Джамиля не поняла смысла его слов, но так захотелось забыться. Она взяла его лицо в ладони, притянула к себе и сама поцеловала. Бороться с собой было бессмысленно. Осталось только сгореть вместе с ним. Он наполнил ее собой и все расплылось перед глазами. Посыпались ритмичные толчки, стоны, шепот, вздохи, бессвязные слова. За ребрами и ныло, и расцветало от того, насколько это было прекрасно, остро и горячо, как раньше. Переплетая пальцы, они понеслись на скорости к обрыву и бросились оттуда с криком, венчавшим их горько— сладкий спонтанный секс.
Когда все закончилось и стихло, Даниал перевернулся на спину и спрятал глаза в изгибе локтя. Грудная клетка хаотично поднималась и опускалась, сердце колотилось, как бешеное, разум кричал: “Что ты наделал?” Но правда в том, что он так и не научился жить без нее. Она – магнит, к которому его будет всегда тянуть, как бы он не пытался отдалиться. Повернув голову, увидел, что она села на кровати, сгорбилась и прикрыла лицо ладонями. В лунном свете он мог пересчитать все ее выступающие позвонки. Кончики пальцев покалывало от желания дотронуться до них.
– Джама, я…
– Нет, Даниал, ничего не говори.
В кармане брюк, валяющихся на полу, снова запиликал телефон, но мужчина даже не шелохнулся.
У Джамили сработало запоздалое шестое чувство и посмотрев на него через плечо, она спросила:
– У тебя есть женщина?
Его молчание и шумный вздох сказали все за него. А она корила себя: дура, надо было узнать об этом раньше.
– То, что было сейчас – ошибка. Мы плохо поступили. Я не хочу вставать между тобой и твоей женщиной. Тебе лучше уйти.
Она наклонилась, нащупала на ковре платье и надела его.
– Разрешишь хотя бы сходить в душ?
– Иди.
– Прости…
– Иди, пожалуйста. Молча.
Даниал собрал свои вещи, вошел в ванную и в темноте прислонился к закрытой двери. Мобильный ожил, сообщив о входящих сообщения. Мужчина нащупал смартфон, включил его и зашел в мессенджер. Два непрочитанных от Рианы.
“Даниал, знаю, ты очень занят, но я хотела сказать, что твой подарок до нас дошел. Алишер в восторге от пожарной машины. Посмотри, какой довольный наш сынок!”
Следом она отправила снимок годовалого мальчика, который широко улыбался, демонстрируя ряд белых молочных зубов. Сердце сжалось от боли, ведь младший сын – плод его предательства – был так похож на Закира в детстве. Страшная насмешка судьбы.
Саундтрек: Любовь Успенская «История одной любви»
Глава 3. Незаменимая
Месяц спустя
– Джама, ну ты как всегда произвела фурор. Вчера фурор, сегодня фурор. На других ведущих столько студенток не слетелось. Даже на мои занятия с таким энтузиазмом не ходят, – довольная коллега и подруга Сандугаш или просто Санди расхваливала Джамилю, преследуя свои корыстные цели – перетянуть ее в Астану. Санди работала продюсером на республиканском канале и параллельно преподавала в Медиашколе, куда и пригласила подругу провести семинар. – Может, все— таки рассмотришь переезд к нам? Уже и шеф с тобой говорил, и я тебя окучиваю.
– Да нет, я не вернусь на экран, – отмахнулась Джамиля. – А студентки твои по старой памяти прибежали. Или просто им интересно посмотреть, что стало со старушкой и почему она таинственно исчезла со всех радаров, – сказала она голосом диктора новостей.
– Ты себя недооцениваешь, – цокнула Санди. – Вот вчера в коридорах медиацентра все шеи чуть не вывихнули, смотря тебе вслед. По всему зданию разнесли, что сама Ибрагимова приехала. Жаным, талант не пропьешь. Он либо есть, либо его нет.
– Либо я просто выгорела. А потом, ну согласись, мне уже 47! Я почти пенсионерка, – Джама взяла со стола стакан с лимонадом, сделала глоток и облизнула губы. – Мм, как вкусно.
