– Любишь языком трепать? – донёсся злобный хриплый голос.
– Тебя предупреждали, а ты всё туда же…
– Так и передайте… своему Разину… – прохрипел мой информатор, пошатываясь на коленях. – Он за всё ответит…
– Разин тебе прикажет долго жить, понял? – второй удар биты пришёлся старику по спине. Раздался тошный хруст – и я застыла от ужаса. Он упал навзничь, распростёршись на мокрых плитах. Я зажала рот руками, давя рвавшийся наружу крик. Лихорадочная мысль мелькнула: неужели вот так всё и кончится?
Нападающие окружили распростёртое тело. Один наклонился, проверяя пульс, и сплюнул:
– Готов. Свалили отсюда живо.
– А с бабой что делать? – отозвался другой, вертя головой. – Она же, сука, тут была…
– Найдём, куда денется, – рявкнул третий и вдруг с размаху пнул ботинком по неподвижной груди информатора. Я вздрогнула, невольно выронив сдавленный всхлип. Всё. Дальше смотреть не было сил. Пора спасаться.
Они услышали.
– Вон она! – крик прозвучал совсем близко. – За парапетом, держи её!
Не помню, как я вскочила и бросилась бежать. Будто проснулась ото сна прямиком в кошмар: вокруг темно, холодный воздух режет лёгкие, под ногами скользко – а тяжёлые шаги прямо за спиной. Бегу изо всех сил вдоль самого края воды; лёгкие, кажется, вот-вот разорвутся, но в руке по-прежнему зажат крошечный кусочек пластика – моя жизнь, моя надежда, не зря же всё это было.
– Стой, стрелять буду! – рявкнул кто-то сзади.
Выстрела не последовало, но страх придал мне крылья. Я свернула под арку старого моста, чуть не поскользнувшись на мокром бетоне, и кинулась вверх по склону, сквозь мокрые кусты. В лицо хлестали ветки, на пальто отрывались пуговицы – я не чувствовала боли, я лишь бежала, бежала, бежала…
Впереди замаячил тусклый свет – кажется, дорога. Позади раздавались тяжёлые удары: это карабкались мои преследователи. Глаза щипало от слёз – то ли от ветра, то ли от ужаса. Я вылетела на узкую просёлочную дорожку и метнулась к редким огням.
Внезапно сбоку взревел двигатель, и по склону полоснул яркий свет фар. Машина – прямо передо мной! Я едва успела затормозить, чуть не угодив под колёса чёрного джипа.
– Надя, сюда! – раздался знакомый голос. Паша?!
Он распахнул дверцу, вынырнув из-за руля. Больше не раздумывая, я прыгнула внутрь. Пашка ударил по газам, не дожидаясь, пока я захлопну дверь. Колёса взревели, выдираясь из грязи. Фары выхватили на склоне позади нас три человеческие фигуры – они метались в поисках меня. Один замахнулся – и что-то тяжёлое звонко ударило по заднему стеклу джипа. Стекло пошло трещинами, но выдержало. Машина выскочила на асфальт и рванула прочь с набережной, в сторону огней центральной улицы.
– Держись! – выкрикнул Паша, вписываясь в крутой поворот. Меня бросило на дверцу, но я удержалась. Зато из онемевших пальцев выпала флешка – тихо стукнулась о коврик. Я в панике шарила руками по тёмному полу. Нет… Только не это…
– Флешка… – выдохнула я, ощупывая коврик. – Упала…
– Потом найдём, приедем – хоть всю машину перевернём, – отрезал он тоном, не терпящим возражений. – Ты мне лучше скажи, не ранена?
В горле саднило, в груди жгло, колено пульсировало острой болью – но всё это ерунда.
– Нормально, – ответила я сдавленно, рухнув обратно на сиденье и откинув голову. Жива. Господи… Жива.
Меня всю колотило. Хотелось и плакать, и смеяться одновременно. Перед глазами всё ещё стоял его силуэт – моего информатора, чьего имени я даже не успела узнать. Он отдал мне всё, что имел, и… погиб. На губах почувствовался солёный привкус – кажется, это слёзы.
