Я выхожу из магазина с пакетом в руках, задумчиво прокручивая в голове список дел. Воскресенье, единственный мой выходной. В который мне нужно успеть сделать все домашние дела, а еще подготовиться к парам.
Да-да, я живу, как пенсионерка. И что с того?
Слышая музыку в наушниках, двигаюсь по довольно пустынной аллее. Уже вечереет, когда кто-то резко накидывает мне на голову плотную ткань. Перед глазами — тьма, а паника взрывается в груди.
Черт!
— ХВАТАЙ! — раздается крик за спиной.
Инстинктивно хочу побежать вперед, но какой-то ублюдок успевает меня схватить за ворот кофты и притянуть к себе.
— Пустите! — вскрикиваю, но звук моментально глушится — мне зажимают рот, и я не могу даже вдохнуть как следует.
Мамочки…
Меня что, воруют на органы? Или в секс-рабство?
Сильные мужские руки подхватывают под локти, и прежде чем я успеваю пнуть хоть кого-нибудь, меня грубо заталкивают в машину. Дверь захлопывается, громкий звук мотора — и машина срывается с места.
Клянусь богом, у меня вся жизнь пролетает перед глазами!
Внутри темно и душно. Сердце срывается с ритма, я бешено мечусь, пытаясь сбросить с себя ткань, но кто-то помогает — и не в хорошем смысле.
Срывает с меня повязку, так что больно. Я моргаю, ослепленная светом, а потом… впадаю в ступор.
Передо мной — Дима. Тот самый Дима. С гаденькой улыбкой на лице. И Ростова. Ее я узнаю по мерзкому прищуру и самодовольной физиономии.
Они… РЖУТ.
Какого черта, спрашивается?
— Расслабься, кошечка, — весело кидает Дима, на секунду отрываясь от дороги. — Мы просто покатаемся!
— Что вам нужно от меня?! — кричу, голос срывается от паники и ярости. — Вы совсем больные на голову?!
— Ой, как мы заговорили! — с ядом в голосе бросает Ростова, склонившись ближе. — Правильная девочка-целочка, ты хоть что-то видела в жизни, кроме своих книжек?
Вот сука. Да что она может знать о моей жизни?! Родились с золотой ложкой во рту и считают, что им все позволено!
— Это незаконно! — сердито рявкаю. — Это похищение! Я подам заявление!
Ростова фыркает и резко приближается.
— А ты докажи! Камер там нет, улица была пустая… Ты сама села, милая. И сама поехала. А мы просто твои университетские друзья.
Змея. Самая настоящая гадюка!
У меня дрожат пальцы. Я буквально не верю, что это происходит со мной. Это же… это же какая-то дешевая шутка. Больная шутка. Кому я вообще сдалась? Я — Элла Серебрянская, простая студентка бюджетница.
Я хлопаю глазами, пытаясь собрать мысли, но тут в разговор вмешивается Дима. Уже без веселья. Его голос становится холодным.
— Аня, прекрати ее пугать, — говорит, глядя на Ростову. — Мы просто прикололись, Элла. Расслабься. Доставим тебя Максу. Пусть порадуется нашей находке!
Сказочные придурки. И Макс их предводитель. Только его одноклеточные дегенераты-дружки могли додуматься посреди белого дня силой затолкать человека в машину.
— Выпустите меня! Мне нужно домой! — требую, срывающимся голосом.
— Брось, кошечка, — лениво тянет Дима, не оборачиваясь. — Чуть веселья никому не повредит. Никуда твои дела не денутся.
— Да пошло оно к черту ваше веселье! — огрызаюсь, но он врубает музыку на всю катушку.
Салон заполняется грохочущими басами, от которых дрожат стекла. Я вздрагиваю, сжав кулаки. Ростова хохочет, достает айфон и начинает снимать себя в сторис: губы уточкой, ракурс сверху. Боги, сколько пафоса…
Откидываюсь на спинку кресла, резко выдыхаю и достаю из кармана свой смартфон. Мне срочно нужно кому-то написать. Позвонить. Что угодно.
Но не успеваю даже разблокировать, как телефон оказывается в руках Ростовой.
— Эй! — вскрикиваю, вскакивая. — Отдай!
— Конфисковано на время, девочка-целочка, — мерзко ухмыляется, глядя прямо в глаза.
Я пытаюсь вырвать смарт, но она спокойно открывает бардачок и швыряет его туда.
— Ты ненормальная?! — шиплю, сверкая глазами.
— Расслабься, заучка. Все под контролем.
Машина набирает скорость. Мы, должно быть, нарушаем все правила дорожного движения. Паника подступает все ближе. Если это просто шутка — она уже давно за гранью.
Проходит минут десять, а затем Дима сворачивает.
