А мне тошно от мысли, что нужно вернуться туда, где ещё два часа назад мой муж развлекался с секретаршей.
Проходим через приёмную к кабинету. Оля поднимается из-за стола, приветствуя важных гостей. А я бросаю на неё один только взгляд, и секретарша сразу садится на место поникнув. Ещё наглости хватает оставаться тут под боком у моего мужа после такого.
Захожу в кабинет Алекса, и тут же накатывают дурные воспоминания. Ноги не держат. Чуть пошатываюсь, ухватившись за столик у двери. На этом столе я оставила торт, но его уже нет. Муж замечает моё состояние и придерживает меня за локоть. Шепчет на ухо:
– Ты в порядке, Ксю?
Меня от его прикосновений, будто обжигает. Одёргиваю от него руку резко, как от горячей сковороды. Партнёры прошли в кабинет вперёд нас и, слава богу, не заметили.
Вместо ответа бросаю на мужа испепеляющий взгляд и сажусь за переговорный стол. Алекс рядом со мной.
Переговоры у нас обычно на дружеской волне, поэтому Алекс не стесняется приобнять меня за плечи при партнёрах. Им даже нравится наша идиллия. Вот и в этот раз Державин демонстративно обнимает меня.
– Мы с Ксенией рады вашему приезду.
Переводчик тут же доносит суть фразы европейцам.
А я улыбаюсь широко и натянуто. Рука Алекса на моём плече, как гадкая пиявка, хочется сбросить её.
– Нам всегда приятно погостить в вашем городе, – переводят ответ Джин.
В кабинет заходит Оля с подносом свежесваренного кофе. Расставляет чашки по столу. Каждый раз, когда она наклоняется, чтобы поставить чашку и блюдце, её декольте остаётся на уровне глаз так, что можно пересчитать родинки на её груди.
Раньше я не задумывалась о том, как Оля выглядит. В голове была только работа. Да и Алексу я верила. А теперь представляю, что эта девка работает у нас полгода и всё это время она крутилась в таком виде рядом с моим мужем.
Я морщусь, когда в очередной раз вспоминаю сегодняшнюю сцену. Оля была обнажённой. Сидела между ног Алекса, а я видела в свете окна её голую спину, через которую по позвоночнику проходила полоска пушка.
Чем они занимались до моего прихода? Оля разделась сама? Алекс раздел её?
Мысли об этом вызывают во всём теле спазмы боли и отвращения, но я, как садист, продолжаю думать об измене мужа, прокручивая случившееся снова и снова. Я даже себе не могу ответить, для чего это делаю. Но, чем больше думаю, тем сильнее разгорается во мне злость.
Тем временем Алекс продолжает меня обнимать и улыбаться партнёрам. Он знает, что в их присутствии я ничего не сделаю, и будто цепляется за возможность прикоснуться ко мне. Для чего? Вину свою чувствует? Думает, от его поглаживаний моего плеча я растаю и прощу за измену?
Я чувствую себя кипящим чайником, который вот-вот взорвётся.
– Мы хотим ежегодный закуп вашей продукции на один миллион евро, – говорит Алекс.
Переводчик доносит информацию. Джин, Жан и Ален кивают и улыбаются.
А я продолжаю кипеть.
Недавно я высказала Алексу свою позицию. Я не считаю нужным пускать столько средств лишь на одного производителя. Их товар расходился неплохо, но то был эффект новизны, а в последние месяцы продажи упали. Я говорила мужу: нужно снизить закупки хотя бы до полумиллиона. Слишком рискованно. Мы можем потерять деньги и потом ещё искать придётся, куда сбагрить столько ненужной продукции.
Я думала, Алекс понял меня. Тогда он согласился, что мои опасения могут быть правдой.
А теперь говорит им о закупке на миллион евро.
Раньше бы я промолчала. Но сейчас… Почему он делает то, что ему вздумается? У меня сорок девять процентов акций компании, я имею право!
– Нет, – произношу твёрдо. – Все взгляды устремляются на меня. Улыбки спадают с лиц партнёров. – Мы с Алексеем Павловичем обсуждали другую сумму, в два раза меньше.
Снова перевод. У партнёров задумчивые выражения лиц. Они начинают что-то обсуждать между собой.
– Ксю, что ты делаешь?! – нервно шепчет мне Алекс. – Мы же всё решили.
– Вот именно. И, мне казалось, ты со мной согласился.
