеко от частокола не уходить ни в коем случае. Потеряешь из виду спасительные пики – обратно можешь не выйти.
Заплутать в Нави – как нечего делать. Чувство направления здесь отказывает напрочь. Где север, где юг – даже заморский компас не определит.
Твари схлынули, как морской прибой, оставив нас озираться в напряженном ожидании. Что произошло, куда они все подевались?
Передумали? Вряд ли.
Леденящий душу шорох чешуи в наступившей тишине прозвучал громче набата.
С тем, кто ползет сейчас сюда, спорить не осмеливались даже совместные войска нескольких княжеств. Что уж говорить об одной дружине, пусть и отлично подготовленной?
– Отступаем! – рявкнул Мирослав раньше, чем я успела вымолвить слово.
Командовать прежде княжны ему не полагалось, но мысленно я была с ним согласна, потому вновь промолчала.
Полоз – гигантская змея, чья шкура покрыта костяными пластинами и чешуей прочнее стали. Он передвигается медленно, но неуклонно, сея смерть на своем пути. Что не раздавит, то уничтожит зловонным дыханием. Оно убийственно даже по сравнению с туманом. Люди клочьями выкашливают внутренности и умирают в муках.
Никакие повязки и амулеты не спасут.
Часть дружины, занимавшаяся оградой, с честью справилась с задачей. Запасные колья притащили из ближайшей деревни, переплели, собрали, вытащили поврежденную часть изгороди и приладили заготовку. Остальные воины во главе с Мирославом уже добрались до безопасного места и дружно собирались поднимать кусок, что должен заново перекрыть путь в княжество.
Ждали лишь меня.
Но прежде, чем я успела присоединиться к ним, из кустов выпрыгнул заблудший костогрыз.
А за ним с десяток его собратьев.
Откуда только взялись в таком количестве? Похоже, вместо того чтобы убегать от крупной нечисти в безопасную сторону, твари по ошибке ломанулись к людям.
Где их и встретил мой меч.