Пыль, острые камни под колесами, свет фар, шум где-то вдали.
Мы заезжаем на пустырь, потом резко поворачиваем — и оказываемся на освещенной трассе, огражденной машинами, у которых капоты раскрыты, а вокруг толпа молодых людей. Музыка, дым, алкоголь, визг тормозов. Гонки.
Нелегальные гонки.
Ошеломленно таращусь в окно и шепчу:
— Что за?..
— Добро пожаловать, — говорит Дима, с довольной ухмылкой. — Сюрприз, Элла.
— Вы больные. Просто… — качаю головой, сжав губы до бела. — Больные.
Ростова поворачивается и бросает:
— Мы просто прикололись. Улыбнись, ты на вечеринке.
Вечеринке. Только вот меня никто не звал. Да и не то чтобы я горела желанием здесь оказаться. Черт!
Машина проезжает еще пару десятков метров, петляет между авто, мимо парней в куртках и девушек в мини. Дима останавливается и опускает окно. К машине подходит парень с планшетом в руках, видно, один из организаторов.
— Когда следующий заезд?
Парень едва поднимает глаза:
— Через два часа. На этот уже закрыты ставки.
Ставки.
Конечно. Тут еще и тотализатор. Почему бы и нет? Полный комплект.
— Запиши меня на этот, — коротко бросает Дима.
— Н-но… — парень явно нервничает.
— Запиши, — холодно повторяет.
— Заезд через пять минут, — сдается тот, вводя что-то в планшет.
Дима довольно хлопает в ладоши:
— Прекрасно!
Резко сдает назад, разворачивается и катит в сторону старта. А потом, как ни в чем не бывало, резко паркуется и поворачивается к Ростовой.
— На выход, — бросает. Холодно. Как будто она тут балласт.
— Что?! — хлопает глазами девушка, не веря. — Ты серьезно?
— Ты тупая, что ли? — гневно рявкает. — На. Выход!
Ростова вздрагивает, с шумом открывает дверь и выходит, хлопая ей так, будто хочет снести петельки. Я уже тянусь к своей, но…
Щелк.
Блокировка.
Моя ручка больше не работает.
— Ты чего творишь?!
— Давай, кошечка, — протягивает с хищной ухмылкой. — Перебирайся вперед.
— Но я не хочу! — взрываюсь, бью по двери кулаком. — Ты охренел, что ли?!
— Если не сядешь вперед и не пристегнешься, — произносит, откидываясь на спинку сиденья, — будет мотать по всему салону. А мы едем быстро. Очень быстро.
Он выгибает бровь, спокойно. Уверенно. Словно знает, что у меня нет выхода.
— Так что, Серебрянская? — тянет, не отводя взгляда.
Судорожно осматриваюсь, словно в поисках того, кто мне может помочь… И тут взгляд цепляется.
Черная спортивная тачка. Глянцевая, сверкающая. Как всегда, в центре внимания. Вокруг — толпа: парни, девчонки, камеры, дым от кальянов и выхлопов. И среди всего этого хаоса — он.
Чернов.
Сидит в своей тачке. Вся его поза орет: «Я здесь главный». Кривая ухмылка на губах — самодовольная, как всегда. Будто уже всех победил, еще не стартовав.
И в какой-то момент он будто чувствует мой взгляд.
Резко поворачивает голову.
Наши глаза встречаются.
Я замираю.
Макс прищуривается. Губы сжимаются в тонкую, напряженную линию. Скулы резко очерчиваются, как будто под кожей внезапно включили ток. Желваки — будто грани злости, сдерживаемой на последнем вдохе.
Он понял.
Читает ситуацию с одного взгляда.
— Одна минута, кошечка! — весело орет Дима, хлопая по рулю.
Вздрагиваю, сердце уходит в пятки. Я срываюсь с заднего сиденья, перебираясь вперед. Слишком резко. Слишком неловко. Путаюсь в ремне, коленях, юбке, собственных нервах.
Вжимаясь в кресло, замечаю, как Дима, не особо стесняясь, уставился на мою задницу. Прямо. Открыто. Будто это часть шоу
Он ухмыляется — довольный, мерзкий, довольный собой. И…
Показывает Чернову большой палец вверх.
Козел паршивый!
И тут Макс… медленно, демонстративно, не отрывая от него взгляда, показывает в ответ средний палец.
Без лишнего пафоса.
Но этот жест — как выстрел.
На табло отсчет.
Двадцать секунд до старта.
Я вцепляюсь в ремень, ощущая, как немеют пальцы. Конечности становятся ватными. Страх подступает к горлу и давит. Меня будто затягивает в вакуум. Все звучит приглушенно — гул машин, свист, кто-то кричит… но я слышу только собственное сердце.
