Сложно описать, на что это было похоже. Через пару выстрелов у меня появилось отчётливое ощущение, что пистолет – это продолжение моей кисти. Каждое «дзинь!» отзывалось волной приятного тепла в моём сердце. А магазин закончился до обидного быстро.
– Молодец, – прокомментировал Лёха, когда я опустил ствол. – Хорошо стреляешь.
Мне хотелось прыгать на месте. Я чувствовал, что на моём лице застыла глупая улыбка от уха до уха, но ничего не мог с этим поделать.
Потом было упражнение с ещё одним пистолетом, с глушителем. Лёха назвал его «Пистолет библиотекаря». Мне тоже понравилось – но ощущения не были такими острыми, как с «Гюрзой».
Под конец мы даже взорвали несколько ручных гранат на специальном рубеже. И это тоже было у меня впервые в жизни.
Обратно в базовый район я возвращался со смешанными чувствами. Эйфория от только что пережитого смешивалась с грустью от осознания того, что оно уже закончилось и едва ли повторится в ближайшее время.
Глава 7. Десант
В отряде всегда все чем-то заняты: выезды, сверки, совещания, ротации на позициях, учёба, чистка оружия, физподготовка, тренировки на полигонах и трассах. На первый взгляд может показаться, что весь этот движ совершенно хаотичен, но на самом деле всё происходило в соответствии с планами командиров подразделений и руководства самого отряда. Я это понял постепенно, прислушиваясь к деловым разговорам. При этом каким-то образом обходилось без построений, распорядка дня и прочих вещей, которые, как я считал до недавнего времени, являются обязательными атрибутами любой военной организации.
После обеда я был предоставлен сам себе. Лёха ушёл куда-то по делам своей роты, все соседи тоже разошлись.
Я расположился в пластиковом кресле на крыльце, достал ноутбук и даже думал поработать чуток. Новая глава, в общем-то, в голове уже сложилась – текст оставалось только набрать.
Открыв ноут, я заметил, что он тут же «подцепился» к смартфону. Появился интернет. Похоже, глушилки, которые больше суток почти полностью блокировали связь, временно вырубили.
Я открыл «Телегу». Некоторое время просматривал обновления в пабликах, на которые был подписан. Потом, конечно, вспомнил про Зелёного Гоблина. Раздражение и злость потихоньку утихли, и теперь я осознал, что мне не хватает его. Вроде бы такая малозначимая вещь, всего лишь сетевое общение – а вот поди ж ты, оказывается, он тоже что-то да значил в моей жизни.
Я нашёл его заблокированный профиль. Некоторое время размышлял, не снять ли блокировку. Но потом решил, что это было бы проявление слабости с моей стороны, и лучше бы выдержать ещё хотя бы сутки. Чтобы дать ему понять, насколько он был не прав.
И вообще – хотел бы связаться со мной, сделал бы другой аккаунт. Если это действительно было бы важно.
Чтобы отвлечься от мыслей, я включил музыку. Тихонько, чтобы не привлекать особого внимания. Попытался сосредоточиться на главе. Но как раз в этот момент во двор вошла женщина. На вид лет тридцати. Она была одета в демисезонный тактический костюм в цвете «мультикам» и броню. На голове – тактический шлем. Из-под шлема выбиваются рыжие волосы. Взгляд серо-зелёных глаз серьёзный, но добрый. Черты лица правильные. Пожалуй, она была красива. Только вот форма иначе расставляла акценты: её природная грация воспринималась как что-то хищное, опасное. Увидев меня, она улыбнулась и кивнула.
– Здрасьте … – сказал я, зачем-то вскакивая с кресла, отложив ноут.
– Привет! – улыбнулась она, кивнула в ответ и пошла дальше по своим делам. К мотоциклам.
Немного подумав, я отнёс ноут обратно в комнату, потом снова вышел. Спустился с крыльца.
Женщина проверяла мотоциклы: натяжение и смазку цепей, люфт вилки. Видимо, контролировала чью-то работу, проведённую накануне.
Я осторожно приблизился, размышляя, какой бы найти повод для начала разговора. Толковых мыслей, как назло, в голову не приходило. Так что я не нашёл ничего лучшего, кроме как произнести, глупо улыбаясь:
– Все будут ездить на эндуро!
