– Да, это твой папа, малыш! Молодец! – похвалила она.
К ним подошел мужчина лет тридцати пяти и подхватил карапуза на руки. Тот мигом завизжал от восторга. Софья, как маленькая, спрыгнула с качелей и подошла к ним.
– Ма-ма! – по слогам сказал мальчонка.
– Леш, этот ребенок – просто гений! – радовалась Соня.
– А я тебе что говорил? Он в тебя. Может, тоже будет журналистом, – засмеялся мужчина.
Этот короткий диалог расставил всё по местам. Лев понял, что опоздал и потерял ее навсегда.
«Все правильно, – сказал он себе тогда. – Соня не будет всю жизнь ждать тебя. Она имеет право быть счастливой». И Лев ей это право дал.
***
С генеральным директором «Пятого канала» Данияром Бегалиным он познакомился несколько месяцев назад в качалке элитного спортклуба. Именно благодаря ему удалось заполучить контракт на обслуживание всего холдинга. Но у Льва уже была хорошая репутация, так как его компания засветилась в правительстве. Этот успех – результат большой и кропотливой работы. За восемь лет из середнячка он выбился в лидеры.
Лев хотел сам посмотреть объект и начал именно с самого рейтингового в стране телеканала. И вдруг появилась она с этим пятном от кофе, гневным взглядом и желанием выматериться. О, он помнил, как смачно она ругалась и дралась. Как же забыть разукрашенную физиономию мужика, который распустил руки в кафе?
– Как давно она у вас работает? – спросил Лев, когда Софья ушла.
– Кто? Соня? Года три примерно. А что? – директор прищурился и понял, что настроение гостя резко изменилось. – Ты ее знаешь?
– Знаю, – многозначительно ответил Лев.
– Ничего себе! Еще один нарисовался, – засмеялся Данияр, покачав головой.
– В каком смысле?
– Ты меня знаешь, я однолюб, – сказал он, положа руку на сердце. – Но до меня тоже доходят слухи о сотрудниках. Надо же знать, чем живет родной канал.
– И к чему это сейчас? – нахмурился Лев.
– К тому, что Соня у нас неприступная скала, на которую многие хотят залезть. А дальше этого не знаю. Профессионал отличный, а личная жизнь на то и личная.
– Куда лезть, если она замужем? – Лев крепко сжал кулак.
– Соня? Замужем? – усмехнулся Данияр. – Насколько я знаю, у нее нет мужа.
–Ты уверен? – тело вмиг напряглось от этой новости.
– Может, в разводе? – пожал плечами Данияр. – А может, гражданский брак. Сейчас же так модно.
– А ребенок? У нее же есть ребенок?
– Лев, иди проветрись, – директор канала похлопал товарища по плечу. – Мы точно говорим об одном человеке? У Софьи нет детей.
Как нет детей? Он же своими глазами видел мальчика, как ему показалось, похожего на Софью. Тот карапуз так звонко хохотал у нее на руках, что у него не осталось сомнений в том, что она его мать.
Он решил сам всё узнать у Сони и без стука зашел к ней в кабинет. Это было ошибкой, потому что перед его взором предстала женщина с точеной фигурой и в кружевном бюстгальтере. Да, на ней были брюки, но он был сосредоточен на том, что выше. Она повторила трюк с волосами будто специально для него. Знала ведь, чертовка, как его вело от этого.
Внятного ответа от нее так и не добился. Соня закрылась от него, выстроила высоченную стену и только зло отшучивалась. А ведь он помнил, как смеялся над ее смешными историями и словечками. У этой девчонки был дар рассказчицы.
После короткого диалога в кабинете Лев дал задание подчиненному собрать на Софью подробное досье и злился на себя за то, что не сделал этого пять лет назад. Он ведь поверил той картинке счастливой жизни и принял всё за чистую монету.
Несмотря на то, что Лев уже посмотрел все аппаратные, в том числе и новостную, он все равно попросила Данияра провести его туда во время вечернего эфира. Увидев Софью в ее стихии, у Льва заныл тот самый жизненно важный орган, отвечающий за чувства. А другой, тот, что ниже, тут же отреагировал на ее плавные движения, мелодичный голос, поворот головы. Они с режиссером словно на пару дирижировали оркестром. То он, то она отдавали команды сотрудникам.
– Переверстка! – громко сказала она и быстро напечатала что-то в компьютере. – Убираем шестой сюжет.
