Страница 8 из 8
– А в том, что японцы не дураки. Они даже на предварительные переговоры с подарками приезжают. Говорят, у секретаря обкома теперь на даче какой-то огроменный телевизор с почти плоским экраном. Новая технология: изогнутая трубка, представь себе. И видеомагнитофон к нему. И звуковой комбайн. Знаешь, что это такое? Это бандура такая с колонками, в которую сразу и двухкассетник встроен, проигрыватель пластинок и радиоприёмник!
Отец присвистнул.
– Ну а вы что? – спросила мама. – Раз уж наверху решили, можно же и с выгодой…
Дядя Шнайдер вздохнул.
– Не люблю японцев. На дух не переношу. И не пускал бы их сюда за тысячу километров… – ответил он.
– Да дело-то вроде благое… коли уж и вправду как-то поможет. Народу-то легче жить будет, – осторожно заметила бабушка.
– Да своё развивать надо. Своё! Понимаешь, Арина? А эти хмыри ведь не только на производство лезут! Им, видите ли, дай мемориальный комплекс установить. Дескать, вон сколько наших полегло в лагере – так дайте мемориал построить. Вроде как скорбеть, – продолжал раздражённо говорить дядя Шнайдер. – Вот и выходит, что и своим людям, среди которых были достойные, ничего, а япошкам – памятники. Неправильно это. Совсем неправильно…
– Да, но что уж тут… с мёртвыми воевать – тоже не дело. Пускай себе помнят, – возразила бабушка. И добавила, понизив голос, – главное, что по конторской линии возражений нет. Выходит, всё в порядке. Так ведь, Коль?
Дядя Шнайдер вздохнул.
– Так-то оно так… только понимаешь, какое дело: нынешним конторским тоже нужны телевизоры хорошие да звуковые комбайны. Дурно у меня на душе, Арина… не нравится их интерес. А наши даже будто спугнуть их боятся.
– Нынче японцы не то, что были, когда с ними Данила-то воевал. Как-нибудь образуется.
Я вошёл на кухню. Бабушка увидела меня, улыбнулась.
– А, вот и гулёна наш! Иди окрошку есть!
В этот раз бабушка отошла от правил и приготовила окрошку на разведённом катыке. Получилось своеобразно, но мне такой вариант всяко нравился больше, чем на магазинном квасе. Особенно если дадут положить ложечку остренького майонеза.
Я проголодался и охотно набросился на еду. Взрослые перестали разговаривать. Дядя Шнайдер явно спешил и, разделавшись наскоро с борщом, попрощался с бабушкой и вышел.
– Ну что? Куда после обеда? На пляж или в кино? – спросил отец, потягиваясь, когда очередь дошла до чая.
Его у бабушки полагалось пить из блюдец, чтобы быстрее остывал. Для этого требовалась некоторая сноровка: удерживать блюдце на вытянутых пальцах и не хлюпать слишком сильно, чтобы не брызгаться. Но мне нравился такой способ.
– А что там идёт? – поинтересовалась мама.
– Да вроде «Вокзал для двоих» и про Айвенго… – в принципе, можно и сходить, – сказал папа, мельком взглянув в газету, которая лежала на телевизоре. Там был напечатан кинотеатра «Ударник».
– Ну что, Ёжик? – улыбнулась мама, обращаясь ко мне. – Махнём на «Айвенго»?
Вообще кино я любил, но не здешние кинотеатры. Несколько лет назад, когда я был совсем мелкий, родители взяли меня с собой в «Ударник» на «Легенду о динозавре». Фильм настолько меня впечатлил, что где-то в середине сеанса я спрятался под сиденье. Отец тогда здорово на меня сердился, распекал за неподобающее поведение. А я потом долго старался не подходить к окнам и прикидывал, какое может быть поле зрения у динозавра, если он вдруг решит заглянуть к нам в квартиру.
К тому же, про «Айвенго» я слышал от пацанов. Те были не в восторге.
– А может, всё-таки на пляж, а? – осторожно спросил я. – Просто жарко же очень…
– Знаешь, он прав, – поддержала меня мама. – В зале духота. Если только на вечерний сеанс билеты будут… так что пойдём гулять. Мороженого возьмём, и на пляж.
– И аттракционы? – с надеждой уточнил я.
– И аттракционы, конечно, – улыбнулась мама.
– Можно я с собой Саню возьму? И Гулю?
– Только если их родители отпустят, – строго ответила мама.
– Я позвоню, – вмешалась бабушка. – У Саши хорошие родители. Начальник цеха о них хорошо отзывается, вчера поговорили, когда в гастроном ходила.
– Тогда бегом собираться! – сказал папа.