Женщина отвлеклась на секунду. Снова посмотрела на меня. Кажется, в её глазах мелькнуло что-то вроде интереса.
Она вернула мотоцикл на подножку, потом подошла ко мне и протянула руку.
– Ведьма, – сказала она.
Я даже растерялся на секунду, не зная, что ответить. Лишь пожал протянутую изящную, но очень крепкую ладонь.
– Если что, я не осуждаю! – вырвалось у меня.
Этой репликой я заслужил ещё один заинтересованный взгляд и улыбку.
– Это позывной.
– А. Понял. Я Миша.
– Приятно, Миша. На эндуро ездишь?
– Ездил, – вздохнул я. – Но уже три сезона как коробочник…
– Разложился?
– Ага… фура на перекрёстке на обочину выпихнула. Пара переломов. Как заросло – постоянно откладывал покупку нового аппарата.
– Ясно.
– Так что время уже прошло, уже и рефлексов никаких не осталось, – сказал я с сожалением.
– А вот это как раз неплохо! – ответила Ведьма, подмигнув мне. – Обычно с опытными мотоциклистами сложнее.
– Сложнее в чём?
– В подготовке. Я мотоштурмов готовлю. Инструктор, – пояснила моя собеседница. – Со старыми рефлексами бороться сложнее, чем формировать новые. А в боевой обстановке они другие нужны. Надо уметь приглушать инстинкты.
Если бы я умел свистеть то, наверное, присвистнул был.
– Вообще я придумала эту тактику. Разработала. Доказала целесообразность, получила «добро» на применение. Мы неплохо отработали под Часовым Яром.
– Ого!
– Так что сейчас у нас подготовка на потоке. А ты, я так поняла, гость Зигфрида? – спросила она.
– Да, верно.
– Писатель?
– Вроде как, – я пожал плечами.
– И как тебе у нас?
– Нравится. Очень.
– Надумаешь в мотоштурма – пересечёмся.
Она засмеялась, потом нажала стартер на мотоцикле. Затарахтел движок. Ведьма ловко запрыгнула на подножки, потом тронулась и выехала через открытые ворота, в которых утром стоял пикап «Мицубиси». Я глядел ей вслед со смешанными чувствами. Сам факт того, что она допускает, что я могу захотеть в мотоштурма, говорит о том, что меня воспринимают всерьёз. С другой стороны, теоретическая возможности такого поворота событий малость ошеломляла.
Я вернулся в комнату, сел за ноут и писал главу до самого ужина. Вроде как получалось неплохо. Текст всегда отлично идёт под сильными эмоциями.
Ужин прошёл буднично. Привыкнув к местным порядкам, я быстро адаптировался. Научился сливаться с остальными, делать всё то же самое. Да и на меня по-прежнему никто не обращал особого внимания. Но начали здороваться – те, с кем я успел познакомиться днём.
Лёха, по своему обыкновению за полминуты смолотив двойную порцию, убежал куда-то по делам. Я же аккуратно помыл за собой посуду и вышел во двор.
В этот момент у меня в кармане завибрировал смартфон. Снова появилась сеть. Я достал аппарат, глянул на экран. Мама. Вздохнув, я принял вызов.
– Алло? Миша? – я сразу почувствовал, что она волнуется, хоть и старается не подавать виду. – Ты где? Добрался, всё порядке?
– Да, мам, я в Крыму, на море. Всё хорошо, – ответил я.
– Ну слава Богу! А чего не написал?
– Так я… это…
Действительно: что мешало мне хотя бы сообщение послать? Да, когда заехал – интернета не было, но потом-то? Просто слишком много всего происходило одновременно, наверное. Но стоит ли об этом рассказывать маме?
– Да что-то как-то расслабился, – ответил я. – Извини, да. Надо было написать, конечно.
– Ты в море не ходил ещё? Вода уже холодная небось! Будь осторожнее, не простудись!
– Нет, не ходил пока.
– Вот и славно! Сначала попробуй воду обязательно, просто так не ныряй!
– Не буду, – пообещал я.
– Хорошо. Только больше не пропадай! А то мне опять тревожные сны снятся… думаю, может, на квартиру тебе заехать? Ты ничего не забыл выключить?
– Мам, там пожарная сигнализация новейшая, не беспокойся. Мне бы сообщение пришло, если бы что-то не так было.