– У нас переверстка! – повторила девочка из команды, и все засуетились.
Потом у нее запищал телефон, она быстро глянула в него, потом снова открыла страницу на мониторе и заявила:
– Даем срочную новость после третьего сюжета! Найдено тело четвертого погибшего. Я быстро напишу.
Ее пальцы летали по клавиатуре со скоростью света. И снова эта болезненная вспышка в голове, вернувшая его в то время, когда они, пусть и недолго, но были вместе.
Поздний вечер. Соня сидела по-турецки на его диване и увлеченно печатала на ноутбуке. Ей прислали сценарий спецрепортажа с редакторскими правками, и она их вносила. Из одежды на ней был лишь тонкий белый пуловер до бедер и шелковые шортики. Рукава Софи закатала до локтей, а волосы собрала в пучок и зацепила карандашом.
Лев сидел в кресле напротив и тоже работал за компьютером. В какой-то момент отвлекся и посмотрел на Софью. Она бесшумно шевелила губами, читая написанный текст. Потом нахмурилась, прикусила губу – задумалась.
Лев, помимо сильного желания, чувствовал кое-что еще. И это что-то – такое забытое, но воскресшее и засверкавшее еще ярче, преследовало его уже несколько дней. Хотелось это ощущение накрыть сосудом и не выпускать, потому что с ним жизнь стала казаться правильнее и лучше. А все из-за нее. Просто находиться рядом и молчать уже было для него счастьем.
– Сонь, – тихо позвал он.
– М-м-м? – отозвалась она, продолжая стучать по клавиатуре.
– Я тебя люблю.
Софья оторвалась от экрана, подняла на него колдовские изумрудные глаза и подарила ему свою светлую улыбку.
– Я тоже тебя люблю, Лева.
Это самый настоящий мазохизм: вспоминать, смотреть на нее и не иметь возможности дотронуться. Тем более теперь, когда он знал, что по собственной глупости потерял столько лет.
Лев подал сигнал Данияру, что выходит. В голове крутилась только одна мысль: «Он дурак». Вот вроде умный мужик, охранная фирма, многомиллионные заказы. А по жизни дурак.
И, наконец, контрольный в голову, – встреча на крыльце телецентра. Пробить Сонину броню было невозможно, а шутка о том, что она на практике применяет то, чему он ее научил, невероятно злила. И тут вылез этот черт из табакерки – какой-то наглый мужик, видимо, из тех, кто хочет залезть на скалу.
– Сразу к тебе или, может, перекусим где-нибудь? – спросил смертник. Да, для Льва он уже не жилец.
– Ко мне. Для перекуса я слишком устала, – вздохнула Софья и ушла с ним.
Он смотрел им вслед и медленно закипал.
Лев уже подъезжал к дому, когда ему позвонил подчиненный.
– Дастан, ну что, выяснил что-нибудь? – нетерпеливо спросил мужчина.
– Да. Объект, то есть Софья Дильшатовна Касымова, никогда не была замужем официально. И детей у нее нет.
– Спасибо. Ты молодец!
– Еще какие-нибудь указания будут?
– Нет, отдыхай.
Лев отключил звонок, перестроился в крайний левый ряд и развернулся. Если она с этим чернявым, то он им помешает и Соня его наконец выслушает.
Он не мог поверить, что она так изменилась. Ведь была девчонкой, которая боялась мужчин, а за каждое несанкционированное прикосновение давала в морду. Память отшвырнула его на восемь лет назад, когда их первое свидание чуть не закончилось в полиции.
Глава 7
Лев. 8 лет назад
Сестру он действительно нашел в четвертой горбольнице. Пока ехал, позвонила мама и сказала, что Юля вышла на связь.
– Я знаю, что она в больнице, – успокоил он мать. – Как раз туда еду. Может быть, даже пустят к ней.
В приемном отделении он сразу же набрал Жанну, родственницу Софьи, и она вышла в холл его встретить. Она была худенькой невысокой казашкой в белом халате и со стетоскопом на шее.
– Вы от Сони? – слегка улыбаясь, спросила она.
– Да, – кивнул он, не обращая внимания на шум и людей вокруг.
– Пойдемте, проведу вас в отделение. Только надо будет халат и бахилы надеть.
– Хорошо.
– Давно нашу Софью знаете? – спросила она внезапно, когда вела его по коридору.
– Нет, недавно познакомились, – ответил Лев и вдруг сам себе улыбнулся от воспоминаний о журналистке.