Вкус к жизни к ней вернулся аккурат после развода, когда дочка сообщила, что ждет ребенка. А до этого молчала, как партизан. И Джамиля вдруг резко проснулась после слишком долгого, беспокойного сна и бросилась помогать и оберегать Камелию, которую почти год не замечала. Тогда она вообще никого и ничего не замечала – ни мужа, ни дочь, ни родителей, ни сестер. Ни— че— го.
– Зря ты тогда сразу уволилась, – осторожно заметила подруга.
– А что делать? – пожала плечами Джама. – Мне дали пару месяцев, но все затянулось на год. А потом я уже сама потеряла интерес и вернулась к корням. Редактировать тексты удаленно – тоже неплохо. Да, получаю не так много, но и головняков меньше.
– Да уж, хорошего редактора днем с огнем не сыщешь. Молодняк не хочет работать в поле и рыть землю носом, как мы с тобой в 90— х.
– Классное было время, – улыбнулась она воспоминаниям. – Так мы с тобой и познакомились. Две зеленые девчонки с микрофонами.
В “поле” Джамиля проработала недолго: познакомилась с Даниалом, вышла замуж, быстро забеременела Камелией. А когда вернулась из декрета, ей предложили место выпускающего редактора в дневных новостях. Однажды к ней прибежала Санди и сказала, что в студии проходит кастинг ведущих и попробовать может любой желающий из корреспондентов. На обеде девочки побежали туда, и в итоге руководство разглядело в Джамиле Ибрагимовой потенциал и сделали ее диктором сначала дневных выпусков, а позже и вечерних. Тот период был золотым и в жизни, и в карьере Джамы. Зрители ее любили и узнавали на улицах, она получила награду как лучшая ведущая страны, муж, дети, родня гордились ею и куда бы она не пришла, встречали, как звезду. От природы спокойная и скромная, она всегда краснела от такого внимания. Даниал же всегда ее поддерживал, но нет— нет ревновал к мужчинам, которые подходили к ней на приемах и тоях, которые они всегда посещали вместе. А потом всего этого не стало.
– Давай ты все— таки подумаешь над нашим предложением. Здесь перспективы, классное оснащение, работаем теперь не на износ, а посменно. Много плюшек, – подмигнула ей Санди.
– Всё классно, но в Алматы у меня родители, дочка, внучка. Я и так год провалялась с депрессией. Теперь надо наверстать. Кстати, мне нужно купить Селинке подарок. Давай зайдем в детский магазин? Я видела его на втором этаже.
– Конечно, – улыбнулась Санди. Она была одной из немногих подруг, кто не оставил ее в трудный час, звонил, приезжал, и даже несмотря на расстояние находился рядом. – Подумать только: у тебя внучка! Мой старший только школу заканчивает в следующем году.
В субботу в столичном ТЦ яблоку негде было упасть. Самолет у Джамили был только вечером, поэтому она с подругой не спеша погуляла по магазинам, а потом они зашли в огромный Детский мир. Глаза разбегались от ярких, шикарных игрушек, но Джама напрямую пошла в отдел деревянных развивашек. Выбирала долго, пока Санди говорила по телефону со своим корреспондентом.
– Джама, Джама! – позвала ее подруга и схватила за руку.
– Что такое? – спохватилась та.
– Кажется, это твой бывший там стоит? – Санди указала рукой на высокого, статного мужчину в темных брюках и голубой рубашке, рукава которой он по обыкновению закатал до локтей. Он стоял к ним полубоком, говорил по мобильному и рассматривал игрушки. В горле пересохло стоило ей его увидеть и вспомнить, как месяц назад они, как два безумца, занимались любовью в ее спальне. В ту ночь, проводив его, Джамиля пошла в душ и очень долго стояла под водой, смывая с себя его прикосновения и запах, оплакивая прошлое и гадая: кто же она – его новая женщина, как выглядит, моложе ли нее, красивее ли? А как он целует – также или по— другому? А как он ее ласкает? А с ней он теперь счастлив?
Все эти тридцать дней она пыталась забыть, что между ними случилось той дождливой апрельской ночью. Даниал не звонил и не писал. Она успокоилась – это к лучшему. У каждого теперь своя жизнь, они больше не зависят друг от друга, у него другая женщина, новые отношения. Он смог пойти дальше.
