– Эту, – призналась я оторопело. – А откуда ты?.. А как?.. Почему эта… как ее… гримория тебя слушается?
– Это эльфийская книга, Озе-ирова, поэтому. Странно, что полукровка вроде тебя смогла создать хоть какой-то портал с ее помощью: формулы гримории подчиняются только эльфам, – остроухий произнес еще несколько слов на своем певучем языке, книга захлопнулась и перелетела обратно в мои руки.
Пока я стояла, прижимая ее к груди, и думала, как же я так оплошала с порталом, эльф неприветливо буркнул: "Сиди здесь, Озе-ирова", – повернулся и исчез за деревьями, оставив меня одну.
Вот гад, смылся и даже не сказал, что это за местность!
8
Эльф растворился за деревьями, а мы с книгой остались на полянке.
На душе стало как-то тревожно и неуютно. С ушастым, хоть он и мерзкий тип, все равно было спокойнее: как-никак мужчина, к тому же на боевом факультете учится… А так я совсем одна в незнакомом месте, в лесу, наполненном подозрительными шорохами и тревожными тенями. Страшненько, честно говоря, хотя и с эльфом рядом находиться противно.
Я снова принялась оглядываться, но ничего нового, кроме стены деревьев и все того же замка вдали, не увидела. Что делать, куда идти?
Положила книгу обратно на землю, сама села рядом, а потом вообще легла на мягкую траву, потому что спина продолжала болеть. Пообещала себе, что полежу только минуточку, а потом встану и пойду к замку. Наверняка там мне помогут.
Это был прекрасный план, но стоило мне прилечь, как глаза сами закрылись, и я преспокойно заснула. Немудрено, ночью глаз не сомкнула, а день накануне был очень нервным, выпившим все мои силы.
Спала я, судя по всему, не слишком долго: когда, словно от толчка, проснулась, солнце только приподнялось над макушками деревьев. Некоторое время я лежала, пытаясь понять, что меня разбудило и почему так тревожно бьется сердце, потом села.
Прислушалась к своим ощущениям. Спина болела уже значительно меньше, и в целом я чувствовала себя отдохнувшей и готовой двигаться навстречу свободе от эльфов и их отборов. Жаль, обстановка вокруг меня совершенно не изменилась. Я все также была в лесу, а с ярко-голубого неба на меня с усмешкой глядели два солнца чужого мира.
А хорошо бы проснуться и узнать, что все это было сном: попытка отправить меня на отбор, мой неудачный портальный переход, встреча с эльфом Далисом Сталонианиасом (конечно же, я помню, как его зовут, этого ушастого сноба!) и полное непонимание, как вернуться домой…
Я еще несколько минут полежала, жалея себя, дважды попаданку, а потом встала и… нет, не пошла, а задумалась, как быть с книгой. Она ведь тяжеленькая, килограмма четыре весит, не меньше. Просто так ее нести: совсем скоро без рук останусь. Надо бы ее куда-нибудь положить, но у меня ни сумочки, ни рюкзачка.
Точнее, у меня вообще ничего нет, кроме одежды на мне, эльфийской книги заклинаний в руках, ключей от бабушкиной квартиры в одном кармане джинсов и банковской карты в другом. Вот уж самые нужные в этом мире вещи!
Тут еще желудок свело спазмом, напоминая, что прошло больше суток, как я поела последний раз. Вдобавок резко захотелось пить и в туалет. Как обычно, все неприятное приходит вместе и одновременно.
Ладно, с туалетом все просто: отошла за кустик и делай свои дела. Можно даже не отходить, все равно вокруг никого. Но вот еда и вода… этот вопрос вставал в полный рост, и решать его нужно было срочно, иначе далеко не уйду, просто свалюсь, обессилев от голода и обезвоживания.
В туалет я все-таки отошла за деревья. Выбрала более-менее развесистый кустик и присела под ним. Пока с облегчением журчала, вдруг услышала другой звук, которого до этого не было – тонкое пение воды, перекатывающейся по камушкам.
Быстро доделала свое дело, встала и прислушалась. Точно, где-то совсем близко звенит ручеек! Сделала несколько шагов в сторону звука, раздвинула ветки очередного куста и, ура! – из-под корней гигантского дерева, похожего на секвойю, бьет тонкая серебристая струйка. Спасение!
Не помня себя от радости, я рванула к дереву и едва не полетела носом в землю, обо что-то запнувшись.
– Твою же медь! – ругнулась, с трудом сохранив равновесие, и тут же услышала возмущенное шипение под ногами. Ой-й-й, неужели, змея?!