– Хорошая она у нас девочка. Очень добрая, отзывчивая, – врач начала и так и эдак расхваливать девушку. – Наша гордость. А дети как ее любят! Девочки, дайте, пожалуйста, халат и бахилы, – попросила она у медсестры, когда они вошли в ожоговое отделение.
Льва ненадолго впустили в палату, где лежала его сестра. Увидев брата, она расплакалась и сжала перебинтованную руку.
– Юлька, напугала нас, – он сел рядом с ней и обнял за плечи.
– Я так испугалась, – всхлипнула она. – Говорила с мамой, а потом какой-то удар, окна выбило и… огонь. Телефон уронила, а пока собирала документы в сумку… смотрю – у нас штора горит. И во-о-от, – показала она на травму и еще больше разревелась.
– Главное, живая! Мама переволновалась ужасно. Но я ее уже успокоил. Что с малышом? – указал Лев на кругленький живот.
– Нормально. Но сказали, что лежать мне здесь несколько дней.
– Лежи. Я обо всем позабочусь, – Лев ласково поцеловал сестру в макушку.
Она по-детски мило потерла влажный нос пальцами свободной руки и прижалась к брату.
– Как ты нашел меня? Мне что-то вкололи, и я отрубилась. А когда очнулась, поняла, что не помню наизусть ни одного номера. Только мамин городской!
– Добрые люди помогли, – Лев снова вспомнил Софью, и нечто странное и забытое внезапно проскользнуло маленьким котенком в его сердце и забилось в уголок.
Вечером, после сумасшедшего дня, Лев сидел в одиночестве в своей квартире и просматривал отчет на ноутбуке. Поняв, что в глазах уже рябит от цифр и схем, он отложил компьютер, потер лицо ладонями и посмотрел на часы. Почти девять. Телевизор он не включал сто лет, но сегодня захотелось посмотреть новости на одном канале, и он как раз успел к началу. На экране сначала появилась заставка программы под динамичную музыку, затем ведущая в студии поприветствовала зрителей и представила первый сюжет о взрыве бензовоза. Когда она сказала: «С подробностями наш корреспондент Софья Касымова», Лев тут же напрягся и сделал громче. Его новая знакомая стояла на фоне горящего дома и с серьезным лицом рассказывала о пожаре. На ней была не по погоде легкая курточка, а волосы собраны в хвост. Лев отметил, что она очень красива, и еще голос… Такой поставленный, приятный, выразительный. Ему захотелось послушать ее еще раз, и он полез в интернет. В поисковике вышел список ее сюжетов, и Лев посмотрел парочку. Она вещала из здания суда о громком процессе по делу какого-то криминального авторитета, бегала с полицейскими во время рейда по саунам и вылавливала проституток для интервью. Одна даже послала ее на х*й прямо в микрофон. Лев посмотрел еще репортаж о митинге дольщиков, пожаре на алматинской барахолке и массовой драке во время концерта местного певца. Да, у этой девчонки была очень насыщенная жизнь. Леве дико захотелось встретиться с ней еще раз. Зацепила. Занозой проникла под кожу.
На следующий день он через свои каналы нашел ее телефон и после обеда позвонил:
– Алло, – мелодично отозвалась девушка.
– Софья, здравствуйте. Это Лев. Захаров. Помните, вы мне вчера помогли?
Она немного помолчала и ответила:
– Ах да. Лев, здравствуйте! Как ваша сестра?
– Спасибо, все нормально. Но она в больнице.
– Ничего серьезного? – спросила она искренне.
– Нет, к счастью. Я вообще поэтому и звоню. Вы меня вчера выручили, и я хотел бы вас отблагодарить.
– Оу, – удивилась она. – Это так… по-восточному.
– Ну, так, как положено. Может, кофе выпьем или…
– Я, если честно, поздно заканчиваю. В районе девяти.
– Понял. Тогда кафе?
– Да, окей. Почему нет?
– Вы на машине? Или вас забрать?
– Если несложно, можно и забрать. У меня офис на Новой площади.
– Всё, хорошо. Давайте я в десять подъеду?
– Годится.
А потом был небольшой дружеский разговор ни о чем и обо всём в машине, во время которого они плавно перешли на «ты». Она увлеченно рассказывала о том, что сегодня снимала владельцев сгоревших квартир, которые хотят подать в суд на компанию, владеющую бензовозом.
– Так что скажи сестре. Может, она тоже подпишет коллективный иск.