Но сейчас, глядя на него – вроде бы чужого мужчину, но все еще родного – она испытывала странные чувства. Светлую печаль, тихую отраду, непреодолимо желание окликнуть и страх, что он обернется и они снова упадут.
Все случилось быстро. Он сам повернул голову и наткнулся на ее взгляд. Недоумение и удивление сменилось радостью. Даниал пробормотал что— то в трубку, убрал ее в карман и направился к ней. Отметил про себя, как она по— прежнему красива, стройна и притягательна. Тогда была без макияжа, в простом домашнем платье и с вьющимися волосами. А теперь при параде: в белых брюках, голубой рубашке с закатанными рукавами, на каблуках. Каштановые волосы блестели на свету, а кроткие, умные, карие глаза будто заглядывали в душу.
– Привет, – поздоровался он.
– Привет.
– Давно ты в городе?
– Два дня. Меня Санди пригласила прочитать лекцию.
– Здорово. Привет, Санди, – наконец, Даниал обратил внимание на подругу бывшей жены, которая стояла поодаль.
– Привет, – кивнула Сандугаш.
– А мы выбираем подарок для Селин. Ты, наверное, тоже.
– Да, – быстро ответил он.
– Только машинки ей пока не интересны, – заметила она, потому что он стоял как раз у отдела с красочными авто.
– Пап— пап! Пап— пап! – громко позвал отца ребенок.
Даниал и Джамиля одновременно обернулись. К ним неуклюже и осторожно шёл малыш в желтой футболке и джинсах. Смешной, милый, черноволосый карапуз, лучезарно улыбаясь тянул руки к мужчине и говорил именно с ним:
– Пап! Ап! Ап!
– Джама, прости, – он помрачнел, хриплый голос подвел. Даниал опустился на колени и мальчик тут же оказался в его объятиях.
Это его “прости” уже как кость в горле. Джамиля прижала к груди коробку с игрой и впилась в нее пальцами. Она поняла, что этот ребенок не просто так тянулся к нему. Он – сын Даниала. А значит, единокровный брат ее умершего сына. И самое страшное: этот малыш был очень похож на Закира в младенчестве. Как такое возможно?
– Папочку увидел и заставил меня спустить его с коляски. Дорогой, почему ты не сказал, что будешь здесь?
Джамиля обернулась, услышав знакомый тонкий голосок, и глазам своим не поверила, когда увидела мать этого ребенка. Такого ножа в спину она не ожидала.
Два года и десять месяцев назад
Надо было держать лицо хотя бы на поминках. Столько людей пришло: родственники, друзья и одноклассники Закира, его учителя, коллеги Джамили, сотрудники и партнеры Даниала. Дочка держала ее под руку, потому что Джама уже утром теряла сознание и ей вызывали скорую. Рекомендовали ехать в больницу, но она наотрез отказалась. Люди подходили, пожимали руки, обнимали, выражали соболезнования. А она просто стояла, кивала, благодарила, держала себя в руках. Это потом, когда все пройдет и стихнет, она позволит себе плакать, а пока…надо было выстоять.
– Еще раз примите мои соболезнования, – девушка обняла ее и погладила по спине. – Даже не представляю, что вы сейчас чувствуете.
Отстранившись, Джамиля посмотрела в глаза гостье и тихо сказала:
– Дай Аллах, Риана, чтобы ты никогда не знала этого.
– Вы можете на меня рассчитывать. Я все сделаю для вас и Даниала Темирлановича, – она сжала ее ладонь.
– Спасибо. Ты и так со многим помогла. Ему с тобой повезло.
Джамиля почему— то еще тогда подумала: “Хорошая девочка”.
Когда они только узнали о гибели Закира, личная помощница Даниала – Риана – за пару минут купила билеты, связалась с университетом, посольством Казахстана в Великобритании. Все организационные вопросы были тогда на ней. Вот уж действительно – незаменимая.
Глава 4. Ее сам Бог послал
– Па— па! – повторил малыш и рассмеялся, когда Даниал встал, держа его на руках.
– Добился своего, Алишка. Добрался до папы, – Риана будто не замечала или не хотела замечать, что рядом с мужчиной стоят две женщины. Она положила ладонь на предплечье Даниала и погладила его. И несмотря на то, что он тут же напрягся от ее движений, сама женщина довольно улыбнулась и только потом обратила внимание на других.
