– Еще что?
– В субботу субботник. Нужно десять человек желающих.
Чернов медленно поднимает на меня глаза, и в его взгляде читается откровенное недоумение.
– Ты с дуба рухнула, Серебрянская? Где ты таких желающих видела?
– Без понятия, Чернов! Это уже не моя забота! – задыхаясь от злости, рявкаю. Всего несколько минут в обществе этого идиота и я уже готова на убийсво. Талант у человека! Профессионально играет на нервах. – И вообще, я не обязана бегать и…
Тут к моим губам пристраивается палец, тем самым прерывая мою гневную тираду.
– Чш-ш, меньше текста, блондиночка, – протягивает Чернов с ленивой усмешкой. Убирает руку и продолжает: – Найду я тебе десять человек. Вряд ли желающих, но на добровольно-принудительных началах точно. Напрягу кого-нибудь. Не ной только.
Пыхчу от возмущения и ядовито шиплю:
– Я не ною!
Чернов хмыкает, будто мои слова для него ничего не значат, и вдруг взгляд его становится требовательным.
– Дай свой телефон сюда.
Я подозрительно на него кошусь. С этим парнем никогда нельзя расслабляться.
– Это еще зачем?
– Мой сел. Дай свой.
Не отцепится же. Я все еще не доверяю этому ублюдку, но, стиснув зубы, достаю телефон и протягиваю. Макс берет его, вводит какой-то номер, нажимает вызов и подносит к уху.
Через секунду в его кармане раздается звонок.
Он мгновенно сбрасывает и, довольно ухмыляясь, возвращает мне телефон.
Вот скотина!
– Ты обманул меня! – рявкаю, сжимая кулаки.
Макс пожимает плечами, ухмыляясь еще шире.
– Ты слишком наивна для этого мира, Серебрянская.
Клянусь Богом, я готова его задушить!
Этот конченный просто невыносим. Да мне никакие успокоительные не помогут, если я буду его «секретарем»! А те которые помогли бы, лучше не употреблять. Да и не законно, опять же.
– Новая подружка, Чернов? – раздается неожиданно позади низкий хрипловатый голос.
У столика стоит высокий парень с обаятельной улыбкой. Он двигается легко, уверенно, словно знает, что весь мир у его ног. Внимательно смотрит на меня, а потом переводит взгляд на Чернова.
Тот сдержанно отвечает:
– Секретарь.
Парень усмехается, снова переводит взгляд на меня и подмигивает.
– Хорошенькая!
Я не успеваю среагировать, как он мягко берет мою руку, чуть наклоняется и… Оставляет поцелуй на тыльной стороне ладони.
Мои глаза лезут на лоб, а щеки предательски заливает румянец.
– Дима, – представляется ловелас с обворожительной улыбкой.
– Элла… – выдавливаю, чувствуя, как уши горят.
– Серебрянская, че встала? – рявкает бешено Чернов. – Или дел больше нет? Вперед и с песней!
Ублюдок.
Медленно поворачиваюсь к нему и награждаю убийственным взглядом.
– С превеликим удовольствием покину вашу компанию! Век бы не видала!
Разворачиваюсь и, не оглядываясь, ухожу. Я бы ему еще средний палец показала, но, увы, воспитание не позволяет.
Глава 7
Элла
Я залипаю в экран телефона, пытаясь осознать, что, черт возьми, только что прочитала.
«После пар жду в библиотеке. В дальней секции. Ты знаешь»
Непонимающе хмурюсь.
Что, простите?
Что я должна знать?
Меня раздражает этот тон. Как будто Чернов дает указания, а я обязана их беспрекословно исполнять.
Ну уж нет.
Закрываю сообщения, даже не отвечая.
Чернову пора объяснить, что я не его рабыня. У меня есть свои дела. И если этот кретин думает, что может щелкнуть пальцами, а я помчусь выполнять его поручения, то глубоко заблуждается. И сегодня я намерена высказать этому гавнюку все!
Однако. когда пара заканчивается, меня задерживает преподаватель. Чернову придется подождать.
– Серебрянская, задержитесь на минутку.
Это, разумеется, не может не напрягать.
Владислав Владимирович.
Он же Дракула.
За глаза его называют так из-за пугающей бледности кожи и высокого роста, но, если честно, прозвище ему категорически подходит. Он обладает какой-то вампирской аурой – холодный, сосредоточенный, всегда с четко выверенными словами.
И сейчас он сверлит меня холодным взглядом, от чего внутри пробегает неприятный холодок.
– Если вы и дальше хотите оставаться на бюджете, вам придется написать прекрасную курсовую работу.
Киваю, уверенно отвечая:
– Конечно.
Преподаватель прищуривается и более мягко произносит:
– Вы же понимаете, что написать курсовую на лучший бал – это огромный труд? Единицам удается.
В замешательстве киваю головой. Снова.
Дракула выжидающе смотрит на меня еще пару секунд, а потом глухо выдыхает.
– Идите, Серебрянская.
Натянуто улыбаюсь, прощаюсь и торопливо выхожу из кабинета.
Чего хотел? К чему разговор? Непонятно.
Как будто я без него не знаю, что если завалю сессию или курсовую, то меня попрут. Еще как знаю! Спасибо за очередные напоминание, блин!
Зло пыхтя, поспешно направляюсь в библиотеку. Пора установить четкие правила нашего «сотрудничества» с Черновым. Довольно этого террора!
Я захожу в библиотеку, глубоко вдыхая прохладный, пропитанный пылью и старыми страницами воздух.
Здесь тихо, настолько, что я слышу, как тикают часы где-то на стене. Двигаюсь к дальней секции, туда, куда почти никто не ходит. В голове уже зреет план, как дать Чернову понять, что я не его прислуга.
Но едва я вхожу глубже, как замечаю странные звуки.
Шорох.
Перешептывания.
А затем…
Это что, звуки поцелуев?
Кто-то перепутал библиотеку с публичным домом?
Не знаю зачем, черт возьми, но я делаю еще один шаг вперед и заворачиваю за угол…
И тут же застываю, точно каменное изваяние.
Макс.
Стоит у стола.
Между женских ног.
Его руки уверенно держат чьи-то бедра, а на столе перед ним извивается женщина, протяжно стоная.
ОХ-РЕ-НЕТЬ!
Голос кажется смутно знакомым. И, когда раздается второй стон, я понимаю, что это….
Эта наша молоденькая преподша!
Чернов спит с преподом?!
Да это же скандал!!! Если его папаша об этому узнает, он же…
Мое сердце колотится так громко, что кажется его слышно на весь зал.
В панике разворачиваюсь, собираясь удрать к чертовой матери, как вдруг…
БАМ!
С полки падает книга.
Тишина.
Как будто кто-то нажал на паузу.
Чувствую, как на меня устремляется два взгляда.
Я торопливо делаю шаг назад, но не успеваю.
– Стоять! – рявкает Чернов.
У меня волосы встают дыбом.
Все. Я труп.
