И забыла, как дышать.
Тронный зал простирался до бесконечности. Колонны из чёрного льда поднимались к куполу, где мерцали незнакомые созвездия. Между колонн горели тысячи свечей, но пламя их было холодным, синим.
А в центре зала творилось безумие.
Фейри танцевали под музыку, которая звучала как смесь арфы и воя ветра. Их движения были слишком быстрыми, слишком плавными для человеческого глаза. Платья и плащи развевались, словно сотканные из тумана и лунного света.
Но самими танцорами были кошмаром.
Женщина с нижней половиной тела змеи скользила между парами, её чешуя переливалась в свете свечей. Мужчина с головой оленя кружил даму, лицо которой было наполовину человеческим, наполовину волчьим. Существо, похожее на дерево с глазами, танцевало само с собой, а его ветви-руки оставляли следы зелёного огня в воздухе.
У других стен пировали. За длинными столами сидели фейри всех видов и размеров. Они ели что-то, что двигалось на тарелках. Пили из кубков, которые дымились и искрились. Их смех был как треск льда и звон колокольчиков.
А на возвышении в дальнем конце зала стоял трон.
Трон из чёрного льда и… костей. Человеческих костей, отполированных до блеска. А на троне восседал он.
Принц с платиновыми волосами и глазами цвета зимнего неба.
Даже на расстоянии его красота была ошеломляющей. Он сидел небрежно, закинув одну ногу на подлокотник, и наблюдал за весельем своих подданных. На нём был плащ из чёрного бархата с серебряной вышивкой, а корона из льда и шипов сияла в свете свечей.
Я попятилась от двери, но было уже поздно.
Тяжёлые створки распахнулись сами собой с громким скрипом.
Музыка оборвалась. Танцы остановились. Все головы повернулись в мою сторону.
Сотни глаз смотрели на меня. Человеческих, звериных, вообще нечеловеческих. В одних читалось любопытство, в других – голод. А в некоторых – откровенная враждебность.
Я стояла на пороге в своём тонком платье, босая и дрожащая от холода, и чувствовала себя мышью, забредшей в змеиное гнездо.
Толпа фейри начала расступаться, образуя коридор от двери к трону. Некоторые шикали и указывали на меня пальцами. Другие шептались на своём мелодичном языке.
– Иди, – прошептал кто-то рядом с моим ухом, хотя никого рядом не было. – Иди к нему.
Ноги двигались сами, словно их кто-то контролировал. Я шла по коридору между фейри, чувствуя их взгляды как физическое прикосновение. Пол под босыми ступнями был покрыт инеем, который хрустел при каждом шаге.
Кто-то протянул руку и коснулся моего плеча. Пальцы были ледяными и оставили на коже жгучий след.
– Хорошенькая, – прошипела женщина с кошачьими глазами. – Можно мне её косточки, когда закончишь?
– После меня, – рыкнул мужчина-волк. – Моим детёнышам нужно мясо.
Я ускорила шаг, но коридор казался бесконечным. А фейри становились всё более любопытными.
– Поклонись! – крикнул кто-то из толпы. – Неуважение к принцу!
Чьи-то руки грубо толкнули меня в спину. Я споткнулась, но в последний момент удержалась на ногах, выставив руки для равновесия. Инстинктивный страх заставил меня выпрямиться и поднять подбородок.
Среди фейри прокатилось недовольное шипение.
– Дерзкая смертная!
– Как смеет!
– Научить её манерам!
Руки потянулись ко мне со всех сторон. Когти, ледяные пальцы, щупальца – всё смешалось в кошмарном хороводе. Я сжалась, готовясь к боли.
– ДОВОЛЬНО.
Голос прокатился по залу, как раскат грома. Все фейри мгновенно замерли, словно превратились в статуи.
Принц поднялся с трона.
Он двигался с той плавной грацией, которая была слишком совершенной для человека. Каждый шаг отдавался эхом в тишине зала. Его плащ развевался, хотя воздух был неподвижен, а корона сияла холодным светом.
– Не трогайте её, – его голос был тише, но от этого звучал ещё более угрожающе. – Она новенькая. Ещё не осознаёт, где находится.
Фейри расступились, освобождая ему дорогу. Некоторые низко кланялись, другие отводили взгляды. Но я видела, как их руки дрожат от сдерживаемой ярости.
Принц остановился в нескольких шагах от меня. Теперь, когда он был так близко, я могла рассмотреть детали его нечеловеческой красоты.
Кожа была бледной, как первый снег, и казалось, светилась изнутри мягким серебристым сиянием. Скулы острые, как у статуи, губы идеально очерченные. Но глаза… его глаза были цвета зимнего неба перед бурей, и в них плескались созвездия, которых не существовало в мире людей.
– Элиза, – произнёс он моё имя, и оно прозвучало как музыка. – Наконец-то ты пришла в мой дом.
Я открыла рот, чтобы ответить, но голос застрял в горле. Холод его присутствия заполнял лёгкие, делая каждый вдох болезненным.
– Где… где я? – с трудом выдавила я.
– В Зимнем Дворе, – он протянул руку, словно приглашая меня к танцу. – В моих владениях.
Я не взяла его руку. Инстинкт самосохранения кричал, что прикосновение к нему будет означать конец.
Принц не настаивал, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.
– Умная девочка, – пробормотал он. – Уже учишься выживать.
Вокруг послышались тихие смешки фейри.
– Это сон, – сказала я, больше себе, чем ему. – Всё это просто сон.