Я замерла, почти не дыша и покрываясь потом от страха: змей я боюсь просто до обморока. Медленно перевела взгляд вниз и оторопела: под ногами у меня сидела розовая белка. Или не белка, а розовый карликовый енот… или… в общем, нечто розовато-серое, пушистое и возмущенно шипящее. Ну, хоть не змея, и то хорошо.
Ага, хорошо! Пока я облегченно выдыхала, животное вдруг развернуло крылья, подскочило на полтора метр вверх и, оскалившись, спикировало на меня. Я не успела даже дернуться, как оно со всей силы вонзило зубы мне в руку повыше локтя. Куснуло и отлетело, продолжая скалиться.
А-а-а! Бо-ольно!
Я шарахнулась в сторону от готовящегося к новой атаке розового монстра, зажала вспыхнувшее жгучей болью место укуса и завопила:
– Пошла вон, розовая кочерыжка! – развернулась и рванула обратно в кусты, так и не напившись. Вот гадство, хоть бы тварь оказалась не ядовитой!
Вылетела на полянку, где оставила книгу, подхватила ее и, не разбирая дороги, понеслась в сторону замка. Прочь из чудовищного леса, населенного розовыми летающими вампирами!
9
Не оглядываясь, я бежала вперед. Продиралась сквозь заросли кустов, огибала толстенные стволы деревьев, неожиданно встающие у меня на пути. Перелезала через овраги со скользкими глиняными краями, на которых разъезжались ноги.
Я не обращала на это внимания, неслась вперед, почти не разбирая дороги. Следила только за направлением, держа курс на крыши замка.
Когда его башни вдруг исчезали из виду, теряясь за деревьями или пригорками, на меня нападала жуткая паника: мне казалось, что все, я заблудилась! Всю жизнь страдаю топографическим кретинизмом, даже в родном городе несколько раз умудрялась заблудиться. Тем более, никогда не умела ходить в лесу, ориентируясь по сторонам света, мхам на стволах или направлению ветра.
Не знаю, сколько я так бежала, по моим ощущениям, довольно долго. Только когда начала задыхаться, перешла на шаг. В боку кололо, грудь ходила ходуном от нехватки воздуха. Книга уже прилично оттянула руки, а место укуса неприятно ныло. Зато между мной и полянкой с розовой кусачей пакостью теперь было приличное расстояние.
Решив, что пора сделать привал, я остановилась на краю неглубокого овражка. Села на траву, книгу положила рядом и принялась изучать следы зубов на руке.
Результаты осмотра меня слегка успокоили. На месте укуса остались только четыре небольших точки с каплями запекшейся крови. Опухоли вокруг не наблюдалось, кожа не покраснела. Да и сама я чувствовала себя сносно: перед глазами не темнело, меня не тошнило, руки не холодели. В общем, признаков отравления не наблюдалось.
Очень хотелось верить, что на клыках у этой зверушки не было ни медленно действующего яда, ни какой-нибудь экзотической инфекции, и через пару дней рука заживет.
Я еще посидела, размышляя, где мне найти воду. Пить хотелось просто неимоверно. Все-таки надо поискать какой-нибудь ручеек, в лесу их должно быть немало.
Подобрав книгу, я осторожно спустилась в овражек. Постояла, покрутила головой во все стороны и решила пройтись по нему. Из уроков ОБЖ в школе я помнила, что на дне лесных оврагов часто бьют ключи и протекают ручейки. Сломала несколько веток на ближайшем кусте, чтобы сделать для себя ориентир, и повернула направо. Сделаю ровно сто шагов и, если не найду воду, пойду обратно.
Родник нашелся на девяносто четвертом шаге. Тоненькая струйка вытекала из-под крупного валуна, и ее журчание показалось мне лучшим звуком на свете. Одурев от счастья, я кинулась к воде, принялась зачерпывать ее ладонями и пить, пить, пить…
Напившись так, что в животе булькало, словно в аквариуме, я еще немного посидела, отдыхая. Потом встала и энергично потопала дальше. Хочешь не хочешь, а до темноты мне желательно дойти до замка. Уверена, в нем живут достойные люди, которые накормят, напоят и подскажут, как добраться… куда-нибудь. Например, к Лизе, которая поможет мне вернуться домой.
Еще можно попробовать отправиться в академию, в которой я училась, пока не лишилась магии. В ней я могу обратиться за помощью к ее ректору, господину Грранису. Он был знаком с моим дедом, хорошо знает Лизу и не откажет мне в помощи, я уверена.