– Так миллион или половина? – уточняет Джин.
– Миллион! – отвечает Алекс.
– Половина! – одновременно с ним говорю я.
Мы с мужем переглядываемся. Он хмурится. Злой как собака. Ноздри раздуты, того и гляди сейчас дым из них пошпарит.
“Так-то, дорогой, не всё коту масленица. Раньше я тебе уступала, а теперь не буду. Имею право на своё мнение. Доли в компании у нас равные”.
…Через пять минут Джин со своей командой спешно покидают кабинет.
– Решите вопрос между собой, прежде чем приглашать нас, – напоследок говорит она.
Партнёры уезжают. Сделка не состоялась, и неизвестно: состоится ли.
– Твою мать! – ругается Алекс, когда мы остаёмся в кабинете вдвоём. – У меня такие надежды на эту сделку были!
Я складываю руки на груди. Что сейчас будет, не представляю. Алекс привык держать ситуацию под контролем. Привык, что я соглашалась с его решениями. А тут я впервые пошла против. Да ещё и в такой момент.
Он ходит по кабинету из стороны в сторону, галстук ослаблен, волосы взъерошены, глазами мечет искры. Муж разъярён, опасен и буквально в бешенстве. Сегодня, явно, всё пошло не по его плану. А впереди ещё больше проблем. Нам, как минимум, нужно обсудить детали развода.
– Ты винишь меня? – спрашиваю ровным тоном. Провокационный вопрос. Но меня саму одолевает злость, поэтому я ступаю на эту тропу войны. Страшно до жути, но иначе не могу.
Глава 5
Алекс останавливается в двух метрах от меня.
– Обвиняешь меня, Державин? – повторяю вопрос. – А моё мнение ты не учёл?
– Нет! Я не виню тебя. – Он сжимает челюсть, выдыхает с рыком. – Но надо было обсудить со мной.
– Извини, утром у тебя не было на это времени. Ты был занят секретаршей!
– Не было ничего! Не было.
Алекс в два шага подходит ко мне, обхватывает руками моё лицо и смотрит в глаза:
– Прости, милая! Я клянусь, ничего не было. Это правда.
Мои глаза наполняются слезами. Я дёргаю головой, чтобы отвернуться, но Алекс держит меня, чтобы смотрела на него. Накрывает мои губы своими, и у меня с ресниц срываются солёные капли, отравляя вкус поцелуя.
Я отталкиваю Алекса от себя.
– Не смей! Не смей больше так делать!
Он отпускает моё лицо, но теперь берёт меня за руку крепкой хваткой. Гладит тыльную сторону ладони, целует костяшки пальцев. Я стою на месте и чувствую, как меня всю трясёт.
– Ксюнечка, девочка моя, успокойся, – ласково говорит он.
Я перевожу дыхание. Набираюсь сил, чтобы поговорить:
– Что значит: ничего не было, Алекс? По офису ходят слухи, что ты спишь с секретаршей. Я видела вас! Что ты на это скажешь? – я тяжело дышу и смотрю в его голубые глаза. Я больше не чувствую нежности, глядя в них, только злость и режущую боль в сердце.
– Бес попутал, – опустив голову, отвечает.
Хочется стукнуть его в этот момент. И это и есть его оправдание?
– Алекс, ты нормальный?! Я твоя жена. Мы клялись друг другу в верности. А ты изменил, просто потому что в штанах зачесалось при виде красивой девчонки?! Сколько это уже длится?
– Нисколько! Ксю, я клянусь. Это было первый и последний раз. Сам не знаю, что на меня нашло. Она крутилась возле меня последний месяц, везде хвостом ходила, я думал: выслуживается. Может, из-за этого слухи пошли. Между нами ничего не было! А тут она пришла утром, принесла кофе. Ну, строила глазки мне всегда, да. Но все девки строят, что с того?
– Действительно, – комментирую, не сдерживая сарказм. Это цирк какой-то. Нелепее оправдания я ещё не слышала.
– Она платье скинула, а под ним ничего. Подошла ко мне.
– Фу! Алекс, какая мерзость! Я не хочу слушать подробности ваших сношений!
– Да нет подробностей! – отвечает на повышенных тонах. – Она подошла, я охренел, а тут ты заходишь. Всё. Не было ничего.
– Так охренел, что аж обнял её.