Тут я вспомнил про свой собственный сон.
– Так что не трать время, ладно? – закончил я.
– Хорошо, не буду. А вообще ты надолго там? Заедешь хоть на обратном пути?
– Обязательно заеду!
– Вот и славно… ну, хорошо отдохнуть. Пока-пока!
Мама сбросила вызов. Я убрал аппарат в карман и пошёл по уже знакомой дорожке между низкими заборами в сторону располаги.
Лёха забежал в мою комнату где-то минут через сорок, когда я уже успел достать ноут и пытался снова вернуться к главе.
– Миха, занят? – спросил он.
– Да не особо, – ответил я.
– Короче, командир дал добро. Если хочешь – есть шанс посмотреть на реальную боевую работу.
Вместо ответа я отложил ноут на тумбочку, встал и накинул свою «лазертаговую» куртку цвета «олива».
Лёха быстрым шагом вышел из располаги. Чтобы поспевать за ним, я едва ли не переходил на бег.
– Короче, сегодня был массированный налёт «Дистракторами». Это, значит, чтобы ПВО разрядить наше. Потом пошли бэки с дронами, – говорил он на ходу. – Вроде отбились, но гляди, какая ситуация: тут, в ста пятидесяти кабельтовых от берега стоят вышки.
Он кивнул в сторону моря, над которым как раз в этот момент догорал красивый закат.
– Укры периодически устанавливают на них оборудование. Ретрансляторы и корректировщики. Чтобы дронами, значит, точнее и дальше по территории Крыма бить, – продолжал он. – Соответственно, мы это оборудование уничтожаем. Но в идеале задача – не дать возможности его установить. Потому что под это с их стороны работает группа спецназа обычно.
– Понял, – кивнул я.
Мы вышли за ворота. Лёха закрыл их за нами. Снаружи нас ждал уже знакомый мне пикап «Мицубиси». За рулём сидел незнакомый мне боец.
Я уже привычно запрыгнул на заднее сиденье и, едва захлопнул дверь – мы рванули с места, набирая скорость.
– Короче, смотри, наблюдай, но не мешай и не вмешивайся. Ясно? – продолжал Лёха. – И телефон лучше вообще выключи.
– Понял, – повторил я, после чего достал смартфон и выключил.
Мы ехали минут пятнадцать вдоль моря, по бездорожью. Чтобы не летать по салону, приходилось крепко держаться. Наконец, уже в темноте, мы остановились метрах в тридцати от обрыва. Справа от нас, ближе к морю, был установлен работающий мобильный радар. Я впервые в жизни увидел такую штуковину. Перед нами, ближе к морю, находился большой фургон военного вида. Ни модель, ни даже его марку я определить сходу не смогу.
– Смотри, это мобильный КП, – сказал Лёха, когда мы вышли из машины.
Водитель, который так и остался для меня незнакомым, тут же убежал в сторону фургона.
– Сейчас в море находится один из наших катеров. Он работает в беспилотном режиме. На борту – несколько комплектов ударных эф-пи-ви. Операторы будут работать по целям из этого фургона, – продолжал Лёха. – За работой можно наблюдать, шуметь и мешать нельзя. Смотри, это под мою ответственность, так что рассчитываю на тебя.
– Буду как привидение, – пообещал я.
Лёха одобрительно ухмыльнулся.
– Ну, добро, пошли.
Когда мы приблизились к фургону, одна из его боковых дверей сдвинулась в сторону, открывая доступ в салон. Внутри царил полумрак. Свет давали только большие ЖК-мониторы, установленные вдоль противоположного борта. Перед мониторами сидели бойцы в гарнитурах. Они напряжённо молчали. Справа от мониторов располагались два кресла, в которых сидели ещё два незнакомых мне бойца в эф-пи-фи очках и с пультами управления в руках. Перед ними, скрестив руки на груди, стоял командир отряда, Кряж.
– Заходь, – шёпотом скомандовал Лёха.
Я шагнул внутрь и встал в стороне, стараясь казаться как можно незаметнее. На наше появление никто не обратил внимание – все были заняты картинками на экранах.
– Третья цель, – вдруг сказал один из операторов перед экранами. – Скорость сорок узлов. Дистанция двадцать кабельтовых.
– Бэк?
– Нет, гидроцикл. Но другая модель. Тяжелее.