В конце концов, я могу просто добраться до столицы, а там уже придумаю, как мне быть. Главное – выбраться из леса, от которого у меня озноб по коже, и все время кажется, что за мной кто-то крадется.
Конечно, никого там не было, я несколько раз останавливалась и прислушивалась. Даже один раз потихоньку вернулась посмотреть, что захрустело в кустах. Все было спокойно, померещилось на нервной почве.
Так я и шагала вперед, оглядываясь и строя планы, нервничая и обдумывая различные варианты своих действий. Время от времени, когда руки уже немели от тяжести книги, я делала короткие привалы. Передохнув, снова шла вперед, стараясь не терять бодрости духа и не обращать внимания на ноющий от голода желудок и давно стертые ноги. Моя цель, черепичные крыши замка, с каждым шагом делалась все ближе и ближе, даря надежду, что все будет хорошо…
Оба солнца уже перевалили зенит и понемногу поползли вниз, когда пейзаж начал меняться. Исчезли исполинские деревья, закрывающие своими ветками небо, поредели кустарники. Местность стала более ровной, так что мне больше не приходилось преодолевать бесконечные распадки и ложбины, к этому моменту выпившие из меня все силы.
А вскоре вдалеке между поредевшими деревьями мелькнула ровная светлая полоса – дорога! Это же дорога, по которой кто-то ездит! Тот, кто сможет подбросить меня до замка, а может, сразу в столицу или академию.
В любом случае, там люди. Вон и повозки какие-то появились из-за поворота, а с ними всадники на лошадях.
Пискнув от радости, я покрепче прижала к себе книгу и помчалась вперед. Ура, люди – я спасена! Пробежала несколько десятков шагов и уже собралась выскочить на дорогу, как мое движение резко остановилось.
Меня грубо схватили за талию, широкая ладонь зажала мне рот, и над ухом злым шепотом рявкнули:
– А ну, стоять, Озерова! Сдохнуть решила?!
10
Твердая ладонь зажала мне рот, и над ухом злым шепотом рявкнули:
– А ну, стоять! Сдохнуть решила?!
Опять эльф! Откуда он здесь взялся?
Я замычала, задергалась, пытаясь вырваться, но он только крепче зажал мне рот. Прошипел:
– Не вздумай издать хоть звук, полукровка, иначе я сверну тебе шею! – и начал отступать от дороги, волоча меня за собой.
Метров через сто остановился и, не убирая руку с моих губ, еще раз пригрозил изменить форму моей шеи. После чего просто-напросто закинул меня на плечо и ломанулся в лес, из которого я выбиралась добрых полдня.
– Ты с ума сошел, Сталонианиас! Ты же ушёл, бросил меня, а когда я сама спаслась из леса, зачем-то притащился и мешаешь! – рычала и плевалась я по дороге. Дергалась, пытаясь вырваться из его рук, но зараза ушастая держал очень крепко.
Я даже хотела стукнуть его книгой, но тут воспротивилась волшебная подлянщица: вместо того, чтобы послушно опуститься на белобрысую эльфийскую макушку, подлетела и щелкнула меня по носу. Не больно, но очень обидно!
– Не дергайся, Озе-ирова, и не вздумай шуметь, – еще раз предупредил эльф и помчался дальше с такой скоростью, словно я вообще ничего не весила.
Удивительно даже, что в нем столько силы. Особенно мускулистым он не выглядел: обычный долговязый эльфенок. По сравнению с другими парнями с боевого факультета, особенно драконами, ушастый казался почти субтильным. Но, поди же ты, несет меня, словно я не шестьдесят килограммов вешу, а пять-шесть. Мне кажется, я книгу с большим трудом тащила, чем он меня.
Пока я размышляла над загадкой эльфийской силы, мы успели забраться глубоко в чащу. Дорога давно скрылась из глаз, и замка больше не было видно, так что теперь я бы не смогла самостоятельно выбраться из леса. Вот, гад остроухий!
– Ты больной, да?! Там же люди были! – накинулась я на эльфа, когда мы, наконец, остановились, и меня небрежно, словно кулек с мукой, сбросили на землю.
– Там не было людей, – коротко ответил эльф и сунул мне в руки какой-то тряпичный сверток. – Переоденься.
– Ну, может, не люди, а оборотни, или драконы… – я начала разворачивать сверток. – А может, твои сородичи, хотя вряд ли… да какая разница кто, главное, что они помогли бы мне вернуться домой!