– Сон и реальность, – он начал обходить меня кругом, не сводя глаз с моего лица. – Для таких, как я, граница условна.
С каждым его шагом температура падала. Моё дыхание стало видимым, а венок из шипов на голове покрылся инеем.
– Что вы от меня хотите? – Мой голос дрожал, но не только от холода.
– Хочу? – Он остановился передо мной, наклонив голову с любопытством хищника, изучающего добычу. – Интересный выбор слов.
В толпе кто-то хихикнул.
– Ты пролила кровь на Древо Призыва, дитя, – его рука поднялась к моей щеке, но остановилась в дюйме от кожи. – Теперь между нами есть связь.
– Какая связь? – Я попыталась отступить, но спиной уперлась в кого-то из фейри. Ледяные руки мягко, но настойчиво подтолкнули меня обратно.
– Древо почувствовало твоё желание, – его глаза заблестели с нечеловеческим интересом. – Самое сокровенное желание твоего сердца. То, что ты скрываешь даже от самой себя.
Среди фейри пронёсся возбуждённый шёпот. Они придвинулись ближе, образуя тесный круг. Их запах – зима, опасность, что-то сладко-приторное – заполнял ноздри.
– Я ничего не желала! – Паника придала голосу силу.
– Лжёшь, – его рука наконец коснулась моей щеки, и кожу обожгло холодом. – Древо не ошибается, дорогая. Оно чувствует то, что мы боимся признать.
Лёд от его прикосновения растёкся по лицу узором из морозных кристаллов. Было больно, но одновременно… странно притягательно.
– И создало контракт, – продолжал он, не убирая руки. – Нерушимый, вечный контракт.
– Я не соглашалась ни на что! – Слёзы выступили на глазах, но мгновенно превратились в ледяные кристаллы.
– Кровь – это согласие, – холодно ответил принц. – Древние законы магии не знают человеческих понятий справедливости.
В толпе раздались одобрительные возгласы на их мелодичном языке.
– А теперь мы играем, – он убрал руку, и на щеке остался узор из инея. – Если выиграешь – получишь своё желание и свободу.
– А если проиграю?
Его улыбка обнажила идеально белые зубы.
– Останешься с нами навечно. Станешь частью Двора.
Фейри вокруг зашевелились в предвкушении. Некоторые облизывали губы, другие потирали руки.
– В качестве кого? – прошептала я, хотя по их лицам уже догадывалась об ответе.
– Людей мы не жалуем, – он пожал плечами с притворным сожалением. – Обычно они становятся рабами, игрушками, пищей. Кому как повезёт.
Ужас сдавил горло тисками.
– А если я откажусь играть?
Температура в зале упала ещё на несколько градусов. Фейри замерли, затаив дыхание.
– Тогда умрёшь прямо здесь, – его голос стал мягче, но от этого страшнее. – Контракт нельзя разорвать, только исполнить.
– Убей её! – злорадно крикнул кто-то из толпы. – Убей прямо сейчас!
– Людишки не заслуживают шансов! – подхватила женщина-змея, её раздвоенный язык мелькнул в воздухе.
– Кровь! Кровь для Древа! – завыли фейри-дети, хлопая в ладоши.
Толпа зашевелилась, в глазах вспыхнул кровожадный огонёк. Они начали приближаться, и я почувствовала их жажду насилия, как физическую волну.
– Да, принц! – рычал мужчина-волк. – Покончи с этим быстро! Мы хотим видеть, как она умирает!
– Пусть кричит! – хихикала дама в платье из паутины. – Давно не слышали человеческих криков!
Руки потянулись ко мне со всех сторон. Когти, ледяные пальцы, щупальца – кошмарная мешанина, готовая разорвать меня на части.
– МОЛЧАТЬ!
Голос принца прокатился по залу с такой силой, что несколько фейри упали на колени. Остальные мгновенно отступили, опустив головы.
– Она МОЯ добыча, – в его словах звучала смертельная угроза. – И я решаю, что с ней делать.
Фейри съёжились под его взглядом, но в их глазах всё ещё плескалось разочарование.
– Прости, принц, – пробормотала женщина-змея. – Просто так давно не было свежего мяса…
– Будет, – его губы изогнулись в жестокой улыбке. – Если она проиграет. А пока…
Он повернулся ко мне, и температура упала ещё на несколько градусов.
– А пока мы поиграем в мою любимую игру, – его глаза заблестели предвкушением. – Охоту.
Слово прозвучало как приговор. В толпе фейри раздались одобрительные возгласы.
– Охоту? – прошептала я.
– Почему охота? – Я цеплялась за детали, пытаясь отогнать панику. – Почему не что-то другое? Почему ты играешь со мной?
Принц рассмеялся – звук был как треск ломающегося льда.
– Потому что сейчас зима. Моё время, – он обошёл меня кругом, не убирая взгляда. – Каждый сезон один из Дворов получает право забавляться с людьми. И я выбираю испытания по своему… вкусу.
– А твой вкус – это охота?
– Мой вкус – это страх, – прошептал он, наклонившись к моему уху. – Я живу звуком бьющегося от ужаса сердца. Видом широко раскрытых глаз, когда жертва понимает, что попалась.
Его дыхание обожгло кожу за ухом, и я непроизвольно вздрогнула.
Среди фейри послышались восхищённые вздохи.
– Семь дней в нашем мире, – продолжал он. – Если сможешь избежать всех опасностей, никому не попасться – ты выиграла.
– Всех? – Сердце ухнуло.