Мы встали из-за стола. Я помог бабушке помыть посуду, потом быстренько собрался на пляж: взял сменные трусы, полотенце, покрывало-подстилку. Армейскую фляжку с водой. Отец подарил мне её в начале года, когда ему новый комплект выдали. Фляжка пахла застарелым чаем, и этот запах ничем невозможно было отмыть – зато матерчатая рубашка, если её намочить, делала воду внутри прохладной даже в самую жаркую жару. Очень ценное качество! И ещё захватил белую рубашку. Это меня дядя Шнайдер в позапрошлом году научил, как загорать так, чтобы не обгорать, не температурить потом и не облазить.
Бабушка встретила меня в коридоре.
– Серёжа, я поговорила с мамой Гули и мамой Саши, – сказала она. – Им разрешили пойти с нами, но только смотри: ты за старшего и отвечаешь за поведение. Внимательно смотри, чтобы сами по себе в воду не лезли. И сам не лезь!
– Хорошо, ба! – кивнул я, после чего подошёл и чмокнул в щёку. Бабушка довольно улыбнулась.
– Ну всё, спускайся, родители сейчас будут.
До пляжа решили идти пешком. «В автобусе – душегубка, да ещё ждать надо!» – сказала мама. Вот если бы мы решили на дальний поехать – то другое дело, там далековато, пешком не дойдёшь. А на центральный так даже удобнее!
Саня и Гуля уже ждали во дворе. Мы собрались и всей толпой двинули со двора – сначала по улице Ленина, потом свернули на бульвар Маркса и спустились до Дома Культуры. Здесь, справа от входа, стояли автоматы с газированной водой. К ним была небольшая очередь и мы с Саней побежали вперёд, обгоняя взрослых, чтобы поскорее её занять.
Вода с сиропом за три копейки была восхитительна! Правда, я совершенно не понял, почему папа и мама предпочли лимонаду обычную газировку, по копейке. Можно было предположить, что они экономили – но я точно знал, что денег у нас достаточно. Об этом мама часто говорила, когда бабушка начинала что-то предлагать.
Потом мы отстояли ещё одну очередь к ларьку с мороженым. Там продавалось несколько видов: в обычных бумажных стаканчиках, в вафельных и фруктово-ягодное, тоже в бумажных. Эскимо и прочие изыски в Балхаше были большой редкостью. Но мне всё равно больше всего нравилось именно фруктово-ягодное.
Пока мы ели мороженое, папа сходил в ближайший гастроном и вернулся с несколькими бутылками пива и лимонада в сетчатой авоське. Лимонад был обычный, «Буратино», а не любимый мной «Дюшес», но жаловаться не приходилось. Родители были в отличном настроении, так что даже на аттракционах нас ни в чём не ограничивали.
Чтобы попасть на аттракционы, нужно было пересечь небольшой Парк Победы, который находился сразу за ДК. Парк не очень интересный: из значимых экспонатов там стоял только Т-34. У нас, в Чите, техники в том же Доме офицеров было не в пример больше!
Сами аттракционы непосредственно прилегали к городскому пляжу. Когда мы дошли до места, то разделились по кабинкам, в которых продавались билетики – отдельные на каждый аттракцион.
Тут программа была стандартной: прежде всего, конечно, «Ромашка» – поднимающаяся карусель с гудящими воздушными винтами, которые её раскручивали, потом – машинки и Колесо обозрения, куда же без него. На колесе кабинки были открытыми, что мне очень нравилось. Легко представить, что мы парим в воздухе на каком-то воздушном аппарате из будущего. В одну кабинку мы поместились все вместе. По нашей просьбе, папа вращал руль, который находился в центре, из-за чего сама кабинка, вместе с пассажирами, вращалась вокруг своей оси.
Наверху было красиво: зелёный парк, бирюзовая вода озера до самого горизонта. Даже дымные трубы Комбината выглядели как-то мощно и надёжно. Бабушка говорит, что без комбината не было бы города, вот я и представлял его, как здоровенное пыхтящее сердце. Тем более, что сейчас дым из труб выдувало в степь, в сторону от города. Так что воздух в центре был чистым.
После того, как мы спустились, родители решили покататься на «Лодочках». Это такие странные качели, действительно похожие на настоящие лодки. Там не было никакого электрического привода, так что приходилось раскачивать их самим. Чем и занимался отец, пока катал маму. Сама лодка поднималась высоко, почти вровень с горизонтом – но, конечно, не до полного «солнышка», даже не близко. После того, как время катания выходило, лодочку тормозил специальный сотрудник парка, дёргая за рычаг – из поддона поднимался деревянный тормоз. Качель замедлялась, издавая странные резкие звуки.
Пока они катались, мы ребятами ждали внизу, занятые очередной порцией мороженого.
Рядом с «лодочками» находился закрытый аттракцион: самолётики. Он тоже представлял собой качели, но с массивной ажурной рамой, выкрашенной в зелёный цвет. На неё были подвешены самолёты, очень похожие на реальные боевые машины времён Великой Отечественной. Я очень хотел на них прокатиться – но они который год стояли сломанные. Бабушка говорила, что их вроде собираются совсем убрать. И даже была уверена, что это к лучшему – по её словам, аттракцион был небезопасным. Но, пока они стояли, я продолжал надеяться, что когда-нибудь их всё-таки починят.