– Единственное, что они сделали бы – отправили тебя на невольничий рынок. Или продали в первый попавшийся бордель, что более вероятно при твоей внешности, – выдал какую-то ерунду эльф и поторопил:
– Переодевайся быстрее, нам нужно уходить, пока за нами не пришли ловчие.
– Рынок?! Бордель? Какие-то ловчие? – я засмеялась и вынула из свертка длинное женское платье. Подержала его на вытянутых руках, рассматривая, и уверенно заявила:
– На Невсолее нет рабства, ты точно сошел с ума, эльф!
– С чего ты взяла, что мы на Невсолее, Озе-ирова? Ты ведь, кажется, собиралась открыть межмировой портал? Поздравляю, у тебя получилось, ты в другом мире, – остроухий бросил на меня насмешливый взгляд и скрестил руки на груди. Под тонкой тканью рубашки вдруг проступили крепкие мышцы. Ого, может, зря я считала его субтильным? Вон, что-то бугрится там, где должно бугриться у нормальных мужиков. Жаль только, врет, как пьет!
– О чем ты, эльф? Мы на Невсолее. Вон, два солнца по небу ходят, Джушна и Арея! – я ткнула пальцем в небо. Не метафорически, а реально: показала на два ярких диска, один красноватый, второй лунно-белый, сияющие в голубой вышине. Нет, эльф точно не в себе!
– Это Харшаг, мир-антипод Невсолеи, у него тоже два солнца, точные копии Джушны и Ареи, только называются иначе, – спокойно ответил эльф.
– В каком смысле «мир-антипод»? – ой, даже не собираюсь верить всяким выдумкам!
– Внешне Харшаг точно такой же, как Невсолея, но совершенно другой по своей сути. Слышала когда-нибудь термин «антагонизм»? Белое – черное, добро – зло, любовь – ненависть?
Я кивнула: конечно, слышала, и эльф невозмутимо продолжил:
– Так вот, Харшаг – это антагонист Невсолеи, то, что у нас белое, у них – черное, и рабство в этом мире в большом почете. Если за тобой не стоит клан, семья или банда, если ты одинокая женщина, твоя участь предрешена… Здесь царит беззаконие, а прав всегда тот, у кого больше силы.
Так что, или ты беспрекословно слушаешься меня во всем, Озе-ирова, тогда у тебя есть шанс спастись и вернуться в свой мир. Или ты очень быстро окажешься с рабским клеймом на плече и в постели альфы какой-нибудь здешней банды. Но, может, тебе по душе такая жизнь, человечка?
— Помнится, ты говорил, что я окажусь в борделе, – ляпнула я растерянно. Да врет все ушастый, нет никаких миров-антагонистов! Если бы они существовали, я бы наверняка об этом знала…
– Возможно, и в борделе, – согласился остроухий. – Но если ты надеешься найти здесь доброту или бескорыстную помощь, то будешь разочарована, Озе-ирова. Вернее, ты будешь разочарованной рабыней или постельной грелкой, потому что другой судьбы тебе здесь не найти. Хотя… – эльф на миг задумался. – Велика вероятность, что тебя просто-напросто прикончат ради развлечения, тут очень любят человеческие бои.
– Я женщина, какие мне бои! – растерянно пропищала я. Конечно, эльф врет, я точно это знаю! Но почему-то стало очень не по себе…
– Это отдельный вид местных развлечения: бои человеческих женщин с животными или представительницами других рас. Как ты понимаешь, для тебя такой бой станет первым и последним.
– Почему? – от ужаса меня начало потряхивать, а вдруг он не врет?
– Потому что у тебя нет ни единого шанса выстоять против дикого зверя, драконицы или оборотня. Даже против гномы тебе не устоять больше нескольких минут, иномирянка Озе-ирова.
– А против эльфийки? – спросила я зачем-то. Какая мне разница, если все равно все это выдумки ушастого!
На мой вопрос Далис нахмурился, стиснул челюсти и после довольно продолжительного молчания мрачно произнес:
– Эльфийка никогда не будет добровольно участвовать в таком.
– А если она рабыня, и ее заставят?
– И жить в рабстве не будет. Если такое с эльфийкой случилось, она найдет способ убить себя. Поэтому… – эльф замолк. Помолчал и резко закончил:
– Озе-ирова, живо переодевайся! Вещи, которые на тебе, нужно закопать и поскорее убраться отсюда.
– Откуда у тебя женская одежда? – поинтересовалась я брезгливо: надевать непонятно чье платье не было желания.
– Украл.