– Здравствуйте, – бросила небрежно.
– Здравствуй, Риана, – ровно произнесла Джамиля.
– Джамиля! – черные бровки взлетели от удивления. – Это вы? Я вас не узнала. Вы так изменились!
– Риана, возьми Алишера, – бросив быстрый взгляд на бывшую жену и поняв, что она только сдерживается, чтобы не взорваться, он передал ребенка матери. – Идите к фонтану. Ждите меня там.
– Но Даниал, – возразила Риана. – Я не видела Джамилю сто лет. Хотела поздороваться, – одарила невинной улыбкой.
– Ты стала мамой, – спокойно, насколько это возможно, сказала Джама. – Поздравляю.
– Да, год назад.
– Милый мальчик, – отметила женщина совершенно бесцветно. – И тебя поздравляю, Даниал. Что же ты не сказал, что у тебя сын родился?
– Мы не афишировали, – Риана ответила за него, погладив карапуза по голове. – Тем более, я переходила, пришлось стимулировать роды.
Даниал между тем врезался в ледяной взгляд бывшей жены. Он вспомнил, что так она смотрела на него незадолго до развода.
– Хм, – хмыкнула Джамиля. – Поэтому ты тогда пропала, а Даниал сказал, что в столицу переехала. Ну что ж, рада была видеть. Еще раз поздравляю с сыном. Пусть растет здоровым, – Джамиля заставила себя улыбнуться. Нет, она не покажет им своих слез – слишком много чести. – Пойдем, Санди.
Подруга все поняла без слов, взяла Джаму под руку и велела держать голову высоко поднятой и на оборачиваться.
– Увези меня отсюда скорее. Пожалуйста.
– Джама, держись, – она сжала ее кисть и провела сквозь толпу к лифту.
И она держалась, как могла. Лимит на истерики уже исчерпан – это было весь первый год после смерти Закира. Она и сама многое не помнила, но Камелия ей потом рассказала, как она чудила, и от этого Джамиле было тошно.
– Как долго идет, – цокнула Санди, остервенело нажимая на кнопку, словно за ними кто— то гонится.
– Джама, подожди, – пальцы Даниала впились в кожу на руке. Он развернул ее к себе насильно, а она вновь посмотрела так, что опешил.
– Ну что еще? – процедила на. – Что тебе от меня надо?
– Я хотел тебе все объяснить, но позже.
– Мы друг другу никто, чтобы ты мне что— то объяснял. Сын очень похож на тебя. И Риана…Я, конечно, понимала, что у тебя есть женщина, но даже подумать не могла, что это она. Удивил, – рот скривился в усмешке.
– Всё не так, как ты думаешь.
– Я ничего не думаю.
– Джама, лифт, – напомнила Санди.
– Прощай, Даниал, – бросила она, вошла в кабину следом за подругой и только теперь затряслась, спрятав лицо в ладонях.
Спустя десять минут она успокоилась. Сидела с бутылкой воды в руках, всхлипывала и смотрела в пустоту. Они сидели в машине Санди на подземной парковке. Подруга снова говорила по телефону с подчиненным, а Джама снова и снова прокручивала в голове ту странную встречу. Сын…у него есть сын от Рианы. От этой девочки— припевочки, которая была вхожа в их дом, потому что работала личной ассистенткой Даниала.
“Сколько ей сейчас? – подумала Джамиля. – Кажется, чуть за 30. Хороший возраст. Можно, и второго родить”.
Перед глазами встал образ их малыша и Джама, зажав рот, снова замычала.
– Жаным, жаным, не плачь, – Санди обняла ее и провела ладонью по волосам. – Понимаю, это больно. Но что поделать?
– Да, жизнь продолжается. Мы в разводе. Он имеет право на счастье, на новую семью. Но Санди, – Джамиля отстранилась и впилась зубами в нижнюю губу. – Их сыну год. Она переходила с ним…стимулировали роды.
– И?
– А мы с Даниалом развелись полтора года назад.
Полминуты Санди переваривала информацию, вычитая и прибавляя в уме.