Мы вылетели на центральный проспект, вливаясь в редкие потоки ночных машин. Клубок страха, ярости и горя разрастался во мне с каждой секундой. Справа Волга уже осталась позади – мирило спокойствия, каким она казалась мне в начале ночи, больше не существовало.
– Ничего, Надюха… Мы выбрались, – твердил Паша торопливо, косясь на меня.
– Надя, он… они убили его, понимаешь? Нужно в полицию! – внезапно выпалил он, нервно барабаня пальцами по рулю.
– Нет! – сорвалась я резко. – Никакой полиции. Не сейчас.
– Но… это же убийство свидетеля! – голос у него дрогнул. – Тебя саму чуть… Нельзя молчать!
Я беспомощно ударила ладонью по приборной панели.
– Думаешь, они там ни при чём? Если сейчас пойдём к властям, у нас всё отберут, Паш. И нас самих закопают.
Он выругался, но спорить не стал. Мы мчались сквозь редкие светофоры. Наконец Паша хрипло спросил:
– Ладно… и что тогда делать будем?
– Сначала переживём эту ночь, – выдохнула я, вытирая рукавом солёные дорожки на щеках. – У тебя можно укрыться?
– Конечно у меня, – откликнулся он мгновенно. – У меня, считай, явочная квартира: ни прописки, ни соседей.
Я попыталась улыбнуться. Только сейчас заметила, как меня всего трясёт.
– Уже почти приехали, – мягче добавил Паша. – Держись, Надя.
– Постой… Как ты меня вообще нашёл? – вдруг осенило меня. – Я ведь ничего не сказала.
Он усмехнулся криво:
– Да я, признаться, так и знал, что ты куда-нибудь сунешься. В редакции тебя нет, трубку не берёшь – вот и колесил по твоим излюбленным местам. Чисто случайно увидел в свете фар… Нам повезло, считай.
Я прикрыла глаза. Что бы я делала без этого сумасшедшего друга?
Я лишь сжала кулаки до боли, пытаясь унять дрожь. Под сиденьем моя ладонь наконец нащупала флешку. Малышка оказалась цела и невредима, будто ждала своего часа. Я подняла её на уровень глаз: крохотный кусочек пластика и металла, ради которого уже пролилась кровь. Отступить теперь означало предать и его память, и себя саму. Назад дороги не было.
Глава 3
Утреннее солнце робко пробивалось сквозь жалюзи, расчерчивая комнату полосами света. Я проснулась на незнакомом диване, укрытая клетчатым пледом. Понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, где я и что случилось. Стоило пошевелиться, как тупая боль прострелила колено. Всё по-настоящему. Это не дурной сон.
Я села, оглядевшись. Квартира Паши – однокомнатная студия на чердачном этаже – встретила меня хаосом книг, фототехники и запахом вчерашней пиццы. За кухонным столом вполоборота сидел сам хозяин – небритый, взъерошенный, всё в той же рубашке, что и ночью. Он сосредоточенно стучал по клавиатуре старенького ноутбука. Услышав мои шаги, Паша обернулся и облегчённо улыбнулся:
– Проснулась наконец. А то я уж думал, придётся принудительно поить тебя кофе.
– Который час? – спросила я, потирая лицо. Щёки опухли от слёз и недосыпа, в глазах резало.
– Почти полдень, – ответил он, вставая и потягиваясь. – Ничего, тебе нужно было выспаться. Кофе будешь? У меня тут только растворимый…
– Буду, спасибо, – кивнула я. Во рту пересохло, да и хотелось отсрочить момент, когда придётся снова думать обо всём этом. Хотя куда там отсрочишь – реальность навалилась мгновенно. Стоило бросить взгляд на мятые джинсы, перебинтованные йодом колено и локоть (оказывается, я ночью расшибла ещё и руку), как всё вернулось. Вспышки: остекленевший взгляд информатора, хруст удара, тени с битой… Я зажмурилась, отгоняя эти видения.
Пашка тем временем хлопотал на крошечной кухоньке, гремел чайником. Я осторожно встала, ощущая ноющую боль в ушибах. На спинке стула заметила аккуратно развешенные свою куртку и свитер – высушил, молодец. И рядом, на столе, лежала флешка. Наша драгоценная улика.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