Наконец, после полудня мы добрались до пляжа. Взрослые тут же сели за карты и достали пиво, а мы с Гулей и Саней плескались на мелководье.
Когда мы разделись, я подошёл к отцу и взглянул на время на его наручных «Командирских» часах. Он их почти никогда не снимал, даже когда заходил в воду. Только носил их странно – не как все, циферблатом наружу, а внутрь.
Как учил дядя Шнайдер, я засёк время. И ровно через двадцать минут активных игр на солнце надел специально припасённую белую рубашку и застегнул её.
Саня пытался поднять меня на смех, но я резко осадил его. Они-то уже давно загорели, ещё с начала лета – когда стало можно купаться. А у меня такой возможности не было.
Бабушка тоже сидела в платье с длинными рукавами и в воду не заходила вовсе. А вот родители увлеклись игрой и время вообще никак не контролировали. Поэтому вечером всё было как обычно в первые дни отпуска: мама жаловалась на солнечные ожоги, а папа мазал ей плечи свежим прохладным кефиром.
Мы же с ребятами поужинали у нас, посмотрели диафильм про НЛО и разошлись по домам. Я бы хотел, чтобы Саня остался ночевать – но ему тоже надо было собраться перед завтрашним походом.
Глава 6
Аэропорт города Брест, Беларусь, наши дни
Марек с выражением глубокого недоумения на лице смотрел на документы, которые я ему передал. Потом повертел в руках паспорт, разглядывая фотографию. Посмотрел страницы под разными углами.
– Выглядит ну в точности, как настоящий! – наконец, заявил он. – Высший класс, я бы не отличил.
– Он и есть настоящий, – ответил я, улыбнувшись.
– В каком смысле?
– В прямом. Ты принят в гражданство, – ответил я.
Марек побледнел.
– Серёга. Мне этого не нужно. Я не просил! – тихо сказал он, аккуратно закрыв паспорт.
– Да перестань. Твои и не узнают, – ответил я. – Захочешь выйти из гражданства перед тем, как вернуться – выйдешь, не вопрос. Даже записей нигде не останется. Но сейчас ты официально гражданин. Блин, Марек, нам в Казахстан лететь! Как ты думаешь я мог бы обеспечить тебе нормальное прохождение границы транзитом? Это всё-таки другая страна сейчас! А запрос твоего паспорта, согласование, прочие формальности – мы бы застряли тут на неделю.
Марек снова взял паспорт.
– Наверно, ты прав. Пришла пора мыслить шире, если это поможет делу.
– Вот! Другой разговор, – улыбнулся я.
СССР, Казахская ССР, Джезказганская область, окрестности города Балхаш, 1983 год
Перед выходом я пообещал отцу, что купаться будем только на мелководье, не глубже, чем по пояс. Дал слово пацана. Ещё пообещал следить за остальными и вернуться не позже, чем к шести. На моё резонное замечание, что у меня нет часов, отец ответил: «А ты сообразительность прояви. Вон, у тебя компас появился. Значит, можно солнечные часы построить, да? Ты, конечно, точно время не вычислишь, но я дам зазор полчаса. Понял?» Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться на предложенные условия.
Утром мы, как условились накануне, встретились во дворе, возле горки. У Санька была с собой холщовая сумка, у Гули – рюкзачок из зелёной ткани, совсем как настоящий туристический – только очень маленький. Я тоже пришёл с сумкой, в которую была аккуратно уложена фляжка с водой, компас, фонарик, пара пачек печенья «Юбилейное», несколько бабушкиных пирожков, пара бутылок лимонада «Буратино», полотенце и открывашка. Сумка вышла тяжёлой, зато я гордился тем, что тщательно подготовился к походу.
– Клевер взял? – спросил я Санька после того, как мы поздоровались.
– Обижаешь! – ответил тот, доставая небольшой потрёпанный блокнотик. Он раскрыл его где-то в середине, продемонстрировав сплющенный и подсушенный четырёхлистник. Надо сказать, выглядел тот достойно: почти как профессиональные гербарии в школьном музее.
– Ну вот, – сказал я серьёзно. – Теперь с нами ты и твоя удача.
Санёк довольно улыбнулся.
– А я не стала сиреневый шарик брать… – нахмурилась Гуля. – Я же его там нашла. А вдруг он домой захочет? Потеряется и не вернётся больше?
– Ну и правильно, – кивнул я. – Нам Саниной удачи должно хватить!
Она улыбнулась, поправила рюкзачок, и мы вместе направились в сторону остановки.
Несмотря на раннее время, уже было жарко. Особенно на солнце. Поэтому на остановке мы втроём забились в медленно сокращающийся островок тени от козырька.
Саня то и дело с беспокойством поглядывал на дорогу. Проехало несколько легковушек, пара грузовиков ЗИЛ да одно такси. Автобусов пока было не видать.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