– Не обнимал. За плечи обхватил, поднять хотел. Она же у меня между ног присела.
– Ты мне омерзителен! Разделась, подошла, присела, а ты всё это время наблюдал, не мог сопротивляться, бедненький. А если бы я не пришла, она бы и оседлала тебя, девка нехорошая, что ты мог против неё, да?
Алекс окончательно стягивает галстук. Его мощная шея вся красная, жилы раздуты. Муж тяжело дышит. Трёт лицо руками, как после сна.
– Чёрт. Хреново звучит. Капец, как хреново. – Он садится на край стола. – Прости, Ксеня. Бес попутал.
У меня внутри такая буря бушует. До последнего надеялась, что всё не так будет. Что найдётся какое-то объяснение. Я не знаю… Брат-близнец, наркотики подмешали, не в себе был, что угодно до самых бредовых идей. Но нет. Его, видите ли, бес попутал. То есть он на полном серьёзе сознаётся, что ему эта идея соблазнения нравилась.
Он вообще думал, что делает это в нашу годовщину?
Знать его не хочу!
– Я ухожу, Алекс. Больше не могу это слушать.
Прохожу к двери. Он спрашивает ровным голосом:
– И куда ты собралась?
– Не твоё дело!
– Не горячись, Ксения. Никуда ты не уйдёшь.
Я оборачиваюсь на него.
У Державина на лице желваки играют. Ситуация доводит его до бешенства, но он усилием воли сдерживается.
– Езжай домой. Отдохни.
Я ухожу из кабинета не ответив.
Алекс не пошёл за мной. Наверняка не хочет устраивать представление перед коллективом. Но пока еду домой, вижу, что за мной пристроилась машина его безопасников. В этот момент чувствую себя запертой в клетке. Я одна в этом большом городе, езжай куда хочешь, но эта свобода мнимая. За мной едут верные люди Алекса, которые доложат ему каждый шаг.
Как же всё могло так перевернуться в одночасье?
Я отказываюсь верить, что мой мир рушится. Всё было как в сказке. А теперь эта красочная картинка превратилась в кошмар. Мой любимый муж, который все эти годы клялся мне в верности и говорил, что измена для него неприемлема, нарушил своё слово.
Алекс был идеальным мужем. Заботливым, понимающим, с близкими мне взглядами на жизнь. У нас обоих было нелёгкое детство. Я рано потеряла родителей, и он тоже человек с непростой судьбой.
В детстве ему пришлось пережить много страха. Отец жестоко избивал их с братом и мать. От некоторых историй Алекса у меня волосы дыбом вставали. С таким покалеченным детством он мог вырасти жестоким и бесчувственным, но ему удалось побороть в себе это. Он смог не озлобиться на весь мир. Я в жизни не встречала человека, который относился бы ко мне более трепетно. Алекс никогда меня не обижал. И я восхищалась им.
А теперь измена. Гадкая змея, вонзившая клыки в наше счастье, отравившая наш брак. Я не знаю, что должно произойти, чтобы я смогла снова поверить Алексу. Он уже пытался извиниться, это не принесло мне облегчения. Он не хочет развода, не готов отпускать меня, но что толку, если доверие умерло?
Теперь у нас впереди нет светлого будущего. Только развод, раздел бизнеса и прочие тяготы.
Но сегодня я твёрдо решила, что не хочу видеть Державина. Я не собираюсь дожидаться его дома. Сейчас я хочу быть от него как можно дальше.
Я останавливаю машину у знакомого ресторана.
Захожу в роскошное здание и сажусь за столик у окна. На улице рядом с моей машиной ждёт машина СБ. Один из безопасников выходит покурить и наблюдает меня, стоя рядом с окном. Я демонстративно выбираю блюда в меню и делаю заказ. Безопасники ждут. Когда официант отлучается, иду попудрить носик.
Я хорошо знаю этот ресторан. Он принадлежит другу Алекса, Фёдору. Он проводил нам здесь экскурсию, когда только открыл заведение. А потом мы с Алексом часто сюда ходили.
Рядом с уборной у них кухня, а за ней запасной выход.
Я уверенным шагом прохожу через кухню мимо опешивших поваров и выхожу с другой стороны ресторана прямо к остановке. Забегаю по ступеням в автобус, который уже собирается отъезжать. Двери захлопываются. Безопасники остаются далеко позади.
А я еду в сторону дома моей подруги, Киры.
Глава 6
